Глава 8. Избегай зла

***

      Это был последний день семестра, и аномальная жара июня сделала его особенно памятным. Обычно зелёные ирландские пейзажи выцвели под жгучим солнцем, и привычные холмы, поросшие карликовыми берёзами и дубами, покрылись жёлтой травой вместо привычного густого мха. Даже воздух, обычно свежий и прохладный, стал сухим и тяжёлым, пропитанным запахом горячей земли.       Голуэй был Алисе понятен. Он был в какой-то степени её отражением. Город, не слишком дружелюбный к чужакам, обнесённый утёсами и скалами, ограждался от внешнего мира. Эти суровые ландшафты одновременно манили и пугали, словно прятали за собой некую тайну, которую можно было разгадать лишь осмелившись убежать дальше, в дикие степи.       Алиса редко видела обрывки прошлого в собственных снах. И, пожалуй, это её устраивало. У девушки было не так много хороших моментов, чтобы сожалеть о потерянной жизни. Но, к несчастью, даже после смерти она по-прежнему оставалась человеком.       Людская память обманчива; ведь, как известно, реальность редко соответствует тому великолепию, которое мы способны создать в своих воспоминаниях. — Наконец-то! Я уже думала, что миссис Виллсон и её уроки истории будут со мной до конца жизни... — раздался знакомый голос.       Девушка съёжилась, как будто кто-то прострелил колено. Перед ней стояла её копия, обыкновенное воспоминание с детства. Четырнадцатилетняя девочка с короткими, светлыми волосами и изношенной закрытой школьной формой в знойный летний день. — В будущем тебя ждёт занудный вестник смерти с лекциями об иерархии Ада, – и я даже не знаю, откуда тебе захочется скорей сбежать, — Алиса запнулась. Улыбка исчезла с её лица.       Как оказалось, мозг способен запомнить самые незначительные детали. Например, отваливающуюся штукатурку от задней стенки здания, примятый газон на футбольном поле, собственные опухшие глаза от слёз. Но тогда в ней, в этом ребёнке, не было оголённой ярости и злости – единственной силы, что заставляло держаться прямо и идти вымощенной дорогой через Ад.       Независимо от того, как ты стараешься остаться прежней, ты всегда будешь такой, какая ты сегодня. Этому учил Жнец.       Алиса дотронулась до влажной щеки иллюзии, аккуратно заправив ей вылезшую прядь за ухо. Она бы хотела сказать, что всё пройдет, и маленькая девочка рядом больше не будет одна.       Но она промолчала. И влага, оставшаяся на её щеках от слёз, неимоверно отвлекала. Сердечная мышца почти перемолола саму себя из-за глупой памяти, что вышвырнула этот образ глупого бессилия и упрямо держала его перед глазами. — Кшш-ааа-пфф... — раздалось где-то вдалеке.       Они обернулись, прислушавшись к внезапному шуму. Неподалёку развернулась драка: группа хулиганов окружила парня, который, прижавшись к стене бака, пытался сохранить самообладание.       Среди нападавших выделялся Чед — огромный рыжеволосый амбал. Он возвышался над остальными, как Тифон, демонстрируя ряд кривых, жёлтых зубов. Даже те, кто привык к жестокости улиц, старались держаться от него подальше. Чед ухмылялся, смотрел бешеными маленькими глазками, полными презрения и злобы, с удовольствием смакуя страх своих жертв. Его кулаки побелели, а грудная клетка ходила ходуном, как у зверя, готового к нападению.       Если бы Алисе и было суждено встретить кого-то из своего прошлого в Преисподней, то это определённо должен был быть Чед.       Её маленькая копия резко побежала в сторону звуков, в то время как сама Алиса замерла, чувствуя на себе чей-то пристальный взгляд. Паранойя пробралась под кожу, закопошилась внутри, двинулась по венам, словно гигантский червь. Девушка физически ощутила чьё-то присутствие. Неизвестного наблюдателя, который следил за каждым движением, анализировал любую мелочь. — Разве стоит бояться того, что существует лишь во сне? — произнесла Алиса вслух, пытаясь избавиться от налипшего страха.       Но вокруг больше никого не было. Только она и статуя Марии во дворе католической школы.       Рациональность взяла вверх, и Алиса направилась по следам воспоминаний через заросшее поле. Но с каждым шагом, чувство опасности усиливалось. На секунду показалось, что кто-то разглядывал её совсем близко. — Я схожу с ума?       Ответа не последовало.       Ну, конечно. Она же была здесь одна. Помимо статуи Марии в этом дурацком саду.       