Теневой оркестр Водопадья

      Они пошли дальше, к источнику музыки, впитывая эту мелодию Водопадья, и каждый шаг отзывался в такт невидимому оркестру.       Чем глубже они заходили, тем темнее становилось вокруг. Дорога, по которой они шли, ещё сохраняла призрачный свет, разгоняя тьму на несколько шагов вперёд. Но по бокам, стоило отвести взгляд от тропы, уже сгущались синие и чёрные сумерки, превращая стены пещеры в бесконечные провалы.       И в этой темноте жила музыка.

***

      Отовсюду — из мрака слева и справа, из-за невидимых поворотов — доносились звуки. Где-то низко и протяжно, словно басовая труба, гудели невидимые существа. Их голоса растекались по пещере тягучей волной, заставляя воздух едва заметно вибрировать. Где-то выше, будто клавиши рояля, звенели капли, падающие на большие кристаллы. Каждый удар воды о камень рождал чистую, стеклянную ноту, и эти ноты складывались в переливчатую, неспешную мелодию.       А вокруг, в такт этой подземной симфонии, двигались эхо-цветы. Их голубые, светящиеся бутоны медленно покачивались из стороны в сторону. Лепестки дрожали и пульсировали, будто каждый цветок пытался подхватить и повторить ту ноту, что долетала до него из темноты. — Ты слышишь? — шёпотом спросила Нико, не в силах говорить громче. Её уши были навострены, ловя каждый оттенок звука. Глаза, сияющие в полумраке, бегали по сторонам, пытаясь разглядеть источник этой магии. Хвост замер, не шевелился — даже он, казалось, прислушивался.       Фриск остановилась рядом. Она кивнула. — Да. Я знаю это место.       Но она не сказала главного — что раньше, в прошлые разы, она почти не замечала всей этой красоты. Тогда её путь был быстрее, цель яснее, а мысли — о другом. Сейчас же, глядя на заворожённое лицо Нико, она вдруг ощутила, что видит Водопадье впервые. Или, по крайней мере, совсем иначе. — Смотри, — Нико указала рукой вперёд, в самую густую тьму, — там, в темноте. Фриск прищурилась, но разглядела лишь смутные тени. — Я не вижу. — Там кристаллы, — продолжала Нико, не отрывая взгляда. — Большие, тускло светятся. И на них падают капли. Это они... они издают этот звон.       Она говорила с восторгом, её голос дрожал от восхищения. А потом её взгляд упал ниже, прямо у тропы, у самых стеблей эхо-цветов. — И там... кто-то есть.       Теперь и Фриск смогла разглядеть. У основания светящихся бутонов, прямо на тёмном песке, лежали неподвижные оранжевые комки. Они были похожи на желе, на мягкий пудинг, застывший в причудливых формах. Мелкие, размером с голову, они почти сливались с землёй, и только едва заметная дрожь выдавала в них живых существ. — Минижелы, — тихо сказала Фриск. — Они здесь водятся.       Минижелы лежали неподвижно, лишь иногда по их студенистым телам пробегала мелкая дрожь. И каждый раз, когда они вздрагивали, из темноты раздавался тот самый низкий, тягучий звук — будто кто-то проводил смычком по струне контрабаса. Они не двигались с места, не пытались напасть или уйти. Они просто... играли. — Они создают музыку, — выдохнула Нико. — Они часть оркестра.       Фриск не ответила, лишь кивнула. Она смотрела туда, куда указывала Нико, и с каждым взглядом замечала всё больше деталей, которые раньше ускользали от неё. Огромные кристаллы, едва видимые во тьме. Минижелов, рассыпанных между цветами. Летающие в воздухе белые шарики — споры светящихся грибов, что росли вдоль дороги. Они медленно парили в темноте, бесшумно кружились, вспыхивали и гасли, напоминая светлячков без крыльев. "Сколько раз я проходила здесь", — подумала Фриск. — "И почти никогда не замечала этого".       Она вдруг поймала себя на мысли, что смотрит на споры, кружащиеся у самого её лица, и не может вспомнить, видела ли их раньше. — Красиво, правда? — спросила Нико, заметив, что Фриск задумалась.       Фриск посмотрела на подругу. На её светящиеся глаза, на лёгкую улыбку, на то, как её уши слегка подрагивали в такт музыке. — Да, — ответила Фриск. — Красиво.       