Память

Прошли годы, и Росинант стал сильнее, и умнее. Он уже не был тем беспомощным ребенком, каким был при первом появлении на корабле. Но при этом странные фрагменты начали постепенно всплывать в его памяти. Сначала были всего лишь обрывки, которое он не мог точно воспроизвести. Со временем эти фрагменты становились более четкими. Росинант заметил, что у него появляются странные привычки, которые казались были у него и когда-то. Например, он начинал курить, иногда по несколько раз в день, не замечая, как это повторяется. Однажды во время обеда, когда все были собраны за большим столом в дворце, Росинант вдруг произнес фразу, которая повергла всех в шок. —Брат, помнишь, когда мы жили еще в Мари Джое, там постоянно были дозорные? Например, один старик с козой. —Да, дозорные иногда охраняли тенерьюбито,— сказал он спокойно.— Может быть, ты действительно видел его. Или, возможно, это просто детские фантазии. Росинант задумался. — Не знаю,— сказал он задумчиво,— но мне кажется, что этот старик был хорошим человеком. Мы как-то поговорили с ним, наверное. Все молчали и обменивались взглядами, но никто не осмеливался говорить. — А еще... — продолжил Росинант, его голос был тихим, но с любопытством. — С ним был еще один человек. Он был высоким, с светлыми волосами и с странной улыбкой на лице. Он как-то напомнил мне тебя, брат. Это не могло быть случайностью. Росинант вспомнил... О себе. — Ты уверен? — спросил он, сдерживая тревогу в голосе. — Почему ты думаешь, что этот человек был похож на меня? Росинант посмотрел на него с задумчивым выражением на лице. — Я не знаю. Я не могу объяснить, почему, но мне так кажется. Это чувство не уходит. Дофламинго резко встал. — Я не знаю, что ты вспомнил, — сказал он, его голос был низким. — Но, не нужно терять время ради пустяков. Росинант молчал. Он был слишком озадачен, чтобы понять, что происходит. «Совсем на себя не похож. А что если Доффи что то скрывает?» Прошло несколько дней. Порт на острове Миньон был залит тусклым светом заходящего солнца. Легкий ветер дул с океана, принося с собой запах соли и приближающегося ветра. Дофламинго стоял у трапа корабля, рядом с ним был Диаманте, который, как обычно, вел себя с легким пренебрежением ко всему происходящему. Росинант был неподалеку, настойчиво умоляя брата взять его с собой. — Я сказал, нет, Роси, — раздражённо бросил Дофламинго, оглядывая остров.— Это не место для ребенка. — Но Доффи я хочу пойти с тобой! — упрямо выкрикнул Росинант, его взгляд был полон решимости.— И еще, я уже взрослый. Возьми и меня. Дофламинго вздохнул и сказал. — Ладно, но не отходи ни на шаг, понял? — его голос был твёрдым, но в нём звучала странная смесь заботы и предостережения. — Обещаю! — радостно ответил мальчик. Диаманте, который до этого момента стоял молча, усмехнулся и сказал: — Хорошо было бы быстрее встретиться с Верго. Этот остров всегда приносит неприятности. Росинант резко остановился, его глаза широко распахнулись. — Верго? — переспросил он, словно не веря своим ушам. — Диаманте, я правильно тебе слышал? Диаманте взглянул на мальчика и кивнул. — Да, Верго. Ты его скоро узнаешь, Роси. Он наш шпион в Дозоре. Росинант застыл, его лицо побледнело. Он схватился за голову, как будто воспоминания начали медленно всплывать в его сознании. — Шпион? — прошептал он. — Но разве он не враг? Он… он же ранил меня… Дофламинго заметил странное поведение брата и сделал шаг вперёд. — Роси? — его голос стал мягче, но напряжение в глазах было заметно. Вдруг мальчик схватился за сердце, его дыхание стало рваным. — Доффи… — прошептал он, его голос дрожал от паники. Дофламинго быстро приблизился, положив руку на голову брата, пытаясь успокоить его. — Эй, спокойно, что происходит? — его голос был мягким, но в нём чувствовалась тревога. Росинант поднял на него глаза, полные ужаса. Его губы дрожали, как будто он пытался сказать что-то, но слова застревали в горле. Наконец он произнёс: — Ты… ты стрелял в меня. Дофламинго замер. — Что?