Глава XX. Честная сделка

      — Мам, ты не видела мои седельные сумки? — воскликнула Лентил. — Я нигде не могу их найти!       — Они внизу, у входной двери, там, где ты оставила их вчера вечером! — крикнула Каннеллини, поднимаясь по лестнице. — А теперь спускайся сюда, они могут прибыть с минуты на минуту!       Лентил остановилась перед зеркалом, поправила причёску и хихикнула. Месяц назад, повинуясь внезапному порыву, она отправила письмо своему двоюродному брату и его жене, спрашивая, не захотят ли они посетить ярмарку у Радужных Водопадов вместе с ней. Она не ожидала, что они согласятся, учитывая их плотный график, но затем, к её радостному удивлению, пришло ответное письмо, в котором говорилось, что они сочтут за честь сопровождать её.       Учитывая тот факт, что кузен Бейкед только что женился на принцессе, давнем кумире Лентил, эта новость вызвала цепную реакцию восторженных воплей, которые не утихали несколько часов. Даже сейчас желание плясать на месте было сильным, но ей пришлось сдерживаться.       За время, прошедшее с того момента по настоящее время, Лентил испытывала то восторг, то ужас. Хотя она едва ли могла представить себе что-нибудь лучше, чем провести день с принцессой Селестией — а проводить время с ней всегда было весело — она боялась, что может сказать или сделать что-нибудь такое, что смутит принцессу или поставит её саму в неловкое положение. Это был дневной диарх Эквестрии, и она хотела, чтобы каждое мгновение было идеальным.       — Теперь она член семьи, так что мне нужно остыть, — сказала она своему отражению. К сожалению, это произвело обратный эффект, потому что ещё раз напомнило о том факте, что принцесса Селестия теперь была частью её семьи!       — Нет! Хватит! Остынь! Ты! Уже! — сказала она своему жизнерадостному отражению, проводя расчёской, на которой, как оказалось, было изображено культовое солнце, по своей рыжевато-русой гриве.       — Эль! Ну давай быстрее! Я уже вижу несколько стражников!       Кобыла хмыкнула, секунд десять яростно расчёсывала гриву, а потом загрохотала вниз по лестнице, как буйвол, углядевший свежий яблочный пирог. Через переднее окно она увидела, что двое гвардейцев-пегасов в доспехах заняли позиции на противоположной стороне улицы, и её сердце подпрыгнуло к горлу. Они приближались.       — Иди сюда, дай мне на тебя посмотреть, — попросила Каннеллини, взяв очки Лентил в красной оправе в свои копытца и начав протирать их о свою шёрстку. — Помни: стой прямо, смотри им прямо в глаза. Обязательно называй их «принц» и «принцесса» и обращайся «Ваше Высочество». Не говори, пока к тебе не обратятся. Будь вежлива и убедись, что ты...       — Мам, я справлюсь, — простонала Лентил, снимая очки в толстой оправе и надевая их снова. — Я буду в порядке, не волнуйся.       Каннеллини улыбнулась и поправила очки дочери.       — Я знаю, что так и будет. Главное, постарайся, чтобы тебе было весело, хорошо?       — Это я точно смогу сделать.       — Хорошо. Ты уже позавтракала? Пожалуйста, скажи мне, что ты поела.       Властный стук в дверь помешал ей ответить; она была слишком занята, подбегая к двери, чтобы ответить. Ей потребовалось время, чтобы успокоиться, глубоко вздохнув, и она широко улыбнулась, открывая дверь.       — Баронесса Лентил! — радостно провозгласил принц Бин. — Так приятно видеть вас снова!       — Я тоже рада вас видеть, Бэйк… эмм, я имею в виду, Ваше Высочество.       Бэйкед Бин улыбнулся ещё шире.       — От имени Её Королевского Высочества Принцессы Селестии и Его Старающегося Быть Королевским Высочеством Принца Бэйкеда Бина, которым, по счастливой случайности, являюсь я сам, я считаю своим долгом пригласить вас на ярмарку, проходящую у Радужных Водопадов, где вышеупомянутые принцесса и принц будут вашими гостями на весь день, при условии, что вы по-прежнему будете любезны с ними пообщаться. Вас это устраивает?       Лентил посмотрела мимо кузена на карету, и её сердце забилось ещё сильнее, когда принцесса Селестия улыбнулась и помахала ей копытом. Затем она снова обратила внимание на Бейкеда и его игривую улыбку и склонила голову в его сторону.       — Для меня было бы честью, если бы принцесса и вы сами составили мне компанию, — ответила она, прежде чем поднять на него взгляд. — Я всё правильно сказала?       — Вполне, — ответил Бейкед с лёгким смешком и пожал плечами. — В конце концов, я сам только что придумал это вступление. Пойдём?       — Да, я готова.       — Седельные сумки! — Каннеллини взвизгнула и быстро забросила их на спину дочери. — Честное слово, детка, ты бы потеряла голову...       — ...если бы они не были со мной, я знаю. — Невозмутимые слова Лентил совпали с словами её матери. — Теперь я могу идти, пожалуйста?       — Давай, беги, — рассмеялась Каннеллини. — Просто будь готова предоставить мне полный отчёт, когда вернёшься домой!       — Непременно, — кивнула Лентил.       — Так мы идём? Или топчемся на месте? — спросил Бэйкед, широким жестом указывая назад, на ожидающий экипаж. Кобыла тихонько хихикнула и побежала с ним по дорожке к принцессе. Селестия, казалось, была рада и стремилась поговорить с ней, но Лентил вспомнила о хороших манерах и поклонилась, прежде чем заговорить.       — Ваше Высочество, спасибо, что приняли моё приглашение сегодня и нашли для этого время в своём плотном графике, — практически на одном дыхании произнесла Лентил.       — С превеликим удовольствием, баронесса, — ответила Селестия, в то время как Бин подошла и вошла, а Лентил не смогла сдержать восторженного визга.       — Она назвала меня баронессой! Святые подковы!       — Выпрямись, Эль. — Бэйкед высунул копыто из кареты. — Мы готовы, если ты готова.       Лентил взяла предложенное копыто, и Бин осторожно усадил её рядом с принцессой, а сам сел с противоположной стороны кареты, мордой к ним. Несмотря на то, что всем троим было тесновато, им всё равно было удобно, и Лентил пришлось сосредоточиться на дыхании, чтобы не задохнуться.       — Бэйкед! Я сижу рядом с принцессой Селестией!       — Это довольно круто, не так ли? — ответил он. — Тебе стоит попробовать поговорить с ней в следующий раз, как мы будем лететь. Она отличный собеседник.       — Ой, точно! Прошу прощения, принцесса! — в ужасе ответила Лентил. — Я не хотела игнорировать вас!       — Не нужно извиняться, баронесса, — ответила Селестия с ободряющей улыбкой. — Никто не пострадал. Однако, возможно, вы захотите подождать.       Лентил напряглась, а затем взвизгнула от восторга, когда карета взмыла в небо и плавно накренилась в сторону водопадов. Как только они выровнялись, кобыла на мгновение задержалась, чтобы посмотреть через край на быстро уменьшающийся Солт-Лик, прежде чем взять себя в копыта и переключить свое внимание на принцессу.       — Большое вам спасибо, что согласились сопровождать меня сегодня. Я знаю, что вы с Бэйке… то есть принцем очень заняты своими обязанностями. Для меня очень важно, что вы нашли для этого время.       — Мы были только рады, баронесса, — ответила Селестия с тёплой улыбкой. — И я благодарю вас за приглашение. Мне всегда нравится путешествовать со своей семьёй. Лентил чуть не растаяла от радости. Святые подковы, она сказала это первой! Она. Сказала. Это. ПЕРВОЙ!       —Правда? Именно семья?       — Принц Бин сделал мне много замечательных подарков, женившись на мне, и один из лучших — это его семья. Тысячу лет я была вынуждена жить в одиночестве, но теперь у меня есть сестра, племянники, племянницы, кузены, тёти, дяди, бабушки и дедушки. Я совершенно счастлива забыть о том, что мне следовало бы говорить «родственник» к любому из моих новых знакомых, и я воспринимаю тебя как дорогую кузину, прямо как Бин.       В ответ на это Лентил оставалось только радостно хихикнуть.       — Что ты взяла с собой, Эл? — спросил Бэйкед. — Надеюсь, тебе удалось стащить тот нелепый светильник из ноги, который есть у дяди Баджа?       — На самом деле, он хорошо спрятал его, поэтому я не смогла этого сделать, хотя мама и предлагала, — ответила Лентил, прежде чем её голос стал более глубоким. — «Это моя реликвия, и я не позволю вам, стервятникам, унести её», — сказал он. Я действительно удивлена, что её до сих пор не разбили.       — У твоего отца есть лампа, сделанная из ноги? — Селестии пришлось спросить.       — Ну, он просто похож на ногу. Кажется, он выиграл его в каком-то конкурсе по разгадыванию кроссвордов. Мама возненавидела его с того момента, как он появился, и с тех пор пытается от него избавиться.       — Что ж, может быть, я попрошу его показать мне эту легендарную лампу, когда мы приедем в следующий раз, — ответила Селестия с лукавой усмешкой.       — О, он ни за что не позволил бы вам увидеть её. Он был бы так смущён. Я думаю, он предпочел бы выбросить это... оу, — до Лентил дошло, и она изобразила коварную улыбку Селестии. — Знаете, я слышала, что временами вы бываете довольно озорной, но мне всегда было трудно в это поверить.       — Я считаю, что лёгкий намек на озорство помогает моим маленьким пони чувствовать себя непринуждённо рядом со мной, и я надеюсь, что и ты чувствуешь себя так же с нами сегодня, — произнесла Принцесса Солнца.       — Я почти уверена, что так и сделаю. Вообще, я взяла с собой свисток для птиц, но пока не знаю, на что хочу его обменять. Думаю, мне просто нужно проявить гибкость. А что ты взял с собой, Бэйкед?       Тот слегка усмехнулся, прежде чем ответить.       — Вообще, я заглянул в «Зуэрст» и взял один из своих старых половников, чтобы обменять его на другой. Я просто хочу посмотреть, какой можно за него получить.       — А что насчёт вас, принцесса? — поинтересовалась Лентил.       — Я решила ничего не брать с собой, — ответила Селестия с лёгким вздохом. — Я боюсь, что любой предмет, который я выберу, будет объявлен национальным достоянием, и я не смогу получить за него справедливый обмен. Однако я всерьёз подумывала о том, чтобы привезти довольно отвратительный гобелен, который был во дворце с тех пор, как Броуд Строук пережил своё «великое прозрение».       — О. Я как-то не подумала об этом, — с некоторой грустью ответила Лентил. Не похоже было, что принцессе будет очень весело.       — Однако мне любопытно посмотреть, как мой Бин справляется со своими обязанностями, и я бы с удовольствием помогла тебе подобрать что-нибудь и для твоего птичьего свистка. Я уверена, что этот день будет замечательным.       — Вы бывали на ярмарках раньше, принцесса?       — Несколько раз. Каждый год на бирже появляется принцесса, которая следит за тем, чтобы все сделки были честными, и никто не воспользовался преимуществами другого.       — О. Так вы побывали на многих из них?       Селестия кивнула и усмехнулась.       — На одной или двух. Однако, если я не ошибаюсь, за сегодняшние мероприятия будет отвечать моя бывшая ученица.       — Подождите-ка… — Лентил прижала копыто к груди и сделала несколько глубоких вдохов. — Принцесса Твайлайт действительно будет там?!       — И её друзья тоже, полагаю. А это проблема?       — Святыеподковысвятыеподковысвятыеподковысвятыеподковысвятыеподковы…

