Часть 2 "Начало"

895-тый год Серенвальд. Королевство Зэрека. сердце Королевства Зэрека. Стоя на высоких скалах, которые круто спускались к туманным водам, город выглядел как крепость, поглощённая веками. Огромные башни, покрытые мхом, и стены, толстые как сама земля, охраняли этот древний дом, скрывая внутри мудрость и таинственность. Стены, украшенные золотыми рунами, отражали свет из единственного источника, который оставался в мире — вечного солнца, поддерживаемого усилиями самых сильных магов. Но этот город давно не был спокойным. Всё менялось. Внезависимости от его великолепия, здесь, в Серенвальде, люди не могли забыть о том, что война уже близка. В его чертогах шептали о том, что позади уже оставалась длинная тень. Тень разрушения. Тень, которая разрасталась с каждым годом. Клио стремительно приближалась. Зэрек — король, чьё имя было синонимом неумолимости, сидел на своём троне, задумчиво наблюдая за событиями, разворачивающимися за стенами его дворца. Он чувствовал перемены, но не знал, как им противостоять. Стены его королевства были укреплены, магия земли и старинные заклинания всё ещё защищали его земли от внешних угроз. Однако это было лишь временным решением. Тот, кто мог бы угрожать Зэреку, был рядом. Очень близко. Леонхард — тень войны, разрывавшей древний мир. Его армии заражённых, некогда бывших людьми, теперь несли разрушение за разрушением, продвигаясь через континенты, разрушая всё на своём пути. Он не был обычным завоевателем. Он был пожирателем миров, и его поход не знал конца. Король Зэрек знал, что рано или поздно ему придётся сразиться с этим злом. Но он не был готов. Он понимал, что обычной армии здесь не хватит. Он нуждался в союзниках — тех, кто могли бы противостоять этому чудовищу. Сквозь большие оконные проёмы, смотрящие на далекие земли, он мог видеть в своих мыслях образ гигантов, тех разрушителей, с которыми сражался Леонхард. Но, возможно, у него была другая цель. Он видел, как всё больше людей начинают верить, что сопротивление не имеет смысла. Однако, Зэрек знал, что противостоять таким силам можно было только с использованием других тёмных сил. В стенах Серенвальда, в тени этих древних зданий, был тайный союз, созданный для спасения королевства. И этот союз уже давно готовился к мгновению разрушения. Королевство окружали 5 стен, разделяя 5 частей королевства. Первая стена — Стена Защитников. Эта стена отделяла королевство от внешнего мира, от территорий, где начинались дикие и заброшенные земли. Здесь были расположены пограничные гарнизоны, солдаты, что ежедневно следили за тем, чтобы ни одна армия, ни одно существо не смогло проникнуть в страну. Это была самая высока и массивная из всех стен, выложенная камнем с магическими рунами, защищающими от атак магии и людей. Вторая стена — Стена Магов. Она огораживала центр Зэрека, где располагались школы магии, тайные ордена и самые могущественные заклинатели. Здесь, среди священных башен, готовились заклинания, которые могли бы помочь королевству пережить любую бурю, от любой угрозы. Однако, маги Зэрека также знали, что могут быть случаи, когда даже их сила не будет достаточно мощной, чтобы остановить Леонхарда и его армию. Эта стена была слабо укреплена в физическом смысле, но магически была почти неприступной. Третья стена — Стена Крепостей. Эта стена разделяла военную территорию от остальной части королевства, где располагались казармы и армейские лагеря. Крепости вдоль стены были обнесены башнями с оружием, а между ними были построены земляные укрепления для защиты. Здесь готовились к войне, здесь верили, что силы снаружи можно победить, если стоит мощная армия. Четвёртая стена — Стена Жизни. Эта стена была олицетворением мирной части королевства. Она отделяла земли фермеров, города, села и рынки, где процветали ремесла и торговля. Здесь жили те, кто не знал войны, но каждый день поднимался на борьбу за жизнь. Они были непривычны к боям, но в случае нужды могли стать армией. Пятая стена — Стена Теней. Это была самая таинственная из всех стен, расположенная в самом центре и служившая разделением власти. Здесь находились дворцы, тронные залы и государственные учреждения, где решались важнейшие вопросы королевства. Эта стена была известна своими тайнами и была окружена легендами. Здесь же скрывались шпионские организации, которые следили за всеми остальными частями, а также за тем, что происходит за пределами королевства. С такими стенами, Зэрек чувствовал себя защищённым. Каждая часть была независимой и одновременно взаимосвязанной с другими. Но каждый угол, каждая стена носила свои секреты. Со временем эти разделённые территории начали разделяться не только физически, но и идеологически. Тревога начинала нарастать, когда Леонхард и его гиганты приблизились к границе королевства. Король Зэрек знал, что его земли могут не выдержать удара. Пять стен — пять разделённых сил, каждый из которых по-своему ощущал угрозу. — Стены нас больше не спасут, — раздумывал Зэрек в своих чертогах. — Нам нужно объединение, чтобы сдержать это зло. Он видел, как Клио приблизилась. С каждым днём, с каждым нападением становилось всё яснее, что будущее королевства решается не только в битвах на поле. Тени растут, а стены уже не смогут помешать тому, что пришло. Из 5 стен, осталось 4.. Именно там и началась история... История одного парня лучника.. по имени Эрвин.. — Мам.. Прекрати так парится обо мне. Я выполню всё что нужно. Мне главное вас защитить.. Его мать, Симона, взяла его за руку, не в силах скрыть беспокойство, которое сжигало её душу. — Эрвин, ты же понимаешь, что может быть слишком поздно. Стена может не выдержать, — её голос дрожал, но она пыталась не выдать своих переживаний. — Ты же не просто мальчишка с луком. Это не игра. — Мам, если бы ты могла меня понять... Я знаю, что это не просто игра. Мы все на передовой, и мне нужно быть там. На стене. Это наш долг, — его лицо становилось всё более решительным. Он был готов, несмотря на все страхи, что не