Глава XVI. Нигогорский водопад

      — Следи за моим ударом справа, любимый, — предупредила Селестия, и Бин фыркнул. Сегодня утром она достаточно сильно приложила его по голове копытом, и ему было больно, хотя она и старалась сдерживаться.       Его копыта заскользили по траве, и он низко пригнулся. Цель этой предрассветной тренировки состояла в том, чтобы каким-то образом проскользнуть мимо неё и позвонить в колокольчик, который был прикреплён к столбу в дальнем конце поля. Как только он сможет это сделать, Селестия объявит, что он завершил первый этап своей защитной подготовки, и они смогут перейти к противодействию магии единорога.       Но пытаться проскользнуть мимо принцессы Селестии было всё равно что пытаться приготовить запеканку, используя всего лишь таймер для приготовления яиц. Она могла сдерживать удары, но ни на йоту не уступала своей железной стене, что бы Бэйкед ни делал. Он ухмыльнулся, быстро вспомнив тот раз, когда попытался поцеловать её, чтобы пройти мимо, но это закончилось тем, что она прижала его к земле передними копытами, а её губы целовали и покусывали его шею.       Однако сегодня был его день, он просто знал это. Он медленно побрёл налево, не сводя глаз с белого чуда, которое было его женой, и оценивая свои возможности. Её поза позволяла ей делать зигзаги влево или вправо, а если он пытался нырнуть, она просто падала на него сверху, взмахивая крыльями в обратном направлении для дополнительного толчка. Перевернуться тоже было невозможно; у Бина никак не могло хватить высоты, чтобы перелезть через Великую стену Селестии.       План Бина начал претворяться в жизнь, когда он отпрыгнул вправо, чтобы избежать удара левого копыта Селестии. Его единственной надеждой было обмануть её, проскочить, пока она делает зигзаги, а затем сорваться на бег. Он мог убежать от неё, но сначала ему пришлось перехитрить её.       Он сделал быстрый неуверенный шаг вправо, и Селестия в предвкушении сместила вес, но не укусила. Неуверенный шаг влево, и она почти сделала это. Он снова фыркнул, наблюдая, как напрягаются мышцы её груди, когда она переставляет копыта, предвосхищая его движения, но затем улыбнулся.       — Ты вспотела, — поддразнил он.       — Как и ты, — заметила она с хищной ухмылкой.       — Я всегда потею, а ты — никогда. Я тебя не утомляю, «моя дорогая»?       — Конечно, нет, раньше я часами так занималась, — заметила она с голодным рычанием. — Возможно, я просто пытаюсь отвлечь тебя, а?       Бину пришлось мысленно проверить, насколько привлекательна блестящая шкура его жены, и он отступил на несколько шагов. Что бы он ни собирался сделать, он должен был сделать это быстро. Позади него была стена, которая быстро приближалась к нему, и до сих пор задний ход был единственным способом ускользнуть от нее.       Затем ему в голову пришла внезапная и безумная мысль, и он снова отступил влево, обдумывая её. Селестия ожидала, что противник будет на четырёх ногах. Если он вставал на дыбы, то уменьшал количество спотыкающихся конечностей на две, но тогда у него был недостаток в том, что он пытался бежать вполсилы.       Бэйкед Бин отбросил всякую осторожность и встал на дыбы. Он действительно не ожидал, что этот трюк сработает, но, если бы это сработало, он мог бы опуститься на все четыре копыта, как только поравняется с ней, чтобы убежать. Он улыбнулся, когда Селестия подняла голову и шею, чтобы отвести угрозу от его передних копыт, и увидел, как напряглись её мышцы, чтобы отразить удар. Затем он сделал шаг вправо, развернулся, когда Селестия попыталась компенсировать это и атаковать его, пока он находился в таком неудобном положении, а затем он вложил всю силу, на которую был способен, в левую ногу, чтобы прилично оттолкнуться.       Селестия попыталась двинуться вместе с ним, но её вес был смещён, и он увидел, как она потеряла равновесие и рухнула на землю, когда его правая нога толкнула его вперёд и вниз, чтобы он смог снова встать на четвереньки. Он почувствовал, как её задние копыта на мгновение промахнулись мимо него, когда она попыталась подставить ему подножку, и, радостно вопя, поскакал к колокольчику.       Бин издал протестующий крик, когда обнаружил, что магия Селестии остановила его как раз в тот момент, когда он собирался ударить в медный индикатор успеха. Затем он скрестил копыта на груди и яростно надулся, но Селестия расплылась в улыбке, когда притянула его к себе, встала и попыталась отдышаться.       — Так нечестно, — пожаловался Бин. — Предполагалось, что ты нападаешь на пегаса, а не на единорога.       — Я и то, и другое, и только так я смогла бы тебя поймать. — Она посадила его прямо перед собой, но он просто сидел и продолжал дуться.       — Я бы выиграл, если бы ты не жульничала, — попытался парировать.       — Ты бы выиграл, — сказала она, уткнувшись носом в его потную шею. — Но прими это как урок на будущее. Даже если ты, возможно, видишь пегаса, у него может быть друг-единорог, о котором ты не знаешь.       — Думаю, да, — проворчал он. Даже со своей уязвлённой гордостью он мог видеть логику, но ему казалось, что это лишь тонкая завеса, скрывающая тот факт, что он, простой смертный, воспротивился великой Госпоже и командующему Эквестрией. Он мысленно наслаждался своей победой — да здравствует принц Бэйкед Бин! — когда закончил отвечать своей жене. — Но, честно говоря, ты ещё не показала мне, как избежать магии, в конце концо-о-о-в!!!       Кислое настроение Бэйкеда испарилось, когда её нежные покусывания нашли особенно чувствительное местечко на его шее, вызвав невольный смешок у принца-победителя, на которого можно было смотреть как-то по-особенному. Он почувствовал, как она усмехнулась, когда поднялась с места.       «Пытаешься сменить тему? Коварная кобыла», — усмехнулся он про себя, вдыхая мощный аромат её «усилий». Мысль о гигиене не имела значения; прямо сейчас это был её свежий запах, и он опьянял.       — Это будет следующим этапом твоего обучения. — Она прикусила его шею, затем отступила на шаг. — Ты хорошо поработал и заслуживаешь награды.       — О! Мне нравится, как это звучит, — Бин нетерпеливо хлопнул копытами. — Что я получу? Спаржу?       Селестия покачала головой и усмехнулась.       — Ты действительно хочешь, чтобы я дала тебе спаржу в награду за что-нибудь?       — Это то, что я получал в детстве, когда получал одни пятёрки в табеле успеваемости. Ну, и ещё рожок мороженого с тремя шариками и посыпкой.       — Вот что я тебе скажу. — Магия Селестии снова зацепила своего Бина, и она одарила его довольной улыбкой. — Позвони в колокольчик, и я позабочусь о том, чтобы ты получил рожок мороженого с тремя шариками, когда мы доберёмся до Нигогорского водопада, и я лично посыплю его сверху.       — Мне уже нравится этот план, — радостно ответил он, прежде чем подарить своей возлюбленной глубокий и страстный поцелуй. — Но перед всем этим, я думаю, нам, наверное, стоит поднять солнце и принять душ.       Селестия задумчиво хмыкнула, а затем покачала головой.       — Знаешь, я действительно больше настроена на то, чтобы принять ванну. Полагаю, ты можешь принять душ один, если хочешь.       — Ни за что. Ты поднимешь солнце, а я приготовлю ванну.       Бин и Селестия рассмеялись, когда она опустила его на землю, и, быстро чмокнувшись, направились к выходу. Когда они проходили мимо столба, Бин остановился, ударил по колокольчику задним копытом, а затем одарил свою возлюбленную довольной улыбкой.       — Кстати, это был хороший ход, — заметила она. — Но теперь нам нужно посмотреть, сможешь ли ты это сделать, когда будешь в доспехах и с копьём. Если сможешь, из тебя может получиться неплохой стражник.       — Не думаю, что в ближайшее время я буду ходить в доспехах.       Селестия игриво улыбнулась ему и шлёпнула хвостом по его заднице.       — Никогда не знаешь наверняка. Я уверена, что нам обоим понравилось бы снять с тебя доспехи.

