Глава Одиннадцатая. Страсть

      Несмотря на поздний час, Мирабелла спать не собиралась. Ночь выдалась не спокойной, нервной и опасной. Чтобы герцогиня про себя не говорила, но творить огромные глупости она умела. Чего стоили только её реакция на брак Рихарды и ярость из-за побега Айрис. Терять зыбкий контроль Мирабелла не любила и вот к чему это привело. Рихарда связалась с Алвой, Айрис сбежала из дома, а она сама подкинула кардиналу отличный повод для своего заключения. Кому, в случае если Хорхе решит доложить о своих приключениях, отдадут Эдит и Дейдре даже думать не хотелось.       Всю дорогу до постоялого двора Хорхе молчал. Не говорил ни о той сцене, что устроила Мирабелла, ни о побеге Айрис. Да и времени, чтобы поговорить, у них просто не было. Нужно было догнать беглецов. И вот, когда Айрис и Арно были найдены, выслушали о неприемлемости своего поведения и были отправлены спать, герцогиня и маркиз устроились за столом. Рядом вертелся поднятый с кровати хозяин гостиницы вместе с рыжей служанкой. Лицо у девчонки было неприметным, в глаза бросились лишь яркие веснушки, зелёные нервные глаза. Мирабелла даже сама не поняла, почему эта девчонка так заинтересовала её. — Будешь? — Хорхе поставил на стол запечатанную бутылку вина. — Буду, — улыбнулась Мирабелла, а затем повернулась к служанке. — Принеси бокалы, — потом обратилась к хозяину. — Приготовь что-нибудь нам на ужин.       Оба скрылись так быстро, будто перед ними сидела сама смерть. Впрочем, никого это не волновало. Лишние уши, наконец, пропали. — Устроил выволочку своему оруженосцу? — как бы невзначай спросила герцогиня. — Говорит, что не правильно понял шутку Рокэ и слова Рихарды, — ответил маркиз. — Что-то напоминает, тебе так не кажется?       Мирабелла рассмеялась. Да уж, когда-то на месте Арно и Айрис с точно такими же виновато-взволнованными лицами сидели они с Хорхе, а напротив них, сверкая грозными глазами, сидели Алваро Алва и весьма обеспокоенная герцогиня Долорес. Семнадцатилетние они тогда тоже придумывали оправдания, брали вину на себя, лишь бы гнев Алвы не затронул другого. Глупые они тогда были. Очень глупые. — Сомневаюсь, что мы с тобой похожи на герцога Алваро и герцогиню Долорес, — утирая выступившие от смеха слёзы, сказала Мирабелла. — А вот Айрис и Арно… Надеюсь, у нас нет общего сына, о котором я не знаю? — Нет конечно, — спохватился Хорхе. — У меня только младший брат, но… В таком случае, пусть Савиньяк на дорите Айрис жениться. Ещё одной такой истории Талиг не выдержит.       Девушка вернулась с бокалами и тут же куда-то исчезла, Хорхе налил вино. Женщина выпила почти залпом. — Вот уж точно, — горько заметила Мирабелла. — Что тебя тогда в Надор принесло?       Хорхе выпил своё вино. Пить он умел, но усталость брала своё. Голову помутило от одного бокала и память быстро подкинула всякие глупости. Хорхе прекрасно помнил, что его принесло в Надор. Тоже был оруженосцем, тоже приехал со своим монсеньором — Алваро Алвой, у которого были какое-то юридические дела в Надоре. Кто же знал, что тот надорец, которого Хорхе на дуэль вызвал окажется Мирабеллой?! Гордая, взбалмошная девица заинтересовала Дьегаррона и отказаться от этого интереса он не смог. — Служба, а потом… — Хорхе выпил ещё один бокал. Сказать то, что он думал, было тяжело, но… Да будет ли от этого хуже?! — Влюбился в тебя, как дурак влюбился. Поэтому и помог сбежать в столицу. Жениться на тебе хотел, да там соберано Алваро предложил твоей родне Карлоса на роль твоего мужа, и я… — Ты — дурак?! — резко прервала его Мирабелла. — Создатель, какой же ты — дурак!!!       Громкий, нерадостный смех прокатился по комнате. Хорхе поражённо смотрел на смеющуюся женщину, а Мирабелла никак не могла остановиться. Дядя сказал, что даст ей подумать прежде, чем соглашаться на предложения Алвы. Замуж за Карлоса она не хотела выходить, всю свою жизнь она любила этого дурака, Дьегаррона. Если бы он тогда не сказал, что им лучше никогда не видеться, Мирабелла бы и не подумала соглашаться на предложение Алва. И теперь он говорит ей, что любил её?! Это шутка неудачная, да?!       Истерический смех медленно сменился рыданиями. Мирабелла низко опустила голову. Только её слёз здесь не хватало. Хорхе кинулся к ней и присел на колени, поравнявшись с ней ростом. — Мира? — Влюбился, да? — тихо спросила она. — Да, — признался Хорхе. — До сих пор люблю. Поэтому и приехал сюда. — Так что же не женился? — Мирабелла медленно подняла голову. — Всю жизнь тебя ждала. Думала, что после смерти Карлоса одумаешься, а ты… Я за Эгмонта выйти согласилась лишь потому, что ты меня даже письма не удостоил! И теперь ты мне говоришь, что всё это было зря!!! — Не хочу, — пристально глядя в разгневанные глаза женщины, сказал Хорхе. — Я испортил тебе репутацию, думал, такой муж тебе не нужен. — А меня ты спросить не мог?! — Мирабелла схватила его за воротник. — Может, именно такой муж мне и был нужен!       То, что произошло дальше, Мирабелла не могла назвать иначе, как пьяным помутнением, а впрочем, ей было плевать. Кого из них первым потянуло к другому, она не поняла, но после минутного молчания, они целовались с таким остервенением, будто пытались наверстать упущенные двадцать шесть лет. Страсть и нежность мешались в этом поцелуе. Мирабелла не помнила, чтобы кто-то целовал её так. Да и целовал ли кто-то?       Хорхе нервно развязывал собственный плащ на плечах герцогини, быстро расстёгивал пуговицы на воротнике платья, пытаясь добраться до столь желанной бледной шеи. Руки Мирабеллы судорожно блуждали по его спине. Колет уже был сброшен — пара пуговиц валялись на полу. Женщина комкала его рубашку, едва задевая ногтями его спину. Хорхе слышал её тяжёлое дыхание, прерывающееся тихими вздохами, чувствовал губами её бешенный пульс. Хотелось довести Миру до стонов, до криков. Хотелось, чтобы именно с ним ей было так хорошо, как не было ещё никогда в жизни.       Дьегаррон подхватил Мирабеллу и усадил на стол. Юбка неприлично задралась, но герцогине было всё равно. Глупо думать о приличии в такой момент. Её волновало совсем другое. Хорхе развязывал корсаж. Женщина крепко обняла его, притягивая ближе и потянулась за новым поцелуем. Губы саднило, дыхание перехватывало. Шнуровка ослабла. Мирабелла схватила руку Хорхе, медленно завела её под корсаж и тихо сказала, прервав поцелуй: — Если ты сбежишь и сейчас, я лично зарежу тебя. — Не сбегу, но ответь на один вопрос, — спросил Хорхе, спуская платье с плеч Мирабеллы. — Ты станешь маркизой Дьегаррон?       Мирабелла засмеялась: — А ты ещё не понял? Конечно, стану.