давали ему покоя. Эрвин был лучником, но не тем, кто стреляет ради забавы или в охоте. Он был частью арьергарда защитников города, сражавшихся, чтобы хоть как-то защитить то, что ещё осталось от родного мира. Этот лук стал для него не просто оружием, а отражением его судьбы. Обычный парень, выросший в доме на земле фермеров, но чувствовавший, что его место — на стенах, защищая тех, кто остался внизу. Симона с трудом сдерживала слёзы. Она знала, что его место на стенах — это не просто долг, это шанс помочь. Но с каждым днём она видела, как её сын всё больше уходит в эту жизнь, в эти войны, от которых не будет спасения. — Но ты ведь уже взрослый, — сказала она, как бы пытаясь убедить себя больше, чем его. — Ты всегда был таким смелым, Эрвин. Он поцеловал её в лоб. — И я всегда буду этим смелым, мам. Ты мне веришь, правда? Его голос был тихим, но в нём слышалась такая уверенность, что она не смогла больше спорить. В её глазах блеснула гордость, но она всё же не могла скрыть волну страха, охватившую её сердце. Когда он шагал к выходу из дома, где за его спиной оставались порушенные стены и разрушенные улицы, Эрвин знал, что ни одна из стен не будет вечной. Стена Жизни всё равно падала. Но его миссия не закончится на этом. Он собирался оставить свой след, своё имя в этой великой битве. Имя, которое, возможно, останется в памяти лишь у тех, кто продолжит борьбу. Шум разрушений, вой и грохот вдали напомнили ему, что война уже началась, и он был частью этой войны. Он залез на стену и осмотрел то что осталось от пятой стены.. Там где когда то было пятое поселение остались только пустоши, разруха и заражённые.. одержымые Клио. К нему подошёл парень с шлемом, копьём и щитом — Слушай, мы долго там не простоим... Пару атак, и от моего отряда не останется и следа... Эрвин ухмыльнулся — Продолжайте оборону. — но.. — Никаких но, Кай. Действуйте дальше. Кай замолк, тяжело вздохнув. Он знал, что Эрвин прав. Но было так тяжело верить в победу, когда смерть уже бродила по королевству, когда стены падали одна за другой. Однако, Эрвин был лучником, который видел не только перед собой, но и за горизонтом, в том, что могло бы быть, если они действительно стоять до конца. В этом была его сила — не в физической мощи, а в умении видеть. Видеть тех, кто ещё борется. Видеть тех, кто ещё мог перевернуть ход войны. — Мы должны быть сильными, Кай, — Эрвин говорил это, не глядя на него, его голос звучал как обещание, как приказ. — Стена падёт, но если мы не будем защищать её до конца, тогда всё будет потеряно. Кай посмотрел на своего командира, стиснув зубы, и кивнул. — Понял... Мы продолжим, Эрвин. Мы не позволим разрушению победить. Эрвин, видя это, наконец повернулся и стал двигаться к передовому посту, где начиналась настоящая борьба. Он не знал, сколько времени ещё они смогут стоять, но одно было ясно: он не сдастся. Они не сдадутся. Он спустился и пошёл на проверку.. Проверку новых кадетов.. — Ну чё, маленькие защитники родины. Готовы ли вы, сказать мне. Как каждого из вас зовут? Молодые кадеты замерли, вздрогнув от его внезапного появления. Несколько секунд длилась тишина, пока кто-то из них не осмелился ответить. Это был мальчишка лет шестнадцати, с взглядом, полным неуверенности, но с желанием быть первым. — Томас, сэр. Я Томас, — произнёс он, зябко поглядывая на своих товарищей. Эрвин кивнул, не выражая ни радости, ни разочарования. Он понимал, что для них это первый шаг, первый по-настоящему серьёзный шаг в будущее, которое они едва ли осознавали. — Хорошо, Томас. Следующий. Ещё один мальчишка, чуть постарше, поднялся с большим трудом. — Я — Андрей, сэр, — ответил он с нескрываемым волнением в голосе. Эрвин улыбнулся уголками губ, заметив, как его недавняя уверенность сдвигалась под давлением страха и неизвестности. — Хорошо, Андрей. А ты, — он указал на следующего кадета, который нервно теребил край своей куртки. — Фридрих, — ответил тот, чуть дрожа. — Но... но я не уверен, что справлюсь, сэр... Эрвин, не изменяя выражения лица, шагнул вперёд и встал прямо перед ним. — Ты не должен быть уверен в себе, Фридрих, — его голос был тихим, но уверенным. — Ты должен быть готов. Это гораздо важнее. Если ты не готов, ты просто не выдержишь. Понял? Фридрих кивнул, и Эрвин почувствовал, как напряжение слегка ушло. Он видел, как каждый из этих молодых людей пытался найти свою стойкость, свою готовность в этих словах. — Все вы, — продолжил он, оглядывая их, — ещё не знаете, что ждёт вас за этими стенами. Вы видите только разрушенные города и захваченные поселения. Но не забывайте одно. Это не конец. Это только начало. Он сделал паузу, чтобы они осознали его слова, и затем продолжил: — Если вы будете бояться, если будете сомневаться, если станете дрожать перед смертью — вы не выживете. Но если сумеете сражаться, если будете помнить, почему мы здесь, вы сделаете всё. Ради этих стен, ради тех, кто остался. Они стояли молча, поглощённые его словами. Они ещё не понимали, что он говорил. Но Эрвин знал, что именно в эти моменты они могли принять решение. Принять решение стать защитниками, а не просто мальчишками, исполняющими приказы. — Продолжайте тренировки. Скоро нас снова будут атаковать. Надеюсь, к тому моменту, вы сможете хоть немного оправдать этот титул — защитники родины. Он повернулся и, не дождавшись ответа, ушёл. В его голове был план. Он знал, что этот бой — не последний, что они встретятся с новыми вызовами. Но, по крайней мере, они были готовы бороться. Крик прервал его — ГИГАНТЫ ИЗ СТАТУЙ ИДУТ!!! Эрвин молча поднялся, глаза его сузились. Он почувствовал, как напряжение в воздухе стало свистящим, как перед бурей. — Кай! — крикнул он, и его голос не звучал как раньше. Он был холодным, как лёд. — Подготовьте людей. Выставите защиту! Я сам возглавлю оборону! Кай, который только что стоял рядом с кадетами, тут же бросился к нему. — Ты уверен? Мы не успеем укрепить линии! — его глаза были полны отчаяния, но Эрвин не позволил сомнениям проникнуть в себя. — Не