* * *

      — …святыеподковысвятыеподковысвятыеподковысвятыеподковы!       Лентил чувствовала, что вот-вот взорвётся от нервного возбуждения, сравнимого с тем, когда Селестия пригласила её помочь с приготовлением еды на семейном торжестве. Она объяснила, что после Селестии Элементы Гармонии были её любимыми пони во всей Эквестрии. Она с большим вниманием следила за их подвигами, но была слишком взволнована и подавлена, чтобы представиться им на свадьбе. Затем Селестия предложила организовать встречу Лентил с её героинями, что вызвало очередной всплеск «святых подков» и всеобщее паническое ликование.       — Эль, расслабься. — Бэйкед похлопал её копытом по холке. — Тебе не будет весело, если ты упадешь в обморок. Дыши глубоко и размеренно.       — Дыши. Верно. Я умею дышать, у меня очень хорошо получается дышать.       — Я был в таком же состоянии, когда встретил тебя? — спросил Бин Селестию.       — На самом деле, она ведёт себя намного лучше, чем ты в нашу первую встречу, — с усмешкой парировала она. — В конце концов, ты пытался сбежать от меня.       — Туше. — Бин игриво закатил глаза, глядя на неё. — Итак, с чего нам следует начать?       — Я полагаю, нам следует сделать общее объявление, — ответила Селестия, оглядывая толпу и стенды. — Среди торговцев может возникнуть некоторое замешательство, если мы не уточним, что я здесь в качестве гостя. Я не хочу умалять авторитет принцессы Твайлайт и не хочу усложнять ситуацию. Как только мы внесём ясность, я полагаю, мы сможем начать ярмарку.       — Эй! Смотрите! — закричала пони на земле. — Это же принцесса Селестия!       Затем толпа пони хлынула на их место, и Селестия быстро поприветствовала их, прежде чем поднять копыто, призывая толпу к молчанию.       — Мои маленькие пони, спасибо вам за тёплый прием. Я рада быть здесь сегодня, но я здесь не в своей официальной роли принцессы.       — Разве нет? — Спросила синяя единорожка, стоявшая впереди.       — Нет. Я здесь по приглашению и в качестве гостя баронессы Лентил…       — …святыеподковысвятыеподковысвятыеподковысвятыеподковы…       — ...и мы с мужем будем участвовать в ярмарке со всеми вами. Поэтому, пожалуйста, помните, что принцесса Твайлайт Спаркл является официальным представителем принцессы на сегодня, и все проблемы или вопросы следует адресовать ей, а не нам. Не знаю, как вы все, но я думаю, что хотела бы немного поторговаться с вами! Кто со мной?       В толпе раздались одобрительные возгласы, которые затем перешли в возбуждённый гул. Принцесса Селестия, здесь, чтобы поторговаться? Это наверняка должна была быть незабываемая ярмарка.       Затем быстро влетел взволнованный пегас и завис над толпой.       — Принцесса Твайлайт только что прибыла на станцию!       Толпа быстро двинулась обратно к главному входу для обмена, а трое членов Королевской семьи последовали за ней в хвосте. Дыхание Лентил почти восстановилось, и она слегка улыбнулась, когда Бэйкед ещё раз дружески похлопал её по плечу.       — Ты когда-нибудь привыкнешь ко всему этому вниманию? — уточнила она.       — Селестия продолжает говорить мне «да», но пока что — нет, — засмеялся он. — Просто улыбайся и делай глубокие вдохи, когда чувствуешь себя подавленной. Как только все пони справятся с первоначальным волнением от нашего присутствия, они вернутся к своим делам. Мы можем получить несколько запросов на автографы, но в остальном всё должно пройти как обычно.       — Я надеюсь на это. Я имею в виду, что пребывание в центре внимания может испортить всё удовольствие от сегодняшнего дня, — пояснила кобыла.       — Не беспокойся об этом. Селестия вызывает переполох везде, где появляется, но это пройдёт, и мы повеселимся, — заверил её Бэйкед Бин.       — А если нет? — продолжала беспокойно говорить кузина.       — Если всё пойдёт не по плану, мы с тобой бросим её и отправимся развлекаться сами, — улыбнулся Бин.       — Я всё слышала, — предложила Селестия с лукавой улыбкой, на что Бейкед презрительно фыркнул.       — Ты будешь тем, кто отдаст приказ нам уйти, — поправил себя принц.       — Я бы так и сделала, — согласилась она с лёгким смешком. — Но сомневаюсь, что нам придётся прибегать к таким радикальным мерам.       — Это принцесса Твайлайт! — закричала другая пони.       Снова раздались громкие аплодисменты, на Твайлайт и её друзей посыпались конфетти и ленточки, а также был развёрнут огромный баннер с изображением Твайлайт. В толпе раздались крики «она такая потрясающая!» и «Я не могу поверить, что это действительно она!», и Лентил почувствовала прилив сочувствия и облегчения, когда Твайлайт помахала ей и нервно улыбнулась.       — Видишь? — сказал Бейкед, перекрывая рёв толпы. — Не о чем беспокоиться.