* * *

      — Селли? Всё в порядке?       — Боюсь, у меня печальные новости, любовь моя, — ответила Селестия, когда Бин подбежала к ней. — Феломина сказала мне, что ей пора возвращаться домой.       — О, а ей обязательно улетать? — угрюмо спросил Бин и почувствовал, как на его лице появляется грустная улыбка, когда Феломина слетела с крыши и приземлилась на перила балкона перед ним.       — Боюсь, что да, — ответила Селестия кивком Феломины. — Ей очень понравилось здесь, но дворец стал для неё слишком душным и замкнутым.       — Я понимаю. — Бэйкед протянул копыто, и в его улыбке было что-то счастливое, когда Феломина уселась на него и потерлась о него носом. — Такая великолепная птица, как ты, заслуживает того, чтобы парить под открытым небом. Ты ведь вернёшься, чтобы навестить нас, правда?       Феломина одобрительно чирикнула. Затем она взмыла в воздух над Бином, и тот улыбнулся ещё шире, когда она выдернула большое перо из своего крыла и заложила ему за левое ухо.       — Это прекрасно, Феломина. Спасибо. Во время твоего следующего визита мы подумаем, не стоит ли немного подразнить Луну.       Феломина радостно вскрикнула, прежде чем приземлиться на вытянутое копыто Селестии. Они потёрлись друг о друга носами, и в глазах феникса блеснула слезинка, когда она отстранилась.       — Ведите себя прилично, юная леди, — предупредила Селестия. — И не торопись ни с чем. Тщательно обдумывай свои варианты и выбирай лучший из лучших. В конце концов, это может занять некоторое время.       Феломина чирикнула, мол, «так и будет», спрыгнула с копыта Селестии на перила и расправила крылья, готовясь к долгому полету. При этом принцесса применила свою магию, и солнце вновь показалось над восточным горизонтом в тот момент, когда Феломина широко расправила крылья.       Затем феникс поднялся в воздух вместе с солнцем и с таким же величием. Бэйкед Бин издал радостный вопль, когда она облетела вокруг них с объятым пламенем хвостом, издала ещё один благородный крик на прощание, а затем устремилась навстречу рассвету в сиянии огня и славы.       — По-моему, твои театральные способности на ней сказались, — сказал Бин своей жене, когда она накрыла его своим крылом. — Она точно знает, как красиво уйти.       — Возможно, я дала ей пару советов на этот счёт. — Селестия издала лёгкий смешок, сопровождавший это замечание.       — Я буду скучать по ней, — сказал Бин с грустным вздохом. — Ты должна была сказать мне раньше, какие фениксы веселые.       — Феломина совершенно необыкновенная, но я уверена, что мы очень скоро увидим её снова. Есть даже шанс, что она приведёт с собой гостя.       — Да? — удивился Бэйкед. — Ты не говорила мне, что у неё есть особенная… э-э-э, птичка.       Селестия одарила своего мужа лёгкой ухмылкой.       — Не думаю, что в данный момент у неё есть жених, но я верю, что он у неё появится очень скоро. Видите ли, брачный сезон фениксов должен начаться как раз в тот момент, когда она возвращается домой, а ведь Феломена ещё не нашла себе пару. Я лично думаю, что мы с тобой повлияли на неё, и что она думает о том, чтобы снова переродиться.       — Если это так, я надеюсь, она найдёт себе приятную пару, которая будет относиться к ней с уважением. Она заслуживает чего-то по-птичьи стильного. Не повредит, если он тоже будет озорным, а? — подмигнул ей Бэйкед.       — Я бы сказала, это было бы идеально для неё, — кивнула Принцесса Солнца.       — А разве фениксы заключают браки на всю жизнь? — Бин поднял глаза, и Селестия быстро чмокнула его в губы.       — Они будут вместе столько, сколько и мы с тобой.       — Это долгий срок. — Он чмокнул её в ответ, а затем уткнулся носом в её шею. — И я уверен, что она найдёт того, кто идеально ей подойдёт, так же, как и я.       Селестия тихо выдохнула от удовольствия, и она с радостью прижалась к нему носом. Несколько мгновений они стояли в этом безмятежном объятии, пока Бэйкед Бин нежно не прикусил шею своей возлюбленной.       — От тебя странно пахнет.       — Ну, ты и сам не розовый куст, — с издевательским смешком парировала она. — Ванна-то готова?       — Уже должна быть готова. Вистерия даже нашла дня нас пену для ванны с ароматом клубники. Ну, перед тем, как ей в очередной раз понадобилось в туалет. Поэтому нам следует поторопиться, пока ванна не переполнилась.       — Я рад, что она смогла прийти сегодня. Нам нужно будет узнать, планирует ли она сопровождать нас до Нигогорского водопада.       — У меня такое чувство, что она поедет с нами, но кто знает, — ответил Бин. — Стоит ли?       — Не будешь ли ты так любезен помыть мои крылышки?       — Я даже почищу пёрышки, если хочешь, — ответил он. — Только на этот раз не окатывай Луну водой из ванны.       — Я не могу дать такого обещания, но постараюсь, — со смехом ответила Селестия.