важно. Мы не можем ждать. Эти гиганты — единственный враг, которого мы можем встретить сейчас. Стены могут не выдержать, но мы будем сражаться, — ответил Эрвин с такой решимостью, что даже Кай не мог ничего возразить. — Заставьте их сражаться. Пусть новобранцы покажут, на что способны. Эрвин быстро подошёл к одному из своих лучников и, не говоря ни слова, забрал его лук. Он знал, что скоро города падут, но не мог допустить, чтобы они сдались без боя. Он обернулся к кадетам, что теперь стояли в полной готовности, нервно оглядывая пустоши. — Слушайте меня! — его голос прозвучал громко и чётко. — У нас нет другого выбора. Если мы не устоим, если мы не будем сражаться, мы все погибнем. Это не просто защита стен. Это наш последний шанс. Он сделал паузу, смотря в глаза каждому. Он видел страх. Но видел и решимость. — Держите линии. Стойте на месте. Не давайте им пройти. Мы победим, если будем сражаться до конца. Резко развернувшись, Эрвин направился к основной защите. Гиганты были уже близко. Их огромные фигуры, вытянутые из камня, двигались вперёд, треск и грохот их шагов раздавались в воздухе. С каждым шагом они приближались, и с каждым шагом всё больше казалось невозможным выжить. Но Эрвин не мог позволить себе думать об этом. Он взглянул в небо, его взгляд встречался с теми самыми звёздами, которые уже давно погибли. Он понимал, что они все здесь — на этом последнем рубеже, и если они не выдержат, не останется ничего, кроме пепла. — Кай! Подготовь лучников! — снова закричал Эрвин. — Пусть каждый стреляет, как только увидит их! Вскоре всё вокруг наполнилось оглушающим шумом, когда первый гигант ударил по стенам. Камень трещал, валился, и пыль поднялась в воздух, затмевая солнце. Лучники начали стрелять, их стрелы, как маленькие, но мощные противники, встречали гигантов, не успевших привыкнуть к противостоянию. Гиганты, с их огромными лапами и грохочущими шагами, не обращали внимания на стрелы. Они шли вперёд, каждый из них словно представлял собой целую сущность, вырвавшуюся из под земли. Эрвин не отрывал взгляда от первых гигантов, которые прорвались через линию обороны. Он мог почувствовать их. Это было не просто разрушение — это было неизбежное зло, прорвавшееся в их мир. — Все назад! — крикнул он. — Отступайте в подземелья, если надо! Но все знали: отступление не было вариантом. В их глазах горела не просто решимость, а неистовая борьба за выживание. Эрвин снова поднял лук и выпустил очередную стрелу, затем ещё одну. Но ему казалось, что это было бессмысленно. Гиганты падали, но даже уничтоженные не умирали. — Это не конец, — прошептал он, затягивая стрелу. — Это начало. — Гиганты идут не просто так. Они идут когда планируется прорвать стену.. Её уже так 15-тый раз пытаются сломать... Он обернулся где то уже приходила подмога.. В прорваной стене резко из под земли полелзли заражённые — ВОТ ЖЕ! Заражённые, как тёмные тени, начали вылазить из трещин в земле, расползаясь, как река. Они не уставали, не жалели сил. Их глаза были наполнены лишь жаждой смерти, а их тела — пустыми оболочками, контролируемыми Клио. Это было что-то большее, чем просто зомби или обычные мутанты. Это был террор, за которым стояли планы, давно подготовленные. Эрвин слышал, как стрелы свистят мимо, когда лучники пытались хоть как-то сдержать нападение. Но это было не то, что могло остановить их. Мечи сверкали в руках, но они даже не могли пробить толстую кожу гигантов. Когда один из них рухнул, раздавив нескольких заражённых, Эрвин понял — стена падала не только в физическом смысле. Она падала в душе каждого, кто в ней стоял. — Обороняться! — крикнул Эрвин, кидая свой меч в ближайшего заражённого, который уже двигался в их сторону. Он знал, что они должны выдержать хотя бы несколько минут. — Как они прорвались? — спросил Кай, нервно сжимая свой щит. — Мы всё укрепляли! Эти стены должны были выдержать ещё долгие годы! Эрвин нахмурился, подбегая к прорехам стены и стараясь оценить ущерб. — Это не случайность, Кай. Кто-то нарочно прорвал защиту. Эти гиганты и заражённые — это только начало. Если мы не остановим их сейчас, они захватят всё, что нам осталось. Заражённые рвались вперёд. Их было всё больше и больше, их движения хаотичные, но быстрые. Эрвин почувствовал, как напряжение усиливается, и даже его лучники начинали паниковать. — Сколько времени до полного прорыва? — спросил он у Кая, не отрывая взгляда от ближайших заражённых. — Пару минут… — тот сжался, не в силах скрыть свою тревогу. — Но нам не хватит времени, Эрвин. Они прорвутся через любой барьер. Даже через нас. Эрвин взглянул на прореху в стене, через которую лились тёмные тени заражённых. Их было слишком много, и с каждым моментом их ряды становились всё плотнее. — Мы должны сдерживать их, сколько сможем. Сигнал тревоги. Оставшиеся кадеты — в положение! Не дать пройти! Как только он закончил свою фразу, его слова были подтверждены ярким светом, который пробежал по облакам, а затем прорезал тёмное небо. Это был сигнал. Сигнал, что стена падала, и если они не сдержат первую волну, они будут поглощены. В этот момент гиганты, с каждым своим шагом разрушая уже и без того ослабленную защиту, начали проламывать стены ещё быстрее, вызывая обрушение огромных каменных блоков. С высоты их тела казались непобедимыми. — Все к бою! — крикнул Эрвин, поднимаясь с мечом в руке. Он знал, что это будет их последняя битва. Смело, с последним гневом в глазах, они встретили первую волну. Мечи и стрелы, как молнии, летели в этих гигантов, но их невозможно было остановить. Крики и грохот заполнили воздух. Эрвин стиснул зубы. Стена падала. Но они ещё сражались. Эрвина привлёк мальчишка, лет 15, он рвал, нет скорее от бешености метал мёртвых, резал их небольшым сломаным мечом Эрвин замер на мгновение, ощущая, как его сердце ёкнуло. Мальчишка был не похож на других. В его глазах была бешеная решимость, а его действия — отчаяние, которое сжигало всё на своём пути. — Эй! Ты с ума сошел?! — закричал Эрвин, пробираясь через