Закупки

День выдался удивительно тёплым и солнечным. После завтрака все четверо — Моника, Сириус, Римус и Лайелл — вышли на задний двор, где Хоуп уже копалась в клумбах. Сириус попытался было помочь с лейкой, но случайно пролил воду себе на ботинки, и Моника, смеясь, выдала: — Это не Хогвартс, Сириус, тут даже магия не спасёт твою координацию. Он сделал вид, что обижен, но вскоре уже плёлся за ней, не отрывая взгляда. После обеда они всей семьёй пошли в соседний волшебный посёлок за покупками — Лайелл хотел подобрать новые перья для писем, а Хоуп — ароматную пудру из лаванды и мяты. Сириус и Моника всё время держались рядом: он нашёл лавку с волшебными музыкальными шкатулками, купил одну и сказал, что это «подарок, чтобы ты обо мне вспоминала, когда я вдруг стану особенно невыносимым». Когда солнце начало клониться к закату, они вернулись домой. Моника, переодевшись в свободную рубашку и мягкие штаны, сидела у окна, пока Сириус лежал на её кровати, закинув руки за голову. Он рассказывал про проделки с Джеймсом, как те однажды пытались приручить магического хорька, и тот оказался способным на мини-взрывы. Позже, когда наступила ночь и родители уже легли спать, комната погрузилась в полумрак. Моника стояла у комода, перебирая книги, и вдруг заиграла тихая мелодия — Сириус включил музыкальную шкатулку. Её хрупкая мелодия заполнила комнату. — Потанцуем? — спросил он, подходя и протягивая руку. — Тут? — Моника удивлённо подняла бровь, но в глазах уже заиграли искры. — Почему бы и нет? Здесь никто не осудит. Даже картина с чихнувшим гоблином в коридоре, — усмехнулся Сириус. Она вложила ладонь в его руку. Он мягко притянул её к себе, положив одну руку ей на талию, а другой взяв за пальцы. Они начали медленно кружиться по комнате, едва слышно скользя по полу босыми ногами. Мелодия будто бы окутывала их мягким покрывалом. — Знаешь, — прошептал Сириус, склонившись ближе, — я бы хотел танцевать с тобой каждую ночь. Неважно где — в башне, в лесу, хоть в шкафу у профессора Слизнорта. — Ты романтик, Блэк, — прошептала она в ответ, прижимаясь к нему лбом. — И безумец. — Но ты всё равно меня любишь, — хмыкнул он, прокручивая её в медленном повороте. — Глупо отрицать, — выдохнула Моника, и в её голосе звучала такая тёплая нежность, что у Сириуса щемило в груди. Они ещё долго танцевали в тусклом свете, отбрасывая лёгкие тени на стены. Когда музыка стихла, они всё так же стояли, обнявшись, в полной тишине. — Давай всегда будет так, — прошептала она. — Всегда, — ответил он, целуя её в висок. *** Утро выдалось живым и немного суетным. Хоуп разбудила детей ещё до восьми — Римус уже успел сварить чай, а Моника пыталась уложить волосы, которые после сна торчали в разные стороны. Сириус, всё ещё в пижаме, лениво жевал тост с джемом, поглядывая на часы. — Поторапливайтесь, — сказала Хоуп, подавая им списки школьных принадлежностей. — Вы же знаете, в Косом переулке в августе толпы. — Особенно когда идёшь с Блэком, — буркнул Римус, пряча усмешку. — Каждая третья ведьма замирает. — Ну извини, что я — икона, — фыркнул Сириус, вставая и хлопнув брата Моники по плечу. Через камин троица переместилась в Косой переулок, и сразу попали в самый разгар августовской суеты. В воздухе пахло пылью пергамента, свежим корнем имбиря и сладким лакричником. Моника с восторгом смотрела по сторонам, а Сириус придерживал её за локоть, чтобы та не потерялась в толпе. — Так, нам в «Флориш и Блоттс», за новыми книгами, — напомнил Римус. Но не успели они сделать и пары шагов, как со стороны