Глава XII. Высокие ставки

      Королевство Эквестрия было гордой и процветающей страной, которая гордилась своим ярким примером дружбы, который она демонстрировала всему миру. Действительно, это была страна, которая славилась своими первопроходцами, и не без оснований. Например, это было первое Королевство, основанное на принципах дружбы и гармонии. Оно также было первым, которым руководили сестры-аликорны, первым, кто разработал современный диван для обмороков, и первым, кто, помимо прочего, разработал полнофункциональные пушки для вечеринок. И в это великолепное утро произошло ещё одно первое в этом мире событие.       Впервые в истории принцесса Селестия задумалась о том, какую подлую уловку придумал её муж, чтобы нарушить её сосредоточенность, пока она поднимала солнце. Однако, он выглядел достаточно невинно. Стоя под её крылышком, он с самодовольной улыбкой спокойно наблюдал за восточными холмами с видом радостного предвкушения. Как сторонний наблюдатель он просто ждал, когда его жена сотворит волшебство, которым она занималась веками.       Но Селестия знала лучше. Восхитительный жеребец, которого она считала своим, несомненно, вынашивал какой-то план. Эта самодовольная улыбка была слишком самодовольной, а поза — слишком праздной. Он был похож на жеребца, который уже привел в действие свой гениальный план и теперь просто ждал, чтобы пожать плоды.       — Как тебе спалось прошлой ночью? — небрежно спросила Селестия, зажигая свой рог.       — Я прекрасно выспался, спасибо, — так же небрежно ответил он. — А как насчёт тебя?       Магия Селестии потянулась к её солнцу осторожными волнами.       — Я тоже хорошо выспалась.       — Хорошо! — радостно ответил Бин. — Как ты думаешь, у Луны была спокойная ночь?       Селестия перевела взгляд в пространство, а затем оглядела балкон в поисках своей сестры, которая была бы просто счастлива узнать о скрытых мотивах Бэйкеда Бина.       — Я надеюсь, что так оно и было, но, боюсь, я не могу сказать наверняка.       — Хм, — вздохнул Бин и пожал плечами. — Ну, по крайней мере, она вовремя подняла луну.       «О, что же ты планируешь?» — задумалась Селестия, пока её магия медленно касалась солнца.       — Однако, я не помню, чтобы Луна когда-нибудь опаздывала.       Тело Селестии напряглось, ожидая нападения с какой-то невидимой стороны. Когда тёмно-синее пятно сестринского нападения не появилось, Селестия слегка расслабилась, и её магия начала медленно поднимать солнце.       — Ты уверена, что с тобой всё в порядке? — спросил Бэйкед, и в его голосе послышалась нотка насмешки. — Ты выглядишь слишком напряжённой этим утром.       — Вовсе нет, — попыталась отвертеться Селестия. — Я спокойна, как летний ветерок.       — Оу, ну тогда ладно. — Он пожал плечами. — Тогда, пожалуйста, продолжай.       Это событие войдёт в историю как самый медленный восход солнца, который когда-либо происходил. Селестия на несколько минут подняла свой шар на несколько градусов вверх, пока Бин не уткнулся носом ей в шею.       — Возможно, тебе стоит поторопиться. Ты создашь культ судного дня, если будешь ещё настолько долго колебаться.       — Ладно, выкладывай уже! — Терпение принцессы начало кончаться.       — Выкладывать что? — удивился Бэйкед.       — У тебя есть какой-то хитрый план, как помешать восходу солнца. Что это?       — Что, я? — спросил он. — У меня и в мыслях не было делать что-либо подобное! Пожалуйста, не сдерживайся из-за меня. Я просто наслаждаюсь восходом солнца вместе с тобой, ничего больше.       — Ты обещаешь?       — Через сердце и луну, или кексик в глаз воткну, — ответил он.       В этот момент Селестия хотела наколдовать кекс, чтобы он смог выполнить своё обещание, но это заставило бы её уронить солнце. Умный кольт…       — Хорошо. Давай уже закончим этот «восход».       — Дерзай.       — Оно поднимается.       — Оно поднимается, — повторил он в ответ.       — В небо, где ему и место.       — Любовь моя, клянусь, я не собираюсь ничего предпринимать, — усмехнулся он. — Давай, заканчивай. Я просто хочу посмотреть.       Селестия поймала его на слове, коротко рассмеявшись, и остаток рассвета продолжался в обычном темпе. Как только она закончила, Бин вылез из-под её крыла, встал на дыбы и крепко поцеловал её.       — Я слишком часто мешал тебе любоваться восходом солнца, — сказал он, когда они вышли подышать свежим воздухом, — и это не то, к чему следует относиться легкомысленно. Я не должен был играть с чем-то настолько важным.       — Я не против, если ты будешь дразнить меня время от времени, ты же знаешь это, — улыбнулась ему принцесса.       — Я знаю. Я только вчера вечером задумался об этом и вспомнил наш разговор, когда ты рассказала мне о том, как ты впервые поднимала солнце. Это то, что важно для всего живого на этой планете. Мне нужно дать тебе сделать важное дело, а только потом я смогу подразнить тебя.       Селестия бросила на него настороженный взгляд.       — Ты ведь говоришь это не только для того, чтобы успокоить меня по какой-то причине, верно?       — Нет, определенно нет. — Он быстро и решительно покачал головой. — Я делаю это, потому что должен уважать то, что ты делаешь. В конце концов, я был бы не рад, если бы ты продолжала прерывать меня, пока я пытаюсь готовить.       — Очень хорошо, — согласилась она и быстро чмокнула его в щеку. Затем она отвела взгляд от него и посмотрела на восход солнца, а её улыбка стала шире.       — Что такое? — поинтересовался Бин.       — Похоже, сегодня утром у нас будет неожиданный посетитель, — ответила Селли.       — Неужели? — спросил он и обернулся посмотреть, кто идет.       — Да. Вообще, это моя старая подруга. А вот и она.       — Где? — спросил Бин, прикрывая глаза копытом. — Я никого не вижу.       — Это потому, что она не пони, — ответила Селестия.       Бэйкед Бин ещё мгновение был озадачен, но потом заметил большую, великолепную птицу, летевшую прямо к ним. Он в изумлении отступил на шаг, наблюдая, как огненные полосы красного и золотого цветов проносятся по небу от сильных взмахов крыльев, и почувствовал, как от груди к копытам пробежал лёгкий трепет.       — Что это?       Птица с радостным клёкотом облетела вокруг пары, и Селестия протянула ей вытянутое копыто, чтобы она могла на него приземлиться. Как только она приземлилась, Селестия быстро прижалась к ней носом, а затем повернулась к мужу.       — Любовь моя, познакомься с Феломиной. Это мой ручной феникс.       — Ух ты! — Бин был похож на жеребёнка в Канун Дня Согревающего Очага, который только что увидел размер своего подарка. — Я думал, фениксы — это просто легенда!       — Нет, они самые настоящие, — рассмеялась Селестия, пока Бэйкед разглядывал высокую и грациозную птицу. — Феломина живет на территории Драконов, но ей нравится время от времени заглядывать ко мне.       — Но она твоя домашняя зверушка? — удивился Бэйкед Бин, в то время как Феломина окинула его критическим взглядом.       — Не в традиционном смысле этого слова. Фениксы — очень вольные животные, поэтому, в отличие от собак или кошек, их нужно выпускать на свободу. Если бы я держала её в клетке, я бы сломила её дух, и она была бы постоянно в депрессии. Я спасла её от драконов, когда она была ещё детенышем, и она прилетает ко мне, когда приходит время для её перерождения.       — Значит, ей нужно прямо сейчас сыграть роль «возрождённой из пепла»?       — К счастью, она недавно прошла цикл перерождения, так что это просто дружеский визит, — ответила Селестия, в то время как Феломина спрыгнула с её копытца и быстро забралась на спину Бина. — О, не двигайся. Она смотрит, хороший ты или нет.       — Правда? — усмехнулся принц.       — Феломина, это Бэйкед Бин, — заявила Селестия. — Теперь он мой друг.       Раздалось смущённое чириканье, и Бин почувствовал, как она прыгает у него по спине, пока выясняет, в чём дело.       — Да. Он хороший пони. Ты можешь ему доверять.       Бэйкед тихонько взвизгнул от боли, когда она клюнула его в затылок, но затем почувствовал, как она запрыгнула ему на макушку. Затем она согнулась пополам, чтобы посмотреть на него сверху вниз, и жеребец почему-то понял, что она улыбается.       — Она на удивление лёгкая. Я почти не ощущаю её на голове, — отметил он.       — Ну, она работает над тем, чтобы сохранить свою фигуру стройной, — усмехнулась Селестия. — Ты ей нравишься.       — Привет, Феломина, — сказала Бэйкед Бин с веселой улыбкой. — Приятно познакомиться.       Феломина радостно чирикнула в ответ, быстро потёрлась о него клювом, и Бин тихонько рассмеялся, почувствовав, как она уткнулась в его гриву.       — Что ж, я уверена, что она поживёт у вас некоторое время, — произнесла Селестия с широкой улыбкой. — Она сидит так, только когда ей удобно. Ты только что завёл себе нового друга.       — И я готов поспорить, что это начало чего-то прекрасного, — ответил Бин, и феникс в ответ одобрительно чирикнул.