поле битвы, чтобы добраться до него. Мальчишка не услышал его, продолжая разрубать тела заражённых, словно не осознавая, что его жизнь находится под угрозой. Он не уклонялся от ударов, не пытался защититься — только сражался. Его сломанный меч оставлял следы на мёртвой плоти, а ярость, которая горела в его глазах, не прекращалась. Эрвин подошёл вплотную, хватая его за плечо и резко оттаскивая в сторону. — Ты не понимаешь! — крикнул он, слегка потрясая мальчишку. — Ты не сможешь с этим справиться! Мальчишка рванулся, вырываясь из его рук, и с диким взглядом прошипел: — Я не боюсь! Они убили мою семью! Я убью их всех! Я… я буду мстить! Голос его звучал отрешённо, как будто он не осознавал, что происходило вокруг. Это было что-то большее, чем просто месть — это была неудержимая ярость, готовая поглотить его целиком. Эрвин взглянул на мальчишку, понимая, что тот не осознаёт своей опасности. Он был всего лишь ребёнком, и его гнев был единственным оружием, которое он знал. Но Эрвин понимал, что продолжать в этом духе — значит просто обречь его на смерть. — Ты не сможешь мстить, если умрёшь, — сказал Эрвин, пытаясь успокоить его. — Ты не один. Ты не должен сражаться один. Это не твоя битва. Мальчишка посмотрел на него, его взгляд был полон сумасшедшего отчаяния. — Моя битва… — прошептал он, но затем что-то в его глазах изменилось. Он медленно опустил меч, как будто впервые осознал, что делает. Эрвин присел рядом с ним, кладя руку на его плечо. — Ты ещё можешь выбрать. Ты можешь выжить, если будешь действовать умно. Помоги нам, и мы защитим тебя. Ты не один. Мальчишка молчал, а затем, слабо кивнув, он встал и принял боевую стойку, но уже с меньшим отчаянием в движениях. Его взгляд был ещё полон гнева, но теперь этот гнев был сдержан и направлен на врага. Эрвин понял, что мальчишка наконец-то осознал. Хотя в его душе всё ещё горел огонь мести, он мог стать частью команды, частью обороны, а не просто безумным оружием, обречённым на погибель. — Хорошо, — сказал Эрвин, снова подняв свой меч и направляясь к линии обороны. — Мы сражаемся вместе. — Сначала скажи, своё имя, номер отряда и кто ваш главный. Мальчишка встал, слегка наклонив голову, словно возвращаясь в реальность. Он ещё не совсем понимал, что произошло, но слух о том, что нужно действовать в связке с другими, заставил его сосредоточиться. — Андреас, — выдохнул он, всё ещё тяжело дыша, а его руки, дрожащие от гнева и усталости, держали меч с усилием. — Отряд 3, сектор северный. Главный — капитан Вайссель. Эрвин кивнул, заметив, что в глазах мальчишки скользит неуверенность, но он уже не был тем, кем был раньше. Это было то, что нужно было ему, чтобы начать действовать с холодной головой, а не просто с яростью. — Хорошо, Андреас, — сказал он с твёрдостью, — теперь ты в моём отряде. Мы пройдём через это вместе. Но помни одно: сначала думай, потом действуй. Андреас молчал, но в его глазах уже был намёк на понимание. Он не хотел быть просто оружием мести. Он хотел стать тем, кто выживет. И, возможно, именно это поможет им выиграть эту битву. Резко с неба прозвучал крик затем как валун с неба упал он.. Синий плащь, шрам на глазу и меч, выкованый из хорошой стали. Эдвард. — РАССТОЛПИТЕСЬ МАЛОЛЕТКИ! Скучали небойсь? Вижу вы ещё не умерли.. Эрвин ощутил, как у него в груди что-то сжалось. Эдвард был одним из тех, кто всегда появлялся в самый неожиданный момент — и обычно с ним были только беда и разрушение. Но его присутствие давало ощущение силы, как будто с ним не было ничего невозможного. Эдвард приземлился на землю, его ноги мягко коснулись земли, и он, казалось, совершенно не заметил всей разрухи вокруг. Его взгляд был спокойным, но глаза, полные опыта, уже видели всё, что могло быть интересным. Он осмотрел всех и усмехнулся. — Ну что, Эрвин, — произнёс он, поворачиваясь к нему. — Всё ещё играете в защитников? Надеюсь, хоть один из вас не сдох ещё. У вас тут мало шансов. Эрвин молчал, он знал, что разговор с Эдвардом всегда будет похож на бесконечную игру. Этот человек всегда был вне правил, но его присутствие всегда означало, что они получили шанс на выживание. С ним, может быть, и удастся что-то сделать, но нужно было принять его цену. — Ты вовремя, как всегда, — сказал Эрвин, переводя взгляд на его меч. — Ты хоть с нами, или снова в одиночку? Эдвард коротко усмехнулся. — Я всегда с вами, только когда мне угодно. А так... — он покачал головой. — Эй, Кай! Ты ещё жив? Кай, стоявший немного поодаль, с удивлением посмотрел на Эдварда и кивнул. — Жив. Как ты всегда вовремя, Эдвард. Эдвард сделал несколько шагов и, без предупреждения, резко занял позицию на линии обороны. Он вытащил меч, и его рука мгновенно приняла форму боевого захвата. Его лицо было серьёзным. — Ну что, у нас ещё есть шанс, или это конец? Андреас взвизгнул — ЭТО ЖЕ..... ЧЛЕН СОВЕТА ЗЭРЕКА! Эдвард засмеялся — Ого, у меня фанаты есть? Андреас в недоумении замолчал, ещё не в силах поверить, что прямо перед ним стоит один из самых влиятельных людей Зэрека, член Совета, человек, чьё имя было известно по всему королевству, и чьи действия всегда оставались в тени. — Ну и дела... — Эрвин наконец заговорил, его взгляд был сосредоточен на Эдварде. — Ты всё так же высокомерен, да? Эдвард расправил плечи и усмехнулся, как будто для него вся эта ситуация была просто ещё одной игрой. — А что, это плохо? — он покачал головой, внимательно оглядывая окрестности. — Я здесь не для того, чтобы угождать вам. Я пришёл по делу. Или хотите, чтобы я ушёл и не помог? Я тоже умею не вмешиваться. Андреас, всё ещё ошеломлённый, собрался с силами и наконец ответил: — Н-нет! Я просто… не ожидал, что… Вы знаете, кто вы… Эдвард бросил быстрый взгляд на него, и его лицо стало более серьёзным. Этот взгляд был коротким, но в нём было что-то, что заставило Андреаса замолчать. Эдвард знал, что его имя вызывает страх, уважение и даже ненависть, но это его не волновало. — Я знаю, что я, — сказал Эдвард, не теряя своей насмешливости. — Но для