Они пошли дальше. Тропа становилась уже, а по бокам то и дело встречались неглубокие речки — по колено, не больше. Девочки заходили в воду, холодная влага обтекала ноги, и они медленно переходили на другую сторону, поднимая тихие брызги. — Это место... — начала Нико, ступая на твёрдую землю после очередной переправы. — Оно как будто живое. Дышит. Играет. — Водопадье всегда таким было, — ответила Фриск, отряхивая штанину. — Просто... его нужно услышать.       Она вдруг поняла, что говорит правду. Раньше она бы не сказала так. Но сейчас, глядя на мир глазами Нико, она слышала то, чего не слышала раньше. — А почему в темноте столько всего происходит? — спросила Нико, оглядываясь на чёрные провалы по бокам. — Почему кристаллы и цветы... почему они там, где никто не ходит? Фриск пожала плечами. — Может, потому что их никто не тревожит. Может, они сами выбрали темноту. — Или темнота выбрала их, — задумчиво протянула Нико.       Они перешли последнюю речку. Теперь тропа стала совсем узкой, а впереди, насколько хватало глаз, тянулось почти полностью тёмное поле. Лишь у самого края, там, где освещённая дорога упиралась во тьму, на песке росли светящиеся травинки. Тонкие, хрупкие, они мерцали мягким голубоватым светом, будто указывая путь.       Нико остановилась на границе света и тьмы. — Туда? — спросила она, кивнув вперёд.       Фриск встала рядом — Туда.       Они сделали шаг. Светящиеся травинки под ногами чуть колыхнулись, рассыпая вокруг десятки крошечных искр. И темнота, которая ещё мгновение назад казалась непроглядной, вдруг отступила, открывая узкий, едва заметный проход.       Музыка не стихала. Она вела их за собой.

Тёмное поле

      Тропинка из тёмного песка привела их на край обширного, залитого мраком пространства. Свет от светящихся травинок, что вились вдоль дороги, резко обрывался, и впереди, насколько хватало взгляда, расстилалась чернота. Только кое-где, во тьме, Нико различала смутные очертания огромных валунов. Казалось, они были разбросаны здесь в незапамятные времена силой времени — может, землетрясением, а может, и чем-то более древним. Ещё дальше, в полной темноте, угадывались огромные стволы светящихся грибов с конусообразными шляпками. Они сами источали мягкий голубоватый свет, и их можно было разглядеть даже в этом полумраке — маяки среди каменного хаоса. Вокруг царила тишина, нарушаемая лишь далёкими, приглушёнными расстоянием звуками подземного оркестра: низкое гудение минижелов, редкие стеклянные ноты падающих капель. — Красиво, — прошептала Нико, и её слова прозвучали здесь как-то особенно громко. — Да, — так же тихо ответила Фриск. — Дальше только так.       Она шагнула вперёд, ступая на светящиеся травинки, что тянулись от края обрыва к одному-единственному тусклому, еле живому грибу. Нико двинулась следом, стараясь не отставать. Подойдя к грибу, Фриск остановилась. Нико тоже замерла, разглядывая очередные грибные шляпки. Он был маленьким, едва достигающим колена, и светился так слабо, что казалось, вот-вот погаснет. Вокруг него, словно хороводом, росли те же светящиеся травинки, их мягкое свечение ложилось на тёмный песок бледными бликами. — Помнишь тот гриб, в пещере за водопадом? — спросила Фриск, не оборачиваясь.       Нико кивнула. Конечно, она помнила. — Думаешь, здесь то же самое? — спросила она, хотя ответ уже знала. — Должно быть, — Фриск чуть отступила, давая Нико место. — Попробуй.       Нико протянула руку и осторожно нажала на шляпку. Гриб мягко подался, а затем… его тусклое свечение стало ровнее, спокойнее. Он больше не казался умирающим — просто светился, как и положено и другим местным грибам. В тот же миг травинки, что скрывались в темноте, начали сиять последовательно, вычерчивая новую тропу — к следующему такому же тусклому грибу, едва видимому во тьме. — Работает, — удовлетворённо сказала Фриск. — Видимо эти грибы используются как переключатели и так по особому устроены. — Интересно, почему? — задумалась Нико. — Это специально кто-то сделал или само так получилось? — Кто знает, — Фриск пожала плечами.       