Глава 5. Часть 1. Встреча сквозь года

- Союз! - Что такое? - Ты мешаешь! Я же могу порезать тебя. - Так отложи нож. - Не могу. Скоро приедут гости. Надо же все успеть! - За пару минут ничего не изменится. Тем более я уже разложил стол, погладил скатерть, поставил нужное количество стульев. - А посуда? - Ждет, когда ты ее расставишь. Раздражительность и нервозность Канады можно было понять. Успей приготовить несколько блюд за пару часов до приезда гостей, да еще и приведи в порядок дом. Если бы она знала, что к ним прибудут пятнадцать стран и ее брат, то не отпускала бы прислугу на выходной, пообещав щедрую выплату за дополнительную смену. Хорошо, что СССР еще помогает по дому, украшая и убирая гостевые комнаты, иначе ее нервная система точно бы дала сбой. Их вилла стала настоящим укрытием и местом вечной тишины. Они облюбовали место у водоема, проводили вечера у камина, а в праздники выбирались в город, чтобы насладиться ужином и праздничной атмосферой. Год ушел на адаптацию Союза, ведь в новом месте имеются новые правила. Канадка помнила, как тяжело ему было привыкать к другой культуре, пище и законам. Приходилось начинать все с самого начала, чтобы в их жизни не было неприятностей. И вот, спустя двадцать лет, парочка уже не помнила, чтобы между ними вспыхивали ссоры, чтобы коммунист путался в адресах или законах. Одного лишь не хватало - его детей. Тишина, несомненно, радовала после трудного дня на работе канадки, однако, временами она надоедала. Хотелось слышать смех его девочек, бурные споры мальчишек или простого их щебетания о жизни. Временами дети навещали их, приезжая по работе или в отпуске, но встречи были столь редки, что мужчина чаще скучал, чем с улыбкой ждал их с накрытым столом. Канада лишь могла подбадривать мужа, обещая собрать всех его ребят в доме. Правда, она даже не успела назначить дату, как сыновья и дочери СССР объявили о скором приезде, изъявляя желание отметить его День рождения. - А мой пирог?! А мясо! - не сдавалась женщина сладким поцелуям в шею. - Дети вот-вот приедут! Брат тоже. Нельзя сейчас, распутник... - Если я распутник, то мне можно все. - Проник рукой под ее кофточку Союз и сжал упругую грудь. - У нас есть время. Мы все успеем. - Союз... Я же тебе отомщу. - Прикрыла она глаза, наслаждаясь его лаской. - Ты такой хулиган... - И тебе ведь это нравится. Развернув супругу к себе лицом, он жадно поцеловал ее, испытывая невероятное влечение и страсть. Прошло несколько десятков лет, а их желание все также велико. Канада сумела пробудить в нем настоящего голодного зверя, требующего вечной любви и похоти. Коммунист обучился многому за их семейную жизнь, и сейчас с лёгкостью способен снять с нее лифчик или вообще всю одежду, стоило лишь им впасть в безумие. - Какая же ты сладкая... - шептал ей на ухо мужчина, задрав кофточку, оголяя возбуждённую грудь. - Хочу тебя. - О, дорогой... - с восхищением отвечала та, наслаждаясь его прикосновениями. – Люблю... Еще немного, и он повалил бы жену на стол, предаваясь страсти, забыв о времени и делах. Однако в момент, когда шатен приставил ко входу во влагалище член, в дверной звонок неожиданно позвонили. Их жадная любовь утихла, возвращая трезвость ума и осознание того, что за дверями их ожидает первый гость. - Божечки! - воскликнула канадка, судорожно поправляя на себе одежду. - Я же говорила. Говорила, что гости вот-вот прибудут! - Я не ждал их раньше четырех. - Застегнул СССР ремень на штанах. - Как не вовремя... - Тактик и стратег! Чего стоишь? Иди и открывай дверь! - суматошно схватила женщина прихватки. - Я хотя бы мясо из духовки достану. Он послушно последовал к выходу из кухни, но на минуту задержался, желая сказать любимой несколько слов. - Вечером я продолжу то, на чем мы остановились. - Союз! - смутилась