тебя, мальчишка, важнее сейчас не мои титулы, а то, как мы будем держать этот периметр. Ты на стенах, значит, ты в деле. Будешь защищать. Он обернулся к Эрвину, кивнув на ситуацию с гигантами и заражёнными, что всё ближе приближались. — Так что давай, Эрвин, — продолжил Эдвард. — Это твой шанс стать настоящим защитником. Кай, Андреас, встаньте рядом. Нам нужно выжить. Эрвин стоял молча, понимая, что шутки закончились. Их встреча с Эдвардом могла стать решающим моментом, и теперь не было времени на разговоры. Битва продолжалась, и в их рядах были не только обычные люди, но и те, кто мог разрушать всё на своём пути, если только их не остановить. Крик с высоты 4-той стены прервал их — ОРДА ЗАРАЖЁННЫХ ИДЁТ! ГОТОВЬТЕСЬ К ОБОРОНЕ! В ту же секунду все на стенах начали двигаться. Эрвин, не теряя времени, взглянул на Эдварда, чьи глаза теперь сверкали решимостью, а его рука крепко сжимала меч. Он понимал, что это будет не просто очередная стычка. Это было что-то большее. Вопрос не был в том, будут ли они сражаться. Вопрос был в том, кто выживет. — Это будет тяжело, — сказал Эрвин, поворачиваясь к Эдварду, его голос стал твёрдым. — Но мы сделаем это. Эдвард, словно не замечая опасности, только слегка ухмыльнулся. — Долго вы ещё будете говорить, Эрвин? Вон, заражённые уже в пути. Давайте действовать. Как только слово "действовать" было произнесено, всё началось. В воздухе раздались командные крики, и стражники на стенах поспешили занять свои позиции. Одни укрепляли оборонительные баррикады, другие готовились к стрельбе. Эрвин вскочил на ближайшую башню и, не задумываясь, развернул свой лук. — Позиции! Стрелки, готовьтесь! — закричал он, отчётливо понимая, что каждое слово может быть решающим. Вскоре из-за горизонта показались заражённые. Ожидаемая орда, она не была похожа на обычную толпу. Это был сгусток чудовищ, и в их рядах шли гиганты, чьи шаги заставляли землю дрожать. Кай, стоящий рядом, взял несколько стрел, крепко держа в руках своё копьё. — У нас мало времени, Эрвин, — произнёс он, взглядом фиксируя приближающихся врагов. — Нужно держать линию, если не хотите, чтобы всё было потеряно. Эрвин кивнул. Он уже знал, что если они не смогут удержать оборону, всё будет потеряно. Он натянул тетиву, прицелился и выпустил первую стрелу в голову приближающегося заражённого. Стрела пронзила его, но он лишь замедлил шаг, не остановив массовое наступление. В этот момент, с каждым шагом заражённого, звуки разгоравшейся битвы становились всё громче. Люди из отряда Эрвина напряжённо смотрели на тех, кто шёл впереди. — Это будет тяжёлый бой. — тихо сказал Кай. — Но мы не сдаёмся. Но они были не готовы к тому.. что прорвут их не обычные медляки.. а ДИКИЕ ЗАРАЖЁННЫЕ! Орда, словно собаки полрвали всё и вся... Они не останавливались, не думали о защите. Это были заражённые, которые рвались вперёд, с яростной яростью, как будто они не просто выполняли задачу, а были вынуждены уничтожить всё на своём пути. Бегом, с оглушительным ревом, они бросались в атаку, словно звери, истребляющие всё живое. — Они как животные! — выпалил Кай, наблюдая за тем, как первые заражённые с неимоверной скоростью взрывают баррикады и ломают оружие. Заражённые не сдерживали себя. Они не падали, когда получали удар. Когда стрела пронзала тело одного из них, он не останавливался. Он лишь продолжал свой путь, ломая всё на своём пути, словно не замечая боли. Они были словно свихнувшиеся дикие твари, лишённые разума и цели, кроме как уничтожить всё, что попадётся на пути. Эрвин, пытаясь не растеряться, схватил несколько стрел, метко целясь в одно из чудовищ, которое буквально прыгнуло через баррикаду, разрывая всё на своём пути. — Это не обычные заражённые! Это что-то другое! — сказал он, натягивая тетиву и отправляя стрелу прямо в сердце одного из чудовищ. Но тот не упал. Он лишь замедлил свой шаг, как будто это не было для него преградой. Заражённые словно сливались в одну единую массу, и эта масса рвалась вперёд, к тем, кто стоял на стенах, неся с собой разрушение и смерть. Они были быстрыми, точными, как будто они были обучены только одному: убивать. — Мы не выдержим! — закричал один из солдат, пытаясь удержать их натиск, но его руки дрожали от страха. Он знал, что не сможет защитить свою позицию. — Не сдавайтесь! — скомандовал Эрвин, и в его голосе было что-то, что заставило всех вздрогнуть. Он сам не был уверен в том, что может справиться с этим, но если сейчас не встать на защиту, всё будет потеряно. — Живыми не выйдем! Держитесь! Эдвард, стоявший рядом, вдруг выступил вперёд и выбил свой меч из ножен. Его глаза сверкали жаждой сражения, и его взгляд был холодным, как лёд. — Эрвин прав! Мы не отступим! — его голос звучал с такой силой, что даже самые испуганные солдаты встали ровнее. — Кто боится, пусть уходит. Кто остался — тот будет бороться! Заражённые, словно ощутив вызов, на миг замедлили свой напор. Это был момент, когда всё решалось. В этот момент Эрвин понял, что не будет больше времени для паники. Теперь не было места для страха. — НАПОРАЖЕНИЕ! — закричал он, и его стрелы снова полетели в толпу заражённых. Но увы.. в этот момент было позно.. за дикими ишла толпа гигантов из статуй.. и четвёртую стену прорвали с грохотом.. — П..