* * *

      — Ты тоже готова позавтракать? — спросил Бин, и Феломина восторженно вскрикнула со своего места за столом.       — Вот, пожалуйста! — ответила Селестия, накладывая ему на тарелку блинчики, а фениксу — что-то, похожее на маленькие рубины размером с виноградину.       — Подожди. Это огненные ягоды? — поинтересовался Бэйкед Бин, взяв одну из них в копыто и понюхав.       — Это они, — кивнула принцесса.       — Мой отец продал бы душу, чтобы заполучить хотя бы одну такую ягодку. — Глаза Бина расширились от восхищения, когда он изучал каждый миллиметр плода. — Очень редкие и очень дорогие. Нам всегда говорили, что это потому, что они растут только в землях драконов, поэтому пони не могут до них добраться.       — Это абсолютная правда, но в нашей оранжерее есть один куст, на котором они растут, — ответила Селестия. — Персонал отлично за ним ухаживает, так что у нас всегда наготове целая порция. Я распоряжусь, чтобы дюжину ягод или около того отправили Гарбанзо.       — Он будет петь тебе дифирамбы на рассвете, если уже это не делает, — посмеялся Бэйкед. Он протянул ягоду Филомене в виде копытца, и она в мгновение ока сорвала ее и съела, снова радостно чирикнув.       — А что он хотел с ними приготовить?       — Он хотел попробовать приготовить с ними что-нибудь, например, яблочный джем «Зап», и несколько салатов, в которые он хотел их добавлять. Кажется, он также хотел попробовать пару рецептов, но я не помню, какие именно. Можно мне одну?       Феломина чирикнула на двух нотах, что прозвучало так, будто она разрешила ему это сделать, и он слегка усмехнулся, отправляя одну из них в рот.       — Спасибо, — кивнул Бэйкед и закинул ягоду в рот. — Хм. Это... совсем не то, чего я ожидал.       — О, правда? — Селестия рассмеялась.       — Вовсе нет. Она на удивление сладкая и нежная. В ней есть что-то пряное и пикантное, но не острое. Очень сбалансированный вкус. Вау.       — Только не ешь их слишком много, — предупредила Селестия. — Если их есть сырыми, у пони, как правило, это приводит к расстройству желудка. Они вкуснее всего, когда их готовят с чем-то другим.       — Понял. Я буду есть поменьше. — Он взял ещё одну ягоду, и она исчезла так же быстро. — Кроме того, я думаю, Феломина проголодалась не меньше меня.       — Может быть, немного, — ответила Селестия, но затем в её глазах появился озорной огонёк. — Знаете, вам двоим стоит провести этот день вместе.       — Правда? По-моему, это звучит забавно, — ответил жеребец с одобрением феникса. — А министры не будут возражать против неё?       — Они встречались с ней раньше, так что проблем возникнуть не должно, — заметила Селестия. — Кроме того, не очень разумно расстраивать феникса.       — Держу пари, что нет. Ты всё ещё уверена, что хочешь, чтобы я просто врывался на их встречи? Я всё ещё не думаю, что нравлюсь большинству из них.       — Я не только хочу, но и считаю, что тебе это необходимо. Министерство подотчетно Короне, и я время от времени буду наносить неожиданные визиты, чтобы напомнить им об этом факте. Они должны знать, что и ты тоже будешь наносить незапланированные визиты и проверять их работу.       — Но я даже не пойму, о чём они говорят, — отметил Бин.       — Тогда попроси их всё объяснить. Если захочешь, засыпь их вопросами. Ты узнаешь об их предложениях, а они поймут, что ты будешь следовать своему врожденному дару совать нос не в своё дело.       — У меня действительно есть талант к этому, — усмехнулся он.       — Вистерия также будет сопровождать тебя чтобы помочь, а я планирую оформить кое-какие документы, так что, если я тебе понадоблюсь, я буду неподалёку. Если понадобится, я закончу заседание пораньше, чтобы «обсудить» всё с теми пони, которые задавали тебе вопросы.       — Ты думаешь, до этого дойдет?       — Я очень сомневаюсь, что Феломина и Вистерия сильно помогут тебе.       При этих словах Феломина кивнула и улыбнулась Бину, и он слегка рассмеялся.       — Ну, как могут дела пойти не так, если феникс на моей стороне? — Бэйкед Бин пожал плечами.