— тихо спросил он. Росинант оттолкнул его. — Убийца…— прошептал он, прежде чем потерять сознание и упасть на землю. Дофламинго успел подхватить брата, не дав удариться об землю. Он опустился на колени, держа его на руках. — Роси! — в его голосе послышалась смесь паники и раздражения. — Роси, очнись! Но Росинант не реагировал. Его лицо было бледным, а дыхание — едва слышным. — Чёрт… Диаманте, что ты натворил? — огрызнулся он, бросая на своего подчинённого ледяной взгляд. — Я? — возмутился Диаманте, разводя руками. — Ты сам сказал взять его с собой! Откуда мне знать, что он вдруг начнёт вспоминать? Дофламинго проигнорировал оправдания Диаманте, полностью сосредоточившись на Росинанте. Диаманте подошел ближе, оглядывая их. — Что будем делать, Доффи? — спросил он, немного нервно. — Вернемся в корабль,— холодно ответил Дофламинго, поднимаясь на ноги с бессознательным Росинантом на руках. И ещё добавил,— Зови Верго! И скажи ему подняться на борт как можно скорее, и скажи, что это срочно! Еще, нужно с Реном поговорить. В каюте горел приглушенный свет, отбрасывая длинные тени на стены. Дофламинго сидел за столом, и наблюдал за братом лежащий на кровать, вспоминая недавный разговор с Реном. «Перегрузка из воспоминаний, да. Интересно, и что же ты вспомнил». Неожиданно дверь открылась, и вошел Верго. — Ну? — начал Верго, не тратя времени на приветствия. — Диаманте сообщил, что ты мне сказал срочно подняться на борт. Что случилось, Доффи? — Проблема, — коротко ответил Дофламинго, поднимая взгляд на своего старого друга,— Мне нужно понять кое что. Ты останешься здесь ненадолго. — Понял, — коротко ответил. Прошло несколько часов. Росинант пришел в себя. Голова болела, как будто он провел несколько часов под ярким солнцем. Услышав голоса за стеной, он попытался прислушаться. Его брат разговаривал с кем-то ещё, голос второго человека показался ему знакомым. Когда Росинант приподнялся на кровати, дверь открылась, и вошли Дофламинго и Верго. — Ну надо же, — пробормотал Росинант, глядя на второго мужчину. — Давно не виделись, пират из семьи Донкихотов... Верго. Верго остановился, его лицо оставалось непроницаемым, но глаза выдали легкое беспокойство. Он посмотрел на Дофламинго. — Он что, уже все вспомнил? — спросил он, игнорируя Росинанта. — Скоро узнаем, — отрезал Дофламинго. Он подошел к кровати брата и сел на диван рядом, скрестив ноги и внимательно глядя на Росинанта. — Роси, не хочешь что-то сказать? — наконец спросил он. И протянул ему стакан с водой. Росинант посмотрел на него с усталостью и наконец взял стакан. — Почему…, — тихо ответил он. — Почему ты раньше ничего не сказал мне? Дофламинго откинулся на спинку дивана, сцепив пальцы перед собой. — Потому что я не собирался ничего тебе говорить. — О чем ты? — Росинант смотрел на него с непониманием. — Это все ради твоего блага, Роси, — спокойно объяснил Дофламинго. — Рен посоветовал оставить все, как есть. Это был лучший вариант для тебя. Из сильной нагрузки, ты мог сойти с ума. Росинант нахмурился, его руки сжались в кулаки. — Ты думал, что сможешь скрывать правду вечно? Верго, до этого молчавший, сделал шаг вперед. — Доффи, если это все, мне нужно уходить, — сказал он, бросив быстрый взгляд на дверь. — А то дозорные что-то заподозрят. Росинант резко повернулся к нему, его глаза сверкнули. — Не боишься, что я все расскажу Сенгоку-сану? — спросил он, голосом, полным упрёка. — Ты еще на моем корабле, брат, — тихо, но угрожающе произнес он. — Следи за словами. Не угрожай его. Верго лишь усмехнулся и молча покинул каюту, оставив братьев одних. После ухода Верго в каюте воцарилась тишина. Дофламинго остался сидеть на диване, наблюдая за Росинантом. — Да уж, хуже некуда, но забавно же, ты сумел выжить,— сказал. — Рад, что ты находишь это забавным, Доффи, — сказал он, скрестив руки на груди. — Хотя для меня