проиграли?... Перед его глазами пролитела картина жизни.. а ведь за 4-той стеной ивёт его семья.. — СУКИ! НЕ ДАЙТЕ ИМ ПРОЙТИ! СТАВЬТЕ ВСЁ И ВСЯ! ОТБЕЙТЕ ГЛАВНОЕ! закричал он, как человек, которому нечего терять. Его голос был полон отчаяния и жажды мести. Но в то же время он был полон мужества. Это было не просто приказание. Это была последняя возможность что-то изменить. Отряд под его командованием, несмотря на ужас, на панический страх, собрался в последние ряды обороны. Стены уже не защищали. Их прорвали, и теперь они должны были сдержать гигантов хотя бы несколько минут, чтобы выиграть время. Стрельба усилилась, но было ясно, что обычные стрелы не способны пробить каменную кожу этих чудовищ. Даже самая мощная арбалетная стрела не могла повредить этих титанов. — Стойте крепче! — снова крикнул Эрвин, как будто его слова могли пробудить силы внутри каждого из них. Он увидел, как люди начинают готовиться к последнему сражению. Мужчины и женщины, вооруженные копьями, мечами и даже обломками деревьев, встали на защиту своей земли, своей семьи. В этот момент, когда гиганты ступили в королевство и начали топтать землю, в воздухе запахло не просто смертью, а концом. Это было то, о чём они так долго пытались забыть. Это было всего лишь начало. Начало их падения. Эрвин сжался в кулак, чувствуя, как сердце бьётся всё быстрее. — Они не пройдут! — произнёс он сквозь зубы. — Не сегодня! И на фоне разрушенной четвертой стены, среди стоящего пламени и разрухи, отряд Эрвина устоял. Не ради победы, а ради того, чтобы хоть кого-то спасти. Ради того, чтобы дать шанс тем, кто остался позади. Но было ли поздно? — ПАРУ МИНУТ! ГЛАВНОЕ ДЕРЖИТЕСЬ! Сам он направился в сторону своего дома, с надеждой что всё хорошо... Крики, огонь... звуки мольбы о помощи... Всё это его не волновало.. его волновала семья.. Маленький брат.. мама.. отец.. Они должны быть в порядке... Как только он дошёл он увидел как дикий заражённый уже раздерал на куски его маленького брата.. — НЕТ! — выкрикнул Эрвин, его голос был полон безумия и боли. Он не мог поверить своим глазам. Младший брат, тот, кого он защищал всеми силами, теперь был в руках этого чудовища. Дикий заражённый, с изуродованной кожей, с яростным взглядом, сжимал его тело в своих когтях, как игрушку. Он не думал. Эрвин не думал. Он рванул вперёд, забыв о безопасности, забыв обо всем, что было важным до этого момента. Все его чувства, вся его жизнь сводилась к одному — спасти его. Стрела, вырвавшаяся из его арбалета, пронзила тело заражённого. Он вырвал из него меч и бросился к брату, надеясь хоть как-то остановить это. Но в его глазах уже не было того света, что был раньше. Его взгляд был полон ярости, сожаления и боли. — Брат... — пробормотал он, присев на колени, хватая его за плечи. Он увидел, как кровь всё ещё сочится из раны. Заражённый отпустил тело, но всё равно продолжал преследовать их. Эрвин встал, и, несмотря на ужас, несмотря на те слова, что шептал его разум, он не мог оставить этого мальчишку, свою семью. В голове была только одна мысль — не сдавайся, несмотря на боль, несмотря на разрушение. — Я тебе обещаю, что мы отсюда выберемся. Мы победим. Ты не один... Ты не один. — Эрвин говорил, сквозь слёзы, сквозь всё, что его сердце было готово разорвать. Но слова не спасали. Заражённые подходили, и с каждым шагом их было всё больше. В этот момент в его голове прозвучал голос, не его, а старого друга, который когда-то звал его на поле боя. — Эрвин, если ты хочешь победить... ты должен освободить тот город, что на других стенах. Там есть армия. Ты не один. Это было не просто слово. Это была надежда. Его душа сопротивлялась, сердце отказывалось принимать это, но разум был другим. Он понимал: чтобы спасти хоть кого-то, ему нужно двигаться дальше. — Я не сдамся... я не сдамся, брат. — снова прошептал Эрвин, сжимая меч, будто бы он держал последние ниточки связи с этим миром. Эрвин продолжал держать брата в своих руках, ощущая, как кровь пропитывает его одежду. Он не мог оторваться от этой реальности, не мог поверить в то, что происходило прямо перед его глазами. Сердце разрывалось от боли, но он знал одно — он не мог позволить себе упасть. Тело его брата было уже холодным. Он пытался почувствовать хотя бы малую искру жизни в нем, но всё было бесполезно. Эрвин резко встал и огляделся. В его глазах пылала ярость, но была и решимость. Он быстро убрал меч, сжимая его в руке, и посмотрел в сторону тех заражённых, которые всё ещё приближались. — Если я не остановлю их здесь и сейчас, то всё будет потеряно, — подумал Эрвин. Он снова прижал своё тело к земле и, замерев, начал выстраивать план. Из-за дыма и огня в воздухе, он не мог точно оценить количество врагов, но это не имело значения. Он должен был действовать, и как можно быстрее. — Я иду, брат. За тебя. За всех. — пробормотал он, и, затаив дыхание, выбрал момент, чтобы броситься в бой. С каждым шагом он чувствовал, как его тело отказывается двигаться, как ноги тяжелеют. В голове была только одна мысль: выжить, спасти тех, кто остался. Заражённые уже подходили, и Эрвин с последним рывком бросился навстречу армии, не зная, удастся ли ему победить. В ту же секунду его откинул Эдвард который вместе с остальными уже бежал назад — Поздно,Эрвин. Мы проиграли..этот город.. — ОТПУСТИ! ТАМ МОЯ МАМА! ОТЕЦ! — Прости... В ту же секунду он видел как его дом давит огромная нога каменного гиганта из статуи.. — МРААААААААААААААААААЗЬ!!!!!!!!!!!!!!!!! — Эрвин... — его голос был тихим, полным сожаления, но в нём была и решимость. — Мы не можем помочь им. Мы должны идти. Ты не сможешь ничего сделать. Но Эрвин оттолкнул его руку, не желая слышать этих слов. — Я не могу просто так уйти! — его голос был теперь холодным, твёрдым. — Я не могу потерять всё. Гигант продолжал топтать, и последние остатки дома исчезали в пыль. — Мы все умрём, если не отступим, Эрвин. — Эдвард сдавленно выдохнул, пытаясь удержать его. — Они нас не пощадят. Мы все уходим. Это конец. Эрвин стоял, как парализованный, глядя на те руины, которые когда-то были его домом, его миром. Но в его сердце, несмотря на всю боль, оставалась последняя искорка надежды. Он отвернулся и, не говоря больше ни слова, пошёл назад, к остальным. Город был потерян... 