та, слыша его смех в гостиной. Медовый месяц не покидает их до сих пор. Кажется, они и не выйдут из этого игривого состояния еще очень долго, удивляя подростковым поведением прислугу и детей. Хотя, его ребятня рада видеть своего отца счастливым. На очередной требовательный звонок, Союз громко попросил не трогать больше кнопку и торопливо открыл дверь. В принципе можно было не спешить, если бы он знал, что за дверью будет их ждать США. Недовольно скрестив руки на груди, блондин осмотрел своего давнего соперника сверху донизу и шумно вздохнул. - Ну, вы и тормоза. - Устало произнес он, постукивая ногой. - Сами позвали, а впускать в дом не торопитесь. - Заходи, кто тебя на улице держит? - пропустил его коммунист, привыкший к язвительному тону Штатов. - Надеюсь, с моими детьми ты ведёшь себя более уважительно. - Меня они не интересуют. - Заметил тот помятый вид мужчины. - Мог бы поопрятнее что-то надеть. Выглядишь так, словно только встал с кровати. - Подготовка к гостям любого измотает и приведет в ненадлежащий вид. - Ощутил СССР спокойную обстановку между ними. - Сам попробуй все убрать без горничных. Американец лишь слабо улыбнулся, протягивая ему подарочный пакет. Недолгие ворчания уже привычны им, за двадцать лет — это стало чем-то вроде ритуала для бывших врагов. Но после, мужчины забывали о прошлом, закапывали топор войны и переходили на совершенно отстраненные темы. К чему все эти ссоры и вражда, когда Союз давно на пенсии, а у США есть другие противники? - Да ни за что не стану убираться, когда есть кому это сделать. - Усмехнулся Штаты, когда коммунист принял его подарок. - Здесь хороший виски и сладости. - Решил, что мне бара мало, нужен погреб? - пожал ему шатен руку. - А за конфеты спасибо. Канада будет рада. В последнее время почему-то она думает, что поправилась. - Это нормально. Раз в несколько лет у нее стабильно приступы фитнеса и диет. К слову, где она? - На кухне. Приводит мясо и гарнир в порядок. Пока СССР был отвлечен подарком и мыслями о том, куда убрать очередную бутылку хорошего алкоголя, американец прошел на кухню, где витал ароматный запах специй и свежих овощей. Канада, как и всегда, суетливо бегала по комнате, нарезая фрукты, украшая салаты и основное блюдо. А ведь когда-то давно ей было трудно заниматься готовкой, и приходилось все перекладывать на слуг. Удивительно, но замужество изменило ее в лучшую сторону. Да, и сама она стала моложе и ярче, чем в те мрачные времена. - Хозяйка, я украду у вас пару долек огурца? - шутливо произнес блондин, потянувшись рукой к овощам. - Только тронь, и будешь без ужина. - Холодно посмотрела на него та, сжав в руке поварешку. - Это шутка, Канада. - Улыбнулся ей тот. - Твой брат спустя год приехал к тебе, а ты его готова убить этой ложкой. - США, я тебя обязательно обниму, но позже. У меня сейчас столько блюд готовится! Скоро дети приедут. Не успеваю совершенно! - Может я помогу? - Нет. Помня последнюю твою помощь, я лучше сама все сделаю. Если что, девочки приедут, доделают десерт. Мужчина лишь пожал плечами, от части радуясь такому исходу. Готовка, уборка, глажка - он не особо силен в подобных вещах. Всю его жизнь занимала работа, разъезды, а быт ушел на второй план. Лучшая помощь от США - сидеть на стуле и не мешать. - Канада, тебя очень изменил брак. - Обратил внимание он на ее внешний вид. - Мало того, что ты носишься с едой, так еще и себя запустила. Вся одежда мятая, раньше такого ты себе не позволяла. - Попробуй простоять на кухне все утро и день. Будешь не только мятым, но и вымазанным во все, что можно. Но Штаты не верил ее словам, замечая непривычные для канадки жесты. Укладывая мясо на тарелку, она то и дело, поправляла прядь волос или кусала губы, словно нервничала, боялась чего-то. И вряд ли подобное состояние из-за