Из её губ вырвался тихий стон. Взгляд стал более сосредоточенным, будто девушка пыталась отогнать нарастающее напряжение. Алиса свернула на знакомую тропу, ведущую через овраг, и далее между маками, смешанными с клевером, в направлении вершины. Это был день окончания последнего семестра, и, к сожалению, она запомнила его не только из-за жары.       С этой высоты драка казалась не более, чем сценой — не более, чем фигурками на игровой доске. Так проще не идентифицировать себя с кем-либо. Так проще ничего не чувствовать. — Ведьмачка со шрамом, сегодня не твоя очередь получать по шее, — крикнул Чед. — Убирайся и не порти веселье, если не хочешь стать его частью. — Шекспир был прав. Ад пуст. Все бесы здесь, — безразлично пожала плечами воспоминание. — Думаешь, самая умная? В прошлый раз ты столько не болтала, когда мы держали тебя за волосы! — выкрикнул один из прихвостней, указывая на силуэт Алисы. Вроде бы его звали Нэд.       Девочка резко замолчала. Верхняя губа едва заметно дрогнула. — Что с лицом, ведьма? Иди, пожалуйся родителям! Точно… — из глотки Чеда вырвался звук, где-то между смехом и кашлем.       Затем он насмешливо продолжил: — Ты ведь убила всю свою паршивую семейку!       Маленькая копия машинально прижала ладонь к месту под рёбрами. Через секунду Алиса осознала, что делает то же самое, как будто кожа в этом месте кровоточила. P.S. Даже Ад не сравнится с тем, что люди могут сделать друг другу.       Тем временем незнакомец отчаянно сопротивлялся оставшимся хулиганам, пытаясь освободиться из жёсткой хватки. Его лицо исказилось от напряжения, а руки безуспешно пытались оттолкнуть нападавших. Но его беспокойство, читаемое в глазах, было направлено лишь на четырнадцатилетнюю девочку. — Даже сейчас… — шепнула Алиса, вглядываясь в его мягкие забытые черты. — Почему ты всегда думаешь о себе в последнюю очередь?       Сквозь туман времени она поняла, что с этого всё и началось. Со взгляда. — Злобные слова и насмешки — это всё, на что вы способны? — презрительно выпалила младшая версия Алисы. — Закрой пасть, соплячка! — взревел Нэд.       Девочка метко прицелилась в одного из хулиганов и выстрелила камнем, который подобрала на земле. Точное попадание заставило Нэда отступить с мучительным стоном, освобождая руку мальчика.       Алиса, пользуясь моментом, подобрала камень побольше и вызывающе направила его в грудь Чеда. — Только попробуй, мелкая дрань! — Или что? Не боишься, что я и тебя прокляну? — на этот раз засмеялась она.       Девочка выстрелила снова, но на этот раз целью стал мусорный бак, стоявший неподалеку. От точного удара камня о металл поднялся оглушающий звон, заставив хулиганов прислонить руки к ушам. — Беги за мной, скорей! — крикнула маленькая Алиса.       Фигуры из прошлого скрылись из поля зрения, исчезли, как туман под утренним солнцем. Сцена с дракой рассеялась, и Алиса осталась одна. В тишине улицы, освещённой лишь бледным светом уличных фонарей; статуя Марии молча наблюдала за последним актом этого театра. — Нужно попробовать проснуться, — Алиса не узнала собственный голос. Казалось, её был тем, что звучал более звонко, тем, что исчез.       Она сжала веки, пытаясь сосредоточиться, чтобы вырваться из кошмара. Дыхание стало хриплым и неровным, а на коже образовались мурашки, словно рой передвигающихся жуков.       В следующую секунду раздался крик. — ААААААААААААААААААААААААААААААААА.... — Что за чёрт?! — воскликнула Алиса, задыхаясь и прижимая руки к груди.       И вдруг, вдали, на тонкой границе между сновидением и глубокой тьмой, она увидела тень. Она была длинной и измождённой, с извитыми конечностями, извергающая гниль и тленье. Глаза существа показались мертвенно-белыми, полностью лишёнными жизни. — Нужно думать логически, стараться не поддаваться панике, — Её голос непозволительно дрогнул. — Если это существо только на границе исчезающего воспоминания, то, возможно, стоит прятаться в существующих. — ААААААААААААААААААААААААААААААААА....       Тень взвыла снова, и её туловище показалось ещё более изуродованным, словно искажённый скелет человеческой формы, с плотью, стекающей с костей, как воск в огне.       Алиса решительно побежала к месту, к которому больше пообещала себе никогда не приближаться. — Это вынужденный поступок… — шептала она, но сердце так отчаянно колотилось, как если бы не знало­ об этом.