это далеко не смешно. Мне 30 а я выгляжу как подросток. Дофламинго проигнорировал его, переходя к делу. — Хорошо. Если ты вспомнил, то нам нужно решить, что делать дальше. Росинант напрягся, его взгляд потемнел. Это было то, о чем он не хотел думать. — У тебя есть два варианта, брат. Первый — ты останешься здесь. Как мой верный помощник. Мы забудем про все, что было раньше. Про Миньон. Про наши разногласия. Росинант нахмурился, его руки дрогнули. Он не мог поверить, что Дофламинго действительно предлагает это. — А второй? — прохрипел он, почти зная, что услышит. — Ты будешь против меня,— продолжил.— И тогда мы снова станем врагами. Росинант отвел взгляд, его лицо побледнело. Он долго молчал, прежде чем заговорить. — А если я не выберу ни один из твоих вариантов? — Тогда я приму его за тебя. Росинант сжался, но не от страха — от разочарования и боли. Он видел, что его брат, несмотря на все слова о семье, снова ставит свои амбиции выше их связи. — Ты все еще такой же, — прошептал он, с трудом сдерживая гнев. — Ты не изменился ни на каплю. Всё, что тебя интересует, — это власть. — Так, а что ты предлагаешь, Роси? — Я предлагаю тебе остановиться, пока не поздно, — ответил Росинант, его взгляд был полон решимости. На мгновение в комнате повисла тишина, прежде чем Дофламинго коротко рассмеялся, качая головой. — Без воспоминаний ты был гораздо умнее, чем сейчас, — сказал он, словно раздумывая вслух. — Умнее? Да ты издеваешься. Дофламинго улыбнулся еще шире, но ничего не сказал, ожидая продолжения. Росинант не заставил себя ждать. — Хочешь, я скажу, что я вспомнил? — резко бросил он. — И почему я так думаю? Дофламинго кивнул, его интерес был явно вызван. — Ну давай, удиви меня. Росинант глубоко вдохнул, его лицо стало серьезным. — Я вспомнил, как ты убил отца. Прямо у меня на глазах, Доффи. Ты даже не дрогнул. А еще... — он замялся, но затем решительно посмотрел на брата. — А еще ты стрелял в меня. Семь или восемь раз подряд. Дофламинго слегка наклонил голову, его улыбка исчезла. — И? — тихо спросил он, словно проверяя пределы терпения Росинанта. — Мне даже сейчас трудно представить, что мой брат мог совершить такое, — признался Росинант, сжав кулаки. — Но знаешь, что ещё труднее? Дофламинго молча ждал продолжения, не спуская с него взгляда. — Труднее всего то, что даже после всего этого я не могу тебя бросить, — сказал Росинант, его голос задрожал от эмоций. — Потому что ты — мой единственный брат. — Это не меняет факт, что ты мне предал. Росинант посмотрел на него с ужасом. — А разве это изменяет то, что ты убил папу и меня? Или, ты хочешь сказать, что снова убьешь меня, да? Дофламинго на мгновение замолчал, будто размышляя, стоит ли отвечать. Затем он внезапно снял свои очки, будто решил показать свои искренние чувства. Росинант смотрел на него и заметил что у брата синие глаза, и он был похож на отца… — Если понадобится... — холодно ответил он. Росинант вздрогнул. Он встал с кровати, его руки сжались в кулаки. — Так и думал, — прошептал он, с трудом сдерживая слёзы. — Ты не изменился, Доффи. И не собираешься. — А зачем мне это? — спокойно спросил он. — У меня есть цель. И я достигну ее. Росинант с болью смотрел на брата, словно надеялся найти в его словах хоть каплю сожаления. Но ничего не нашел. — Даже если в конце никто не останется, чтобы поздравить тебя в честь победы? — спросил он, его голос был наполнен горечью. — Мне не нужны поздравления, Роси, — ответил он. — Мне нужны те, кто будут верить мне и выполнять мои приказы. Если такие будут, то остальное, только представление. — Брат, — начал Росинант тихо, но твердо. — Кому нужен такой мир? Мир, где есть только подчиненные, враги и манипуляции. Разве тебе самому не будет там одиноко? Дофламинго остался неподвижным, его лицо оставалось каменным. Несколько секунд он молчал, затем откинулся на спинку дивана и заговорил медленно, будто взвешивая каждое