скорого приезда детей. Здесь крылось нечто темное и личное, возможно, даже запретное. Помятый вид и волнение сестры... Только бы это не то, о чем он думает. - Канада... Только не говори мне, что ты здесь с Союзом... - скривился он, видя ее стыдливый румянец. - Ничего не было! - возмутилась она, отвлекаясь от готовки. - Что ты себе придумал?! - Господи... Фу, блин! Ты хоть руки помыла? - США, вали нафиг с кухни! - Лучше бы ты сказала, что вы вместе дом убирали... - Иди отсюда! Нечего тут прохлаждаться! - Ухожу. - Фыркнул американец, засунув руки в карманы брюк. - Извращенцы... Шагая в гостиную, тщательно подготовленную к приему гостей, он не раз подумал о произошедшем. Их браку больше двух десятков лет, но они по-прежнему любят друг друга пылко, страстно. Даже завидно... Его брак быстро распался, а огонь желания погас чуть ли не после свадьбы. Что до новых отношений... За это время он видел Россию лишь на саммитах и съездах, личные встречи были редкими, даже мимолетными. К тому же время изменило ее, превратив в копию отца. Она уже не та робкая девушка, беспокоящаяся о каждом слове на конгрессе. Уважение и почтение она выбила своими силами, не опираясь на поддержку других стран. Ему лишь остаётся смотреть, как россиянка поднимается с самого низа, мечтая о дне, когда они, наконец, поговорят. Когда ее обещание исполнится. *** - А вот и мы! - пронзителен крикнули на весь дом двойняшки с подарками в руках. - Мои красавицы, как я рад вас видеть. - Обнял дочерей Союз, ощущая себя самым счастливым человеком на свете. - Вы так повзрослели. Совсем уже невесты. - Ой, пап. Снова ты про брак. - Фыркнула Литва, вручив ему ярко упакованную коробку. - У нас карьера сейчас в приоритете. Не надо снова начинать старую песню. - Вот же... Мелочь! Карьера у вас всегда будет, а вот дети появляются до определенного возраста! - Канада! Усмирите его! - состроила печальную моську Латвия, взяв под руку женщину. - Уже другой век и другие правила! - Милая, отец шутит. - Улыбнулась ей Канада, похлопав по руке. - Хотя, от части я согласна с ним. Карьера карьерой, но личная жизнь также важна. Дом вновь наполнился шумом и смехом, которых так не хватало Союзу. Переживания за перелет и дорогу не оставляли его, слыша по телевизору прогноз погоды. Хотя день обещал быть ясным, к вечеру должен начаться снегопад, переходящий в метель. Часть его ребятни успела явиться на порог дома, а вот другая еще только покинула аэропорт Оттавы. Успеют ли они до непогоды? Хотелось бы встретиться с детьми без происшествий... - Эстония написала. - Громко произнес Казахстан, словно толкал торжественную речь. - Они заворачивают на вашу улицу, бать. - Господи... - выдохнула рыжеволосая. - Дорогой, наконец-то, мы можем спокойно садиться за стол. - Я бы не смог даже кусочка съесть, переживая за младших. - Провел он рукой по волосам. - У них хорошее сопровождение, не переживай. Лучше накинь что-нибудь и встречай. Ты ведь так долго всех ждал... Канада, как никто другой знала о его ожиданиях и тоске. Родная кровь снова будет рядом, но уже со своими личными историями и достижениями. И глядя, как муж, набросив на плечи теплый пуховик, торопливо вышел на улицу, она не могла не улыбнуться. Метели еще не было, но лёгкий снег уже постепенно покрывал столицу белоснежным хрустящим одеялом. Союз всегда поражался переменчивости погоды, и ее спокойствию, внезапно меняющемуся на бурю. Прожив в Оттаве продолжительное время, он научился понимать все угрозы катаклизмов, и готовиться к ним заранее. Как и сейчас, ожидая приезда детей, коммунист вспоминал обо всех генераторах, которые перетащил в подвал и второй этаж. Снежная буря могла застать их в самый неподходящий момент, а мёрзнуть в обесточенном доме не доставляло никакой радости. Запасы еды, воды, генераторы