лавки с мантиями раздался звонкий крик: — МОНИКА?! СИРИУС?! РИМУС?! Мэри, сияя, буквально влетела им навстречу. За ней шли Марлин, Лили, Питер и, конечно же, Джеймс, который размахивал списком школьных принадлежностей, словно флагом. — Вот это встреча! — воскликнула Мэри, обнимая Монику. — Мы решили закупиться пораньше. Ну как лето? — Скучное без вас, — рассмеялась Моника. — Говори за себя, — вставил Сириус, — Я теперь гордый зять Лайелла Люпина. — Да уж, он тебя на вилку не насадил? — хмыкнула Марлин, оценивающе скосив взгляд. Тут Джеймс хлопнул Сириуса по спине и прищурился: — Ну что, друг, когда ты, наконец, возвращаешься в дом Поттеров? Я, Лили и родители без тебя как без циркача! — Я уже в планах. Пара поцелуев с Моникой, и я снова ваш, — ухмыльнулся Сириус. Лили, услышав это, улыбнулась и тихо сказала: — Только не забудь, что в этом доме тоже правила есть. Например: «Не свисти по ночам и не подглядывай за влюблёнными». — Значит, вы всё-таки официально? — Марлин подняла бровь, глядя на Лили и Джеймса. — Хм… может быть, — протянул Джеймс с лукавой улыбкой и притянул Лили ближе. — Ну всё, теперь закупки будут нескучными, — засмеялась Мэри. — Нас восемь человек. Кто-то точно забудет чернила. — Питер, — сказали все хором, и тот только покраснел. И так, весёлой шумной группой, они отправились по магазинам, переговариваясь, шутя и толкаясь в очередях. И даже толпа вокруг не мешала им чувствовать, что это лето было по-настоящему волшебным. Почти два часа они ходили между магазинами, нагруженные свертками и книгами. Римус аккуратно проверял списки, чтобы ничего не забыть, Питер постоянно терял свою сумку, а Марлин пыталась примерить все мантии из новой коллекции. Моника то и дело смеялась, наблюдая, как Сириус примеряет очки для полётов, делая при этом вид, что он какой-то аврор-шпион. — Ты выглядишь как сова в этих, — хихикала она, отбирая у него оправу. — А ты вон, взяла два одинаковых пергамента, — возмутился он в ответ и ткнул пальцем в её сумку. Наконец, когда почти все покупки были сделаны, Джеймс предложил: — А теперь — по-настоящему важное место. Кафе! — Да! Я не чувствую ног, — простонала Мэри, — и без кофе не проживу. Они устроились в уютном волшебном кафе с террасой, за круглым столиком у окна. Внутри пахло корицей, миндальным печеньем и жареным фундуком. Бариста с радостью налил им большие чашки кофе, а к нему — бесплатные крошечные пирожные с ягодами. — Всё-таки магглы придумали кофе, — мечтательно произнесла Лили, делая глоток. — Но волшебники явно улучшили. — Это да, — кивнула Моника. — Мне уже кажется, что я лечу на метле, хотя просто сижу. — Потому что ты выпила две чашки подряд, — рассмеялся Сириус и приобнял её за плечи. Разговоры лились неспешно. Джеймс рассказывал, как Флимонт однажды случайно превратил себя в тыкву, когда экспериментировал с зельем бодрости. Питер обсуждал новый выпуск «Пророка», в котором писали о росте активности Пожирателей. Марлин рассказывала, как её мама нашла её любовные письма и теперь не упускает случая пошутить. — А у нас дома всё спокойно, — сказала Моника, потягивая кофе. — Папа пока ещё не шпионит за Сириусом по ночам. Но… это вопрос времени. — Я серьёзно испугался, — прошептал Сириус с улыбкой, — Он смотрел на меня, будто хочет превратить в жука. — Если бы хотел, ты бы уже прыгал по ковру, — пошутил Римус. Они смеялись, чувствовали себя легко и беззаботно, как будто весь мир за пределами этого кафе не существует. Только друзья, кофе и тепло летнего солнца, пробивающегося через витражное окно.