4-тая стена пала... осталось только три.... И их нельзя утратить... Там же... после прорыва.. заражённые отступили уходя в рассвет. Эрвин стоял на обломках своего дома, его взгляд блуждал по руинам, по пеплу, что когда-то был его домом. Заражённые, не ожидая сопротивления, начали отступать, исчезая в светлом рассвете. Но что скрывал этот рассвет, в который они уходили? Надежду ли? Или конец всему? Эдвард подошёл к нему, его лицо было скрыто тенью шлема, и в его глазах не было радости, не было победы — только тяжесть утраты. Он молчал, зная, что сейчас слова ничего не значат. — Мы проиграли, — произнёс он тихо, взглянув на разрушенные стены. — Но, Эрвин, это ещё не конец. Мы должны держаться. У нас есть три стены, три шанса, чтобы остановить их. Эрвин повернулся к нему, но в его глазах не было больше той ярости, что была раньше. Он был пуст. Уставший. Он знал, что три стены — это всё, что осталось, и неужели их хватит, чтобы отразить то, что пришло? — Мы потеряли всё. Мы потеряли... их. Всё, что я знал, всё, что я любил. — его голос звучал тихо, но в нём была тяжесть утрат, которые невозможно было забыть. Он почувствовал, как его сердце тяжело бьётся, как каждая частица его существования борется с тем, чтобы не сдаться. Но сдаваться было нельзя. Они не могли просто отступить. Эдвард был прав — три стены ещё могли защитить их, но этого было недостаточно. Заражённые уходили в рассвет, но не потому, что победили. Они уходили, чтобы вернуться. И каждый момент затишья давал им шанс собрать силы, чтобы вернуться с новой силой. Эрвин знал это. И знал, что их следующее столкновение будет последним шансом. — Нужно собраться. Мы должны встретить их, когда они вернутся, — сказал он, глядя в сторону оставшихся стен. Эдвард кивнул. Всё, что было раньше, теперь казалось незначительным. Всё, что им оставалось, — это борьба. И Эрвин понимал, что это только начало нового пути. Но он был готов. Андреас который был с ними стоял, смотря в спину уходящим тварям. — СУКИ! Я найду того.. кто стоит за этим.. Я НЕ ОСТАВЛЮ В ЖИВЫХ НИКОГО.. ПУСТЬ ТАМ.... ТАМ, ДАЛЕКО БУДУТ ЛЮДИ! Я УБЬЮ ИХ! Я УБЬЮ ВСЕХ! СЛЫШИШЬ МЕНЯ? КЛИО? Я УБЬЮ ВСЕХ, ВКЛЮЧАЯ ТЕБЯ! КЕМ БЫ ТЫ НЕ БЫЛО! Эрвин посмотрел на него, его лицо было искажено тем же гневом, но в глубине глаз скрывалась пустота. Он знал, что Андреас не был тем человеком, каким был раньше. Но в этой ярости, в этих словах была такая же боль, как и у него самого. Они оба потеряли всё. Они были разрушены этим миром, этим бесконечным кошмаром. И теперь им не оставалось ничего, кроме как бороться, или погибнуть. Эдвард подошёл и положил руку на плечо Андреаса. Тот отмахнулся, но ничего не сказал. — Мы все чувствуем это, — тихо сказал Эдвард. — Все мы хотим мести. Но мы не можем позволить себе потерять контроль. Нам нужно сдерживаться. Андреас рычал, его дыхание было тяжёлым, как если бы он пытался поглотить всю ярость мира в одно мгновение. Но что оставалось ему, кроме мести? Всё, что он любил, было уничтожено, и ничего не могло вернуть того, что было. Его крик эхом раскатился в небо, но он знал, что ни одна тварь, ни один монстр не услышит его. И всё, что он хотел — это месть. Месть, которая должна была быть его единственной целью. — Мы найдём их, — сказал Эрвин, в его голосе звучала решимость. — И тогда мы отомстим. Но сначала нужно выжить. Андреас кивнул, стиснув зубы. Он не собирался останавливаться. Он был готов убивать. И даже если это означало идти по трупам, он пойдёт. Потому что, в конце концов, что остаётся, когда ты теряешь всё? Кай, сняв свой шлем с грустью, бросил слезу.. — Мы проиграли.. мы потеряли.. сотни.. нет тысячи бойцов, которые так хотели защитить свой дом... Дети.. люди.. старики.. Мы предали их.. мы не оправдали их ожиданий.. КАКИЕ МЫ ПОСЛЕ ЭТОГО ВОИНЫ СВЕТА? А? Он отпустил шлем, он катился по земле, словно отражение его разочарования и боли. Его глаза наполнились слезами, которые он сдерживал. Не было смысла скрывать. Сколько их полегло, сколько людей осталось за стенами? Всё это казалось теперь таким ничтожным. Эдвард молча подошёл к нему, но не знал, что сказать. Он сам чувствовал эту боль, но не мог найти слов утешения. Он знал, что сейчас Кай не искал утешения — он искал ответ на вопрос, на который никто не мог дать ответа. — Ты не предал их, — наконец сказал Эдвард, его голос был твёрдым, но в нём тоже была тяжесть. — Мы не можем сражаться до конца, если не верим в то, что делаем. Мы не предали их. Мы сражались. Но… иногда мир так устроен, что мы не можем победить. Это не делает нас меньше. Кай вглядывался в землю, его грудь тяжело вздыхала. Он смотрел на свои руки, на свою рану, которая не заживала. Он знал, что Эдвард прав. Но боль, которая была внутри, не давала ему покоя. — А что теперь? — прошептал Кай. — Что делать с этим всем? Как мы можем двигаться дальше, когда всё, что мы когда-либо защищали, было уничтожено? Эдвард положил руку на его плечо, но молчал. Не было смысла давать обещания или ободрять — они оба знали, что их путь только начинался. Война продолжалась. Но этот момент был важен, потому что это было признание. Признание того, что они не идеальны, что они не смогут спасти всех. Но всё, что им оставалось — это идти дальше, с теми, кто ещё мог бороться. — Мы продолжим бороться. За тех, кто пал, — сказал Эдвард, его слова были твёрдыми, как сталь. — И за тех, кто ещё жив. Кай молча кивнул, вытирая слёзы. Это было всё, что он мог сделать. — Бороться? Эдвард.. посмотри вокруг.. Мы утратили всех.. Эдвард молча стоял рядом, его взгляд также охватывал пустую землю, покрытую трупами, обломками и разрушениями. Ветер, наполняющий воздух запахом крови и гари, был единственным звуком, который нарушал мертвое молчание. Его лицо не выражало эмоций, но в его глазах скрывалась тяжесть. — Я вижу это, — ответил он тихо. — Я вижу, что мы потеряли всё. Но именно в эти моменты, когда кажется, что всё окончено, мы и должны выбирать, что делать дальше. Кай сжался, его руки скрестились на груди, и он повернулся к Эдварду, лицо исказилось от боли и отчаяния. — Как ты можешь так говорить? Ты не видел, что я видел. Не видел, как всё уничтожено. Все наши усилия... все эти годы борьбы… они исчезли в мгновение ока. Мы потеряли людей. Мы потеряли их навсегда. Как можно продолжать, когда за нами осталась только пустота? Эдвард сделал шаг вперёд, его взгляд был сосредоточен и решителен. — Мы не можем изменить то, что было. Но мы можем решить, что будет дальше. Война не закончена, Кай. Нам не позволено сдаваться, даже