и топливо - все это могло пригодиться в любой момент. Даже если все дороги окажутся в сугробах, а возможности выйти из дома у них не будет, запасов хватит, чтобы дождаться службы спасения. - Что-то задерживается машина. - Устало вздохнул США, расслабившись на диване в гостиной. - Мелочь точно успеет добраться до дома вовремя? - Не нагнетай, США! - возмутилась Канада, поставив на стол салат. - Тут все переживают, а ты еще больше убиваешь атмосферу! - Сразу я во всем виноват... - заворчал он, переключив внимание на телевизор. – Сестра, передают, что циклон подбирается к столице. Просят не выходить из дома, запастись продуктами питания и источниками энергоснабжения. - Может хватит? – ударила его полотенцем по плечу та. – Не уважаешь других, меня пожалей! Я ведь тоже волнуюсь. - Канада, успокойся. Я просто пошутил. – Не смог уклониться он от ее точного удара. – Тем более ты сама знаешь, что они вот-вот приедут. - А если они не успеют? Что, если метель обрушится раньше?! - У метели нет суперскорости. Максимум, что они встретят – снег. - О! Приехали! – воскликнул Киргизия, посмотрев в окно. – Можно есть! - Вечно тебе жрать хочется. – Ворчливо ответила Молдавия. – Дождись остальных. - Что их ждать, если они к порогу идут? Я лучше попробую первым мясо Канады, пока оно горячее. Однако рыжеволосая не обратила внимания на поддразнивание киргиза, спеша в коридор. Ей хотелось, чтобы все в доме чувствовали себя уютно, и подготовила для этого мягкие тапочки и связанные за несколько лет свитера. Она не пыталась заменить им мать, но хотела, чтобы все ощущали рядом с ней тепло и заботу. И сейчас, когда в дом вошел СССР и его младшие, она с улыбкой встречала каждого, вручая им самодельные подарки. - Наконец-то, вы добрались. - Вошел в коридор Штаты, засунув руки в карманы. - Думали уже, что увидимся только после метели. - А вот и нет! - радостно ответила Эстония, надев теплый голубой свитер. - Мы ведь были не одни! У нас очень боевая сестра. Ты бы видел, пап, как она заставила всех замолчать! Нас не хотели пропускать, говорили, из-за непогоды приказ оставаться в аэропорту. - Я ничего подобного не делала. - Донесся до ушей американца знакомый мелодичный женский голос. - Канада, у вас в аэропорту работают олухи. Даже не знают, как я выгляжу. Остановили с багажом у выхода, и пытались вернуть в зал ожидания. Ни охрана, ни ваш секретарь не смогли им доказать, что мы страны. Словно сказочная дева, в теплой белоснежной дубленке и шапке, Россия вошла в дом, одним своим видом радуя окружающих. За несколько лет она стала зрелой, уверенной в себе девушкой, гордо называющей себя страной. Добившись хороших результатов в работе, она смогла показать всем, как стоит к ней относиться. Кто-то боялся ее, шепотом называя "копией отца", кто-то уважал и желал сотрудничать, а кто-то, как США, ждал момента, когда они смогут вновь поговорить о своих чувствах, надеясь на их клятву. Он и сейчас мог лишь глупо смотреть на нее, пока остальные с радостью обнимали и болтали с русской. - Я обязательно накажу всех, кто препятствовал вам! - громко произнесла женщина, утягивая ее к столу. - Боже, заставить ребенка испытать стресс. Да еще и в такое время! Вы бы смогли добраться до нас намного раньше! - Все хорошо, Канада. - Улыбнулась ей та, проходя мимо американца. - Главное, вовремя добрались. И успели проголодаться. Киргизия писал, что тут настоящий шведский стол. - Ох, конечно! Скорее идите, мойте руки. - Указала рыжеволосая в сторону ванной комнаты. - Отец с мальчиками отнесет ваши вещи в спальни. Союз, только быстро! Еда не будет ждать, когда вы наговоритесь. Уже все почти остыло! *** Сколько бы он не пытался бросить курить, время от времени все равно тянуло к сигарете. Дело ли в выпитом бокале вина во время семейного ужина или его