* * *

      — Итак, зачем мы сегодня сюда прилетели? — спросил Бин, перегибаясь через борт кабины и любуясь видом на землю с высоты более трёхсот метров.       — Водопады — очень популярное туристическое направление, и поездка на поезде доставила бы посетителям массу неудобств, — объяснила Селестия. — Кроме того, колоесница занимает меньше места. Таким образом, будет проще прибывать и отправляться.       — Ты просто хотела отдохнуть от бумажной работы. Признай это, — посмеялся Бэйкед.       — И это тоже, — призналась Селестия.       — Я немного удивлён, что Блюблад захотел составить нам компанию. — Бин выпрямился и повернулся мордой к жене, но посмотрел мимо неё на колесницу, которая летела рядом с ними, в которой находились Блюблад, Вистерия и Квилл. — Я имею в виду, что с тех пор, как он вернулся, он избегал меня, как больного меткосыпью, но, похоже, ему очень хотелось составить нам компанию этим утром.       — Ты можешь отчасти поблагодарить Луну за это, — заметила Селестия. — Она поймала его прошлой ночью и в ходе последующего разговора ещё раз спросила о том, что случилось с яками. Когда его ответы остались прежними, у неё состоялся довольно откровенный разговор с ним. Я не знаю всего, что было сказано, но в основном речь шла о её разочаровании его неудачей, особенно учитывая, как хорошо всё шло до того, как его выдворили. Она даже открыто задалась вопросом, должен ли он сохранить за собой те официальные звания и функции, которые мы ему дали, а когда он запротестовал, она дала понять, что Блюблад поставил себя в довольно опасное положение. Я считаю, что эта поездка и его внезапная доброжелательность — попытка вернуть наше расположение.       — О, — задумчиво ответил Бин. — Что ж, может быть, мы с ним сможем начать всё сначала. Возможно, я не смогу угодить каждому аристократу, но я бы хотел завести как можно больше друзей в этих кругах. Возможно, это немного наивно с моей стороны, но я думаю, что с друзьями работать легче.       — Нет ничего наивного в желании быть другом, — ответила ему Селестия с тёплой улыбкой. — До тех пор, пока ты не позволяешь своей дружбе закрывать от тебя глаза на правду.       — Я понимаю это слишком хорошо. — Бин посерьёзнел при воспоминании о своей величайшей ошибке, и его взгляд устремился к далекому горизонту.       — Водопад Нигогора прямо по курсу, Ваши Высочества! — крикнула сержант Кловер.       — Сержант, пожалуйста, покружите нас немного над водопадами, а потом аккуратно посадите колесницы, — крикнула Селестия в ответ, поворачиваясь к своему возлюбленному. — Я думаю, нам хотелось бы как следует рассмотреть их с высоты птичьего полета, прежде чем мы приземлимся.       — Ты слишком хорошо меня знаешь, — с готовностью ответил Бин и снова перегнулся через край вместе с Селестией, когда они начали спускаться.       Бэйкед Бин никогда в жизни не был на Нигогорском водопаде. Он видел только картинки в книгах, и то, что он увидел, не произвело на него впечатления и не вызвало интереса к посещению легендарных каскадов. Что такого интересного может быть в обычном водопаде? Ему хватило одного взгляда вживую, чтобы понять, как он ошибался.       — Знаешь, что самое лучшее в том, чтобы быть женатым на тебе? — прокричал он свою любимую, перекрикивая шум воды под ними.       — И что же? — почти таким же криком спросила Селестия.       — Ты, — ответил он. — На втором месте — то, что у меня замечательные родственники, а на третьем — еда. Но на четвёртом месте, несомненно, те новые места, которые я смогу увидеть вместе с тобой. Я и представить себе не мог, насколько это будет потрясающе.       — И я хочу показать тебе гораздо больше, мой дорогой, — прошептала Селестия ему на ухо, отчего по спине Бина побежали мурашки. — В своё время все тайны королевства откроются тебе.       Бэйкед знал, что Селестия хотела сказать это как комплимент и как обещание. Он знал, что каждое её слово было искренним, что она отдала бы ему всё. Но эти надёжные чувства неуверенности в себе и неполноценности упорно не давали ему покоя. Если он принимал заявление Селестии за чистую монету, то ему было предложено всё, от её самых сокровенных мыслей до всей Эквестрии вдоль и поперёк. Этого было достаточно, чтобы у него онемели ноги и пересохло в горле.       — Бин? Что я такого сказала? — обеспокоенно спросила Селестия. — Я не пыталась довести тебя до слёз.       — О, ты этого не сделала. Просто я такой, какой есть, — ответил он, вытирая предательски выступившие на глазах слёзы. — Просто иногда я чувствую себя таким неадекватным, когда сравниваю себя с твоим грандиозным величием. У тебя нет абсолютно никаких причин давать такому простому пони, как я, ключи от Эквестрии, и все же ты радостно вручаешь их мне, снова и снова, с поцелуем и улыбкой. Хуже того, ты добровольно предлагаешь мне самые драгоценные ключи от своего сердца, и это то, чем я дорожу больше, чем самой жизнью.       Селестия уткнулась носом в его ухо, и волна умиротворения начала бороться с его неуверенностью.       — Мой дорогой Бин, всегда помни, что ты мой любимый. Поэтому вполне естественно, что ты получаешь всё, что я могу дать. В конце концов, ты всегда отдавал мне всё, что у тебя было.       — Спасибо. Наверное, тебе это уже надоело, да? Ты действительно хочешь, что я был бы более уверен в себе.       — Я считаю, ты очень уверен в себе, любовь моя. Гораздо больше, чем ты себе представляешь. Я также считаю, что тебе не нужно отождествлять благоговение и подавленность с неадекватностью. Всё ещё бывают моменты, когда я чувствую то же, что и ты.       — Это не так, — возразил он, встретившись с ней взглядом. — Ты всегда такая уверенная и уравновешенная. Не могу поверить, что тебя что-то может ошеломить.       — Кризалис ошеломила меня.       — Нет, она одурачила тебя, — усмехнулся Бин. — Это другое дело.       — Тут было всё вместе. Когда вторжение закончилось, я почувствовала себя неудачницей. Какая же я принцесса, если не могу защитить своих маленьких пони от угроз? Я была так расстроена, что даже подумывала отречься от престола, открыть маленький магазинчик в Кантерлоте и продавать ароматические свечи. Мне всегда нравились свечи. Они похожи на маленькие солнышки.       — Но ты же защищала своих пони. Ты сделала всё, что могла.       Селестия нежно поцеловала его в щёку.       — Как и ты. Ты тоже делаешь всё, что в твоих силах, и, в конце концов, этого всегда достаточно. Не бойся быть ошеломлённым, любовь моя. Насладись этим ощущением, ухватись за него изо всех сил и прижми к сердцу. Позволь ему наполнить тебя энергией и стать от этого ещё сильнее. Единственное, чего тебе следует бояться, — это когда ваши страхи выводят тебя из строя.       — Единственное, чего я действительно боюсь, — это потерять тебя.       Бин задрожал от удовольствия, когда она погладила его по шее.       — Не бойся этого. Ничто не разлучит меня с тобой, и ничто не положит конец моей любви к тебе.       — Даже если я пощекочу тебя, пока ты будешь поднимать солнце? — посмеялся Бэйкед.       — Даже если и так. — Она игриво ущипнула его за ухо и слегка хихикнула. — А теперь, я полагаю, тебе причитается рожок мороженого. Может, приземлимся?       — Только если ты его и купишь, — ответил он, и Селестия усмехнулась.       — Я никогда не отказываюсь от мороженого.

