Глава 2. Сестра по несчастью

— Эй! Эй там, просыпайся! — чей-то хрипловатый голос выдернул меня из блаженных объятий сна. Я открыл глаза, но, разумеется, ничего не увидел. Видимо, за время моего сна владельцы этой крепости не удосужились поставить пару жаровен в темницу для освещения. Подойдя к решетке, я посмотрел в ту сторону, откуда доносился голос. — Хорошо, что ты жив. Проклятье, я уже думала, что ты не очнешься. — К счастью, я не умер, — ответил я, — впрочем, мое положение меня не сильно радует. Кто ты такая? — А кто ты? — на несколько секунд голос замолк. — Прости, я вся на нервах, просто ты первый, с кем я могу нормально поговорить. Я не помню кто я, и даже имени своего не могу назвать. Я очнулась около недели назад, как мне кажется. Хотя в условиях, когда даже солнца не видно, трудно определять время. Может быть, прошло всего пара дней. А может месяц. — по мере своего монолога девушка говорила все тише, а последние слова я едва различил. — Я тоже ничего не могу вспомнить. Ни имени, ни того, как я здесь оказался, вообще ничего, — надежда на то, что моя новая подруга сможет мне все объяснить, постепенно угасала. Через пару секунд я вновь заговорил. — Тебя притащили сюда какие-то существа несколько часов назад, ты была без сознания. Что там произошло? Девушка долга молчала. — Меня пытали, — тихо сказала она. — Проклятье… Что им было нужно? Ты ведь ничего не помнишь… — Они делают это ради удовольствия. Эти существа, орки — темные твари, упивающиеся страданиями других. Они не задавали мне вопросов, а лишь смеялись, когда я кричала. — голос девушки дрожал, она беззвучно плакала. — Мне очень жаль… — это единственное, что я смог вымолвить. Я опустился у решетки, пытаясь успокоить бешено колотящееся сердце. В голову пришли слова орка, как он радовался возможности «повеселиться» со мной. Меня бросило в дрожь. Дыхание сбилось. Я был в ужасе от того, что со мной будет. Прошло несколько минут, прежде чем мне удалось немного взять себя в руки. Прислушавшись к девушке, я услышал лишь ее тихое дыхание. Она, судя по всему, спала. Думаю, девушка надеялась, что я смогу ей хоть что-то рассказать, но я, к нашему общему сожалению, знал столько же, сколько и она. Я лег на солому и вскоре уснул. *** Скрежет открывающейся решетки разбудил меня. Свет факела резанул по глазам, и я тут же закрыл их. Меня схватили за руки и куда-то потащили. Я вспомнил разговор с девушкой и буквально завыл от охватившего меня ужаса. Я старался упираться, но орки лишь хрипло смеялись, глядя на мои попытки. Твари потянули меня по лестнице, и каждая ступень больно врезалась в мои босые ноги. Выйдя за дверь, ведущую в темницу, я смог рассмотреть большой зал, входом в который служили большие створы. По бокам зала было несколько обычных, но очень крепких дверей, напоминавших ту, из которой меня выволокли. Орки потащили меня к одной из них. Один из тюремщиков открыл ее, и меня забросили внутрь. В комнате было еще несколько орков. Они захохотали, глядя на мои попытки встать, затем схватили меня и положили спиной на стол, начав привязывать руки и ноги к его краям. Я закричал и начал вырываться, но это лишь раззадорило тварей. Вскоре они закончили, и один из орков, смеясь, обратился ко мне: — Ну что, эльф, готов испытать всю прелесть пыток? — он зашелся смехом, а я мог только и думать о том, как их всех ненавижу. — Капитан скоро явится! Он обожает новые игрушки, вот тогда-то и начнется настоящее веселье! — орк снова заржал. Я повернул к голову и плюнул ему в лицо. Хуже уже явно не будет. Его рожа исказилась гневом, он зарычал и ударил кулаком в латной перчатке по моим пальцам. Раздался омерзительный хруст, а потом я услышал свой неистовый крик. Руку (на этот раз