* * *

      — Принцесса Селестия! — радостно воскликнула Твайлайт, прежде чем она и её друзья поклонились. — Я не знала, что вы будете здесь.       — Привет, Твайлайт, и всем вам, — тепло ответила Селестия и накрыла Лентил крылышком. — Приятно видеть вас всех снова. Я здесь в качестве гостьи баронессы Лентил и с нетерпением жду возможности посмотреть местные предложения.       — О, я вас помню! — с улыбкой ответила Твайлайт. — Вы двоюродная сестра принца Бина, верно?       — Святыеподковысвятыеподковы! — ответила Лентил. — Это такая честь познакомиться с вами! То есть… я знаю, что нас представили друг другу ещё на свадьбе, но у меня не было возможности по-настоящему познакомиться со всеми вами, и… ох! Я даже не знаю, как сказать, насколько это здорово — по-настоящему познакомиться со всеми вами!       — Что ж, тогда давайте сделаем это официально, — вмешался Бейкед. — Принцесса Твайлайт, позвольте представить вам баронессу Лентил Бин, дочь Каннеллини Бин и Бэлэнседа Баджета. Эль, это принцесса Твайлайт Спаркл, и...       — Бэйкед, я в курсе, кто они такие, — немного раздражённо ответила Лентил.       — Тогда иди и поздоровайся. — Бин подтолкнул её к Рэйнбоу Дэш. — У нас не весь день впереди. Я уверен, что у Элементов тоже есть чем заняться.       Лентил воспользовалась моментом, чтобы перекинуться парой слов с каждой из Элементов, пока они шли дальше по ярмарке, но как только она это сделала, Твайлайт оторвалась от неё и подошла к своей бывшей учительнице.       — Принцесса Селестия, я рада видеть вас здесь, но означает ли это, что вы будете отвечать за ярмарку?       — Нет, Твайлайт, — ответила Селестия, мягко покачав головой. — Сегодня ты здесь главная, а не я. Любые сделки должны проходить через тебя.       — Ну, этого никогда не произойдет. Сделка не может состояться, пока оба пони не получат то, что хотят, так что это не должно стать проблемой, — улыбнулась Твайлайт.       — Действительно. Я сомневаюсь, что возникнут какие-либо проблемы, но, если всё же возникнут, я доверяю твоему мнению и не буду вмешиваться. Пожалуйста, получай удовольствие и продолжай свой день, как будто меня здесь нет. У тебя нет причин менять что-либо.       — Да, пожалуй. Спасибо, принцесса, — с улыбкой ответила Твайлайт.

* * *

      — Итак, с чего нам начать? — спросила Селестия. — Может быть, нам стоит взглянуть на твой птичий свисток, Лентил?       — Почему нет, — пожала она плечами. — Но я всё ещё не знаю, на что я хочу его обменять. Почему бы нам не попробовать поменять сначала половник Бэйкеда?       — Слишком поздно, — гордо объявил Бэйкед. — Я уже поменял его.       — Правда? — Лентил озвучила вопрос в унисон с Селестией. — На что?       — Ну, это было нелегко. Жеребец хотел отдать мне за него всё, что у него было, но я настоял на том, что это было бы нечестно. В общем, мы немного поторговались, и вместо этого я купил эту чудесную подушку.       — Знаешь, это самая уродливая подушка, которую я когда-либо видела, — заявила Лентил. — Она похожа на гороховый суп.       — Что ж, тогда я попробую обменять её на ананас, — заметил Бин. — Тогда, может быть, я смогу использовать его, чтобы купить одну из тех чаш.       — И что потом? — поинтересовалась Селестия.       — Я не знаю. Может быть, я смогу обменять её на торт к обеду.       — О, я бы с удовольствием, — отметила Лентил. — Может быть, вкусный черничный пирог. Или несколько кексов.       — Держу пари, ты могла бы обменять свой свисток на кекс, если бы захотела. Мне кажется, они примерно в одну цену, — съязвил Бин.       — Не знаю. Мама дала мне кое-что на обед. Я уверена, что смогу найти кого-нибудь, кто согласится его обменять.       — Я бы порекомендовала сенбургеры, — предложила Селестия. — Я всегда находила их довольно вкусными.       Лентил понюхала воздух, затем огляделась.       — Хм. Здесь действительно что-то вкусно пахнет       — Решать тебе, Эль, — ответил Бин. — И не беспокойся о расходах. Я покрою их за тебя.       — Разве это не незаконное присвоение средств или что-то в этом роде?       — Нет, у нас с принцессой есть личный счёт, который мы используем для покупок, когда путешествуем. В казначействе есть пони, которая только и делает, что ведёт этот счёт. Целыми днями. Каждый день.       — Это, должно быть, скучно, — улыбнулась кобыла.       — Ту Битс на самом деле довольно загружен, если я правильно понимаю. Он инвестирует часть средств на счёте в различные предприятия, приносящие доход, а затем прибыль сохраняется и реинвестируется. Таким образом, нам не придётся прибегать к налоговым сборам для покрытия личных расходов.       — В самом деле? Это так работает? — поразилась Лентил.       — Так и есть, — ответила Селестия, — но если говорить простым языком.       — Эй, Эль! Посмотри-ка на это! — Бин указал на палатку. — У них там куча кастрюль и сковородок.       — Серьёзно? — Лентил ответил широко раскрытыми глазами и ухмылкой. — Как ты думаешь, у них есть какие-нибудь котелки для тушения от Бэйлфайр?       — Я отдам им всё, что они захотят, если есть, — с ухмылкой ответил Бэйкед.       — Я так понимаю, что именно эта фирма котелков является ценной? — спросила Селестия.       — Они хранятся вечно! — откликнулась Лентил, когда они подошли. — Бэйкед же рассказывал вам легенду о Фёрсте Бине, верно? Так вот, ходят слухи, что, кем бы он ни был, он использовал посуду от Бэйлфайр для приготовления пищи в кулинарных поединках. Я слышала о некоторых поварах, которые передавали свои сковородки и котелки из поколения в поколение в течение последних пятнадцати поколений, а некоторые говорят, что они хранились ещё дольше. У дяди Гарбанзо ведь есть где-то такой набор, не так ли?       — У него-то есть, но он никогда им не пользуется. В офисе «Зуэрст» даже установлено небольшое святилище, в центре которого находится секретер с этой посудой, и время от времени он приносит ей в жертву спелый цуккини, чтобы получить удачу и ещё большие чаевые.       — Что ж, тогда давайте посмотрим, что у них есть, — ответила Селестия с лёгким смешком.