* * *

      — Что вы об этом думаете, Ваше Высочество?       Бин улыбнулся принцу Блюбладу, затем глубоко вздохнул.       — Всё это так удивительно. Этому деревенщине действительно следовало почаще выходить в свет. Я многое пропустил.       Блюблад кивнул, но его взгляд не отрывался от водопада.       — В этом прекрасном королевстве есть множество чудес и спрятанных сокровищ огромной ценности, которые так и ждут, когда мы их обнаружим, — сказал Блюблад. — Хотя, я полагаю, мы могли бы поспорить, что вы уже нашли величайшее сокровище, которое когда-либо могло предложить наше королевство.       — Так и есть, и я могу только надеяться, что когда-нибудь стану равным ей, — кивнул Бэйкед Бин.       — Скажите, где ещё вы с принцессой планируете побывать во время вашего грандиозного свадебного путешествия? — поинтересовался беловолосый принц.       — Дайте-ка подумать. Я думаю, нам нужно посетить Мэйнхэттен, Балтимэйр и Клаудсдейл, и я знаю, что мы обязательно посетим предстоящие Эквестрийские Игры. Я думаю, мы также собирались съездить в Маретонию на вечеринку по случаю дня рождения герцога. Селли сказала мне, что там подают Тавче Гравче, которое мне обязательно понравится и которое я захочу попробовать.       — Понимаю. Может быть, у меня хватит смелости пригласить себя на какое-нибудь из этих мероприятий? — проговорил Блюблад.       — Лично я не возражаю, но, думаю, нам нужно послушать, что скажет Селли. Вы ведь будете присутствовать на Играх, верно?       — Я принял необходимые меры, чтобы присутствовать на них, — кивнул принц.       — Знаете, я должен сказать, что мне интересно, что вы вообще разговариваете со мной, не говоря уже о желании сопровождать нас в туре по Эквестрии.       — Видите ли, я держался довольно отчуждённо с момента вашего приезда. Если вы простите мою прямоту, я надеюсь составить окончательное мнение о вашем характере и посмотреть, как развиваются ваши отношения с принцессой, пока я буду присутствовать на всех мероприятиях. Исходя из этих наблюдений, я буду знать, как лучше поступать в той или иной ситуации.       Бин кивнул.       — У вас с Луной много общего, по крайней мере, в том, что касается меня. Вам тоже нелегко смириться с тем, что Селестия вообще влюбилась, не так ли?       — Нет. — Морда Блюблада помрачнела, и он стиснул зубы. — Это не так. Однако я часто обнаруживаю, что у моей тёти есть вкусы, интересы и особенности характера, которые противоречат тому, что я считаю правильным. Возможно, однажды я пойму её, но, боюсь, этот день будет далеко в будущем.       — Ну, надеюсь, вы будете стараться, — вздохнул Бин.       — Думаю, да. Это всё, чего можно желать от пони, не так ли? — недовольно уточнил Блюблад.       Бэйкед Бин собирался ответить, но его прервали три порции восхитительного пралине с ванильным мороженым и дополнительной посыпкой, идеально уложенные на вафельный рожок, который преподнесла ему жена. Он осторожно взял предложенное угощение и улыбнулся ещё шире, когда увидел, что она купила рожок и для Блюблада.       — Держи, двойная порция «Роки роуд», — предложила она Блюбладу, и он поблагодарил её, в то время как его магия отправляла сладкие кусочки ему в рот, чтобы он мог насладиться ими как следует.       — Тебе не досталось ванильного? — спросил Бин свою жену, облизывая.       — А почему ты решил, что я возьму ванильное? — ответила она.       — Не знаю. Просто так подумал. И что же ты взяла? — уточнил Бин.       — Малину, — ответила Принцесса Солнца. — У продавца был больший выбор, чем я ожидала.       — Прошу прощения, принцесса, — Блюблад опустил голову. — Я полагаю, вам хотелось бы немного побыть наедине со своим мужем.       Селестия кивнула, но, когда Блюблад уходил, бросила на Бина любопытный взгляд.       — Он же хорошо себя вёл? — серьёзно спросила она.       — Думаю, да. Он сказал, что хочет проводить со мной больше времени, когда мы будем посещать разные места, и что он пытается лучше понять мою личность, прежде чем вынесет своё окончательное суждение обо мне, — объяснил Бэйкед. — Или что-то в этом роде.       — Тогда, надеюсь, он примет решение в твою пользу, — с надеждой в голосе произнесла принцесса.       — Я тоже на это надеюсь, — ответил Бин, бросив взгляд на удаляющегося принца. — У меня сложилось впечатление, что он пытался быть дружелюбным, так что, надеюсь, так и останется.

