2. Краснопресненская (Беседы с потусторонним)

Блаженное забытие не наступило: мучительные вопросы о вчерашнем атаковали с новой силой, сокрушая отяжелевшую голову. Подёрнутые дрожью пальцы тянутся к припасённым обезболивающим и студёной банке энергетика. Вчерашние собутыльники безмолвно сидят рядом: теперь их компания напоминает похоронную процессию. — Обезбол без толку пить: только печень угробишь, — заметил один из них, малознакомый Ариане парень, которого, кажется, она почти поцеловала прошлой ночью. — А ты типа алкашкой её не гробишь, Лёш? — с иронией возвратила Лена. — Ты вроде вообще больше всех выпил. — Да ну тебя, — проворчал он, пока не сместил свой бегающий интерес в сторону Арианы. — Что, сильно плющит? Ты прям убитая. — Да я вот думаю, — произнесла Ариана словно бы между делом, не нарочно — впрочем, так оно и было. — Существует ли в мире мистика? Ну, что-то необъяснимое законами природы там, логикой... — Какие-то вещи можно ведь предсказать, да? — осторожно начала Лена, предвещая язвительные шутки Лёши в адрес своего увлечения таро. — А духи, какие-то паранормальные существа? — Ну не, это совсем бред, — отмахнулся парень. — Шизы с РЕН-ТВ пусть верят в каких-то инопришеленцев, но камон! — это ведь не имеет смысла! — Здесь, наверное, я согласна, да, — кивнула Лена, осторожно поглядывая на Ариану. — Иногда человек может вообще сказочным долбоёбом быть, но это как бы не тянет на мистику. — Да, наверное, — пожала плечами Ариана, делая ленивый глоток из банки. К вечеру дышать стало ощутимо легче, но тем больше поводов вернуться к неразрешённой проблеме. Вчерашнее столкновение хотелось стереть из памяти — так оно не укладывалось в голову, порывало со здравым смыслом. Ариана и её внутренний голос сошлись на том, что всё это было дурацким розыгрышем, на который она наивно повелась. Патриаршие вновь заполонил сброд. Он может сколько угодно высмеивать снобизм местных жителей, ведь едва ли сообразит, что люксовые кофейни, бары и рестораны — чуть ли не единственный способ спрятаться от ему подобных проходимцев. Только когда они не начинают ходить в те же заведения. Сегодня за столиком напротив Ариана видела молодую пару, соответствующую всем канонам жанра. Он — любящий, но без гроша в кармане, она — закомплексованная, но требующая для себя подарков и внимания. Парень исподволь поглядывал на Ариану: видимо, его влекло к недоступным для него девушкам. Его пассия смеряла обоих полным ненависти взглядом: видимо, она тщилась обвинить кого-то в собственных неудачах. Закончив с кофе, Ариана бросила две сотни на чай бариста и покинула заведение, не удостаивая пары и взгляда. Её ждала своя компания. В визитах вежливости — иной раз они напоминали трудовые будни — прошло ещё несколько дней. В потоке малосодержательных бесед, взаимного почесывания истончившейся за тысячелетия эволюции шерсти воспоминания о низкосортной мистике наконец-то вымылись из памяти. Только изредка, уже неосознанно, Ариана спрашивала у своих друзей, верят ли они в паранормальщину — и везде встречала резко отрицательный ответ. Не вполне разбираясь, как его оценивать, она, тем не менее, на всякой подобной реплике испытывала облегчение. Но отчего-то проснулись другие воспоминания — ностальгические. Обычная стратегия на такой случай — открыть галерею с парой тысяч фотографий на смартфоне. Одной рукой потихоньку расправляясь с банкой карамельного мороженого, другой девушка листала один за другим пейзажи с добротной цветопередачей, удачные портреты, не очень элегантные жанровые сюжеты — в общем, галереей это пространство называлось не зря. Они каруселью проносились под напором отработанного свайпового жеста, однако одна картинка заставила притормозить. Это переулок на Выхино, неподалёку от квартиры Лены — тот самый, где на Ариану напал монстр. На фотографии никаких чудовищ, за вычетом двух друзей девушки, не было: внимание привлекали стены. Поверх них Ариана увидела странный орнамент из тонких переплетённых линий, которые были как будто наложены ретушью. Нет, даже словно