Нико не стала спорить. Она перевела взгляд в темноту. Её глаза, хорошо видящие в полумраке, отлично различали очертания валунов и светящиеся силуэты грибов вдалеке. А ещё существ — под некоторыми валунами и иногда в небольших углублениях, лежали минижелы. Их оранжевые студенистые тела едва заметно пульсировали, а сами они казались расслабленными и умиротворёнными — будто просто отдыхали, слушая оркестр Водопадья. — Там, в темноте, — Нико указала рукой вперёд, — под камнями… минижелы. Они просто лежат. И слушают.       Фриск прищурилась, но разглядела лишь смутные тени. Она не видела и половины из того, что замечала Нико. Но ей и не нужно было видеть — она смотрела на подругу. На то, как её уши приподняты, как жёлтые глаза бегают из стороны в сторону, ловя каждое движение во тьме, как хвост замер в напряжённом ожидании. Сама Нико в этот момент казалась частью этого места — такой же живой и чуткой. — Нико, — позвала Фриск, та повернулась. — Может, я теперь пойду первой? — спросила Нико. — Ну… нажимать на грибы? Мне нравится. Фриск чуть улыбнулась. — Хорошо. Веди.       Они поменялись местами. Нико шагнула вперёд, ступая на светящиеся травинки, и направилась к следующему грибу. Фриск пошла следом. — Как думаешь, — спросила Нико, нажимая на очередной гриб, — это вообще нормально для Водопадья? Такие загадочные тропинки? — Водопадье вообще загадочное место, ты и сама видела — ответила Фриск, поглядывая по сторонам, хотя в темноте всё равно ничего не было видно кроме света небольшого света от тропинки и больших грибных деревьев. — Здесь много странного. — Это точно, — Нико усмехнулась. — Но мне нравится.       Они прошли ещё по нескольким нажимным грибочкам. Нико уже привыкла — нажала, дождалась, пока засветятся травинки, и пошла дальше. Она говорила что-то о том, как ей нравится этот «механизм», как будто они открывают дверь за дверью, шаг за шагом. Фриск слушала, иногда кивая, но сама всё больше вслушивалась в тишину и вглядывалась во мрак, пытаясь уловить хоть какие-то очертания. Бесполезно.       Нико подошла к очередному грибу. Она уже не смотрела под ноги — травинки светились достаточно ярко, чтобы указывать путь, — и не оглядывалась по сторонам, полностью сосредоточившись на разговоре с Фриск. Она рассказывала про тот гриб в пещере за водопадом, как он тогда засветился, и как ей было интересно. Нажала на шляпку, даже не глядя на неё. Гриб вспыхнул ровным светом. Травинки засияли. И в их свете, прямо на тропе, преграждая путь, стояла Тэмми. — ПРИВ!! Я ТЭММИ!! — воскликнуло существо, и её голос эхом разнёсся по пещерной поляне. Она вся дрожала то ли от нервов то ли от возбуждения — или, может, от холода.       Тэмми была почти одного роста с Фриск, может, чуть ниже — где-то по шею девочкам. Она напоминала кошку с чёрными, слегка взлохмаченными волосами до плеч. На макушке у неё топорщились треугольные стоячие уши, а чуть ниже, по бокам, висели ещё одни — длинные, мягкие, почти как у собаки. На ней был синий свитер. Большие, блестящие глаза смотрели прямо на девочек — с любопытством и лёгкой настороженностью. — ПР-ПРИВ!! Я ТЭММИ!!       Существо взвизгнуло ещё раз и затряслось ещё сильнее — так, что кончики его длинных ушей заметались из стороны в сторону. — хОЙ!!! Я ТЭММИ!! — повторила Тэмми, немного нервно дёргаясь всем телом. Её большие блестящие глаза перебегали с Нико на Фриск и обратно. — ...только цены на хлопья Тэм совсеM НЕ ВЕСьЁЛЫЕ!!       