* * *

      — Приходите все, приходите все! Приходите и станьте свидетелями удивительной магии Великой и Могучей Трикси!       — Ни за что! Опять ты?! — громко фыркнула рыжая пони неподалеку. — Ребята, смотрите! Это глупая и невезучая Трикси!       Трикси начала ворчать. Она ненавидела туристов, а те, что были на Нигогорском водопаде, всегда были самыми худшими.       — Трикси просит всех зрителей, пожалуйста, приберечь свою критику до конца шоу, когда Трикси будет достаточно любезна, чтобы принять их извинения.       — Или что? Ты превратишь меня в тритона? — Неистовый задира громко расхохотался, толкнув своего друга, и толпа вокруг него с радостью присоединилась к издевательскому смеху.       — Отлично. Трикси понимает, что ей придется проявить себя, — вздохнула кобыла со шляпой волшебницы на голове. — Приготовьтесь к изумлению! Сначала я превращу эту вазу с фруктами в стаю голубей! Смотрите и ахайте от удивления!       Трикси развернулась и набросила на себя накидку, но когда она подняла копыта, чтобы перевернуть фрукты, то обнаружила на столе только пустую миску.       — Что? А где…       Большой белый пегас, стоявший в первых рядах толпы, громко рыгнул.       — Извините! Я думал, вы предлагаете бесплатную еду за посещение шоу!       Оранжевый задира покатывался со смеху вместе со своими друзьями, но Трикси сохраняла самообладание, спокойно унося чашу со сцены.       — Не важно, у Великой и Могучей Трикси есть ещё один удивительный фокус, который она может показать. Для этого мне понадобится доброволец с газетой или брошюрой. Кто хочет выступить вперед? Может быть, ты, мой добрый жеребец?       — Э-э-э… конечно? — На сцену выпорхнул смущённый пегас, держа в копытах сложенную втрое брошюру, полную информации о Нигогоре в копытах. — А теперь Трикси хочет, чтобы ты взяла эту брошюру и порвала её как можно мельче.       — Э-э-э, ну ладно?       — Сделай это, — рассмеялась Трикси, а затем начала пафосно говорить, приложив копыто к груди. — Доверься Великой и Могущественной Трикси!       Пегас сделал, как ему было сказано, и вскоре его копыта были полны рваной бумаги.       — И что теперь, мисс Мэджик? — поинтересовался пегас.       — А теперь удивляйтесь, когда Трикси сделает вашу брошюру как новенькую! — провозгласила Трикси.       Она взяла бумажки своей магией, скомкала их в шарик и покатала в своих копытцах, пробормотав несколько слов и самодовольно улыбнувшись. Через несколько секунд магия Трикси подняла брошюру перед волонтером и толпой, и оказалось, что ей действительно удалось восстановить брошюру в виде целого фрагмента.       Так продолжалось до тех пор, пока пегас не попытался забрать её копытом. Как только магия Трикси иссякла, бумага рассыпалась обратно в конфетти под копытами теперь уже разъярённого добровольца.       — Эй! Я заплатил за неё четыре бита! Ты всё испортила!       Трикси застонала, когда большая часть толпы рассмеялась, а пегас потребовал вернуть деньги. Всё шло совсем не так, как она хотела.

* * *

      — Это действительно вкусное мороженое, — заметил Бин, облизывая его. — Сколько оно стоило?       — Пять бит за каждый шарик, но в стоимость входила дополнительная посыпка, — ответила Селестия.       — Ого, так много? — Глаза Бина слегка расширились, и он на мгновение задумался над тем, что осталось от его угощения. — Я не уверен, что оно вкусное на все сто, но, думаю, еда по завышенным ценам встречается на любом туристическом объекте, который я могу назвать.       — Да, так и есть. Сначала продавец пытался отдать их мне бесплатно, но я настояла на том, чтобы заплатить полную цену.       — Где ты взяла сорок монет? — Он начал водить копытом по краю её пейтрала, несмотря на её яростное хихиканье. — Где-нибудь в этой штуке есть потайное отделение, или, может быть, ты хранишь их в своих накопытниках?       — Хватит дразнить меня! — рассмеялась Селестия. — Если тебе так уж хочется это знать, то заплатила Вистерия. Я попросила её выделить немного денег из наших личных средств, чтобы оплатить твоё угощение и пару сувениров перед отъездом.       — Понятно. Кстати, как у неё дела? — спросил Бэйкед.       — Она вон там, с капралом Квиллпойнтом, и я не думаю, что её малышу понравился полёт. — Селестия указала на дальний конец смотровой площадки, и Бин увидел их у перил. Вистерия перегнулась через перила, и Квилл нежно похлопывал её по спине, пока она заканчивала свои дела. — Мне кажется, они пытались обсудить имя для жеребёнка.       — Значит, он собирается остаться с ней? — с надеждой в голосе поинтересовался Бин.       — Я думаю, он склоняется в ту сторону. Однако до этого им ещё многое предстоит сделать, — вздохнула Принцесса Солнца.       — Я уверен, у них всё получится, — улыбнулся Бин.       Кивнув, Селестия перевела взгляд на водопад.       — Я тоже верю, что так и будет.       Бэйкед Бин совершенно забыл о своём мороженом и собственном имени, упиваясь видом совершенства, которое предстало перед ним в грации. Увидев её силуэт и великолепие водопада позади, Бин с радостью позволил своему сердцу подпрыгнуть от восторга при мысли о том, что самая совершенная кобыла в мире принадлежит ему и принадлежит только ему. Его радость удвоилась, когда он увидел, как щёки жены порозовели, и она искоса взглянула на него.       — Наслаждаешься видом? — игриво произнесла принцесса.       — И никогда не устану, — широко улыбнулся ей принц.       Розовый цвет сменился красным, и Селестия опустила голову, тихонько фыркнув от удовольствия.       — Ты всегда будешь льстить мне таким образом?       — До моего последнего вздоха и даже после него.

