Часть 6. Секреты прошлого

Макаров, Полюшка и жабы прокрались в старое здание гильдии, словно воры. Позже целительница объяснила, что за неуплату налогов и кадастровых взносов чиновники мэрии, надеясь, что гильдия воскреснет, не пускали никого в здание. Внутри пахло пылью, старым пергаментом и застоявшимся унынием. Макаров провел пальцем по барной стойке, оставляя четкий след — сердце гильдии больше не билось, и от этого на душе становилось еще тошнее. Даже магические светильники едва мерцали, подъедая остатки эфира из воздуха. Полюшка начала шерстить библиотеку — слишком странной была история Наруто со сменой пола. Макаров также залез в книжный склад — надо было найти что-то о перемещениях между мирами. Если такие книги вообще могли у них быть. Обшарив всю библиотеку и ничего не найдя, они вернулись в старый кабинет Мастера, где их ждали жабы, что-то экспрессивно обсуждая. Макаров тихо остановился в коридоре, схватив Полюшку за плащ и жестом остановив её дальнейшие расспросы, пальцем указав на дверь. Оба обратились в слух. Макаров нахмурился. Слово «джинчурики» было ему незнакомо, но тон жаб не оставлял сомнений: речь шла о чем-то сродни живому оружию. Старик покрепче сжал кулаки, понимая, что вляпался в историю куда более грязную, чем обычная магическая кража. — Мы не можем держать Наруто на Горе Мьёбоку вечно. Что, если у неё нет обратного пути домой? — спросил Геротора. Фукасаку был с ним согласен. — Это неизвестный мир, бьюсь об заклад, кто-то призвал её из мира шиноби в мир магии. А это значит, что Наруто опасно здесь находиться. И мы будем держать её в мире жаб, пока не найдём путь домой. — А если мы не найдём этот путь? Как ты можешь так беспечно думать о Наруто. Она — сильный шиноби и может за себя постоять, даже с учётом потери Лиса. — Поясни? — Фукасаку надеялся, что ему послышалось. — Я не чувствую внутри Наруто Лиса. Он исчез, — Геротора закрыл голову руками. — Именно поэтому я вылез из Наруто, Лиса нет в её внутреннем мире. И именно поэтому Наруто не может спуститься в своё подсознание. К тому же у меня большие сомнения, что Наруто сможет долго держаться в нашем мире сейчас. Что-то странное произошло с её системой циркуляции чакры. Фукасаку не послышалось. Он не знал что сказать, но решил оставить размышления на потом. Мастер и Полюшка, подслушивающие разговор за дверью, делали свои выводы. — Может ли быть такое, что её призвали из-за Лиса? — Может, — Геротора уже думал об этом. — Но я не почувствовал, что его насильно забрали из Наруто. Если Акацуки требовалось на изъятие одного Хвостатого трое суток, а Осьминог и Лис были последними, кого они не смогли поймать... Но Наруто сказала, что была в отключке четыре дня. — А в нашем мире прошло семь лет... — Возможно ли такое, что она выжила после того, как распечатали Лиса? — А ты этого, Геротора, просто не заметил? Хвалёные гены Узумаки? Ведь вторая джинчурики, Кровавая Хабанеро, выжила после извлечения. И Наруто тоже осталась жива в первый раз, когда Мадара на войне забрал Кьюби. Полюшка за дверью едва слышно хмыкнула. Если эти «Узумаки» обладают такой регенерацией, что выживают после изъятия внутренней сущности, то девчонка — настоящий медицинский феномен. Или ходячая аномалия, которая притянет к Магнолии неприятности похлеще Акнологии. — Возможно и так. Что будем делать? — спросил Геротора. — Есть у меня одна идея, но, боюсь, она тебе не понравится, раз ты не хочешь держать Наруто в нашем мире. Это наш единственный вариант. Эй, вы там за дверью, нашли что-нибудь? Пойманные с поличным Макаров и Полюшка дёрнулись. Зайдя в старый кабинет, они отрицательно покачали головой. Макаров зашёл первым, старательно делая вид, что рассматривать пыльную дверную ручку в течение десяти минут — это его старое хобби. Полюшка же и вовсе не выглядела смущённой; она лишь поправила накидку, окинув жаб взглядом, в котором читалось: «Да-да, мы всё слышали, и что вы нам сделаете?». — Не желаете рассказать поподробнее о вашей Наруто? — осторожно спросил Макаров. Жабы переглянулись. — Желаем, — ответил Фукасаку. — Я чувствую, что вам можно доверять. Жабий Мудрец сел в позу лотоса и начал свой рассказ. И рассказал им всё. Фукасаку, будучи пожилым Мудрецом, поведал Мастеру и целительнице об их мире, Мудреце Шести Путей, чакре, ниндзя и войне. Повествование затянулось на несколько часов. Макаров слушал и чувствовал, как седеют остатки его волос. Девять демонов. Война. Богиня-кролик. А его внук сейчас нянчится с девчонкой, которая тащила на себе всё это. — И вы говорите, ей всего семнадцать? — хрипло спросил он. Фукасаку кивнул. Макаров выдохнул. — Господи... Они слушали с огромным удивлением, насколько необычна была история Наруто. Мастер слушал мудрецов и его сердце сжималось. Он-то думал, что Совет Магов в их мире — это головная боль, но по сравнению с тем адом, через который прошёл этот «светловолосый мальчишка», Магнолия казалась райским садом. Макаров невольно посмотрел на свои руки: он понимал цену мира, но цена, которую заплатил мир Наруто, была запредельной. Иногда рассказ продолжал Геротора. Но как только Жабий Мудрец сказал своё последнее слово, в их диалог вступило пятое лицо. — Я слушала вас с самого начала, — раздался тихий голос. Все вздрогнули. Длинноволосая девочка-подросток, появившаяся из ниоткуда, застала всю компанию врасплох. Даже для Макарова появление Мавис стало неожиданностью. Жабы отшатнулись, Фукасаку едва не выронил трубку. — Исходя из сложившихся обстоятельств, смею предположить, что кто-то могущественный из нашего мира провёл тёмный ритуал призыва. Но что-то пошло не так, и вашу Наруто втянуло в межпространственную воронку вместо того, кого они ждали. Смена пола возможна из-за наслоения техник и конфликта магии и чакры. — Техника призыва души?! — спросили жабы одновременно. — Простите, я не хотела вас напугать! — девочка-подросток решила исправить положение. — Меня зовут Мавис Вермилион, я первый Мастер гильдии Хвоста Феи. Приятно с вами познакомиться. Девочка поклонилась гостям. Напуганные жабы также представились ей в уважительном поклоне. Общаться с воскресшими Каге — это одно, а вот видеть призрака — это другое. В тот день в дом Полюшки никто так и не вернулся. — Семь лет, — повторил Макаров, всё ещё переваривая услышанное. — Для неё — пара дней. Для её мира — семь лет траура. Он посмотрел на свои руки, на пыльный стол старой гильдии, на призрачную девочку, парящую в воздухе. — А мы тут с долгами гильдии боремся... — Значит, в вашем мире мертвецы не приходят выпить чаю? — Мавис весело хихикнула, паря над столом и разглядывая Геротору. Жабы переглянулись. В их мире мертвецы обычно приходили, чтобы уничтожить пару-тройку деревень или запустить метеорит, а не вежливо представляться. Контраст между этой солнечной девочкой и той тьмой, которую они привыкли видеть за гранью жизни, сбивал с толку сильнее, чем смена пола их подопечной.