Нико растерянно моргнула, не до конца понимая, с чего вдруг разговор про хлопья. — Эм... цены? — дАДА!!! — Тэмми отчаянно закивала, взлохмаченные волосы запрыгали. — хлопья Тэмми были ДВА золота! А ТЕПЕРЬ... ТЕПЕРЬ... — она судорожно вздохнула и выпалила на одном дыхании: — ТРИ ЗОЛОТА!!! КАК ТЭММИ ТЕПЕРЬ ЖИТЬ?! КАК ТЭММИ КУШАТЬ?!       Фриск невольно сделала полшага назад — такой напор эмоций был даже для неё неожиданным. Нико же, напротив, подалась вперёд, вглядываясь в дрожащую фигурку. — Подожди... — осторожно спросила Нико. — Ты хочешь сказать, что из-за этого... голодаешь? — ДА!!! — Тэмми схватилась за голову. — тЭмми последние деньги ПОТРАТИЛА на дорогие хлопья Тэм... а теперь у тэмми НИЧЕГО НЕТ! совсеM НИЧЕГО! — она зажмурилась и затряслась с новой силой, чуть не падая с ног. — тэмми ходить... искать в руинах Водопадья... монетки... или что-нибудь, на что можно получить монетки... на хлопья...       Нико переглянулась с Фриск. Та лишь молча пожала плечами, давая подруге решать самой. Тогда Нико полезла в рюкзак, нашаривая среди вещей небольшую горсть золотых монет. — Слушай... — сказала она, протягивая деньги Тэмми. — У меня есть немного. Держи.       Тэмми в мгновение перестала трястись. Её глаза округлились, став размером с больших золотых монет. Она уставилась на монеты, потом на Нико, потом снова на монеты. Открыла рот, закрыла, снова открыла. — Т-т-т... — она часто заморгала. — тэмми... это ЧЕСТНО? — Конечно, — кивнула Нико. — Мы просто идём дальше. А ты купишь себе хлопья.       Тэмми медленно, почти благоговейно, взяла монеты дрожащими лапками. Некоторое время она просто смотрела на них, потом вдруг подпрыгнула на месте. — ООООО!!! — заорала она. — ЧЕЛОВЕК ТЭММИ... ДАЛ ТЭММИ МОНЕТКИ!!! СТОЛЬКО МОНЕТОК!! тэмми МОЖЕТ КУПИТЬ... ХЛОПЬЯ!! МНОГО ХЛОПЬЕВ!! — она прижала монеты к груди и чуть не пустила слезу. — тэмми... тэмми ТЕПЕРЬ НЕ УМРЁТ С ГОЛОДА... тэмми СПАСЕНА! — Ну... не преувеличивай, — смутилась Нико, отводя взгляд.       Но Тэмми уже не слушала — она пересчитывала монеты, перебирая их лапками, и тихонько подвывала от счастья. Фриск, до сих пор молчавшая, вдруг подала голос: — Ты говорила про руины... В Водопадье есть руины?       Тэмми подняла голову, встряхнулась и кивнула: — дАДА! там, в руинах, бывают СТАРЫЕ ВЕЩИ... иногда тэмми находит там монетки... или что-нибудь, что моЖНО ПРОДАТЬ... — она запнулась, потом замялась. — эмм... если вы ХОТИТЕ... тэмми могла бы РАССКАЗАТЬ ПОДРОБНЕЕ... — она опустила взгляд, перебирая лапками. — но только... вы МОГЛИ БЫ... зайти в деревню Тэмми... пожалуйста... Нико и Фриск переглянулись. — Деревню Тэмми? — переспросила Нико. — дАДА!!! — Тэмми закивала, встряхнувшись с новой силой. — деревня Тэмми находится ДАЛЬШЕ по этой тропинке... потом через ущелье в стене... там совсеM НЕДАЛЕКО! — она умоляюще сложила лапки. — тэмми ПРОВЕДЁТ вас! а там... ЗА ЕДОЙ... тэмми покушает с вами и расскажет про руины водопадья... ВСЁ РАССКАЖЕТ! ЧЕСТНО-ЧЕСТНО! — Что скажешь? — спросила Нико, обернувшись к Фриск.       Фриск пожала плечами. В её взгляде мелькнуло что-то неуловимое — смесь любопытства и... может быть, удивления от того, что всё повернулось именно так. — Почему бы и нет, — ответила она. — Правда?! — Тэмми подпрыгнула, едва не выронив монеты. — ХОРошО!!! тэмми ПОКАЖЕТ ДОРОГУ!! ИДЁМ-ИДЁМ!!       Она развернулась и затопала по тропе вперёд, но почти сразу обернулась, проверяя, идут ли девочки за ней. Убедившись, что они следуют, Тэмми довольно затряслась и зашагала дальше, то и дело оглядываясь через плечо.       Нико и Фриск двинулись следом. — Значит, в Водопадье есть руины... — задумчиво протянула Нико, поравнявшись с подругой. — Похоже на то, — ответила Фриск.       Фриск не добавила больше ничего — но про себя отметила, что даже после стольких перезапусков, Подземелье всё ещё может её удивлять. Хотя бы щедростью и удачей подруги.       Впереди, в сумраке, мелькала фигурка Тэмми — она вела их к ущелью, время от времени издавая радостные вскрики и пританцовывая на месте от нетерпения.