ГЛАВА 2

— Если Вы не примите решение сейчас, то потом будете жалеть о том, что колебались. Джинши раздраженно и устало вздохнул. Конечно Гаошунь был прав. Как всегда. — Тебе не кажется, что от нее больше проблем, чем следовало быть? — В плане? Юноша наклонил голову. Уж кто-кто, а Гаошунь точно должен был понимать, о чём он говорит. Или это, как водится, очередной "воспитательный" урок: мол, давай, порассуждай сам, а я послушаю. — Лучший детектив не поспевает за ходом её мыслей, — пробормотал Джинши, вспоминая её губы на своём пальце. Он сжал кулак — и тут же разжал. — И за её действиями тоже. Гаошунь ответил не сразу. Он будто специально дал этой фразе зависнуть в воздухе. — Надо противостоять огнём — огню. Или ядом — яду. Парень демонстративно буркнул себе под нос какое-то ругательство, отвернувшись от своего почтенного наставника в другую сторону. Ну надо же. Нашёл же метафору, ещё и так к месту. У Джинши последние дни ни один пазл не складывался в голове. Его все еще штормило от всех моментов в пещере. Она точно этого не помнит, и это не был настоящий поцелуй, но делая ей искусственное дыхание ему самому жуть как не хватало воздуха. Конечно, там в перемешку был и страх за ее состояние, да и за свою жизнь тоже. Но он был безумно счастлив и в то же время не мог не сокрушаться касательно того, какие интимные вещи между ними произошли. Кто бы мог подумать, что он увидит её почти обнаженной. И что ей тоже доведется увидеть его. А тепло её хрупкого тела, ее дрожь, ее неловкие касания… Боже, как ее ладонь касалась его щеки — даже если это и было только с целью проверить, есть ли у него температура. Она была так близко, было так тепло. Джинши от одних только воспоминаний в жар бросало, и напитки Гаошуня ему уже не помогали. Тем не менее, больше всего он не мог понять, что с ней случилось после всего этого. Он был готов к её раздражению. К ледяному шипению. К привычному "не подходите так близко" или “а Вы тут что делаете”. Но всё пошло… не так. Нет, она не вешалась на него. Пока что. Но взгляд Маомао, чёрт бы его побрал, был будто из тех, что он привык ловить от дам с серьезными намерениями. Слишком пристальный. Слишком обволакивающий. Слишком не Маомао. И, наконец, Джинши осознал причину своей нарастающей тревоги. Не то, чтобы всё происходит наоборот — будто это она сейчас пожирает его взглядом и мыслями, а не он — но Маомао делает это как и все остальные. Неужели его порывы невысказанных чувств там, в пещере, обернулись тем, что теперь она только и видит в нем мускулы, манящую улыбку и вечное кокетство? И всё? И она тоже в нем не видит ничего кроме смазливости? Неужели он, дурак, сам почти обнажил душу, и собирался это сделать до конца, а она — решила, что это просто красивый абажур? Джинши последние месяцы всё больше закрывался от Гаошуня, который позволял ему это делать. Наверное, оба понимали, что парню пора взрослеть, принимать мужские решения, делать это самостоятельно — тем не менее, а к кому еще он мог обратиться за советом? “Мы были бы отличной командой, если бы она была рядом.” Джинши слегка хлопнул себя по щекам. В голове вновь всплыла эта мысль, которая у него появилась в самый первый день их знакомства. И если какое-то очень короткое время он был заинтересован ее способностями — то сейчас он просто был заинтересован ею. — Посмотри, что ты наделала! Это лед особого сорта! Гаошунь вместе с Джинши одновременно уставились на небольшую повозку, евнуха и двух служанок. — Прошу простить её! — звонко звучал голос Маомао. — Она просто не была внимательной! Джинши не сдержал ухмылки. На какой-то момент ему показалось, что та Маомао — еще до пещеры — вновь была перед ним. Их взгляды пересеклись, и ему даже показалось, что Маомао как-будто вздрогнула от его взгляда. Аж теплее стало в и до того жаркий день. Какой бы загадкой она ему не казалось, Джинши не мог унять свое любопытство, интерес и… заботу. Хоть он и не умел ее проявлять. Пока что.

