Глава XXIV. Приготовления

      Однажды Бэйкед Бин задумался, каково это — не испытывать никаких эмоций. Эта идея пришла ему в голову после одной особенно изнурительной смены в «Зуэрст». Всё, к чему он прикасался, превращалось в провал и разруху, и это касалось всего: от перепутанного заказа для мэра и приглашённого канцлера Ассоциации Образования Эквестрии до поломки новой посудомоечной машины и ожога кипятком, когда лопнули шланги. Тогда он задавался вопросом, отрастут ли когда-нибудь волосы на его правой пятке, и поклялся отомстить, если когда-нибудь снова столкнется с этими двумя сомнительными продавцами.       Он сидел на кровати, когда возник этот вопрос. Какой была бы его жизнь, если бы он мог избавиться от всех чувств? Что бы изменилось, на что бы это повлияло? Сможет ли он вообще что-нибудь сделать? Или желание работать — это тоже проявление эмоций? Когда он вошёл в ангар и увидел, как отъезжает карета, гружённая знатью, он на мгновение передумал. Ему хотелось бы в этот самый момент жить без эмоций.       — Сэр! — Поки отдал честь и пошел с ним в ногу. — Ваша карета ждёт. Мы с сержантом Кловер Лиф отвезём вас в убежище, и...       — Отставить, сержант, — приказал Бин, но затем слегка съёжился. — Я могу вам это сказать, верно?       — Да, сэр. Кловер проинформировала меня об изменении планов. Какие будут приказы?       Бэйкед заколебался, наблюдая, как Блюблад помогает сесть леди Хризантеме, а затем и сам забирается в колесницу. Бин увидел ужас в глазах Блюблада, и в этот краткий миг он понял, что Блюблад бежит в страхе. Его совершенно не волновало, что может случиться с Эквестрией или с теми, кому было поручено защищать её. Его мысли были сосредоточены на одной единственной мысли: его собственная жизнь превыше всего остального.       Бин понял, что мог бы выбрать то же самое, и на мгновение эта идея показалась ему привлекательной. Он мог изменить свой выбор и все равно пойти на конспиративную квартиру. Разбив витражи, Тирек задержался бы достаточно надолго, чтобы Твайлайт успела составить все необходимые планы. Всего лишь одно слово, и он гарантированно проживет еще один день.       — Мы делаем все, что в наших силах, чтобы задержать Тирека, — ответил Бин Поки, когда колесница Блюблада тронулась с места. Бэйкед, возможно, и выживет, если сбежит, но он никогда больше не почувствует себя в полной мере живым, если сделает это. — У меня есть несколько идей, которые мы можем попробовать, но вы тоже можете что-нибудь предложить.       — Вы это серьёзно, сэр? — опешил Поки. — Нет ничего постыдного в том, чтобы выполнять приказы принцессы. Никто не ожидает, что вы будете драться.       — Я ожидаю, что буду драться сам, — тихо сказал Бин и топнул копытом. — Если я принц Эквестрии, то мне лучше играть эту роль. Где Трикси?       — УЗРИТЕ! Великая и Могучая Тр-р-рикси!       Бэйкед Бин улыбнулся и покачал головой, когда все взгляды обратились ко входу в ангар. Трикси приняла свою самую эффектную позу танцовщицы, сменив украшенный цветами воротник на свои любимые шляпу и плащ со звёздами, которые развевались на волшебном ветру. Затем она уверенно подошла к Бину, но пока она это делала, тот не мог не заметить разницу между её глазами и глазами Блюблада. Трикси была уверенной в себе, энергичной и податливой. Принц Бин видел, что больше всего на свете она хотела быть в центре внимания, какой бы план ни затевался, и что она останется в центре событий до конца.       — Я так понимаю, принц нуждается в услугах Трикси? — самодовольно спросила Трикси, небрежно разглядывая копыто.       — Если ты готова их предложить. Ты не обязана это делать, Трикси. Если захочешь уйти, никто не будет тебя останавливать, и тебя отведут в безопасное место. Я не могу ничего тебе обещать. Мои идеи могут быть довольно опасными.       — Опасными? Трикси смеется в морду опасности, ха-ха-ха-ха!       — Я не вижу в этом ничего смешного, — вмешалась Вистерия из-за спины Бина.       — Что? Ты всё ещё здесь?! — спросил Бэйкед, поворачиваясь к ней.       — Официально, по приказу принцессы Селестии, я должен убедиться, что вы доберётесь до убежища. Неофициально, я нарушаю приказы Вашего Высочества, которые вы же мне и дали, после того, как вы ослушались приказов Её Высочества, но не говорите её об этом. Я не думаю, что она одобряет восстания, если сама их не возглавляет. Итак, каков наш план?       — Я не могу просить тебя об этом, Вис. Я бы рисковал твоей жизнью и жизнью твоего жеребёнка, — съёжившись, ответил Бин.       — Это часть моей работы, сэр. Я никогда не ожидала, что мне пообещают полную защиту, когда я соглашалась стать секретарем Селестии. Итак, вам нужна служебная записка в строгих выражениях, отправленная Тиреку? Я уверен, что это остановило бы его.       — Зная вас, это вполне возможно, — вставил капрал Квилпойнт, подходя и отдавая честь своему принцу. — Мы готовы и ждём ваших приказов, сэр.       Бин быстро взглянул на окружавших его пони. Это было скорее негласное сборище друзей, о которых он никогда не просил и которых он не заслуживал. По его мнению, они имели полное право заниматься своими делами и собственным благополучием. Они не должны были иметь с ним дела, и он не верил, что от них когда-либо следовало ожидать этого. Но они добровольно пришли к нему и поддержали его. Несмотря на невысказанную, но очевидную угрозу, которую представлял Тирек, они предложили ему свои услуги.       — Я не знаю, что я такого сделал, чтобы заслужить таких друзей, как вы, но спасибо, — широко улыбнулся Бин. — Я не знаю, что произойдёт в конце, но я знаю, что всё будет хорошо, если вы все мне поможете.       — Между прочим, Трикси делает это, чтобы отомстить Спаркл, — вставила Трикси. — О, я не могу дождаться, когда увижу её морду, когда она узнает, что именно Трикси спасла ей жизнь.       — Как бы там ни было, Трикси, — вздохнул Бин, — давайте разберёмся с этим. Сержанты, поскольку Вистерия здесь, чтобы убедиться, что я уйду, я предполагаю, что стражники получили аналогичные инструкции, да?       — Не совсем, сэр, — ответил Поки. — Но любой стражник, который обнаружит вас в черте города, сразу доложит об этом капитану Армору. Все пони знают, что вы должны быть в убежище.       — Так что, что бы мы ни делали, мы не можем сделать это здесь, — раздражённо сказал он. — Нам нужно задержать Тирека за пределами Кантерлота. Мы знаем, где он сейчас?       — Нет, сэр, — ответила Кловер. — В последнем отчёте говорилось, что он был в районе Радужных Водопадов, но с Дискордом на его стороне он сейчас может быть где угодно.       Бин задумчиво постучал копытом по подбородку.       — Это делает засаду на него невозможной, если только... — Он помолчал, а затем слегка оживился. — Если только мы не узнаем, куда он направляется.       — Понивилль, сэр, — констатировал очевидное Квиллпойнт. — Он отправится за принцессой Твайлайт, как только узнает о ней.       — Вот именно. Итак, нам нужно устроить ему ловушку неподалеку отсюда, не дать ему пройти весь путь. Трикси, вот тут-то ты и появишься.       — О? И что же сделать Трикси? — спросила она.       Улыбка Бина стала хитрой.       — Скажи мне, где ты берешь фейерверки?       