* * *

      — Ещё раз спасибо, что купил мне ланч, Бэйкед, — сказала Лентил, пока они распаковывали еду за столом. — Могу я как-нибудь отблагодарить тебя?       — Даже не беспокойся об этом, — усмехнулся Бэйкед, взмахнув копытом. — Это мой подарок тебе.       — Жаль, что у них не было хороших кастрюль или сковородок, — продолжила кузина, быстро принюхиваясь к своему сенбургеру. — Я не совсем понимаю, зачем кому-то из пони понадобились их ржавые старые вещи.       — Ну, я полагаю, в них есть какой-то винтажный шарм, — ответил Бейкед, понюхав свой бургер. — Я уверен, что они найдут кого-нибудь, кто согласится обменять их на что-нибудь.       — Да, наверное. Пахнет немного странно, не правда ли?       Бэйкед кивнул.       — Да, немного, но жареные блюда в таких оживленных местах, как это, всегда странно пахнут. У них никогда нет времени чистить гриль между заказами.       — Вот варвары, — принюхалась Лентил, прежде чем прикоснуться к пирожку кончиком языка. — Да. Овсяные хлопья, соль и... ага!       — Неужто чечевица? — предложил Бэйкед, приподняв брови.       — Всегда удивляюсь, когда нахожу в чём-то чечевицу. — Лентил откусила кусочек и задумчиво прожевала. — Хм. Вполне неплохо. Может, стоит немного уменьшить количество соли? Как ты думаешь, Бэйкед?       — Я бы, наверное, добавил немного больше специй, — ответил Бин, продолжая жевать. — Может быть, орегано.       — Ты во всё кладешь своё орегано, — усмехнулась Лентил Бин. — Тебе действительно нужно расширить свой гастрономический кругозор.       — О-хо-хо, тогда ладно, — ответил он с игривой улыбкой. — Что ты посоветуешь?       — Для начала, сократи потребление овсяных хлопьев, — высказала свои мысли Лентил. — Начни хотя бы с этих сенбургеров. Можно добавить сюда немного паприки, чтобы придать пикантности. Мне всегда нравится, когда моя еда даёт мне понять, что я не сдамся без боя.       — Я понял, ты плотоядная, — усмехнулся Бэйкед. — В следующий раз ты захочешь, чтобы она кричала при приготовлении.       — Нет, нет. Но… да ладно, немного остроты — это неплохо. Вот. — Лентил потянулась назад, достала из своей седельной сумки маленький шейкер и посыпала его котлету паприкой. — Пробуй.       — Ты привезла с собой приправы? — Бэйкед ответил любопытным взглядом.       — Ну да. Никогда не знаешь, когда придёт вдохновение. Разве ты не таскаешь с собой приправы?       — Нет, я никогда их не держал под копытом. Может быть, именно поэтому я потерпел неудачу как шеф-повар, — задумался Бин.       — Ты не потерпел неудачу, — ответила Лентил, сочувствующе похлопав его копытом. Она и забыла, каким чувствительным он мог быть из-за недостатка навыков. — Ты просто всё делал по-другому.       Бин усмехнулся, прежде чем откусить кусочек.       — Да, например, «жениться на принцессе», но по-другому. Знаешь, сюда ещё можно добавить немного тимьяна. У тебя же есть?       — Да, подожди секунду. — Ей потребовалось всего мгновение, чтобы подать кузену приправу, и Бэйкед отмерил ровно щепотку в своё копыто, прежде чем посыпать ими котлету.       — Вот. Теперь ты попробуй, — предложил принц. Лентил откусила маленький кусочек и некоторое время молчала, изучая вкус.       — Так действительно вкуснее. Знаешь, я бы, пожалуй, добавила в это блюдо немного муки из дикого риса. Это, знаешь ли, могло бы обеспечить приятный баланс. Немного выровнять вкус.       — Насчёт этого сказать наверняка не могу. Из-за своей простоты рис может перебить все остальные ингредиенты, поэтому действительно нужно добавить немного специй, чтобы придать бургерам особый вкус.       Селестия присела рядом с ними и с извиняющейся улыбкой принялась распаковывать свою еду.       — Прошу прощения, что так долго. Очередь двигалась медленнее, чем я думала.       — Все в порядке, принцесса. На самом деле мы ещё не начинали, и...       Лентил замолчала и подавила вздох ужаса, когда Селестия схватила ближайшую бутылку с обычным кетчупом и быстро намазала бедную, ни в чём не повинную котлету для сенбургера огромным красным шариком. Как будто она понятия не имела, какое ужасное преступление против еды она только что совершила, Селестия откусила один восхитительно грязный кусочек от испорченного сенбургера и принялась жевать с непристойным удовольствием.       — Святые бобы! — в агонии воскликнул Бэйкед, прижав одно копыто к груди. — Ты не говорила мне, что собираешься убить его!       — Что? Как можно убить неодушевлённый предмет? — спросила Селестия, и с её королевских губ слетели крошки сенбургера, но затем она заметила выражение крайнего ужаса на мордашке Лентил и с трудом сглотнула. — И почему у меня вдруг возникло чувство, что я действительно кого-то убила?       — Кетчуп — это величайший позор, с которым может столкнуться помидор, — медленно ответила Лентил. — Это нечестивая мерзость, порождённая Тартаром, чтобы скрыть многочисленные грехи, которые повара совершают при приготовлении пищи; ужасающая попытка скрыть тот факт, что он не знает, как правильно готовить пищу, или что у него нет вкусовых рецепторов. С таким же успехом я могла бы пойти жевать древесную кору.       — Я и понятия не имела, что скромный помидор таит в себе такие тёмные силы, — усмехнувшись, ответила Селестия.       — О, помидоры сами по себе хороши, — продолжила Лентил. — Папа готовит замечательные сэндвичи с грибами, листьями салата и помидорами. На самом деле, нет ничего лучше этого, особенно когда грибы нежирные и хрустящие, а помидоры спелые и сочные. — Она одобрительно причмокнула губами. — Действительно, нет ничего лучше. Но кетчуп — это, как если бы вы убили помидор, а затем воскресили его с помощью нечестивых ритуалов, включающих кукурузный сироп с высоким содержанием фруктозы, уксус и соль. Если существует такая вещь, как томатная некромантия, то кетчуп — это конечный её результат.       — Тогда мне следует быть более осмотрительной в выборе приправ и соусов. — Селестия на мгновение задумалась, а затем немного оживилась, когда ей в голову пришла одна мысль. — А что, если добавить в него побольше перца?       — Насчет перца мы можем договориться, — ответил Бэйкед, и Бины расслабились. — Немного перца не помешало бы.       — Возможно, после ста лет тренировок у меня будет такой же нюх, как у вас двоих, — мягко улыбнулась принцесса.       — Это будет непросто, — ответила кобыла, жуя картошку фри. — Конечно, это делает нас лучшими поварами, но тогда вы не сможете удержаться от того, чтобы не понюхать и не попробовать всё на вкус, даже когда не готовите. На многих свиданиях я ставила себя в неловкое положение из-за своего носа. В плане этой привычки, разумеется, — быстро добавила она.       — Лично я считаю, что это замечательный навык, — тепло ответила Селестия. — И я надеюсь, что ты продолжишь развивать и совершенствовать его.       — О, не беспокойтесь. — Лентил выпрямилась. — Мама как-то разрешила мне самой управлять «Вэйфл». У меня есть несколько идей по поводу новых блюд в меню, и я думаю, нам нужно расширяться, открывать больше ресторанов. Я думаю, идея о том, что вафли можно есть в любое время дня и ночи, когда пони захочет их съесть, может быть очень привлекательной. По крайней мере, наши завсегдатаи их действительно любят.       — Разве ты не говорила, что собираешься добавить в меню блинчики? — медленно спросил Бэйкед Бин.       — Да, я думала о том, чтобы добавить блинчики, но не уверена, что они получатся вкусными. Мне нужен действительно хороший рецепт для них.       — Возможно, я смогу помочь тебе с этим, — ответила Селестия с улыбкой, перемазанной кетчупом.