***

      Это была небольшая поляна на склоне горы, где рос можжевельник и полынь. Тихий шёпот ветра переплетался с далеким эхом городских звуков, заметно угасая на фоне монотонного шума моря, разбивающегося о тёмные рифы Голуэйя. Нелюдимое место, куда обычно бегут в поисках покоя.       Отражение прошлого аккуратно очищало ссадины мальчика, накладывая антисептическое средство и бережно перевязывая их.       Мальчик выглядел почти как любой другой ребёнок, которого можно встретить в школьных коридорах или на детских площадках. Чуть более аккуратный, чуть более воспитанный. Возможно, его семья получала больше минимальных фунтов в час.       Его одежда была дорогой по местным меркам, но мальчик, казалось, чувствовал в ней дискомфорт: капюшон упорно скользил, мешая ему, а кроссовки явно были тесноваты. У него были мягкие черты лица, глубокие серые глаза и идеальная кожа, на которой не было ни единого синяка. Тёплые шоколадные волосы спадали на лоб, а на щеках игриво проступали веснушки.       В его облике сквозила кротость, смешанная с неясной, но ощутимой тревогой, будто он невольно ожидал от жизни испытаний.       Алиса присела рядом, уткнулась носом в колени, пытаясь защититься от всего, что её окружало. — Ты всегда носишь это с собой? — Его вопрос нарушил тишину.       В горле Алисы возник ком из вины и такой странной давящей тоски, что она почти заплакла. — Ну, давай, скажи, что набор аптечки – это обязательно. Особенно если это маленький город; в школе тебя терроризирует Чед, и ты ещё не научилась отвечать ему тем же…       Но её маленькая копия просто остановилась на секунду, поднося перекись к переносице, чтобы скрыть смущение. Тем не менее, на детском лице всё равно можно было заметить румянец. — Не сказала бы, что я самая популярная девочка в школе, поэтому да, всегда с собой, — тихо призналась девочка. — Но ещё я часто падаю, когда катаюсь на велосипеде.       Незнакомец внимательно посмотрел на неё, а затем отвёл взгляд, наблюдая за точными движениями её пальцев. Воспоминание осторожно положила руку ему на кисть, приблизившись, чтобы лучше рассмотреть раны. — Тебе нравятся велосипеды? — Алиса не помнила, спросила ли она это: потому что хотела его отвлечь от резкой боли, или потому что ей было действительно интересно. — Не думаю, что ездил на нём хоть раз… — Мне кажется, что я не поблагодарил тебя ещё за спасение, — добавил мальчик через мгновение.       Он улыбнулся. Его слова, смешанные с искренностью улыбки, заставили грубое сердце даже спустя столько лет биться чаще. — Спасибо, самая прекрасная ведьма этого мира.       Бутылёк вывалился из рук девочки. Она в сомнении поджала верхнюю губу и внимательно посмотрела на собственные ладони. — Не слушай этих идиотов. Я не... Я не ведьма, — прошептала иллюзия. — Да и если бы у меня была магия, разве я бы осталась в мире людей?       Мальчик рассмеялся. Его лицо показалось уставшим и немного отрешённым, будто мыслями он был не здесь. Затем он широко улыбнулся, заметив острый и недоверчивый взгляд напротив, и протянул руку, представившись: — Меня зовут Дэмиан. — Алиса.       Девочка неуверенно протянула свою руку в ответ. Их пальцы переплелись, заключив немое соглашение о новой дружбе.       Тогда она ещё не знала о многих вещах. Она не знала, что такое разбитое сердце, не представляла, что ради любви иногда делаются ужасные вещи. Она не знала, что даже Ад может показаться приятным местом, если рядом будет дышать он. Она не знала, кем станет ради него. Она была всего лишь ребёнком. Да спасет её душу Господь, потому что другие боги уже бессильны.       