Бин вздохнул про себя, глядя, как перед ним проплывает залитая лунным светом сельская местность, и при обычных обстоятельствах лёгкое покачивание поезда, вероятно, убаюкало бы его. Он мягко улыбнулся при мысли о том, как заснёт рядом со своей любимой Селестией, её крыло накроет его, как самое совершенное одеяло в мире, и её мягкое и ровное дыхание вернёт его миру центр и безмятежность. Казалось невозможным, чтобы что-то было не так, когда он вот так оказывался рядом с ней, и, если бы кто-нибудь спросил его, какое самое прекрасное чувство на свете, он бы ответил, что это ощущение нежных пурпурных глаз Селестии, которые мерцают ему в ответ, пока он погружается в сон. Они были похожи на глубокие озёра утешения, которые простирались в бесконечность, и маленькая слезинка скатилась из уголка его собственного глаза, когда он понял, что, возможно, никогда больше их не увидит.       Однако он не мог допустить, чтобы с ними что-то случилось. Даже если бы её любовь к нему угасла, он никогда не перестал бы любить её и сделал бы всё, чтобы защитить её, заботиться о ней. На мгновение он задумался, что она сейчас делает. Вызвала ли она уже Твайлайт или всё ещё была в архивах, разыскивая заклинание переноса? Заметила ли она хаос, который он устроил в коридоре, и если да, то разозлилась ли на него? Он надеялся, что нет. Конечно, она имела на это полное право, но, может быть, она поймёт, почему он так поступил, и, когда поймёт, она снова заявит, что он очень умный пони, достойный её похвалы и обожания.       Он мог бы даже смириться с тем, что она ничего не скажет. Если бы он увидел хоть одну искорку в её глазах, хоть один намёк на то, что в её сердце всё ещё есть место для него, что бы ни случилось, этого было бы достаточно. Он мог быть доволен тем, что Блюблад прав, но пока в нём ещё теплился маленький огонёк любви.       Стук в дверь прервал его размышления, и Бин устало улыбнулся Вистерии и Трикси, когда они вошли.       — Добрый вечер, мэм. Чем я могу вам помочь? — почти на автоматизме произнёс Бэйкед Бин.       — Мы только что получили новости от сержанта Кловер, сэр, — ответила Вистерия. — Они с Поки смогли собрать еще несколько стражников, но их число по-прежнему невелико. Мы рассматриваем пятерых пегасов, шестерых единорогов и четырёх земнопони. Они направляются к месту встречи и, как только прибудут, приступят к операции «Свободные Навсегда».       — Как насчет рядового Лемон Тарт?       — Она одна из новеньких, сэр, — вздохнула секретарша.       — Хорошо. Нам понадобятся её навыки пилотирования.       — Трикси только что получила ответ от своих знакомых в Балтимэйре, — добавила Трикси. — Они выслали мне все фейерверки, которые у них были, и мы должны забрать этот груз на станции Додж-Джанкшн через два часа.       — У нас не так уж много времени, не так ли? —вздохнул Бин. — Нам придётся поторопиться. Как ты держишься, Вис?       — О, я чувствую себя как жвачка, которую слишком долго жевали и которую следовало выплюнуть несколько часов назад, сэр, так что не так уж и плохо.       — А Квилл-младший?       Вистерия потёрла живот.       — С ним всё в порядке. В данный момент он сидит прямо на моём мочевом пузыре, так что, возможно, мне придётся сбежать от вас.       — Пожалуйста, вперёд. Я серьёзно отношусь к предложению эвакуировать и тебя тоже. Просто скажи, что хочешь уйти, и я попрошу Квилла-старшего забрать тебя отсюда.       — Этого не произойдёт, сэр. Может, меня частично и разнесло, но я всё ещё ваш секретарь, и кому-то, по крайней мере, нужно вести хронику ваших героических подвигов.       Бин усмехнулся и снова перевел взгляд на улицу.       — Или мой грандиозный провал, вызванный моими собственными идиотскими решениями.       — Я не думаю, что это ваша судьба, сэр. Мне кажется, это правильно. Вы решили занять твердую позицию и защитить пони, находящихся под вашей опекой. Это то, чего хотела бы Селестия, даже если она говорит что-то противоположное.       — Я надеюсь на это, — тихо ответил Бин жёлтому отражению, которое он увидел в стекле.       — Героический выбор никогда не бывает лёгким, сэр. Трудно просить других рисковать своими жизнями ради вас и других пони. Но я знаю, без сомнения, что пони, которые следуют вашим инструкциям, верят в вас, и они верят в ваши навыки. Я знаю, что не был бы здесь, если бы не верил.       Бин с лёгкой улыбкой повернулся к Вистерии.       — Спасибо, Вис. Когда всё это безумие закончится, и, если я всё ещё буду править, считай, что образование Квилла-младшего оплачено.       — Я ценю это, сэр. У меня уже есть брошюры.       — Трикси, тебе тоже спасибо. Независимо от того, чем всё это закончится, я позабочусь о том, чтобы ты получила то, что тебе нужно для новой повозки, и я погашу твой штраф за те повозки. Ты сделала достаточно, даже немного больше.       — Трикси принимает ваше предложение, но при одном условии.       — И что же это за условие такое? — Бин слегка усмехнулся.       — Трикси тоже хочет, чтобы в её честь поставили статую. И ещё большую, в которой подробно описаны все подвиги и героические поступки Трикси, чтобы вся Эквестрия могла их увидеть.       — Я посмотрю, что можно сделать. Может быть, витражи станут приемлемой заменой статуе? Я собираюсь закупать их, когда всё это закончится.       — Трикси предпочла бы статую, — фыркнула она, — но, если это лучшее, что вы можете сделать, Трикси примет и это.       — Зачем ты на самом деле это делаешь, Трикси? — прямо спросил Бин. — Ты могла бы просто ускользнуть в суматохе или спрятаться в убежище. Ты же осталась здесь не только ради славы.       — Трикси понятия не имеет, что вы имеете в виду, — быстро ответила Трикси, не в силах встретиться взглядом с Бином. — Конечно, Трикси здесь ради славы. Представьте себе толпы людей, которые придут посмотреть на Трикси, когда она поможет спасти всю магию от Тирека!       — Я могу попросить Вистерию перейти в следующий вагон, если это поможет, — улыбнулся Бэйкед.       Затем Трикси встретилась с ним взглядом, и от этого взгляда с неё слетела вся её бравада. Её плечи опустились, а на мордашке отразилась глубокая печаль.       — Я совершала много поступков, которыми не горжусь, мой принц, — мягко начала Трикси. — И я уверена, что вы всё о них знаете. Я... я люблю толпу, всегда любила. Радостные возгласы, улыбки, атмосфера восторга и благоговения, которые сопровождали мои выступления, были — и остаются — удивительно опьяняющими. Есть что-то волшебное в том, чтобы видеть, как глаза кобылки или жеребёнка загораются от изумления, или в том, как их дедушка улыбается от удовольствия, видя радость своих внуков. Мне нравится наблюдать, как две пони разговаривают друг с другом, пытаясь понять, как Великой и Могучей Трикси удалось совершить своё последнее и величайшее достижение. Это... ну, гордая радость, которая рождается прямо здесь, — она коснулась копытом своего сердца, — и такого чувства я больше нигде не испытывала. Но когда мои обычные трюки начали давать сбои, а толпа поредела, я впала в отчаяние. Я приукрасила свои достижения до такой степени, что совсем перестала заниматься магией. Затем Спаркл разоблачила мою ложь, и ей пришлось остановить меня, когда я воспользовалась амулетом Аликорна. После этого небольшого инцидента я поняла, что потеряла то, чего действительно хотела, и славы я хотела больше, чем той радости, которую испытала впервые. Я попыталась снова отправиться в путь, но не смогла вернуть былую радость. Единственное, что помнят пони, — это мои неудачи, и, как вы видели на Нигогоре, меня постоянно задирают и унижают, куда бы я ни пошла.       — Я сейчас всё это говорю, чтобы доказать, что теперь я другая пони, — продолжила она, слегка приподняв голову от гордости. — Я не хочу, чтобы пони помнили о моих неудачах; я хочу, чтобы они увидели, кто я есть сейчас. Я хочу, чтобы мои зрители увидели, что я всё ещё могу быть Великой и Могучей, и я хочу снова почувствовать эту радость. Я хочу ещё раз увидеть этот взгляд, полный благоговения и обожания, и я хочу снова принести счастье пони, что меня окружают. Возможно, это всё эгоистично, но мне кажется, что так будет правильно.       Бин медленно кивнул. Учитывая, что его собственные действия были продиктованы желанием вернуть любовь Селестии, он вряд ли мог критически относиться к мотивам Трикси. Но кое-что из того, что она сказала, задело его за живое и навело на мысль...       — Но Трикси, конечно, всё равно хочет показать Спаркл свой успех.       — Вот нужно было тебе это сказать… — пробормотала Вистерия и покачала головой.       — Трикси, — спросил Бин, — что случилось, когда у тебя появился амулет Аликорна?       Две пары глаз испуганно расширились, а Трикси покачала головой и одним копытом, отвергая его мысль.       — О нет! Даже не думайте об этом, сэр. Трикси не могла не быть жестокой и подлой, когда носила амулет, а снять его может только тот, кто его носит.       — Но Твайлайт удалось убедить тебя снять его, — возразил Бин. — Если Твайлайт действительно владеет всей магией аликорна, а затем амулет усиливает её, то у неё должно быть более чем достаточно, чтобы отправить Тирека обратно в Тартар, верно?       — В теории, да, — ответила Вистерия, но в её голосе слышалось сомнение. — Тогда она уничтожит Эквестрию, когда расправится с Тиреком. Вы просто поменяете одну проблему на другую, ещё более ужасную.       Глаза Бина забегали из стороны в сторону, пока он размышлял.       — Возможно, если Твайлайт начнёт сражаться с Тиреком, а затем закончит, как только победит его, тогда может и получиться. С усиленной магией она сможет победить его всего за минуту или две, верно? Этого недостаточно, чтобы испортить её.       — Достаточно, — вмешалась Трикси. — Амулет испортил Трикси ещё до того, как она его надела. Меня привлекли к нему мрачные мысли о мести, и я потратила всё, что смогла выпросить, одолжить или украсть, чтобы заполучить его. Потом я надела его, и всё, о чём я мог думать, — это о власти. Воздаяние. Доминирование. — Она вздрогнула. — Это плохая идея, принц. Очень плохая. Ради обретения власти не стоит рисковать всем, что у тебя есть.       — До этого момента все мои идеи были плохими, ты должна признать, — парировал Бин.       — Да, но разве у вас нет идей получше, чем эта?       — Что, если это самая лучшая плохая идея, которая у меня когда-либо была? — Бин тяжело вздохнул. — Я понимаю, что это не идеально, но, возможно, это единственное, что склоняет шансы в нашу пользу. Вис, когда мы доберёмся до Додж-Джанкшн, мы отправим тебя в Понивилль. Твайлайт лучше, чем кто-либо другой, знает об амулете, и она могла бы сказать тебе, если бы думала, что сможет с ним справиться. По крайней мере, ты сможешь рассказать ей о наших планах, и она сможет адаптироваться к ним по мере необходимости.       — Я сделаю для вас кое-что получше, сэр, — ответила Вистерия, вставая. — Я могу написать Твайлайт письмо прямо сейчас. Это даст ей достаточно времени, чтобы ответить и перечислить тебе тысячу и одну причину, по которым использовать амулет — самая глупая идея, кроме той, как подарить Блюбладу зеркало.       — Справедливо, — Бин кивнул. — Ладно, поехали.