если кажется, что мир падал вокруг нас. Мы обязаны выжить. Мы обязаны дать шанс тем, кто останется. Ты хочешь, чтобы их смерть была напрасной? Кай отвернулся, его взгляд затмило разочарование и гнев. — Я не знаю... Я не знаю, что мне делать, Эдвард. Я не верю, что что-то имеет смысл. — Если ты сдался, тогда да, ты прав. Ничто не имеет смысла. Но если ты будешь бороться, хотя бы за память о тех, кто погиб, тогда у нас есть шанс. Эдвард сделал паузу и добавил, как бы задумавшись: — Мы должны быть тем, что они не успели стать. Мы должны взять на себя эту тяжесть, потому что если мы не продолжим, то... вся эта погибшая земля будет забыта. И все они — будет забыты. Тишина настигла их снова. Ветер продолжал носить пыль, а разрушенные стены словно молчали, наблюдая за тем, как эти двое стояли среди смерти и горя. Кай долго молчал, но его взгляд стал чуть яснее. Он все ещё чувствовал эту тяжесть, но что-то в словах Эдварда задело его. Может быть, именно так они должны двигаться вперёд. Не ради победы, а ради памяти. Ради тех, кто уже не может бороться. — Я буду сражаться. — Его голос был тихим, но уверенным. — Даже если это не имеет смысла, я буду сражаться за тех, кто ещё может. Прошёл день... Совет Зэрека — ЧТО ЗНАЧИТ "МЫ УТРАТИЛИ 4-ТУЮ СТЕНУ" ? В огромном зале, украшенном символами королевства, висели массивные знамена с золотыми узорами. В центре стоял длинный стол из темного дерева, за которым собрались влиятельные лица Зэрека. Их лица выражали недоумение, тревогу и, у некоторых, открытую ярость. Старший советник, мужчина с серебряными волосами и строгим выражением лица, ударил кулаком по столу. — Я повторю вопрос! Что значит «мы утратили 4-ую стену»?! В зале воцарилась тишина. — Это значит... — голос офицера дрогнул, он сжал руки в кулаки. — Это значит, что заражённые прорвали оборону, перебили гарнизон и вошли в город. Советники заговорили друг с другом, создавая гул голосов, полный беспокойства. — Это невозможно! — воскликнул один из них, седовласый мужчина в бархатном плаще. — Четвёртая стена — это не просто камень и бойницы, это символ нашей защиты! — А теперь это символ нашей ошибки, — тихо добавил другой. Встал человек в синем плаще, шрам на глазу выдавал его боевой опыт. Эдвард. — Мы потеряли её, но не всю страну. Мы должны готовиться к следующему удару, а не спорить, кто виноват. — Тебе легко говорить! — взорвался один из дворян. — Ты военный, ты привык к потерям! Но что ты скажешь семьям тысяч погибших?! — Я скажу им правду, — резко ответил Эдвард. — Что они умерли, потому что мы недооценили угрозу. Гул голосов усилился. Совет был в смятении. — Мы должны отвоевать стену! — прокричал кто-то. — Это невозможно! — Тогда мы хотя бы должны защитить то, что осталось! Старший советник глубоко вдохнул, пытаясь взять ситуацию под контроль. — Мы не можем допустить ещё одной ошибки. Нам нужны разведданные. Кто возглавил нападение? Кто стоит за заражёнными? Эдвард взглянул на них и тихо произнёс: — Клио. Резко в здание зашёл странный мужчина... красный плащь.. обугленный мечь.. и глаза взгляда угрозы — Ах.. Клио Клио.. Это не просто человек.. и даже не стихия.... Это.. дургое... — Другое? — один из советников склонился вперёд. — Что ты имеешь в виду? Скайль медленно обвёл их взглядом, наслаждаясь напряжением, что повисло в воздухе. — Клио — это не существо и не сила, которую можно просто уничтожить. Это разум. Разум, впитавший в себя тысячи проклятий, тысячи смертей. Вы думаете, что воюете с армией заражённых? Ха… вы даже не понимаете, с чем имеете дело. Эдвард скрестил руки на груди. — И что же это значит? Что, по-твоему, нам теперь делать? Просто сложить оружие и ждать, пока они разорвут нас на части? Скайль усмехнулся. — О, нет… Клио можно уничтожить. Но не так, как вы думаете. — Поясни, — голос старшего советника был стальным. Скайль подошёл ближе к столу и наклонился вперёд. — Ваша ошибка в том, что вы сражаетесь с телами, а не с сущностью. Клио не просто заражает — он впитывает души, воспоминания, саму суть тех, кого поглотил. Вырубая одного заражённого, вы лишь даёте Клио новые знания, новый опыт, новую силу. Кай побледнел. — Ты хочешь сказать, что каждый убитый заражённый делает Клио сильнее? — Именно, — усмехнулся Скайль. — Вы сами вскармливаете своего врага. В зале раздались приглушённые возгласы. Советники переглянулись, Эдвард крепче сжал рукоять меча. — Как нам его убить? — наконец спросил он. Скайль выпрямился и провёл пальцем по обугленному лезвию своего меча. — Вам нужно найти Сердце Клио. Источник. Я знаю, где оно… но добраться туда сможет далеко не каждый. — Где? — резко спросил Эдвард. Скайль усмехнулся. — Там, куда никто из вас не решится пойти. В самую глубину заражённой земли… в Гниющее Сердце. Эдвард резко сказал — Это, другой остров кажись.. Там когда то жили бывалые индейцы и абаригены.. Туда.. сувался каждый.. но никто ещё не вернулся.. Скайль засмеялся — Не удивительно. Там живёт Клио.. Сама ёё суть.. Она там.. 1000 нет 100000 лет... Один из советников ударил кулаком по столу. — Это безумие! Мы не можем отправить туда наших людей. Это верная смерть! Эдвард сжал челюсти. — И что ты предлагаешь? Просто сидеть и ждать, пока Клио разрастётся ещё больше? Советник отвёл взгляд. В зале повисло молчание. Скайль усмехнулся. — Вот в этом-то и проблема вашего совета. Вы боитесь. Вы цепляетесь за стены, за города, за ложную надежду, что всё как-то образуется само собой. Но этого не случится. Эдвард шагнул вперёд. — Если ты знаешь дорогу, тогда веди нас. Скайль покачал головой. — Не так быстро, герой. Вам не просто нужно добраться до Гниющего Сердца. Вам нужно пережить встречу с Клио. Кай, всё это время молчавший, поднял голову. — И как мы это сделаем? Скайль провёл рукой по лезвию меча, и по нему прошла лёгкая вспышка алого света. — Вам понадобится кое-что особенное. То, что может убить Клио раз и навсегда. И, к счастью, я знаю, где это найти. — Где? — спросил Эдвард. Скайль ухмыльнулся. — В глубинах руин Забытых.