* * *

      — Как насчёт Квизи? — с горечью спросила Вистерия, когда её вырвало.       — Ты же не серьёзно сейчас, — ответил Квилл, продолжая нежно поглаживать ее по спине.       — Отлично. Квизи для кобылки. Пьюк для жеребёнка.       — Я думаю, ты изменишь своё мнение, когда в первый раз будешь держать их.       Это было встречено недовольным ворчанием. Очевидно, требовалось сменить тактику, и Квилл откашлялся.       — Давай я объясню это так: представь, что ты заставляешь их делать уроки или убираться в комнате. Ты действительно хочешь постоянно говорить: «Квизи, иди и забери эти игрушки»?       — На данный момент, да. Но, полагаю, в чём-то ты прав.       — Да. Нам нужно что-то, что легко произносится, но в то же время элегантно звучит.       — Элегантно?       — Что-то вроде Вистерии, — предложил он с легкой усмешкой. — Может, нам стоит ограничиться названием цветов?       — Или какого-нибудь цвета. Рэйвен потребует, чтобы мы назвали ребёнка Миднайт.       — Вполне неплохо. Что-нибудь с приятным… цветочным. — Он на мгновение задумался. — Но что бы мы ни выбрали, мы хотим вдохновить его на величие. Ему понадобится громкое имя, если он собирается пройти базовый курс.       — О, а его уже призвали в армию? — лукаво усмехнулась Вистерия.       — Конечно! Отец-стражник мог бы помочь ему продвинуться по службе. Даже обучить его до того, как он поступит на военную службу, и тогда основы были бы проще простого.       — Ты это слышал? — Вистерия посмотрела на свой живот, который, казалось, стал ещё больше выпирать. — Благодаря тренировкам твоего отца и моему воспитанию, ты уже будешь подготовлен, когда выйдешь в свет!       — Но, прежде всего, ты должен знать, что мама и папа любят тебя, — добавил Квилл, ласково погладив Вистерию по животу.       — Мама и папа? — спросила Вистерия, и Квилл быстро убрал копыто.       — Э-э, ну… если, конечно, ты мне позволишь.       Вистерия взяла его копыто и с нежной улыбкой снова положила себе на живот.       — Итак, капрал, вам нравится васаби?

* * *

      Трикси пробила передним копытом выбоину в деревянной обшивке сцены и издала разочарованный крик, стягивая с головы промокшую шляпу и отжимая её. Зрителям понравилось её выступление по совершенно неправильным причинам, и оранжевый задира, казалось, раздумывала, какое спелое и сочное оскорбление обрушить на него в следующий раз.       — Великая и могущественная? — гаркнул он. — Тебе нужно отказаться от магии и попробовать вместо этого фарс! Это единственное замечательное из всего, что ты до сих пор делала!       Вот и всё! Трикси надоело дурачиться с этими грубиянами и их адским смехом.       — Ты хочешь быть великой и могущественной?! Отлично! Трикси покажет тебе себя великой и могущественной!       Её магия вырвалась из рога и окутала фургон, и Трикси, приложив неимоверные усилия, подняла его в воздух. Затем её магия обрушилась на неё, без раздумий зацепив пару удобно расположенных колесниц, и она начала жонглировать тремя большими предметами в воздухе над собой, безумно смеясь над своим достижением.       Удивлённые возгласы, раздавшиеся из толпы при виде этого зрелища, придали Трикси смелости, и, несмотря на напряжение, которое она испытывала, и пот, который начал градом катиться с её лба, она встала в позу и обратилась к толпе.       — Правильно! Смотрите, пони, и удивляйтесь тому чуду, которое предстаёт перед вами! — самодовольно говорила она.       — Эй! Что ты делаешь?!       Взгляд Трикси метнулся к трём королевским стражникам, которые только что поднялись на сцену. Хотя в глубине души она знала, что сегодня знать посещала Нигогорский водопад, у неё не было времени выяснить, кто именно пришёл. Теперь, когда она увидела приближающихся к ней стражников принцессы Селестии в тяжёлых доспехах, она, наконец, осознала, что использовала личный способ передвижения принцесс в рамках своего импровизированного выступления без разрешения.       — Поставь это сейчас же на землю! — проревел один из стражников.       Несмотря на свои лучшие намерения, Трикси подчинилась.