правую) пронзила боль, я кричал и не мог остановиться. Мое тело извивалось на столе, натягивая сковывающие веревки. Через несколько минут мне удалось немного прийти в себя, я замер и тихо стонал, а из моих глаз текли слезы. Вскоре дверь открылась, и в комнату вошел еще один орк. На вид он был чуть выше остальных, видимо это и есть тот самый капитан. — Ну что, эльфийское отродье, готов начинать? — он окинул меня взглядом, остановившись на руке. — Хотя, как я погляжу, ты тут уже не скучаешь. Что ж, вскоре ты поймешь, что это лишь малая часть твоих мучений! Он подошел к столу, и я почувствовал, как он аккуратно взял мои сломанные пальцы в свою руку. — Наслаждайся, эльф! — злобно прорычал он и с силой сжал мою ладонь. Мой истошный вопль заполонил комнату, а я стал биться в агонии. Через несколько секунд, показавшихся вечностью, орк отбросил мою руку в сторону. Он взглянул на свои пальцы, на которых осталась моя кровь, а затем облизал их. Взглянув в мои глаза, орк сполна насладился ужасом, который плескался в них, а затем, изогнув рот в чудовищном подобии улыбки, достал из ножен на бедре нож. — Продолжим. — сказал он, а затем, крепко прижав мою руку к столу, вогнал кончик ножа под ноготь одного из многострадальных пальцев. Мой крик вновь разошелся по комнате и, отражаясь от стен, вернулся ко мне же. Я старался вырвать свою руку, но орк держал крепко и вскоре вогнал нож в другой палец. Я завыл с новой силой. Не знаю сколько времени прошло, но сознание начало покидать меня. Я слишком устал от боли. Забавно, что орки занимались лишь моими пальцами, будто бы забыв про остальные части моего тела. С каким-то обреченным юмором я подумал, что вскоре и до них дойдет дело. Мои глаза закрылись, и я замолчал. Вдруг, на мое лицо полилась ледяная вода, я мгновенно пришел в себя. — Не покидай нас так скоро, эльф! — главарь рассмеялся. — У тебя все руки в крови, это нехорошо, раны надо обработать! — его омерзительный смех вновь раздался по комнате. Он обогнул стол и приблизился к камину. Пугающая догадка пронзила мой разум. Орк наклонился, подобрал что-то и подошел обратно ко мне. — Когда орк получает рану, то ее нужно прижечь. Сейчас мы и тебя полечим по нашим традициям! — он хрипло рассмеялся и провел раскаленным прутом перед моим лицом. Я в ужасе вжался в стол, сердце бешено колотилось, словно вот-вот выскочит из груди. Орк вновь крепко схватил мою руку, а я отвернулся, крепко сжав зубы — Смотри, эльфийская падаль! — я не повернул головы. — Смотри сюда, я сказал! Я вновь не сделал этого. Тогда еще один орк схватил мою голову и повернул прямо к руке. Она выглядела очень плохо, три пальца были неестественно вывернуты, ногтей не было, а кровь сочилась из разных мест. Я зажмурился. Я не мог смотреть. Не мог. — Открой глаза, ублюдок. — раздался тихий злобный голос капитана орков у меня над ухом. Вокруг было на удивление тихо. Орки, которые до этого ржали во весь голос, теперь не издавали ни единого звука. — Либо ты откроешь глаза по своей воле, либо я срежу тебе веки и заставлю смотреть! — все также тихо и жестко проговорил капитан. С трудом я разлепил глаза, мой взор тут же уперся в черные глаза орка. Я до этого не обращал внимания, но в его взгляде плескалась кромешная тьма, которая словно бы отражала всю непроглядную черноту его чудовищной души. Впрочем, я не был уверен, что у таких существ, как это, может быть душа. Посмотрел на свою руку. Она была все такой же изломанной и кровоточащей. Из моих глаз полились слезы. Я вновь взглянул в глаза орку и тихо сказал: — Давай, тварь. Орк ухмыльнулся и прижал раскаленный прут к месту, где раньше были ногти. Раздался мой вопль, а затем мое сознание погрузилось в спасительную тьму беспамятства.