разочаровании - США не понимал сам. Оставалось только поддаться искушению, выйти на балкон виллы и отдаться своим нерадостным мыслям, глядя на покрытые сугробами улицы. Почему она не заговорила с ним? Столько лет ожидания, надежды на их встречу, а девушка попросту проигнорировала его, изредка одаривая мимолетными взглядами. Неужели, ее сердце оставило в прошлом их чувства и симпатию? Он единственный, кто желал ее все эти годы?! От обиды ему хотелось достать еще одну сигарету, чтобы окончательно заглушить в дыму всю боль. - Прячешь свою вредную привычку от Канады? - тихо подошел к нему неизвестный со спины. - Боишься, что она начнет тебя отчитывать, если заметит, и поэтому закрылся шторами? Чуть не поперхнувшись дымом, США резко обернулся в сторону незнакомца, роняя сигарету на пол, усыпанным снегом. Стоя в пижаме и накинутым на плечи кардиганом, Россия с улыбкой разглядывала его одновременно изумленное и испуганное лицо. Словно мать обнаружила ребенка за чем-то запрещённым, на мгновение ей стало даже жаль этого сильного и независимого мужчину. - Что ты тут делаешь? - опомнился он, разглядывая ее внешний вид. - И чего вышла в такой одежде?! Хотя бы пальто накинула. - Я привыкла к холоду. Подобрав окурок, мужчина мигом оглянулся, думая, куда бы спрятать предмет преступления. Пепельницы нет, Союз уже давно не курит из-за чрезмерной опеки канадки о его здоровье. Выбросить на улицу? Снег все еще идет, и окурок скорее всего будет похоронен под его толстым слоем. А к весне, когда все растает и улика всплывет наружу, сестра уже не поймет, кто его оставил. - Не советую бросать сигарету во двор. - Заметила русская его хитрый сосредоточенный взгляд. - Отец и братья перебрали немного, и собираются чистить снег. Прямо сейчас. - Дверь замело. Они ее даже открыть не смогут. - Ты не слышал возмущение Канады и возгласы моих сестёр? Они решили пробираться через второй этаж. - Кто-то из них прыгнул?! - поразился услышанному американец. - Киргизия приземлился прямо в сугроб. Весьма удачно, если не учитывать, что торчала одна голова. - Усмехнулась она, подойдя к нему чуть ближе. - Вопрос времени, когда они очистят дорожку к двери. Задумавшись, Штаты прислушался к шуму на улице, осознавая насколько он был близок к провалу. Если бы эти олухи решили прыгать на этом балконе, то рыжеволосая тут же молнией последовала за всеми. Тогда ему бы пришлось прыгать вслед за парнями, лишь бы не попасться с сигаретой. Собрав горсть снега, мужчина засунул в него окурок, скомкал изо всех сил и постарался швырнуть за забор свое маленькое преступление. Улики были мгновенно уничтожены. - Теперь точно не найдет. - Сдержала смех россиянка, прикрывая рот рукой. Он не понимал, это флирт или ее попытка заговорить с ним после долгих часов игнорирования? Почему вдруг ей захотелось обратить на него внимание, когда весь ужин ее окружение состояло лишь из родственников, а он мог довольствоваться только голосом любимой девушки? - Я же... Ничем тебя не обидел? - решил поинтересоваться США, глядя прямо в ее удивлённые глаза. - А должен был? - посильнее укуталась в кардиган та. - Ты не разговаривала со мной весь ужин. Подумал, что тебе видеть меня не хочется. - США... Меня окружили браться и сестры, дотошно расспрашивал отец о самостоятельной жизни, Канада интересовалась, нет ли у меня возлюбленного. Не могу же я отгородиться от них, и продолжить наш с тобой разговор. Если бы девушка заговорила про их чувства в присутствии семьи, то у Союза развился бы очередной сердечный приступ, а Канада потеряла бы сознание. И это, не вспоминая ее братьев, явно готовых начистить ему лицо, и сестер, которые также могут влезть в драку. - Могла бы просто поговорить. - Как и ты. Все эти годы ни на одном саммите я не смогла хотя бы узнать о твоей жизни. Я не