* * *

      Бин отправил в рот последний кусочек своего рожка с мороженым, осматривая нанесённый ущерб. Ему показалось, что внезапно появился какой-то одноглазый жуткий монстр с фиолетовыми щупальцами, разбил колесницы и фургон, принадлежавший некой Трикси Луламун, а затем бесследно исчез. Они с Селестией слышали, как стражники кричали на нарушительницу, хотя и не понимали точно, почему они кричали, и оба обернулись, чтобы посмотреть, из-за чего весь этот переполох, как раз в тот момент, когда магия Трикси дала сбой и всё рухнуло на землю.       — Итак, это ты сделала? — Селестия всё ещё удерживала ответственного единорога в воздухе с помощью своей магии, хотя Трикси продолжала размахивать конечностями, как будто всё ещё пыталась убежать.       — Трикси ничего не сделала! Вы не сможете повесить это на меня! Это была вина оранжевого!       — Сержант Кловер, в данный момент в подземельях есть местечко, верно? — спросила Селестия через плечо.       — Да, Ваше Высочество. Я полагаю, у нас есть в наличии довольно тёмная и восхитительно сырая камера, полная крыс и ржавых наручников, — с хищной улыбкой произнесла сержант.       Трикси, наконец, перестала пытаться убежать и вскрикнула от ужаса.       — Нет! Только не в подземелье! Трикси больше не сможет заработать ни монеты!.       — Тогда я предлагаю вам начать оправдываться, юная леди, — пригрозила Селестия с крайне недовольным видом.       — Трикси пыталась показать, какая она великая и могущественная, и она — или, вернее, я — воспользовалась вашей колесницей без разрешения, чтобы заставить этих проклятых придирчивых людей перестать меня ругать. Когда стражники крикнули мне, чтобы я отпустила колесницу, я, возможно, случайно бросила их на землю, когда потеряла концентрацию. Но Трикси в этом не виновата!       — Я не понимаю, как это утверждение может быть правдой. — Селестия провела копытом по искорёженному металлу и расщеплённому дереву перед ними. — Вам очень повезло, что вы никому не причинили вреда. Ваши действия были безрассудными, и вы должны за них ответить.       — Нет, пожалуйста! Я сделаю всё, что угодно! — причитала Трикси. — Только не подземелья!       — И что же вы предлагаете, мисс Луламун? — спросила принцесса.       — Трикси выплатит всё до бита! — протараторила волшебница.       — До бита, значит? Эти колесницы... ну, они были изготовлены на заказ. Потребовалось три года и законопроект об ассигнованиях, чтобы их профинансировать. И как вы предлагаете отплатить короне вашу халатность?       — О, пожалуйста, принцесса! Раскаявшаяся Трикси действительно хочет загладить свою вину! Я заработаю и всё выплачу, обещаю!       Селестия заглянула в пустой ящик для пожертвований, который стоял перед сценой, и немного помялся при падении колесниц.       — Боюсь, я умру от старости прежде, чем вы сможете собрать хоть что-то со своих выступлений. — Её взгляд скользнул в сторону и остановился на странных разноцветных кусочках дерева, разбросанных среди обломков. — Полагаю, недавно вы купилм новую сцену?       — Это была не просто сцена, — сказала Трикси с очередным горестным воплем. — Это был мой дом!       — Что усиливает мои опасения относительно вашей приверженности делу и способности погасить свой долг. Есть ли у вас какие-либо другие навыки, которые можно было бы использовать для увеличения вашего дохода? Возможно, вы когда-то работали на другой работе?       — Трикси когда-то работала на каменной ферме, но...       — Этого уже достаточно, — размышляла Селестия, задумчиво потирая копытом подбородок. — Я знаю одну каменную ферму, которая всегда нуждается в помощи.       — Нет-нет-нет! — закричала Трикси и яростно замотала головой. — Ни в коем случае. Я не хочу возвращаться туда!       — Если у вас нет другой альтернативы, мисс Луламун, ваш выбор слишком невелик, — приподняла бровь Селестия.       — Эм, ну... — Трикси замолчала, и её взгляд опустился в землю. — В молодости Трикси действительно работала секретарём на ферме, но это была всего лишь двухмесячная стажировка.       — Где проходила ваша стажировка? — уточнила принцесса.       — Трикси работала в компании «Медная, магниевая и кобальтовая промышленность». Но Трикси не понимает, чем это может быть полезно. Всё, что делала Трикси, — это скучное сидение за бумагами.       — Вы имеете в виду бухгалтерию? — вынужден был спросить Бин.       — Нет. Трикси дали почитать бухгалтерские книги, и мне сказали, что при этом цифры в них исправятся сами собой. Однако Трикси это не очень понравилось. Это было очень утомительно.       — Кажется, я только что услышал о компании, которая заслуживает тщательной проверки, — ответил Бин, покачав головой.       — Я согласна, но давайте сосредоточимся на более насущной проблеме, — заметила Селестия, постукивая копытом по подбородку.       — О, давайте просто покончим с этим, — прервала её Вистерия. - Принцесса, разрешите мне взять её в помощницы. Примерно через год она сможет заработать достаточно денег, чтобы заменить все колесницы. Как минимум, она сможет внести хороший первоначальный взнос.       — Вы собираетесь нанять Трикси? — спросила Трикси с большим недоумением.       — Либо так, либо подземелья, либо каменная ферма, — ответила Вистерия. — На ваш выбор.       После некоторых напряжённых, но недолгих размышлений синяя волшебница не увидела в этом никакого подвоха, никакого хитрого узла, который она могла бы завязать. Собрав всё достоинство, на которое была способна, Беатрикс Любелла Луламун расправила плечи и приняла свою судьбу.       — Трикси принимает ваше любезнейшее предложение. — Трикси быстро склонила голову перед принцессой Селестией. — Я буду лучшей помощницей вашего секретаря, который когда-либо был.       — Я очень на это надеюсь, — ответила Селестия, бросив на неё строгий взгляд.