* * *

      Вот и всё. Наконец-то Тирек был готов вернуть себе всё, что принадлежало ему по праву, и эти жалкие пони наконец-то узнают, что такое истинная сила. Всё, что осталось, — это магия аликорнов, и как только он получит её, его будет невозможно остановить.       Поэтому было вполне уместно, чтобы он торжественно вошёл в Тронный Зал, просто выломав двери, сорвав те с петель, а затем отбросив их в сторону. Он усмехнулся, приближаясь к трём принцессам, но, не теряя времени, пересёк комнату, и его с трудом добытая магия подняла Селестию с трона в радостном предвкушении. Она пыталась принять вызывающую позу, но всё было напрасно, и они обе это знали. Его рот широко открылся, и он начал вдыхать… Но никакой магии не было вытянуто. На мгновение он застыл в замешательстве, но затем его охватила ярость.       — Что всё это значит?!       Затем Селестия показала ему язык.       — Ня-ня-ня, — дразнила она нараспев, — Тирек хочет магию, нет её здесь!       Тирек тут же отпустил Селестию и вместо неё схватил Каденс, что, казалось, невероятно разозлило Луну.       — А как же я? — крикнула она, быстро оказавшись нос к носу со зверем. — Ты врываешься сюда и пытаешься украсть магию моей сестры, но я недостаточно хороша для тебя? Я не позволю, чтобы меня игнорировали! Иди сюда и попытайся отнять мою магию, ты, большой хулиган! Только потому, что у моей сестры-красавицы пони нет своей магии, это не значит, что вы должны считать, что у меня её тоже нет! НЕ СМОТРИТЕ НА МЕНЯ ТАКИМ ТОНОМ, МИСТЕР! Я ТОЖЕ ВАЖНАЯ ПЕРСОНА, ЗНАЕТЕ ЛИ! В конце концов, именно поэтому я и стала Найтмэр Мун! Все мои милые пони обращают внимание на мою сестру и игнорируют меня только потому, что у меня нет магии, ПРЯМО КАК У ТЕБЯ СЕЙЧАС!!!       Тирек что-то проворчал себе под нос, когда его магия отбросила её в сторону, но она продолжала разглагольствовать, пока он пытался забрать магию у принцессы Каденс. Когда и это не помогло, он разочарованно вскинул руки, и его гнев удвоился.       — ГДЕ ТВОЯ МАГИЯ?!       — Где моя магия? — повторила Каденс с грустной и усталой усмешкой. — Ха, разве мы все не спрашиваем об этом? Разве мы все не являемся не более чем проводниками, позволяющими ей течь через нас, в то время как мы пребываем в заблуждении, что мы контролируем её, вместо того, чтобы она контролировало нас? Нет, Шайнинг Армор постоянно твердит мне, что он может создать щит, но на самом деле именно щит создает его. Без этого он был бы никем, и это делает меня женой ничтожества, а значит, я должна быть меньше, чем ничто.       — Эй! — закричала Луна. — Селли, прекрати сейчас же!       — Ух ты! — Селестия восторженно вскрикнула, и Тирек обнаружил, что ему трудно собраться с мыслями, пока Селестия крутилась волчком, задевая крыльями Луну за затылок. — Лулу, успокойся! Ты всегда такая злая!       — Я тебе сейчас покажу, какая я злая! — прокричала Луна в ответ, но её неудачная попытка схватить Селестию закончилась тем, что она покатилась по полу, к большому удовольствию старшей сестры. — Вернись, Селестия! Я больше не займу второе место! Ты всегда побеждаешь!       — Это потому, что ты такая недотепа! Недотёпа Лу, недотёпа Лу!       — Я НЕ ТАКАЯ!       — ...но потом, когда я сказала, что хочу покрасить свою гриву в чёрный цвет, знаешь, что он ответил? — спросила Каденс, и у Тирека дёрнулся глаз. — Он сказал: «Кадди, ты такая красивая от природы, что тебе не нужно меняться». Но иногда я чувствую такой холод, пустоту внутри, и мне просто хочется убежать от всего этого.       