* * *

      — Ты в порядке, Селли? — с некоторым беспокойством спросил Бэйкед.       — Да, я в порядке. Я просто... — Селестия покачала головой и улыбнулась своему мужу и кузине. — Простите меня, я просто не ожидала такого увидеть. Пойдём, уже поздно, а нам всё ещё нужно обменять свисток Лентил, если сможем.       — Не знаю, — ответил Лентил. — Я не видела ничего, что хотелось бы обменять на это.       — Не думаю, что это так уж важно, если мы ничего не найдём, — предложил Бэйкед. — Мы провели с тобой целый день, и это было потрясающе.       — Да, так и есть, — ответила Лентил, быстро обняв свою кузину и улыбнувшись, когда Селестия накрыла её своим крылом. — Мне действительно понравилось провести день с вами обоими.       — Эй! Смотрите-ка! — Бэйкед рассмеялся, и он быстро бросился прочь. Селестии и Лентил потребовалось несколько мгновений, чтобы догнать его, но как только они это сделали, Селестия начала хихикать про себя.       — Что тут смешного? — спросила Лентил с явным недоумением на лице. — Это из-за ламп? Они действительно выглядят нелепо.       — Чего? — Бин ахнул. — Моя дорогая Лентил Бин, это что угодно, только не это! У Стеллар Эклипс самая замечательная коллекция ламп Дискорда, которую я когда-либо видел! Они идеальны! Мистер Эклипс, не могли бы вы обменять мой набор антикварных насадок для куриного корма на одну из ваших великолепных ламп?       — Да, конечно.       — Вы ведь не просто так торгуетесь, потому что он принц, не так ли? — спросил Лентил.       — Нет, этот разбрасыватель корма отлично подойдёт к антикварному цыпленку, которого я только что купила! — провозгласила Стеллар, держа в копытах маленькую статуэтку довольно уверенного в себе цыпленка. — Отличный набор! Это стоит одной из моих ламп.       Сделка была совершена, они ударили по копытам, и Бэйкед радостно улыбнулся, показывая свою находку жене.       — Неплохо, а? Теперь нам просто нужно найти место, куда его поставить.       — Как насчет подземелий? — сухо предложила Лентил.       Селестия усмехнулась в ответ.       — Я думаю, мы можем придумать что-нибудь получше. В нашей гостиной есть полка, на которой можно разместить этот уникальный светильник, и он будет полезен во время наших ночных занятий.       — Я думал, ты хотела бы, чтобы для этого выключили свет, — поддразнивающе пробормотал Бейкед себе под нос, и крыло Селестии ударило его по голове. Непреднамеренно, конечно.       — У тебя всегда были странные вкусы и интересы, Бэйкед, — заметила Лентил, покачав головой. — Но, полагаю, именно это делает тебя хорошим писателем и хорошим принцем.       — Спасибо. Я должен как-нибудь познакомить тебя с драконикусом, на основе которого сделана эта лампа.       — Нет, спасибо, — ответил Лентил, содрогнувшись. — Этот зверь устроил мне на свадьбе настоящую истерику.       — О, он не так уж плох, если узнать его поближе. Может быть, мне стоит попробовать купить ещё одну лампу, и я смогу подарить её ему на день рождения или в Канун Дня Горящего Очага.       — Я уверена, что Дискорд был бы очень признателен за это, — с улыбкой ответила Селестия. — Я посмотрю, за сколько мистер Эклипс продаст их.       — ТВАЙЛАЙТ!!! — Голос Рэйнбоу Дэш разнёсся над шумом рыночной площади. — Мне нужно, чтобы ты сказала, что сделка была нечестной! Быстро!       — Что всё это значит? — удивилась Лентил.       — Я не знаю, но, похоже, нам стоит это проверить, — с некоторым беспокойством сказал Бэйкед.       — Вы оба идите вперёд, — предложила Селестия, махнув копытом. — Я присоединюсь к вам, как только закончу здесь.