слово. — Одиноко, говоришь? — он усмехнулся, но в этом смехе не было радости. — Возможно, Роси. Даже если это так. Он поднял глаза к потолку, будто обращаясь не только к брату, но и к самому себе. — Я и так никогда не жил гладко. Ты это знаешь лучше, чем кто-либо другой. — Это не оправдание, Доффи. Ты сам выбрал этот путь. Дофламинго перевел на него взгляд, и в его глазах загорелся огонь, который был пугающим и одновременно завораживающим. — У меня не было другого выхода. Даже сейчас вокруг меня только враги. Они ждут момента, чтобы избавиться от меня, чтобы вырвать все из моих рук. И я не могу позволить себе слабость, Роси. Росинант покачал головой, его голос звучал мягче, но от этого не менее твердо. — Но разве это жизнь? — Лучше чем всякие выдумки. То, что ты называешь человечностью или добротой, — это ложь, — сказал он, его голос был холодным и равнодушным. — Выдумки слабых, которые используют эти слова, чтобы оправдать свои ошибки. Он замолчал, затем взглянул на брата, его тон стал более напряженным. — Я потерял всякую человечность давным-давно. Возможно, в тот день, когда впервые совершил убийство. Росинант вздрогнул, но не отвел взгляда. — Ты все еще человек, Доффи, — тихо сказал он. — Даже если ты сам в это не веришь. — Не будь таким наивным, Роси. Это давно уже не имеет для меня значения. Он шагнул ближе, его голос стал громче, холоднее. — Я задам тебе этот вопрос в последний раз. Ты будешь моим союзником... или врагом? Росинант посмотрел на него, его сердце сжалось от боли. Он понял, что брат не собирается уступать, но и он сам не мог предать свои принципы. — Я не буду выбрать, — твёрдо сказал он. — Это звучит как отказ, — холодно ответил он. — Брат, — начал он, сцепив пальцы в замок. — Когда я пришёл к тебе, знаешь, сколько у меня было возможностей убить тебя. Но я не делал. Даже тогда, когда ты сам поднял на меня пистолет. И сейчас тоже не хочу убивать тебя. Я хочу помочь. Но зачем, Доффи? Зачем ты не веришь никому? Я после всего этого хочу спасти тебя. А ты, как всегда… Дофламинго слегка склонил голову, его губы изогнулись в кривой усмешке. — Ты и правда слишком добрый, Роси, — сказал он, опираясь локтями о колени. — И, знаешь... это раздражает. Росинант нахмурился, но ничего не сказал. Дофламинго выпрямился и посмотрел на брата с легкой усталостью в глазах. — Мне уже надоел этот бесконечный конфликт, — холодно добавил он. — Давай решим его раз и навсегда. — Что ты имеешь в виду? — спросил он, чувствуя напряжение, нарастающее в воздухе. Дофламинго поднялся, его высокая фигура отбрасывала длинную тень на стену. Он подошел к столу, взял бокал вина и сделал глоток. Затем повернулся к брату и произнёс: — Выстрел от твоих рук. Я не буду уклоняться, не буду использовать силу фрукта или хаки— продолжил Дофламинго, как ни в чём не бывало. — Мы встретимся через месяц. В нашем, домике. Росинант застыл на месте, слова брата ударили его как нож. — Что?— Он не поверил своим ушам. Дофламинго усмехнулся, отпивая еще глоток. Его взгляд был холодным, но в нём читалось нечто большее — усталость, скрытая за маской высокомерия. — Мы решим это, Роси. Раз и навсегда. Без свидетелей. — Как ты собираешься это сделать? — резко спросил Росинант, чувствуя, как внутри него все закипает. Дофламинго поставил бокал на стол и приблизился к брату, остановившись всего в нескольких шагах от него. Его тон стал мягче, но не менее пугающим. — Это я скажу, когда мы встретимся. Росинант замотал головой, его голос дрожал от ярости и боли. — Ты совсем с ума сошел, Доффи! Дофламинго тихо рассмеялся, но в его смехе не было радости. Он положил руку на плечо брата и сказал: — Возможно я, а может быть весь мир сошел с ума. Росинант не успел ответить, как Дофламинго уже отвернулся и пошел к двери, словно не желая больше тратить время на этот разговор. Его голос звучал хладнокровно, когда он бросил через плечо: — У тебя час, чтобы покинуть мой корабль. Росинант