* * *

      — Что ж, эта поездка оказалась более насыщенной, чем я ожидал, — отметил Бин, прежде чем встряхнуть снежный шар, зажатый в его копытах. — Сколько времени потребуется поезду, чтобы добраться сюда?       — До него ещё несколько часов, — ответила Селестия, отхлебнув диетической колы. — Но Луна настояла на том, чтобы прийти и самой увидеть эту «бойню».       — Неудивительно. Трикси довольно эффектно неплохо выступила с «колесницами», не так ли? — добавил Бэйкед.       — Да, но, по-моему, выглядит это хуже, чем есть на самом деле. Колесницы были сделаны на совесть, так что отремонтировать их будет довольно просто. А вот её вагончик — другое дело. Ей придётся купить новый, — заключила Селестия.       — Так вот почему ты заставила её работать с Вис? Я действительно не могу представить, чтобы ты заставила её выплатить полную сумму за ущерб.       — Ей придется выплатить некоторую компенсацию, но ты прав. Однако меня больше всего беспокоит её импульсивность. — Принцесса почесала подбородок. — Тот факт, что она была готова так безрассудно подвергать опасности себя и окружающих только для того, чтобы заставить замолчать того скандалиста, говорит мне о том, что ей нужно научиться самоконтролю. Я надеюсь, что Вистерия сможет привить ей немного терпения и организованности. Когда мисс Луламун уйдёт от нас, я хочу, чтобы она стала лучше, чем сейчас.       — Держу пари, Вис тоже будет рада, если ей помогут во время беременности.       Селестия кивнула в знак согласия.       — Трикси, вероятно, придётся заниматься более обыденными деталями работы Вистерии, такими как стенография и соблюдение графика, но это часть цены, которую ей придётся заплатить. Вистерия будет хорошо к ней относиться, а Трикси может многому у неё научиться, если будет относиться к этому непредвзято.       Бэйкед кивнул и взглянул на новую сотрудницу. Трикси печально смотрела на стремительные водопады, её плечи были опущены в знак поражения, и он практически чувствовал её подавленность со своего места. Он мог представить, какое сокрушительное чувство неудачи и самоуничижения она испытывала, и почувствовал, как его сердце слегка сжалось от жалости к ней.       — Если ты не возражаешь, я, пожалуй, пойду перекинусь парой слов с нашей новой сотрудницей, — подал голос Бин.       — Почему ты хочешь это сделать? — спросила Селестия с настороженным видом.       — Я думаю, ей нужно знать, что всё будет хорошо, — объяснил Бэйкед Бин. — Она выглядит довольно несчастной.       — Что ж, пожалуй. Если ты думаешь, что это поможет, тогда вперёд, — ответила Селестия с явным беспокойством и невольно выпрямилась.       — Не волнуйся, любимая, я буду вести себя хорошо, — поспешил успокоить её жеребец.       — Я знаю, что будешь. Это она меня беспокоит, — возразила она, расправляя крылья.       — Я не думаю, что она что-то предпримет.       — Лучше бы ей этого не делать, — тихо проворчала Селестия, но затем заставила себя опустить крылья. — Удачи, любовь моя.       Бин поцеловал Селестию, прежде чем подойти к Угрюмой и Подавленной Трикси. Она каким-то образом услышала его приближение и низко склонила голову в знак уважения к нему.       — Приветствую вас, принц Бин. Может ли Трикси обратиться к вам с просьбой?       — Конечно. Что такое? — спросил Бэйкед.       — Возможно ли, чтобы Трикси получила аванс в счёт своей первой зарплаты? Мне бы сейчас очень пригодились крекеры с арахисовым маслом, а у меня нет денег.       — Неужели ты совсем на мели? — удивился Бин.       Трикси грустно кивнула ему.       — Я пыталась заработать немного денег на ужин своим сегодняшним шоу. По правде говоря, магия Трикси не очень впечатляет, и я испытываю трудности с тех пор, как уехала из Понивилля, — рассказала Трикси.       Бин собирался спросить, что случилось, но вместо этого мягко улыбнулся и кивком указал на что-то за спиной Трикси.       — Ну, не думаю, что сегодняшний вечер будет таким уж плохим.       Трикси обернулась, и уголки её рта поползли вверх, когда она увидела, что Вистерия протягивает ей кэррот-дог весом примерно в двести грамм со всеми начинками.       — Это мне?       Вистерия кивнула, не отрывая взгляда от вкусного угощения.       — Обычно новый сотрудник получает бесплатное угощение, но тебе лучше поторопиться и забрать его, пока я не добавила что-нибудь ненужное.       — А почему же ты не угостил меня, когда я только пришёл сюда? — с недоумением спросил Бин.       — Ты не рабочий персонал, — с самодовольной ухмылкой парировала Вистерия. — Для тебя угощения не будет.       — Трикси благодарит тебя, — сказала Трикси, пока поглощала предложенное блюдо.       — Не за что. Итак, вот как пройдёт остаток дня. Как только поешь, иди и собери всё, что сможешь, из своих личных вещей. Я расскажу вам об основах работы и о том, чего я ожидаю от тебя во время поездки в Кантерлот, а затем мы расположим тебя на ночь в комнате для гостей. Как только мы дойдём до этого пункта, я расскажу о планах на завтра.       Трикси медленно кивнула.       — Трикси справится с этим.       — Хорошо. Я позабочусь о том, чтобы приготовить тебе что-нибудь более сытное, когда мы вернемся. Возможно, принц будет любезен и приготовит свой знаменитый сюрприз из цветной капусты.       — Думаю, я мог бы что-нибудь придумать, — согласился Бэйкед.       — Вис? — позвал Квиллпойнт. — Могу я отвлечь тебя на минутку?       — Увидимся позже, — сказала Вистерия, прежде чем удалиться.       Бин сел и снова принялся играть со своим снежным шаром, пока Трикси ела, и какое-то время их слух не нарушал ничего, кроме ровного шума водопада. Однако, покончив с едой, Трикси тяжело вздохнула и обратила своё внимание на журчащую воду.       — Ну и вляпалась же ты в историю, не так ли? — подал голос Бин.       — Казалось бы, так, но Трикси привыкла к соленьям собственного приготовления.       Бэйкед от души встряхнул свой шарик.       — Держу пари, я догадываюсь, что сейчас чувствует Трикси. Она напугана, сбита с толку и, возможно, даже немного замёрзла. Она попала в затруднительное положение, в котором предпочла бы не оказаться, и понятия не имеет, чего теперь ожидать. Попала в мир, частью которого на самом деле не хотела бы быть, и её жизнь навсегда изменилась. Бьюсь об заклад, её эмоции очень похожи на снег в этом глобусе, — продолжил он, поднимая свой сувенир, и они оба уставились на бурлящий интерьер. — Кружащийся и дрейфующий, без всякой причины.       — Если ты закончишь эту аналогию так, как, по мнению Трикси, ты собираешься её закончить, то Трикси исчезнет прямо сейчас.       — Ладно, не буду портить момент, — усмехнулся он. — Но это правда. Я знаю, что ты чувствуешь, потому что это случилось и со мной. Когда я узнал, что должен жениться на Селестии, я чувствовал себя точно так же. Я был уверен, что моя жизнь кончена, и я боялся того, что должно было случиться. Но потом снег начал оседать, как это всегда бывает. — Бэйкед поднял снежный шар немного выше, чтобы водопад был внутри. — И как только это произошло, я обнаружил, что меня ждёт нечто удивительное. На данный момент всё может выглядеть довольно мрачно, и я не могу сказать, что знаю, что с тобой будет, пока будешь работать на нас во дворце, но я могу сказать, что, если ты, Трикси, приложишь все усилия и постараешься совершенствоваться, награда, которую получишь в конце, будет стоить всей той агонии, которую ты сейчас испытываешь. Кто знает? Может быть, ветры судьбы не просто так привели тебя к нам. Просто дай им время и помни, что Селестия, как известно, не применяет суровых наказаний.       — Трикси постарается это запомнить, — кивнула кобыла.       — Вот и хорошо. Давай, я помогу тебе собрать твои вещи. И да, не могла бы ты показать мне, как делается тот фокус, когда я вытаскиваю карту из колоды?       — Трикси не знает, как это делается, — смущённо призналась она, когда они подошли к тому, что осталось от её вагончика.       — Что ж, как только ты разберёшься с этим, ты сможешь показать его мне. А теперь я должен предупредить тебя о принцессе Луне. Иногда она может быть немного враждебной по отношению к новичкам, но ты можешь расположить её к себе, если не будешь представлять угрозы.       — И как бы Трикси следовало, по-вашему, поступить?       — Просто следуй моему примеру. Но не целуй мою жену, — засмеялся Бэйкед.