царапинами на телефоне. Отнюдь: он гладок — этот узор, кажется, появился на глазных яблоках. Ариана торопливо перелистнула фотографию, на другой кадр этого же переулка, но с другого ракурса — узор изогнулся в перспективе вслед за кирпичной стеной. Охватили сомнения: ведь она не помнила, чтобы на момент съемки наблюдала эти линии-порезы. Испуганно она ещё быстрее листала фото, пока проклятый переулок с мигрирующими письменами наконец-то не исчезли перед лицом одного из сотен селфи. Стало спокойнее, хотя настрой предаваться ностальгии сняло как рукой. На Краснопресненской заставе вновь музицировали индусы. Ариана, вынужденная ждать здесь свою подругу, поспешила надеть наушники, чтобы хоть как-то дистанцироваться от одухотворённых оборванцев. «Сейчас их наверняка ещё менты навестят — только их не хватало», — раздражённо отметила она про себя, усаживаясь на скамейке. Её увлечённое странствие по социальным сетям прервала выросшая над ней тень. Уже заждавшаяся приятельницу Ариана резко вскочила на ноги, встречая опоздавшую, но вместо неё она встретилась нос к носу с одним из индусов. — Уйди, чего встал?! — осадила его девушка, демонстративно садясь обратно: отойти от него самой было бы знаком поражения. — С кем я сейчас говорю — это Ариана? — спросил незнакомец высоким гнусавым голосом, как будто он говорил в нос при хроническом тонзиллите. Ариана удивлённо уставилась на индуса, за каким-то чёртом знавшем её по имени. Даже такого рассеянного взгляда хватило, чтобы понять, что мужчина был скорее чернявым русским, чем индийцем, и больше городским фриком, чем блюдущим свои национальные традиции инородцем. Толстые дреды и вырвиглазная тенниска под рыжим куском ткани навевали воспоминания о плакатах с Бобом Марли, развешанных в комнате одного из бывших Арианы. Без него она, возможно, ничего бы и не знала о регги и растаманах; теперь же могла уверенно признать одного из них в нарушившем её покой незнакомце. — Кто ты, блин? — грубо ответила ему девушка, скрестив руки на груди. — Ищущая покой душа, сестра. Даже сейчас у неё пять сотен имён, — с экзальтированной вдохновенностью ответил ей мужчина. — Нашел, где покой искать. Тебя же менты за километр унюхают, торч, — процедила Ариана. — Откуда знаешь меня, спрашиваю? Но едва псевдо-индус сумел ответить что-то вразумительное, как около скамейки уже образовалась пара полицейских. Ариана предпочла личный покой удовлетворённому любопытству, а потому сплавила травокура сотрудникам правопорядка, беспроблемно покинув площадь. Написав подруге, что будет подстерегать её с целью физической расправы у метро, она направилась в ту сторону, но тут же столкнулась с ещё одним прохожим, покусившимся на её сакральное личное пространство. В этот раз личность оказалась не менее колоритная: толстокожая смуглая женщина в аляповатом наряде, несомненно, принадлежавшая к древнему народу рома. — Родная, давай тебе погадаю! — обратилась к ней женщина, беззастенчиво схватив за руку. — Отцепись! — раздражённо вскрикнула Ариана, пятясь от цыганки. — Тебе будущее готовит кое-что интересное. Ты же одна сейчас? А может, перестанешь наконец! — не умолкала женщина, успев уцепиться за вторую руку своей жертвы. Ариана всё ещё стремилась отогнать от себя въедливую цыганку, но её последние слова заставили её помедлить. Откуда она знала про это? — Что, теперь интересно стало? — насмешливо прощебетала она. — Нет, уйди от меня! — А может, тебя нечисть беспокоит? Ну, по ночам которая ходит-бродит, преследует тебя? — сказала она, понизив голос. По спине Арианы прокатилась россыпь мурашек. Она обеспокоенно обвела взглядом лицо цыганки, грязное и одутловатое. — Вы что-то знаете? — так же шёпотом спросила она. В замешательстве девушка не обратила внимание на уже знакомого растамана, материализовавшегося за её спиной. — Благослови тебя Джа, матушка, — поблагодарил он цыганку, обнажив в широкой улыбке желтоватые зубы. — Я уже позабыл вавилонские диалекты. — Валять дурака перестань, — отчитала его цыганка. — Тебе же русским языком сказали: нормально поговори с девочкой, объясни ситуацию! — Сама-то, мам? «Давай погадаю!» — прыснул со смеху мужчина. — Да уж, выбрал Григорий Иванович команду. — Погодите, какой Григорий Иванович? — вклинилась в разговор Ариана, услышав знакомое имя. — Праведная душа. Вы пересекались не так давно. — С длинными волосами и бородой? — Ну да. Плоть от плоти мировой порядок — я тебе о том же толкую, — кивнул индус. — Он сказал вам найти меня? Немного поразмыслив над ответом, цыганка и индус оба кивнули. Только захороненные события вылезли из-под земли. Кураж Арианы спал: теперь она напряжённо молчала, думая, что ей теперь делать. Всё уже почти вернулось на круги своя. Всё было почти хорошо — и вот её снова терроризируют какие-то маргиналы — и это во вполне благородном месте! — Пошли, — коротко бросила ей цыганка. — Куда? И зачем? — Увидишь. — А если я не хочу? — Иногда наша свободная воля становится рабыней рокового случая, — задумчиво произнёс уличный музыкант. — Нужно идти, Ариана. Пока не пришли за тобой. — Кто?.. — Духи в белых халатах. Они ничуть не больше люди, чем их жертвы… Нам под землю. Поднимемся на Рязанском. — Я лучше на такси… — В пробках застрянем. Пошли давай, — цыганка подтолкнула её в спину, указывая по направлению ко входу. Ариане оставалось лишь покорно следовать за ней, проглатывая обиду и негодование. Девушка собственной кожей ощущала подозрительные взгляды попутчиков. Неопрятная цыганка, бесперебойно болтающая ей что-то на ухо, и красноглазый индус-растаман, методично постукивающий по своим барабанам, точно были её клеймом. В поезде было многолюдно и душно. Почти всю дорогу ей пришлось стоять плечом к плечу с малоприглядными мужчинами и пожилыми женщинами. «Вот поэтому я не люблю метро», — мысленно высказывалась она невидимой публике. Разумеется, сейчас бы никто здесь её вкусами не поинтересовался. Прошло мучительно много времени, прежде чем они наконец-то прибыли на нужную станцию. Выбравшись на поверхность, Ариана набрала полные лёгкие свежего воздуха, переводя дыхание словно после марафона. — Пошли, чего стоишь как вкопанная? Не успев возмутиться, Ариана вновь оказалась застигнутой врасплох: теперь она шла куда-то в сторону белёсых новостроек, еле поспевая за шустрой цыганкой. — Сюда. Они остановились перед странным двухэтажным зданием, напоминающим одновременно школу и провинциальную мэрию. На нём красовалось несколько вульгарно-пёстрых вывесок: нотариальной конторы, ремонтной мастерской, шаурмечной и бара «Интернационал». Цыганка указала пальцем на последний. Скривившись в который раз за день, Ариана пошла за ней. Бар «Интернационал», не противореча своему советскому флёру, был совершенно безыскусным. Неоштукатуренные стены, увесистые столы и табуреты из грубой древесины. Может, он и вдохновлялся «Зинзивером», но в действительности напоминал обыкновенный подъезд. За длинным столом — единственным такого габарита в зале — сидела разномастная публика, но стоило женщинам войти, как каждый из неё вмиг обратил на них свой взор. Среди посетителей бара Ариана обнаружила и трёх своих знакомых. Антон прихлёбывал ядрёно-розовую настойку, Григорий Иванович потчевался мутно-жёлтой жидкостью — не то хреновухой, не то самогонкой. Озодбек скромно сидел со стаканом воды меж сплетённых пальцев. — Здравствуйте, — неуверенно произнесла девушка, проходя внутрь. — Присаживайтесь, Ариана, — Григорий Иванович галантно отодвинул для неё стул рядом с собой. — Заказать для вас что-нибудь? — Э… не, спасибо, — одно упоминание выпивки после вчерашней плановой пьянки заставляло тошноту подступать к горлу: Ариана присела на свободное место, нервно сжав обивку табурета. — Объясните уже, что происходит? Присутствующие коротко переглянулись между собой, пока большая часть не кивнула один за другим в сторону Григория Ивановича. Он прокашлялся и обернулся к Ариане. — Вы помните, как три года назад по Москве прошёлся сильный ураган? — Ну да, было дело. — Вы пострадали в ходе этого бедствия? — В смысле?.. — Пожалуйста, не увиливайте от