* * *

      Лентил быстро оглядела толпу, прежде чем снова обратить свое внимание на принцессу Твайлайт. Исходя из того, что она слышала, казалось, что Рэйнбоу Дэш обменяла Орфа на первое издание «Дэринг Ду и поиски сапфировой статуэтки» с автографом автора, но она также каким-то образом добавила к этой сделке ещё и Флаттершай, чтобы помочь дрессировать милого и пушистого двухголового щенка. Поспешно назначенный судебный процесс был направлен на отмену сделки из-за неравномерной стоимости, но, как ни прислушивалась Лентил, она не услышала ничего, что подтверждало бы позицию Рэйнбоу Дэш.       Но теперь, когда аргументы были представлены, пришло время принцессе Твайлайт вынести своё решение. Она выглядела взволнованной, сидя на своём троне, и Лентил мог только догадываться, какую тревогу она должна была испытывать.       — Я бы не хотела сейчас быть на месте Твайлайт, — прошептала она Бэйкеду. — Возможно, ей придётся рассказать своей подруге, что другая подруга не шибко в восторге от её действий.       — В этом и заключается радость быть главной, — серьёзно ответил Бэйкед. — Я хорошо понимаю её.       — Держу пари, ты уже имел дело с некоторыми придурками, — усмехнулась кобыла.       — Что ж, к счастью, мне помогла Селестия, так что теперь всё немного по-другому. По-прежнему сложно убедиться, что ты поступаешь правильно, и легко сомневаться в себе. — Я верю в способность Твайлайт править должным образом, — объявила Селестия. — И я верю, что это также послужит ценным уроком.       Лентил поймала взгляд, полный паники, который Твайлайт бросила на свою принцессу-наставницу, но Селестия, казалось, знала, как помочь, даже на расстоянии. Она прижала копыто к груди, вдохнула, выдохнула, убирая копыто, а затем ободряюще улыбнулась Твайлайт. Кивнув в ответ, Твайлайт повторила действия Селестии, а затем повернулась к подруге.       — Я слышала, что вы обе хотели сказать, и мне жаль, Рэйнбоу Дэш, но у меня связаны копыта. Ты же сказала, что это был честный обмен.       — Да, я так и сказала, но я была не права! — запротестовала Рэйнбоу. — Я действительно хотела эту книгу, очень хотела. Я сказала, что хотела её больше всего на свете во всей Эквестрии. Но нет ничего, что стоило бы мне так дорого, как друг. Возможно, я немного забыла об этом, но это правда. Что означает, что эта сделка не может быть честной!       Другая пони — Тедди Сафари, если Лентил правильно расслышала её имя — казалось, была раздражена страстной мольбой Рэйнбоу.       — О, это… — она на мгновение замолчала, а затем улыбнулась, — самое милое, что я когда-либо слышала. Ладно, сделка отменяется!       Рэйнбоу с радостью вернула книгу Тедди Сафари, толпа восторженно взревела, а очаровательные Орф схватил Флаттершай и Рэйнбоу Дэш и радостно облизал их своими язычками.       — И на этом я объявляю этот судебный процесс и ярмарку в этом году оконченными! — объявила Твайлайт, ударив молотком.