Всё началось со взгляда, но теперь Алиса отчаянно закрывала глаза, мечтая проснуться.       Темнота накрыла царство Морфея толстым покровом. Поляна, когда-то пестрившая живыми красками, теперь была поглощена мраком. Все знакомые контуры — выступающие камни, примятая трава — растворились в ночи, оставив Алису один на один с непроглядной пустотой. — Гхк-гхк… — раздалось знакомое утробное бульканье.       Сердце Алисы реагировало на каждый звук, как птица, бьющаяся в панике об стекло, прежде чем рухнуть вниз. Её шея быстро повернулась туда, откуда доносился звук.       На расстоянии двух вытянутых рук из черной гущи появилась тень. Она медленно, но неумолимо ползла в её направлении, испуская зловонный трупный запах, который с каждой секундой становился всё сильнее. Это разложившееся существо было неопределенной формы, словно туман, сгущённый в одном месте, и каждое его движение казалось лихорадочным. — С духами не сработало, но не думаю, что сейчас есть более подходящие варианты! — хрипло выдохнула Алиса сквозь сжатые зубы. — Spiritus malignos, in tenebris te absorbeo!       Сосредоточившись, девушка раскрыла ладони перед собой и представила, как окружающая темнота обретает плотную форму, поглощая тень. Силуэт перед ней начал искажаться, словно оставшиеся кости с хрустом поломались под тяжестью окружающего мрака. — Vincula tenebrae! — крикнула Алиса, нащупывая в своём воображении узлы магической энергии и стягивая их вокруг сущности из остаточного хаоса.       На мгновение показалось, что тень действительно остановилась, как будто невидимые кандалы удерживали её в замершем состоянии. Но тогда из неё вытянулась рука — черная и искаженная, с мновежеством язв и гематом. Кончики её пальцев коснулись плеча Алисы, и там, где кожа встречалась с тенью, начиналось мгновенное жжение.       Она с трудом сдержала дрожь, которая скользила по её рукам, пытаясь сфокусироваться на хаосе, пронизывавшем тело. Чудовище лишь изогнуло губы в зловещей пародии на улыбку, и в этот момент с её щеки упала разлагающаяся плоть. Звук треска разорвал тишину, — кандалы лопнули, и тень с неестественной скоростью рванула вперёд, пугающе раскрывая пасть.       Алиса резко отпрыгнула в сторону, едва лишь уловив движение там, где секунду назад была её голова. Однако тень оказалась слишком близко, и она почувствовала, как чья-то слюна капнула на грудь, всего в паре сантиметров от шеи. Челюсти сомкнулись на воздухе, всего в дюйме от её кожи. — Проклятье, — прошептала девушка, наблюдая за тонкой струйкой крови на ноге из-за последнего рывка. — Это не может закончиться так.       Она инстинктивно замахнулась для удара, предполагая, что ничем хорошим это не закончится, но руки словно прошли сквозь пустоту. — Почему ничего не происходит? — Её голос был напряжён и, кажется, немного дрожал.       В следующий момент ветер с силой обдал лицо, а тело окутала ледяная вода, и девушка поняла, что сидит в ней. Холод проник в каждую клетку, заставив дрожать от озноба. — Это же не кровь?       Алиса вздрогнула, сомневаясь в том, что сможет справиться с тем, чего касалась её кожа. Она заставила себя подняться, несмотря на тупую боль в позвоночнике и ссаднящих ранах на коленях. Руки зачерпнули алую воду, которая действительно напоминала вязкую жидкость, протекающую в организме. — Не такая тягучая и плотная, как человеческая кровь… Через секунду пришло осознание, и она сжаласть под тяжестью фразы, слетевшей с её губ: — Может, я по-настоящему умерла?