ответа, — нахмурился мужчина. — Ну да, попала в реанимацию, — Ариана смущённо отвела глаза. — Деревом пришибло. — А после реанимации, вы заметили какие-то изменения в сравнении с вашим состоянием до травмы? — Э… Ну… Нет. Если до травмы, то как до этого вроде. Не считая бинтов там, прочего… А что? — Дело в том, что после нашей последней встречи Злата, наша прорицательница, — Григорий Иванович указал на цыганку, сопровождавшую Ариану — увидела в тебе зачатки тех способностей, которыми обладаем мы. — Типа какие-то руны на стенах рисовать? — с сомнением спросила девушка. — Да не, этим только я маюсь, — пояснил Антон, опрокидывая настойку. Григорий Иваныч, вот, голубями управляет — целой стаей. Озодбек может двигать плитку и ещё асфальт — да так, что целую яму выкопает запросто. Злата, вот, будущее предсказывает и мысли читает. Там, правда, не очень чётко, типа как у греческого оракула, но видишь, тебя она нашла. Сом — он у нас типа бард. Играет на своих табла, саппортит команду. — Вы следили за мной?! И вообще. С чего вы решили, что я тут при делах? Я обо всём этом впервые слышу. — Во-первых, доченька, к тебе пристала нежить, — обратилась к ней какая-то старушка в неуместной для духоты бара телогрейке. — Ты, конечно, выглядишь как гулящая девка, но мёртвых привлекают другие мёртвые. — Что, ничего не добились в жизни и теперь на других злитесь? — огрызнулась девушка. — Осторожней, это Анна Петровна, она у нас местный авторитет — шёпотом заметил ей Антон. — А ещё у неё есть пара боевых котов. — За языком своим следи, соплячка, — сплюнула пожилая женщина, сведя к переносице почти выпавшие брови. — Тебя сюда не права качать пригласили. Слушай внимательно. Ты здесь потому, что после урагана в тебе должны были пробудиться способности, как у нас. Только если Злата не соврала. Наша — и твоя тоже — задача в том, чтобы узнать, какие это способности. Ты здесь для этого. — Какими навыками вы владеете, Ариана? — точно работодатель на собеседовании, спросил Григорий Иванович. Девушка прикусила губу, мешкая с ответом. Хотя все вокруг молчали, было очевидно, что его от неё ждут незамедлительно. — Ну, всякими, а что? — небрежно протянула она, приглаживая волосы. — А теми, что связаны с телом города, с его духом? — послышался вдохновлённый голос с противоположного конца стола: если Ариана правильно поняла, он принадлежал уже знакомому ей Сому. — Это нас объединяет: мы все — сыновья и дочери Города, получившие от него дары за свою чистую любовь к нему. — Э… Чего? — Сом имеет в виду, что наши пси-способности завязаны на городской рутине. — перевёл Антон. — На том, что ты в Москве каждый день видишь. — Да не знаю как-то… Григорий Иванович сосредоточенно почесал голову, размышляя над ситуацией. На какое-то время зал погрузился в молчание, не считая время от времени разносившиеся перешёптывания и рюмочный звон. Наконец, он подал голос, оглашая вердикт. — Вот как мы поступим, Ариана. Поскольку вы уже знаете о Сообществе и его врагах слишком много, мы не можем впредь спускать с вас глаз. Вам придётся присоединиться к нам и открыть свои способности уже в процессе, при нашем содействии. — У меня есть выбор? — спросила девушка, стиснув зубы. — Боюсь, что нет. Теперь вы одна из нас, хотите вы того или нет, — почти скорбно изрёк Григорий Иванович. — Антон будет вашим проводником. Он поможет вам войти в курс дела и, быть может, познать себя. Я свяжусь с вами позднее. Закончив свою речь, Григорий Иванович встал, за ним поднялись все остальные. Бар стал понемногу пустеть: его посетители выходили кучками по несколько человек, на ходу прощаясь друг с другом. Ариана, словно пригвожденная к месту, провожала их растерянным взглядом, пока к ней не подсел Антон с новой порцией спиртного. — Добро пожаловать в семью, — торжественно провозгласил он, поднимая рюмку над столом. — Теперь твоя жизнь никогда не станет прежней. — Нахера я тогда вообще вышла на улицу? — слабо проговорила Ариана, уткнувшись головой в сложенные руки. — Всё ещё не хочешь выпить? — Теперь я хочу напиться.