* * *

      — Ты готова это сделать? — спросил Бин, оглянувшись на Феломину. Она удобно устроилась у него на спине и одарила его довольной улыбкой и чириканьем на двух нотах, сигнализируя о своей готовности.       — Хорошо, но сначала я должен увидеть, как ты сделаешь самую серьёзную мордашку, на какую только способна. Мне нужно, чтобы ты поддержала меня, когда я отклоню предложение.       Феломина кивнула и одарила Бина самым яростным и раздражённым взглядом, на который была способна. Её глаза прищурились в глубоком неодобрении, клюв хищно изогнулся, и она слегка расправила плечи, словно бросая вызов любому пони, который мог бы сразиться с ней.       — Ух, а ты хороша! — воскликнул Бэйкед и рассмеялся. — Может, как-нибудь покажешь мне, как ты это делаешь?       Феломина с улыбкой кивнула и быстро взглянула на него. Затем она радостно вскрикнула, увидев появившуюся из-за угла Вистерию, и, взмахнув крыльями, полетела к протянутому секретарю копыту.       — Что ж, добро пожаловать обратно! — Вистерия хихикнула. — Прошло немного времени, не так ли?       Феломина радостно защебетала, затем снова вспорхнула на спину Бина и показала Вистерии свою серьёзную мордашку.       — О, так ты помогаешь ему сегодня? Принцу не помешала бы любая помощь, которую он может получить, — улыбнулась Вистерия.       — Знаешь, я бы обиделся, если бы это было неправдой, — усмехнулся Бэйкед Бин. — Я всё ещё новичок, когда дело доходит до работы с министрами и их департаментами.       — У вас всё получится, сэр. Просто следуйте примеру Феломины. Хороший хмурый взгляд далеко вас заведёт.       — И то верно. Итак, кто наша первая жертва?       Вистерия сухо улыбнулась ему.       — Я думаю, мы попросим вас заглянуть на заседание комитета по утилизации отходов. Оно должно начаться через десять минут, так что мы сможем попасть туда как раз к началу.       Принц хихикнул, услышав, как Феломина издала рвотный звук.       — Именно так я и думал. Я полностью пойму, если ты решишь улететь.       — Пожалуйста, сюда, сэр. — Вистерия указала в конец коридора.

* * *

      Бин оглядел пустую комнату, затем перевёл взгляд на Феломину, которая пожала плечами. Затем он повернулся к Вистерии, которая листала страницы в своём планшете и делала какие-то пометки пером.       — Эм, Вис? Не то чтобы я сомневался в твоём мастерстве, но, надеюсь, мы сейчас находимся в нужном месте?       — Встреча назначена именно здесь, — ответила она. — Подождите минутку. Министры обычно немного опаздывают и всегда приходят группой.       — Понял. А в каждом конференц-зале есть такое удобное кресло, как это, для моей самой роскошной задницы? — Бин немного подпрыгнул на своём сиденье, чтобы «проверить» его удобство.       — Вообще, да. Если в зале нет членов Короны, он остаётся пустым, но подразумевается, что члены королевской семьи могут занять его в любое время. Таким образом, он всегда доступен. Нам придётся пригласить ещё кого-нибудь, если, скажем, и Селестия, и Луна захотят присутствовать на собрании, и может возникнуть небольшая суматоха, если вы все трое придёте в одно и то же место. — Вистерия потёрла переносицу. — Теперь, когда я думаю об этом, мне, наверное, стоит разработать план действий на случай непредвиденных обстоятельств, потому что рано или поздно это всё равно произойдёт.       — Я сяду рядом с Селестией, если это поможет, — ответил Бин.       — Держу пари, ты бы так и сделал, — весело фыркнула секретарь.       Затем дверь в конференц-зал осветилась бледно-голубым сиянием. Бин старался излучать достоинство и интеллигентность, но был уверен, что это выглядело так, будто он пытается вывести камень из почек, особенно учитывая реакцию входящих министров, когда они заметили его присутствие.       — Ваше Высочество? — поразилась леди Пенни Уайз, внезапно вспомнив о почтительном наклоне. — Что ты здесь делаете?       — А разве я не должен был быть здесь? — ответил Бин вопросом на вопрос. Феломина собиралась сделать это и трудным, и весёлым занятием. Она отлично справлялась с тем, что бросала сердитые взгляды на аристократов, что, естественно, вызывало у него желание смеяться и аплодировать её мастерству.       — Конечно, нет. Ну, то есть должны, но… Мы просто не ожидали вас увидеть.       — Понимаю. Что ж, теперь я здесь, так что, может, начнём? Нет необходимости всё откладывать из-за меня, — максимально любезно сказал Бэйкед.       На то, чтобы усадить всех пони в зале, ушло несколько минут, поскольку все были представлены друг другу, и некоторые из присутствующих по какой-то странной причине сочли, что нужно поцеловать его королевское копытце. К счастью, в списке приглашённых было пятнадцать персон, и так уж случилось, что именно столько раз подряд Бин мог выдержать обращение «Ваше Высочество» и не сойти с ума. Вистерия села рядом с ним, держа наготове планшет, а Феломина уселась принцу на голову, когда к доске в передней части комнаты подошла рыжеватая пони.       — Я так понимаю, Феломина будет присутствовать на собрании вместе с нами? — уточнила леди Пенни Уайз, и Феломина в ответ взъерошила перышки, приняв вызывающую позу, кричащую что-то в духе: «Только попробуй от меня избавиться». — Очень хорошо. Помощник шерифа Драфф, пожалуйста, вам предоставляется первое слово.       — Минутку, пожалуйста, — пропищала Вистерия. — Прежде чем вы начнёте, я обязана сообщить вам всем, что у принца сегодня очень напряжённый график, и мы не сможем присутствовать на всём протяжении этой встречи.       — Конечно, конечно, — пренебрежительно сказала леди Уайз. — Мы понимаем, что такое случается. Мистер Драфф?       — Благодарю. — Он прочистил горло и повернулся к собравшимся. — Во-первых, я хотел бы поблагодарить всех вас за участие в этом очень важном совещании, посвящённом текущим проблемам обращения с отходами, которые беспокоят наше справедливое королевство. Это проблема, которая, если не решить её своевременно, в скором времени приведёт к большим неприятностям.       Драфф усмехнулся собственной шутке, но он был единственным, кто посмеялся. К счастью, группа не заметила, как Бин съёжился, и он сел немного прямее, чтобы не отвлекаться.       — Позвольте мне начать с одного полезного наблюдения. В целом, в Королевстве дела с утилизацией отходов и контролем за ними идут хорошо. Пони, посвятившие свою жизнь санитарии, неустанно трудятся над тем, чтобы наша прекрасная Эквестрия оставалась идеально чистой и свободной от мусора, и за это они заслуживают нашей самой искренней благодарности. Однако всегда можно внести улучшения, и я надеюсь, что в течение следующих двух часов мы сможем прийти к консенсусу по различным предложениям, которые я хочу вам представить. Первый пункт — это способ сбора отходов. В настоящее время в большинстве случаев упряжки из двух пони используют фургоны под открытым небом, но это приводит к проблемам с качеством воздуха, не говоря уже о...       — Иногда я ненавижу собрания, — пробормотала Вистерия себе под нос.

* * *

      — ...это требует от нас превращения значительных площадей пахотных земель в нечто вроде свалки. С нашей точки зрения, продолжать в том же духе неразумно и слегка антисанитарно, поэтому следует разработать новые методы, чтобы...       Бэйкед лениво постукивал ногой, пока заместитель Драфф продолжал свою презентацию. Он не был уверен, была ли ирония в том, что первая встреча, которую он смог полностью понять, была посвящена исключительно мусору, но это было довольно поэтично, в каком-то трогательном смысле. Даже Феломина, казалось, была сыта по горло этими мусорными разговорами. Первые двадцать минут презентации она прятала голову под крыло и дремала — Бин не мог сказать, что винил её за это — но теперь она взгромоздилась на доску с безразличным видом, полным скуки, или, возможно, с выражением поджигателя, обескураженного отсутствием в помещении легковоспламеняющихся материалов.       — ...необходимы. Я считаю, что таких результатов можно добиться, сосредоточив усилия на стимулировании сокращения общего потребления, что в свою очередь... Принц изо всех сил старался не хихикать, когда она начала передразнивать выражение морды и манеры Драффа. Её клюв открывался и закрывался в точности в такт его словам, и она прижала одно крыло к груди, задрав клюв кверху. Какое-то время она продолжала надменно представлять его, но, когда он снова повернулся к доске, она была воплощением невинности.       — ...э-э-э… — Невинный взгляд Филомены на мгновение выбил Драффа из колеи. — ...э-э-э, тем самым сократив общую площадь, необходимую для выращивания. Прежде чем я продолжу, позвольте мне отметить, что отношения с драконами всегда были… если так можно выразиться, «сомнительным», но я верю, что при должной мотивации мы можем…       — Помощник шерифа, вы позволите? — подал голос Бин. Хотя его не было слышно, Бин очень чётко почувствовал, как принц издал стон после очередного вопроса.       — Конечно, Ваше Высочество! В чём дело? — По крайней мере, Драфф старался не подавать вида, что устал от вопросов Бэйкеда.       — Позвольте мне переформулировать суть вашего предложения, просто чтобы убедиться, что я правильно его понял. Вы предлагаете нам отправлять наш мусор в земли драконов, а затем каким-то образом убедить одного из них сжечь наши отходы для нас?       — Да, в этом вся суть, Ваше Высочество, — кивнул Бэйкед Бин.       — Мне это кажется немного экстремальным и довольно сомнительным решением. Какой дракон захочет сидеть и сжигать мусор день за днём в обозримом будущем?       — Я рад, что вы спросили, потому что это возвращает нас к тому, на чём я остановился. Грубо говоря, у всех существ есть своя цена, и я считаю, что возможность оплачивать их работу битами будет весьма мотивирующей. Из того, что я знаю о драконьей культуре, следует, что за самую незначительную работу дракон может увеличить своё богатство и, следовательно, повысить свой социальный статус.       — Хорошо, возможно, это и так, но о какой сумме «компенсации» мы здесь говорим? Вы вообще знаете, сколько дракон захочет, чтобы ему заплатили за такую работу? А что, если он захочет драгоценные камни, а не биты? Должны ли мы в таком случае заключать контракт ещё и с алмазными псами на поставку необходимой валюты, или наши шахты производят достаточно кристаллов, чтобы покрыть расходы?       — Это один из элементов, о котором я не знаю, Ваше Высочество.       — Хорошо. Боюсь, мне действительно нужно уйти, если вы простите мою грубость. — Бэйкед Бин встал и был почти уверен, что услышал, как Вистерия почти беззвучно поблагодарила его, когда она тоже встала вместе с ним. — Пожалуйста, продолжайте, но, леди Уайз, не могли бы вы, пожалуйста, убедиться, что его анализ бюджетных затрат своевременно поступит принцессе Селестии? Я бы хотел увидеть сравнение затрат между нашими текущими методами и стоимостью найма дракона для сжигания отходов.       — Конечно, Ваше Высочество, — ответила леди Уайз, склонив голову.       — Спасибо. Помощник шерифа Драфф, я надеюсь, что мы сможем подробнее поговорить об этом в будущем. Всем доброго дня.       Затем Бэйкед вышел из комнаты и довольно хихикнул, когда Феломина пролетела у него над головой с радостным чириканьем, вызванным избавлением от скуки.       — Для тебя это было слишком утомительно, не так ли? — спросил он повеселевшего феникса. — Наверное, нам следовало выйти раньше.       — Вообще-то, я надеялась, что вы останетесь ещё на несколько минут. — Вистерия слегка улыбнулась, когда Феломина приземлилась на спину Бина. — У неё получилось довольно неплохо. Я хотела увидеть больше.       Феломина слегка покраснела от смущения за свои действия, но всё равно самодовольно улыбнулась.       — Мне тоже понравилось, — кивнул Бэйкед Бин. — Может, нам стоит пойти на другую встречу и посмотреть, как ты будешь выступать в роли ведущей?       Феломина решительно кивнула и восторженно защебетала.       — Я думаю, ей нравится эта идея, Вис. А тебе?       — Я знаю одно местечко, сэр. — хитро улыбнулась Вистерия. — Следуйте за мной.

* * *

      Принцесса Селестия напевала весёлую мелодию, выводя пером список очень важных дел. Поскольку до дня рождения её возлюбленного оставалось совсем немного времени, она хотела, чтобы всё прошло идеально, и чтобы его первый день рождения с ней был таким, который он никогда не забудет.       — Итак, я никого не забыла? — спросила она. — Возможно, Дискорду понравилось бы приглашение. Возможно, он занят, но я уверена, что он всё равно был бы рад, если бы его пригласили.       Раздался стук в дверь кабинета, и улыбка Селестии стала шире.       — Немного дольше, чем я ожидала... Войдите!       — Принцесса, я вынужден возразить!       Улыбка Селестии не угасла, но она мысленно вздохнула при мысли о том, что должно было произойти, когда серебристо-серый единорог ворвался в кабинет и занял оборонительную позицию перед её столом.       — Вы о чём, Стрэйт Колум?       — О вашем… муже! Он присутствовал на третьей бюджетной конференции субкомитета, посвященной вариантам перераспределения дорожного финансирования при капитальном ремонте мостов!       — Он кого-то разбудил?       — Да!       Селестия тихо хихикнула, в то время как Стрэйт Колум фыркнул от своего импульсивного ответа.       — То есть нет. Послушайте, эти встречи очень деликатны! Мы занимаемся дорогами! Они являются жизненно важной и незаменимой частью сетей, которые связывают всю Эквестрию!       — Видимо, он сделал предложение, не так ли?       — Да! — У Стрэйта задёргался глаз, а на лбу вздулась вена. — Мы не можем этого допустить, Ваше Высочество! Он понятия не имеет о надлежащей процедуре!       — Означает ли это, что в этом году дорожный бюджет будет принят комитетом вовремя, а не с опозданием на шесть месяцев, как в прошлый раз?       — Ну... да, но он будет изобиловать ошибками и недоработками! Это может привести к концу цивилизации в том виде, в каком мы её знаем!       — Да неужели?! — воскликнул Бэйкед Бин, и Стрэйт Колум издал довольно неприличный вопль тревоги, быстро поворачиваясь к нему. — Конец цивилизации, да? А всё намного лучше, чем я думал!       — Ваше Высочество, я не имел в виду...       — Если бы вы не имели это в виду, вас бы не было здесь, в моём кабинете, — предупредительным тоном произнесла Селестия.       — Видишь ли, я думал, что своим вмешательством я действительно уничтожу мир, — продолжал Бин, в то время как Феломина яростно смотрела на оскорблённого «дворянина». — Как будто он должен был расколоться надвое, взорваться, а затем оставшиеся куски породы сгорели бы на солнце. И тогда! Тогда мне пришлось бы объяснять Луне, почему все пони собрались на её луне, и в этом не было бы ничего весёлого. По крайней мере, Селестия сможет начать всё сначала, если цивилизации придёт конец. Если там, конечно, всё ещё будет с чем работать.       — Я уже основывала страну раньше, — задумчиво произнесла Селестия. — Готова поспорить, я могла бы основать ещё одну. Я уверена, что Луна тоже была бы рада вернуть те тысячи лет правления, которые она упустила на луне. Может быть, на этот раз я сделаю себя и Луну королевами, а мой дорогой Бин станет моим королём.       — Возможно, я немного преувеличил, — признал Стрэйт Колум. — Но я по-прежнему придерживаюсь своего заявления о надлежащей процедуре. Мой принц, не примите во внимание моё неуважение к вашей персоне, но у вас просто ещё нет образования и опыта, чтобы выдвигать подобные предложения. Для всего есть свои путь и средства, и вы не можете просто заявиться на встречу без приглашения и ожидать, что...       — О, погодите-ка. — Бэйкед поднял копыто, а затем передал принцессе Вистерию в стопке бумаг. — Это же бюджет, который вы обсуждали, с добавлением моих «неподобающих предложений». Признаю, я не силён в математике, но я немного поразмыслил, пока вы рассказывали о преимуществах дорожной смеси четвёртого типа. Вам, вероятно, придётся объяснить мне это ещё раз, а то я немного запутался.       — Я пойду проверю, как проходит собрание, а потом мы можем отправиться на собрание по науке и искусству, — быстро предложила Вистерия. — Я сейчас вернусь.       — Давай, я прогуляюсь с тобой, — предложил Бин. — Ты всё ещё хочешь побыть с нами, Феломина?       Она кивнула, но её взгляд по-прежнему был устремлен прямо на Стрэйта. Она повернула голову, чтобы не сводить с него пристального взгляда, одновременно поворачиваясь всем телом вместе с Бэйкедом, и ей удалось принять ещё более угрожающий вид, когда жеребец вышел из комнаты.       — Скоро увидимся, любимая, — крикнул он, и Селестия рассеянно кивнула.       — Звучит заманчиво. Я скажу шеф-повару Бит, чтобы она приготовила вкусный суп из огненных ягод. Думаю, тебе понравится его текстура.       — Жду с нетерпением! — засмеялся он.       — Итак, — Селестия повернулась к Стрэйту Колуму, который задавался вопросом, когда и как у него всё пошло наперекосяк, — скажите мне, как один слуга Эквестрии другому: насколько далеко распространилось это отвращение к моему мужу среди знати?       Единорог почувствовал, как к нему возвращается былая бравада. В конце концов, сила была в количестве, и он точно знал, что не одинок в своих чувствах по этому поводу.       — Я не могу назвать точную цифру, но могу заверить вас, что это чувство взаимно.       — Ага… Понимаю.       — Дело не в том, что он нам не нравится, Ваше Высочество. Мы все видим, что он принёс вам много радости и счастья, и мы счастливы от этого. Но я не ошибусь, если скажу, что вы дали своему мужу слишком много власти и контроля. По общему мнению, он принц-консорт и должен подчиняться тем, кто занимал этот пост, до тех пор, пока мы, как орган власти, не сможем прийти к общему мнению о его способности руководить. Сегодня речь идёт о дорогах, что, я признаю, является более второстепенной проблемой. Но как насчёт завтрашнего дня? Начнёт ли он составлять бюджеты без вашего одобрения или повышать налоги, в то время как вы будете ходить в розовых очках? Он может причинить большой вред, если его предоставить самому себе просто по незнанию, и мне страшно подумать, что произойдёт, если вы по какой-то причине окажетесь недееспособным. Вы действительно доверите ему управлять нашим прекрасным королевством в ваше отсутствие, если случится худшее?       Взгляд Селестии был прикован к бумагам, которые только что передала ей Вистерия, но она задумчиво хмыкнула, прежде чем дать официальный ответ.       — Мистер Колум, сколько мне было лет, когда я взошла на трон Эквестрии?       У Стрэйта Колума возникло ощущение, что он шагнул в медвежий капкан, и с трудом сглотнул.       — Вам было шестнадцать, принцесса.       — Довольно небольшой возраст для правителя, не так ли?       — Как правило, да.       — Тем не менее, коммандер Харрикейн, принцесса Платина и канцлер Паддингхед доверились мне и четырнадцатилетней Луне. Это выглядит довольно самоубийственно, не так ли?       — С рациональной точки зрения, да. Но позвольте мне заметить, что вам не было предоставлено единоличное владение Королевством.       — Вот именно. — Теперь её взгляд метнулся вверх, и Стрэйт задался вопросом, в какой захолустный городок она отправит его, и как он будет руководить возведением новой статуи в честь Бэйкеда Бина. — Эти трое предложили мне помощь, и я с благодарностью принял её. Принц Бин — новичок в правительстве, да. Он не знаком с надлежащими процедурами и протоколом, да. Но задумайтесь на мгновение: то, что он может предложить мне, вам и всем министрам Эквестрии, — это свежий взгляд на вещи, новая точка зрения. Он не обременён укоренившимися ожиданиями относительно того, как и зачем вести бизнес моим маленьким пони. Он смотрит на всё так, как и все мы должны смотреть: с точки зрения простого обывателя. Он оценивает политику, исходя из того, как она повлияет на него, когда он готовит в семейном ресторане, а не из того, как вы будете оценивать политические преимущества, складывающиеся в вашу пользу. Он не стремится упрочить своё положение и не заботится о сохранении своей власти. Он желает лучшего для таких, как он, тех, кто живёт и борется в окопах, чтобы сделать Эквестрию великой. Вместо того чтобы насмехаться над его недостатками интеллекта и опыта, вам следует попробовать смотреть на мир так, как смотрит он, и помочь ему освоиться. Было бы откровенно славно, если бы вы это сделали.       Стрэйт Колум понял, что его обошли, и просто кивнул.       — Мои самые искренние извинения, Ваше Высочество. Селестия кивнула, и её взгляд вернулся к списку, который она составляла вначале.       — Теперь, поскольку, похоже, по этому вопросу всё ещё существуют некоторая путаница и споры, позвольте мне внести полную ясность. Принц Бэйкед Бин мне ровня, и он останется таким, несмотря на все возражения, которые могут возникнуть у других. Если меня по какой-либо причине отстранят от власти, я без колебаний вверю это Королевство ему. Министерство может либо смириться с этим, либо оказаться в ещё более невыносимом положении, которое может потребовать решительных действий.       — Я полностью это понимаю, — кивнул единорог.       — Хорошо. Есть что-то ещё, что вы хотели бы обсудить?       — Нет, Ваше Высочество. Это всё.       — И последнее, прежде чем вы уйдёте, — крикнула Селестия, когда Стрэйт уже стоял в дверном проёме. — Я проверила расчёты Бэйкеда Бина, и, если не считать отсутствия моста через ручей в Кантерлоте, который, как я полагаю, находится рядом с вашим домом, все цифры совпадают. Я бы посоветовала вам в будущем уделять больше внимания его предложениям, они кажутся мне вполне разумными.

* * *

      — Ты действительно удивлён, что она отвергла тебя таким образом? — с насмешкой спросила Пенни Уайз.       — Я надеялся, что она серьёзно отнесётся к моим опасениям. В противном случае я бы не стал вмешиваться, — проворчал Стрэйт Колум, прежде чем сделать глоток красного вина, которое только что поставили на стол. — Принц был опасен своими предложениями и нисколько не заботился о надлежащей процедуре подачи. Мы потратили половину отведенного времени, разбираясь с его гениальными идеями.       — Это новая норма, мистер Колум, — ответила Пенни Уайз. Она, вероятно, пыталась рассмеяться, но звук, который у неё вырвался, был больше похож на звук, с которым пони подавился куском, который был слишком велик для их рта. — Нам всем просто придётся учиться и приспосабливаться к его вмешательству.       — Моя дорогая Пенни, — принц Блюблад слегка рассмеялся, — ты вечная оптимистка, не так ли?       — Если вы не знаете какого-то великого секрета, которого не знаем мы, у меня нет причин проявлять оптимизм на данный момент, — фыркнула она. — Если у вас есть что-то, что снова вселит в меня надежду, я молю вас поделиться. Магия Блюблада подняла его бокал, и он осторожно взболтал в нём ярко-красную жидкость, продолжая:       — В этом нет большого секрета, моя дорогая. Ты просто смотришь на эту проблему под одним углом.       — О, и всего-то? — раздраженно фыркнула она. — Пожалуйста, просветите же меня.       — Было бы желание, а возможность найдётся, — сказал он, приподняв брови, — и в данном конкретном случае есть несколько возможностей справиться с нашим любимым принцем. В данный момент в игре есть элементы, которые помогут устранить этого провинциала, но на это потребуется время. Нам просто нужно пока терпеть и верить, что сила, превосходящая нас, поможет. Не отчаивайтесь, друзья мои. Продолжайте свою работу как можно лучше и доверьтесь мне.       — Довериться тебе? — удивился Стрэйт. — Такими разговорами ты уже вступаешь в сферу государственной измены. Мы все остаёмся в Кантерлоте на милости принцесс, а одно неверное движение против этого Бэйкеда Бина приведёт к нашему быстрому и бесславному концу. Надежда, которую ты предлагаешь, — это глупая мечта, желание, которое невозможно исполнить.       — Отнюдь, всё вполне осуществимо, — ответил он с усмешкой, и Стрэйт мог бы поклясться, что заметил вспышку зелёного света в его глазах. — Я знаю, что есть реальное решение, и что никто из нас не пострадает от гнева моих тетушек. К тому времени, как всё будет завершено, Бэйкед Бин станет для всех нас не более чем забытым страшным сном. Просто дайте мне возможность, и сами всё увидите. Вся Эквестрия увидит, и тогда никто больше не посмеет сомневаться во мне.