стоял неподвижно, его сердце бешено колотилось. Он не мог понять, что было больнее: слова брата или его безразличие. « Он, что, выгоняет меня? » И Дофламинго сдержал слова. Через час Росинант стоял на берегу, его взгляд был направлен на корабль, который он знал с самого детства. Он смотрел на каждую деталь. Корабль, на котором прошли его лучшие и худшие годы, теперь казался для него чужым. На палубе стоял Дофламинго, и его глаза не сводились с брата. Он молча достал револьвер из своего пояса и бросил его в сторону Росинанта. Оружие взлетело в воздухе и аккуратно приземлилось на песок рядом с ним. — Возьми, — сказал Дофламинго, его голос был спокойным, но в нем звучала какая-то скрытая злость или даже ирония. — Мой любимый... и храни это. Росинант стоял, не двигаясь, некоторое время, как будто не понимая, что происходит. Он посмотрел на оружие, лежащее на земле, и поднял его. Внимательно разглядывая, он заметил, что на револьвере выгравировано фамилия — "Донкихот". — Зачем мне это? — спросил Росинант, его голос дрожал от напряжения, но в нём также была искренняя растерянность. — Просто подарок, — ответил он с уверенностью, но что-то Росинанту показалось странным, но он не мог понять почему. Потом был слышен команда: — Поднять паруса! Уходим! Росинант стоял, глядя на этот корабль, который когда-то был для него домом, местом, где все казалось знакомым и уютным. Но теперь, с каждым взмахом парусов и каждым шагом, который делал Дофламинго, он понимал, что он больше не часть этого мира. И даже этот револьвер — символ всего того, что он потерял — не мог вернуть назад того Дофламинго, с которым он когда-то был близким. Корабль медленно начал отплывать, и команда сновала по палубе, выполняя приказы Дофламинго с точностью и слаженностью. Когда корабль был уже далеко, Росинант остановился и ещё раз посмотрел на его силуэт. Паруса на фоне серого неба выглядели как белые пятна в море тени. Он не знал, что будет дальше. Он снова смотрел на оружие. « Он опять хочет решать по-своему, да?» Росинант вздохнул и спрятал оружие в карман, его взгляд снова обратился к горизонту. Он знал, что возвращение к старой жизни уже невозможно. Когда Дофламинго вернулся в свою каюту, атмосфера внутри стоял Диаманте, который, как всегда, был на посту, но в этот раз он выглядел немного напряжённым. — Не думал, что когда-нибудь услышу от тебя такое, — сказал Диаманте, подходя ближе. Его голос был осторожным, но в нём звучала искренняя обеспокоенность. — Так ты всё слышал? — спросил он, не скрывая лёгкого удивления. Ему не нравилось то, что Диаманте был свидетелем разговора с братом. — Вот почему я чувствовал чьё-то присутствие во время нашей беседы. Диаманте виновато пожал плечами, подбирая слова. — Не специально, Доффи. Просто... мимо проходил. Дофламинго вздохнул, откинувшись на спинку кресла. — Ладно, раз уж ты слышал, — сказал он, слегка улыбаясь. — Лучше скажи, что ты думаешь об этом. Диаманте подошёл ближе, его взгляд был серьёзным и прямым. — Ты не должен рисковать, — сказал он, почти с мольбой в голосе. — У тебя есть мы. Ты всегда можешь на нас положиться, мы — семья, а ты— наш король, забыл? Так что… — Я не собираюсь терять контроль, — сказал он, немного усмехнувшись. — Или ты хочешь сказать, что я настолько глуп, чтобы не выкрутиться? — Я не это имел в виду, — ответил Диаманте. — Просто странно всё это. Дофламинго махнул рукой. — Лучше прими факт и не мешай, хорошо? У нас есть месяц, и мы придумаем что-нибудь. Сейчас у нас полно работы, и это главное. Лучше займись делами. Диаманте молча кивнул, его взгляд еще долго оставался на Дофламинго, прежде чем он, наконец, покинул каюту. — И почему я не убил его, когда только встретил на Миньёне? — Дофламинго вдруг произнёс вслух, как будто обращаясь к самому себе. — Сам же знал, чем всё это может закончиться. Эх походу я немножко увлекся. Но ладно... так уж быть, это гораздо веселее. Посмотрим.