***

      Элиссон всегда завидовала сестре. Ещё бы, Маргарет превращалась в птицу, а Элиссон в какого-то соболя. Но сейчас она понимала, что в её форме было куда удобнее следить за людьми. За своим бесстыдством тана Мирабелла и её «будущий и единственный муж», как говорила матушка, совсем не заметили маленького лесного зверька. Элиссон шмыгнула в дверь кухни, огляделась и увидела сидящего на подоконнике филина. Везёт родителям — в ночных птиц превращаются, и внешность у них неприметная. Девушка перепрыгнула через голову, возвращаясь в человеческое тело, и заговорила: — Всё, как матушка и говорила. Теперь жениться, вроде, собираются. — До комнаты хоть дошли? — спросил филин. — Неа, — ответила Элисон, раскачиваясь на пятках. — Прямо на том самом столе разврату предались.       Филин закатил глаза. Элиссон сомневалась, что настоящие птицы так могут, но настоящей птицей отец не был. — Хорошо хоть других усыпили, — сказал он. — Я за священником, а ты следи, чтобы глупостей новых не натворили и… — Да-да, — вымученно сказала она. — Глупостей не творить, герцогинь Окделл с балкона не ронять. Но у меня же получилось всё! Я же их друг к другу подтолкнула. — И чуть не раскрыла наш секрет, — укоризненно сказал отец. — Будь осторожней в следующий раз. Могу задержаться. Маргарет догоню — напомню и ей об осторожности.       Отец вылетел на улицу, Элиссон закрыла окно и горестно вздохнула: — Ей Серхио напомнит и поможет, — насупилась девушка. — Им проще, они знают, как надорцев с кэналлийцами сводить