•• ━━━━━ ••●•• ━━━━━ ••

Маомао делала вид, что всё под контролем. Хотя бы для Саолань — нельзя поддаваться той же панике. Травнице лишь однажды удалось наблюдать, как старуха делала мороженое. Ей тогда только дали его попробовать — и то, столько фруктов, как сегодня, в арсенале не было — сладость придали лишь сиропом. Хотя, будем честны — уж некоторые лекарства было вдвойне сложнее делать, чем помешать молоко в подсоленном льде. Самая обычная работенка. Чистая механика. Всё просто. Никаких эмоций. — Как я могу помочь? Маомао не сдержала свой вздох с привкусом легкого раздражения. Джинши стоял в проеме, и в своем стиле исследовал фигуру девушки и ее поведение. Словно наблюдал за какой-то птичкой, которая вот-вот улетит. — Могу-ли я воспользоваться кухней и кое какими ингредиентами? Если бы пришлось признаться, Маомао не таила, что больше была обеспокоена тем, как сейчас быстрее помочь подруге — а потом уже можно разобраться со всем остальным. Именно в этот момент Джинши подошёл ближе. Как-будто почувствовал ее настрой, что он пока что не на первом месте. — Ты же понимаешь, что услуги обычно оказываются взамен чего-то? “У—у—у! Скоти—и—ина!” Но все, что у Маомао получилось это издать какой-то стон. И тут осенило — следует использовать этот шанс! — Хорошо, — Маомао резко развернулась спиной ко льду, оказавшись прямо перед Джинши. Тот явно уже хотел сзади пристроиться, чертов извращенец. — Джинши-сама, — Маомао попыталась сделать такое же лицо, как при получении безора, уж тогда она точно видела и помнила его растерянность, — давайте приготовим мороженое вместе? Успокоив Сяолань, и взяв всю работу на себя, Маомао попросила подругу остаться с лекарем и просто присмотреть за котом. Вместе с Джинши они отправились на кухню, и какое-то время даже шли молча, едва ли не было слышно дыхание друг друга, а может даже немного и мыслей. Тем не менее, первым тишину нарушил Джинши. — В том, что произошло нет твоей вины. “Салага, не выдержал!” — Это верно, — угомонив саму себя, ответила Маомао, — Но я не смогу спокойно спать, если буду бездействовать. Травница приложила много усилий, чтобы проигнорировать восхищенный взгляд евнуха. На кухне воздух был прохладнее, чем во дворе, но стоило Маомао снять с полки миски и повернуться к Джинши, как температура вокруг них словно бы поднялась на пару градусов. По крайнер мере одним лишь взглядом он точно готов был растопить все вокруг. И до Маомао будто сейчас дошло — это же первый раз, когда они в одном помещении наедине после того случая. — Лед сюда, молоко сюда... — пробормотала она, быстро раскладывая ингредиенты, стараясь не смотреть на него. — Сахар? — мягко спросил он, склонившись так близко, что его дыхание коснулось ее шеи. Маомао вздрогнула. Рука с черпаком слегка дрогнула. — Да, немного, — она изо всех сил старалась звучать ровно. — Сколько — немного? — спросил Джинши, как бы между делом придвигаясь еще ближе. — По вкусу, — выплюнула Маомао и уткнулась в миску. Джинши тихо рассмеялся. Этот звук был одновременно опасным и обольстительным. Пока Маомао тщательно перемешивала молоко с сахаром, Джинши ловко зачерпнул щепотку ягод, закинул в смесь и нагло облокотился локтем на стол рядом с ней. — Ты готовишь с такой серьезностью, — заметил он, наблюдая за её движениями. — Будто варишь лекарство от смерти. Маомао чуть ли не прыснула. — А Вы, судя по