Грохот и ещё один сердитый крик Луны окончательно вывели Тирека из себя. Одним быстрым всплеском магии он открыл портал в Тартар и собрал трёх аликорнов со странным поведением. Луна продолжала лупить Селестию передними копытами, Каденс просто дулась и хандрила, а Селестия начала неистово хихикать.       — Надеюсь, Тартар вправит вам троим мозги! — огрызнулся Тирек с садистской ухмылкой. — Передайте привет Церберу!       — Твоя магия щекочет. — Селестия слегка поёжилась. — Но не так, как у моего Бина. Я хочу, чтобы он вернулся сюда. Куда он делся?       Тирек снова зарычал и лёгким движением копыта принцессы Эквестрии были отправлены в то самое место, где Тирек провёл в заключении более тысячи лет.       — О, ну как же так… — расстроенно ответил Дискорд, прислонившись к повреждённому дверному косяку. — Мне это очень понравилось. Как ты думаешь, они выйдут на бис, если я вежливо попрошу?       — Я пришёл сюда не ради их наигранной дурашливости! — прорычал Тирек. — Я пришёл ради их магии! Где они её спрятали? — Он помолчал и проворчал: — И где этот «Бин», о котором говорила Селестия? Это что, какое-то волшебное хранилище?       — Нет, всего лишь Бэйкед Бин, маленький земнопони, которому посчастливилось стать её мужем. Кстати, он замечательный повар. Он приходит на чай по вторникам и готовит вкуснейшие кексы и булочки к чаю. Тебе нужно как-нибудь попробовать.       Тирек нахмурился ещё больше.       — Селестия замужем?!       — А где ты был, когда это произошло? — Дискорд фыркнул и вышел в коридор вместе с Тиреком. — Я имею в виду, что здесь есть большой витраж, который наглядно показывает...       Дискорд моргнул, увидев, что в окне нет витража.       — Где именно? — Тирек крепко скрестил руки на груди.       — Бино, ты что наделал? — спросил Дискорд, рассматривая разбитое стекло на полу с помощью лупы. — Это не в твоём стиле.       — Ты знаешь, где сейчас этот Бин? — спросил Тирек. — Он точно должен знать, где находится их магия.       — О, он, вероятно, где-то прячется. Он всего лишь обычный земнопони, который ничего не может сделать сам.       — Ты уверен, что он не представляет угрозы?       Дискорд выпрямился и посмотрел Тиреку прямо в глаза.       — Ты что, мне не доверяешь?       — Конечно, доверяю. Вот почему я дарю тебе это. — Тирек снял медальон, который носил до этого, и улыбнулся, повязывая его на шею Дискорда. — Это подарил мне кое-кто очень мне дорогой. Я дарю его тебе в знак моей благодарности и преданности.       — Правда?! — воскликнул Дискорд, взяв медальон в руки и с удивлением разглядывая его. — Я действительно люблю хорошие аксессуары. Полагаю, это влияние Рарити.       — Итак, где мы можем найти мужа Селестии?       — Хм... На самом деле, трудно сказать. Я уверен, что Селестия отправила его в безопасное место. Она была бы раздавлена, если бы с ним что-нибудь случилось.       — Если ты не знаешь, так и скажи, — огрызнулся Тирек, но затем улыбнулся. — Но это неважно. Поскольку он бесполезен, нам не нужно беспокоиться о нем. Убрав с дороги принцесс, мы можем двигаться дальше       — О, да. — Дискорд ответил с сумбурной ухмылкой. — Но сначала, я полагаю, ты хотел бы познакомиться с принцессой Твайлайт Спаркл.       Тирек на мгновение замер, но затем в ярости схватил Дискорда за горло.       — Есть четвёртая? И ты не сказал мне об этом?!       — Мне просто нужно было убедиться, что ты действительно считаешь нас командой, — ответил Дискорд, снова любуясь своим медальоном. — И теперь я точно в этом уверен.       — Итак, где мы можем найти эту четвёртую принцессу? Где её замок?       — Замок? — Дискорд разразился смехом. — Нет, принцесса Твайлайт живёт в библиотеке, в Понивилле.       — Тогда нам пора нанести ей визит, — ответил Тирек со злобной ухмылкой и радостно потёр руки.