услышала ни единого словечка. Словно ты решил меня вычеркнуть из жизни, хотя первым заговорил о любви. В ее словах слышалась обида и недовольство, хотя лицо оставалось все таким же невозмутимым и расслабленным. Будто она давно решила забыть обиды, злость и источник ее плохого настроения. Теперь было страшно Штатам даже представить, что любимая охладела к нему. Если она скажет, что изменила о нем свое мнение и решила оставить чувства и американца в прошлом, то он снова погрузится в отчаяние. - Я не хотел, чтобы тебя очернили. - Вдруг коснулся он ее руки, ласково проведя большим пальцем по тылу кисти. - У меня были скандалы, пришлось попотеть и как можно меньше контактировать с людьми, а особенно с женщинами. Если бы СМИ заметили тебя рядом со мной, то написали бы какую-нибудь громкую статью. Не хочу утягивать тебя следом за собой. Слушая его рассказ, она слышала в каждом слове раскаяние, будто он извинялся перед ней. Не стоило так резко говорить с ним, помня о его проблеме. Да, ей обидно, что мужчина не пытался наладить контакт больше двадцати лет, но в то же время, Россия следила за новостями, где в каждом выпуске говорили о нем и судебных разбирательствах. - Россия! Ты где? - раздался в коридоре пронзительный голос Канады. - Детка, мне нужна твоя помощь! Надо загнать мальчишек и Союза домой! - Вот и конец нашей беседе... - вздохнула она, слыша отдаленный топот ног девочек. - Может, как-нибудь в другой раз поговорим один на один... Если ты так боишься публики. Неужели ему снова нужно будет ждать уединения, чтобы напомнить ей о своих не угасающих чувствах?! Она же здесь, прямо перед ним! Нельзя отпускать ее нежной руки, отрывать взгляда от ее прекрасных глаз. Однако она уже высвободила руку, и вот-вот скроется в коридоре. А он снова будет смотреть на возлюбленную издалека, мечтая коснуться ее, прижать к своей груди... Он не может более тянуть время. - Рос, подожди! - воскликнул Штаты, успевая остановить ее возле стеклянной двери. - Да? - устало спросила та, решив все же выслушать его прощальные слова. - Я покончил с Эбигейл. Больше она нас не побеспокоит. То ли его слова звучали слишком грубо, то ли само его лицо демонстрировало отвращение к этому имени, но неожиданно русская испуганно прикрыла рот рукой, словно сдерживая в себе крик. Ему стоило более точно описывать ситуацию, а не бросаться громкими фразами. - Ты что сделал?! Убил? - Нет-нет! Я же не какой-то безумец! - тут же опомнился американец. - Лишь воспользовался своим положением и, конечно, собрал документы на Эбигейл. Я восстановил свою репутацию и вернул деньги, а ей пришлось уехать из штатов. Не знаю куда, но уже точно больше ее не увижу. Теперь им никто и ничто не мешает сделать шаг навстречу друг другу. Стараясь убрать бывшую жену, он тем самым пытался ее защитить, чтобы козни Эбигейл не коснулись молодой страны. Начинать свою карьеру со скандала не лучший вариант для россиянки, жаль, что только сейчас она это поняла. Все эти годы он готовился к тому, чтобы стать свободным и начать новую жизнь и новые отношения. - Поздравляю. Теперь тебя снова можно назвать завидным холостяком. - Улыбнулась девушка, испытывая облегчение от его правды. - Ты же понимаешь, что все это я делал не просто так? - с надеждой задал вопрос блондин. - Я хочу стать ближе, Россия. Чтобы никто не посмел влезть в наши отношения. - Тогда тебе стоит позаботиться о том, чтобы перестать сторониться меня перед родственниками. - Приоткрыла она балконную дверь. - Надеюсь, завтра мы снова с тобой спокойно поговорим. А пока, мне стоит вернуться к Канаде. - Да... Я понимаю. - Спокойной ночи, США. - Ласково произнесла Россия. - Думаю, мы сможем после Дня рождения прийти к какому-то ответу. - Конечно. - Отпустил ее тот, испытывая легкую надежду. - Спокойной ночи...