всему, собираетесь умереть от жажды внимания? — Только от твоего, — хмыкнул он мгновенно. — Кстати, после всего, что случилось, думаю, ты можешь смело ко мне обращаться на “Ты”. — Ага, сейчас! — вспыхнула девушка, — Чтобы получить от всех люлей? — Так уж и быть, при остальных пока что можешь обращаться на “Вы”, — хмыкнул Джинши, — ну, а так, пора быть ближе друг к другу. Маомао тут же обернулась, собираясь что-то резкое ответить — и столкнулась глазами с его взглядом. Тёплым. Глубоким. Таким, от которого хотелось шагнуть вперёд. И коснуться. На секунду оба замерли. Да, он был рядом, но не настолько, чтобы сводить с ума, как это могло быть в другие моменты их прикосновений друг к другу. Но как ему удавалось лишать ее рассудка одним лишь Ложка в её руке дрогнула. Чуть-чуть молока выплеснулось на край миски. “Вот чёрт.” И, вместо того чтобы отступить, Маомао действовала на автомате. Она ловко сунула палец в миску, зачерпнула каплю кремовой смеси — и легонько коснулась им кончика носа Джинши. Теперь замер он. А потом, медленно, чертовски медленно, облизнул верхнюю губу, будто собирался стереть остатки молока. И посмотрел на неё так, что у Маомао в вспыхнул пожар. Она осознала — первая — что перегнула. Флирт, который она считала безопасной игрой, кажется, превращается, во что-то незапланированное, и необъяснимое. Но ей хотелось еще и больше. Ради эксперимента, конечно же! — Надо еще помешать, — Маомао старательно не сводила взгляд с него, — поможешь? С твоими-то руками, мы в миг сделаем это. Маомао сейчас даже не старасль, но как была восхищена своими словами, мама дорогая! Джинши учтиво встал на место травницы, которое она ему так мило уступила. Его явно штормило. Теперь Маомао общалась с ним на каком-то другом уровне — то поддавалась его чарам, то сама такое отчебучивала, что во рту пересыхало. — Вот так надо, — Маомао коснулась руки Джинши, и они уже вместе держали венчик. — По часовой. Ее маленькая ладонь, казалось, смотрелась на его руке еще меньше чем в реальной жизни. Маомао протянула ему ложку. — Попробуй. Он взял ложку из её рук — не торопясь, также он не спешил обдумывать, почему перейдя на “ты” она начала раздавать ему приказы. Подчинялся. Как будто боялся спугнуть что-то хрупкое. Джинши попробовал. Лизнул край ложки. Лёгкий вздох удовольствия сорвался с его губ. — Вкусно, — Он улыбнулся так тепло, что у Маомао сбилось дыхание. Она смотрела, как он ест — спокойно, доверчиво. И, к сожалению, ничего особо не думая. И вдруг ей показалось, что всё это — не игра. Не заигрывание. А что-то… нормальное? Как будто вот так — просто стоять на кухне, вместе делать мороженое и дразнить друг друга — это и было тем, чего всегда хотелось. Маомао опустила глаза. Она вдруг ощутила желание, чтобы этот момент продлился чуть дольше, чем положено. И тут Джинши легко коснулся её пальцев: — Спасибо. И этого было достаточно, чтобы у нее защемило в груди. “И что? Не будет лезть ложкой к ней и кормить? Что за нежные “Спасибо”?” Её сердце стучало так громко, что Маомао почти не слышала, что он говорит дальше. Она торопливо вытерла ложку, скрывая дрожь в пальцах. “Чёрт с ним, с экспериментом. Пусть сам попробует выжить в условиях реального опыта.” Она сжала губы в тонкую линию. Следующая фаза её плана начнётся немедленно. И на этот раз — без пощады. И поменьше рефлексии — только сбивает с главной цели.