За фасадом смерти

— "Иди к чёрту." А что он еще мог ответить на вопрос Рэйко? Чуя и сам не знал, зачем стоит здесь. Возможно, чтобы добиться от Накагавы правды. А может, для чего-то ещё? В любом случае, на ум пришло только грубое "иди к чёрту" в качестве ответа. — "Как красноречиво... Очень в твоём духе." Девушка ухмыльнулась. Она делала это специально — выводила Накахару из себя. Ей было приятно от этого. Наслаждение — вот, что Накагава чувствовала сейчас. Рэйко медленно шагнула ближе к рыжеволосому. — "Разве ты не должен выдать меня мафии? Насколько мне известно, то здание, которое я подожгла, тоже много лет мозолило вам глаза. Мафия хотела сама уничтожить его, только аккуратнее. А я вас опередила. Сейчас я потенциальный конкурент мафии, разве нет?" Чуя поджал губы. А ведь черноволосая права — сейчас он должен отдать ее в руки Мори Огая. Но нет. Накахара не мог так поступить. Рыжеволосый посмотрел на лицо Накагавы. Оно было таким наглым, освещённым удовольствием от реакции друга и своей правоты. Чуя сказал: — "Заткнись." — "Будь по-твоему. Я молчу." Рэйко артистично вскинула руки и отошла назад, к стене. Накахара разглядывал ее с отвращением. Эта наглая улыбка, холодный взгляд, стальной голос — все сейчас в ней раздражало. Как же он ненавидит эту хитрую девчонку! — "Забавно. Ты все еще дуешься как маленький ребёнок". Голос Накагавы рассек тишину в переулке, словно кнут. Она медленно отошла от стены. — "Знаешь, как я тебе говорила, ты такой же, как и раньше. Даже внешне почти не поменялся. Только волосы отросли. Тебе идет, к слову." Девушка медленно обходила Чую по кругу, осматривая друга со всех сторон. Её голос сейчас был таким спокойным, усыпляющим... Когда Рэйко остановилась прямо напротив Накахары, её зелёный глаз, казалось, светился в темноте переулка. — "Ты никогда не задумывался над той авиакатастрофой, что произошла три года назад. Да-да, над той, после которой было объявлено о моей смерти. Ничего ли тебе не казалось странным во всей этой истории, Чуя?" Накахара стоял напротив черноволосой, словно каменная статуя. Он слушал девушку, а ее холодный и тихий голос проникал сейчас в самое нутро. Но почему слова Рэйко звучат так странно? Волнение разливалось в груди Чуи, а гнев потихоньку уходил, оставляя место любопытству. — "Я понятия не имею, о чём ты. Говори прямо, без загадок." — "Ах, Чуя... Хорошо, я расскажу тебе всё сама." Тут прежняя улыбка сползла с худого лица девушки. Теперь оно тоже казалось стальным, холодным, как у статуи. Накагава стояла ровно, непоколебимо. —"Как всем рассказали, в том самолёте отказали двигатели, а после у него загорелось крыло и он упал на землю, разбившись. Бедных жертв так изуродовало, что их невозможно было узнать. Как и меня. Ты же был на моих похоронах, верно? Так вот, я открою тебе маленький секрет... — черноволосая сделала паузу — Хоронили другую девушку, не меня. Знаешь, даже немного обидно, что ты не заметил этого. Но, наверняка, бедняжка была так изуродована, так что я могу тебя оправдать." По коже Чуи пробежал холодок. Он помнил похороны детально, до самых мелочей. В тот день было пасмурно. Рыжеволосый юноша стоял под могучим дубом, опираясь телом на толстое дерево. Ветер развивал его рыжие волосы, прохлада трогала юношеское лицо. Он смотрел в яму, что была вырыта буквально в паре шагах от него. Чуя смотрел в нее, как в бездну, с чувством холода, боли, страха. Всего через пару часов тут будет лежать Рэйко. Нет, об этом просто невыносимо думать! Но, к сожалению, это правда. Начался ледяной дождь. Накахара пришел сюда самым первым, за несколько часов. Ему не было холодно от ветра и дождя, что ледяными каплями капал на шляпу Чуи, отпружинивая. Ему было абсолютно всё равно на всё вокруг. Юноша даже не заметил, как постепенно стали приходить люди в мрачных одеяниях и с темными зонтами. К рыжеволосому подошёл Мори. Он похлопал Чую по плечу, но ничего не сказал. Когда закапывали гроб, Накахара смотрел в то место под дубом ожесточённо. Так, будто ненавидел всё и всех на этом свете. И гроб, и яму, и дуб, и людей, стоящих вокруг, и даже себя. Сердце разлеталось с каждой секундой. Похороны сопровождались плачем и притворными соболезнованиями. Какие же люди низкие. Их слова мерзко слышать. Лгуны. Они даже не знали Рэйко, лишь видели пару раз. На самом деле, им было все равно. Как они смеют что-то говорить про нее? Наверняка после похорон пошли в бар перемывать покойнице косточки. Накахара шёл, сжимая кулаки до белых костяшек. Капли стекали по лицу юноши. Тот, он резко ударил по стене какого-то дома. Из костяшек потекла кровь. Чуя опустил голову. Нужно смириться — её больше нет. Всё это сейчас Чуя видел, словно наяву. Но вот, прямо перед ним, спустя три года стоит она, Рэйко, живая. Накахаре было стыдно, что он не посмотрел тогда на тело Накагавы, точнее какой-то девушки, на похоронах. Не смог. Рыжеволосый сжал кулаки, почти как тогда, до белых костяшек. Сердце бешено стучало. Он поднял взгляд на Накагаву. Как? Как он мог? Может, Чуя бы понял тогда, что в гробу не Рэйко. Он смотрел на бледное лицо девушки. А она ждала. Ждала, пока Накахара скажет хоть что-то. — «Что ты несёшь?» Разгневанный на самого себя, Чуя мог сказать только это. Может, эта наглая девчонка опять насмехается над ним? Гнев нужно было куда-то выплеснуть. И Накахара делал это с помощью слов. — «Правду, только правду. Не веришь? — Накагава вновь улыбнулась — Я расскажу тебе, как всё было на самом деле. Я действительно летела тем рейсом. Только когда самолёт упал, я спаслась. Раны после крушения были очень сильными, понадобилась долгая реабилитация. А потом я узнала, что меня похоронили, что я для всех мертва. И решила не раскрывать правду.» Чуя приподнял брови. Слова черноволосой звучали вполне убедительно. Но почему? Почему она ничего не рассказала, не связалась с кем-то? — «У тебя явно с головой не всё в порядке, — Накахара нахмурился — Почему ты не связалась со мной, а?» Девушка провела тонкой ладонью по лицу, шумно выдыхая. — «А ты бы поверил? Поверил бы, если бы тебе написал человек, которого хоронили на твоих глазах? Не знаешь ответ? А я знаю! Ты бы заблокировал этот номер, списав всё на мошенников.» Чуя ничего не отвечал. Как бы не хотелось этого признавать, но Накагава полностью права. Если бы юноше позвонил или написал бы человек, в смерти которого он уверен, рыжеволосый просто заблокировал бы этот номер. Накахара смотрел в землю.