* * *

      — Я всё ещё не могу поверить, что ты обменяла свой птичий свисток на это, да ещё после того, как ярмарка закончилась, — заметил Бэйкед, покачав головой.       — Эй, она сделала заманчивое предложение, — с улыбкой ответила Лентил. — Кроме того, я думаю, он понравится папе       — Тебе лучше на это надеяться. Я не знаю, как ты сможешь от этого избавиться.       — Ну, я думаю, он милый, — ответила Лентил и подняла квадратную игрушку арбузного цвета с большими игривыми красными глазами и улыбкой, от которой любой пони, взглянув на неё, сразу почувствовал бы себя счастливее. Милый маленький курносый носик был украшением этого очаровательного свёртка, и Лентил захихикала от восторга, когда, сжав игрушку, она издала тёплое мурлыканье, которое мгновенно помогло успокоить и тело, и душу.       — Действительно, неплохая сделка, — прокомментировала Селестия. — Но, должна признать, у меня были некоторые опасения, что ты попытаешься обменять свой птичий свисток у мисс Дэш на того Орфа.       — О, но он тоже был милым, — ответила юная баронесса. — Я бы взяла его домой, если бы могла, но у нас для него недостаточно места, и я не думаю, что у нас есть время как следует его воспитать.       — Я уверен, что он будет счастлив в своём новом доме, — ответил Бэйкед, бросив взгляд через плечо на то, как Орф уходил со своей новой владелицей. — Но какова вероятность, что из этой затеи ничего не выйдет?       — Полагаю, есть небольшой шанс, — ответила Селестия. — Однако я очень надеюсь, что нам не придётся вмешиваться.       — Знаешь, я действительно пока не хочу идти домой, — с тяжёлым вздохом заметил Лентил. — Мне было так весело. Ненавижу, когда такие дни заканчиваются.       — Боюсь, что так и происходит со всеми хорошими вещами, — ответила Селестия, мудро кивнув. — Однако, возможно, этот день ещё не подошёл к концу.       — Нет? — с лукавой усмешкой спросил Бин. — Ты планируешь задержать восход солнца после того, как оно скроется, любовь моя?       — Ничего подобного. — Селестия указала копытом в сторону железнодорожной станции. — Но это должно оказаться ещё лучше.       Лентил замерла на месте, когда она увидела, на кого Селестия указывала, и она начала учащенно дышать.       — Святыеподковысвятыеподковысвятыеподковысвятыеподковысвятыеподковы…       — Привет, сестра! — Луна окликнула её с платформы. — Я надеюсь, твой день прошел хорошо?       — Мне было очень приятно провести этот день, но мы не хотим, чтобы он заканчивался прямо сейчас, — ответила Селестия.       — А, понимаю. — Луна быстро кивнула. — Несомненно, есть возможность удвоить удовольствие, не так ли?       — Есть, но только если ты захочешь присоединиться к нам.       — Ну конечно! — радостно воскликнула Луна. — Ты же знаешь, я всегда готова принять участие в веселье! Иди сюда, юная Лентил! Ночь только начинается, и нас ждёт пижамная вечеринка!       — Пижамная вечеринка? — почти пропищала Лентил. — Вы хотите сказать, что я... что...       — Именно так! — весело крикнул Бэйкед. — Возьми себя в копыта!       — СВЯТЫЕ ПОДКОВЫ! — воскликнула Лентил.       Если и существовал способ умереть от передозировки счастья, то Лентил Бин зафиксировала бы первый случай.       — Я действительно верю, что наша кузина преуменьшила свою любовь ко всему, что касается принцесс, мой Бин, — сказала Селестия, уткнувшись носом в его грудь, в то время как Лентил подбежала к Луне.       — Не могу поверить, что принцесса Луна хочет провести со мной ночь! — ликовала Лентил. — Святые подковы! Мы можем построить подушечную крепость и пить рутбир, пока у нас не потечёт из ушей, рассказывать истории о привидениях, и я знаю вкусный рецепт карамельного попкорна, который я могу приготовить очень быстро...

* * *

      Лейтенант Спир Пойнт подавил зевок, направляясь обратно в свой кабинет. Всякий раз, когда принцессы Селестии не было во дворце, ему казалось, что его рабочее время каким-то образом уходит на второй план, а секунды сменяются минутами. К счастью, ему нужно было заполнить всего несколько отчётов, прежде чем он сможет отправиться домой, и нет ничего лучше, чем сделать несколько повторений со свободными весами, чтобы снять накопившееся напряжение.       Он слегка ухмыльнулся, когда сержант Поки вошёл в коридор впереди него. Он хорошо помнил, сколько раз ему приходилось целый день стоять на страже под палящим солнцем, и мог поспорить, что за этот день сержант похудел на пару килограмм. Тем не менее, Поки, будучи непревзойдённым профессионалом, держался так, словно был готов в любую минуту среагировать.       — Сержант! Стоять!       Поки вытянулся по стойке смирно и отдал честь.       — Да, сэр?       — Вольно, Поки. Могу я с уверенностью предположить, что вы только что вернулись с ярмарки?       — Так точно, сэр.       — Как всё прошло? — поинтересовался лейтенант.       — Ничего особо важного, сэр, о чём можно было бы доложить.       — Хорошо. Тогда мы обойдёмся без формального опроса, просто представим ваш письменный отчет. А что это у вас там?       — О, это? — Поки протянул странную штуковину с маленькой пластмассовой медвежьей головой на одном конце. — Я купил её на ярмарке, сэр, у странного маленького жеребенка, которому просто не терпелось поторговаться со стражником. Я не мог ему отказать.       — Я бы сказал, что в этом нет ничего плохого. Можно мне посмотреть? — спросил Спир, и Поки с радостью передал ему вещицу. — Что это?       — Мне сказали, что это медвежий свисток, сэр. Что-то вроде птичьего.       — Зачем кому-то из пони понадобилось бы вызывать медведя? — недоумевал Спир, осматривая свисток. — Он вообще работает?       — Я не знаю, сэр. У меня не было возможности протестировать его.       — Опробуйте его. Я бы очень расстроился, если бы поменял что-нибудь на сломанную вещь.       — Да, сэр.       Рёв, который затем последовал за «свистком», противоречил законам акустики и был по меньшей мере в десять раз громче, чем должен был быть. Конечно, физические особенности коридора, возможно, и способствовали усилению звука, но не до такой степени. Лейтенант Спир Пойнт был убеждён, что грохот и позвякивание, доносившиеся из соседнего витражного окна, означали существенное уменьшение его зарплаты в ближайшие несколько месяцев, а сержант Поки просто в шоке уставился на своё приобретение.       Отдаленный звон доспехов и копий вывел двух охранников из транса, и они переглянулись, когда к общему хору присоединились тревожные крики.       — Сержант, — спросил Спир. — Когда мы в последний раз проводили учения на Большой Медведице?       — Я не совсем уверен, сэр, но не в течение последнего года, — дрожащим голосом произнёс Хоки Поки.       — Ах. — Спир причмокнул губами. — Для протокола, я обвиню Дискорда в том, что произошло.       — Согласен, сэр.       — Итак, не хотели бы вы продолжить свой путь, сержант?       Поки медленно начал улыбаться.       — Да, сэр. Думаю, я бы с удовольствием.