2. Present

Прошло несколько недель с их последней встречи. Время стало растягиваться, как толстая тень, которая с каждым шагом всё больше поглощала их. Она возвращалась домой поздно, даже не удивляясь его присутствию на том же месте, в том же времени, на том же перекрёстке, где их пути пересеклись. Он стоял там, как статуя, застывшая в темноте. Лица не было видно - только та же маска с кровавой улыбкой и пустыми глазами. Юн не спрашивала, что он делает в этом месте, как всегда, просто подходила, словно шла по дороге, которую давно знала. Её шаги были тихими, почти не слышными, в то время как его присутствие как-то всё больше наполняло пространство своим зловещим молчанием. — Ты не хочешь нарисовать что-то ещё? - спросил он однажды, когда Юн остановилась рядом с ним. Она смотрела на него, не видя его лица, только маску. И было странно, но её не пугала эта маска. Само молчание, которое ранее сильно давило, сейчас казалось... никаким? Это было как старое, знакомое, ненасильственное молчание, которое не пытается заставить что-то почувствовать. Она могла бы долго стоять так, не говоря ни слова, и это всё равно было бы лучше, чем шум окружающего мира. — Иногда... я рисую, чтобы забыть. - сказала она, глядя на свои руки, как будто в её пальцах уже давно не было силы. Он не ответил, только подошел к ней со спины. Юн ненавидела когда кто-то стоит за спиной, спина - ее слабое место. Из-за этого, она неторопливо повернулась лицом к незнакомцу в маске. На данный момент в его молчании Юн почувствовала странную тяжесть. Тяжесть, которая с каждым разом становилась всё более навязчивой. Её не пугала пустота в его глазах, но эта тяжесть... она начинала давить. И вот однажды, спустя несколько ночей, когда она снова пришла к нему, чтобы провести несколько часов в их странной тишине, он протянул ей не рисунок. Не новую работу, как обычно. Он протянул ей нож. Юн замерла. Она не брала его сразу. Глаза её смотрели прямо на него, и было что-то в её взгляде, что сразу дало понять, что она понимает, что происходит. — Почему ты мне это даёшь? - спросила она, наконец нарушив молчание. Незнакомец молчал долго. Он не сказал ни слова. Только его рука, протянувшая нож, слегка дрогнула. Он посмотрел на её глаза - и вдруг что-то в нём изменилось. — Я не знаю, Юн. - тихо сказал он. Её рука осторожно протянулась и взяла нож. Сначала он показался тяжёлым, но затем стал лёгким, как перо. Тонкое лезвие отражало свет уличных фонарей, и Юн почувствовала, как сердце начинает биться быстрее. Она не могла понять, что теперь с ним. Почему он больше не рисует? Почему он дал ей нож? И зачем вообще он стоял здесь? А может быть у него есть определенный план? Она молча вернулась домой, нож всё ещё в руке, и не могла избавиться от чувства, что этот жест был не просто частью игры. Это было настоящее.