Часть 3

Киото. Квартал красных фонарей. 1659 год

      Инспектор Хироси вновь прибыл в тот же дом удовольствий. Снова убийство. Жертвой опять стал купец. И точно так же, как и прошлый: за несколько часов до рассвета, когда обслуживающая его куртизанка покинула комнату. И вновь свидетелем стала Сакура, которая, как и в прошлый раз, утверждала о девушке без глаз в белом кимоно.       Мужчина вошёл в комнату, стараясь не морщиться от приторного запаха благовоний, смешанного с запахом саке и пота. Тело купца лежало на татами, скрученное в неестественной позе, словно сломанная кукла. Кимоно жертвы было испачкано темной, почти черной кровью. Хироси присел на корточки, осматривая место преступления. Никаких следов борьбы, лишь маленькая рана на шее, едва заметная среди складок жира. Смерть наступила быстро, почти мгновенно.       Сакура стояла в углу комнаты, закутанная в одеяло, и дрожала всем телом. Её глаза были полны ужаса, а взгляд блуждал по стенам, словно она всё ещё видела то, что так сильно напугало её. Хироси знал, что та говорила правду. Сакура никогда не лгала, но её истории о девушке без глаз звучали слишком нереалистично, чтобы быть правдой. Тем не менее, две смерти, одинаковые обстоятельства, и единственная свидетельница, видевшая одно и то же.       Хозяйка заведения и на этот раз отмалчивалась, хотя нервничала ещё более заметно, чем в прошлый раз.       Инспектор Хироси поднялся и подошёл к Сакуре. Он говорил тихо и спокойно, стараясь не напугать её ещё больше. Мужчина знал, что именно она — ключ к разгадке. — Расскажи всё, что видела, — потребовал инспектор, — не упускай ни одной детали.       Сакура сглотнула и начала свой рассказ, запинаясь и всхлипывая. Она говорила о белом кимоно, о длинных тёмных волосах, закрывающих лицо, и о пустых глазницах, откуда сочилась тьма. Девушка описывала, как эта фигура скользила по комнате, бесшумно, словно призрак, и как от неё веяло холодом, пронизывающим до костей.       Инспектор Хироси слушал, не перебивая, стараясь зацепиться хоть за какую-то рациональную деталь. Но в рассказе Сакуры не было ничего, кроме мистики и ужаса. Тем не менее, он знал, что должен верить ей, по крайней мере, до тех пор, пока не появится другое объяснение.       После разговора с Сакурой, Хироси приказал своим людям тщательно осмотреть всю территорию. Каждый уголок дома удовольствий должен был быть проверен, каждый слуга — опрошен. Он не верил в призраков, но и не мог игнорировать очевидное. Что-то происходило, и это что-то было связано с девушкой без глаз.       Пока его люди занимались поисками, мужчина вновь обратился к хозяйке заведения. Он задавал вопросы о клиентах, о слугах, о любых странностях, которые могли произойти в последние дни. Женщина продолжала отмалчиваться, но в её глазах читался страх. Она что-то знала, в этом не было сомнений. — Я должен попросить вас об услуге, — сказал Хироси, — вы поможете мне поймать убийцу, чтобы она понесла наказание. Если эта девушка убивает купцов, сообщите мне, когда у вас будет соответствующий посетитель.       Хозяйка опустила взгляд, теребя край своего кимоно. Она колебалась, словно взвешивала все за и против. Хироси ждал терпеливо, зная, что сейчас решается исход всего дела.       Наконец, женщина подняла взгляд и тихо проговорила: — Я помогу вам, инспектор.       Хироси кивнул, чувствуя, как напряжение в комнате немного спадает. Он знал, что это только начало, но теперь у него есть шанс. Шанс остановить убийцу, кем бы она ни была.       В течение следующих нескольких дней мужчина и его люди вели скрытое наблюдение за домом удовольствий. Они следили за каждым клиентом, за каждым слугой, за каждым подозрительным движением. Сакура оставалась под защитой, но её страх не проходил. Она всё время твердила о холоде, о тьме, исходящей от девушки без глаз.       Наконец, их терпение было вознаграждено. Однажды вечером в дом удовольствий прибыл богатый пожилой купец из Эдо. Он был одет в дорогие шелка, а его пальцы были украшены массивными золотыми перстнями. Хозяйка немедленно сообщила Хироси, и он отдал приказ быть готовыми. Это мог быть тот самый случай.       Инспектор незаметно спрятался за ширмой в комнате, которую должны были отдать в распоряжение купцу на эту ночь.       Тот вошёл в комнату, с трудом волоча ноги из-за лишнего веса. Его встретила молодая куртизанка, улыбаясь, и усадила за низкий столик, уставленный закусками и саке.       Хироси наблюдал сквозь щель в ширме, стараясь не упустить ни одной детали. Всё шло как обычно. Купец пил саке, рассказывал куртизанке глупые истории, смеялся громким, неприятным смехом. Время тянулось медленно, как в кошмарном сне.       И вот, когда девушка покинула комнату и оставила купца, из ниоткуда подул ветер, затушив свечи и фонари. Комната погрузилась во мрак, лишь редкий свет луны, проникающий сквозь закрытое окно, позволял хоть что-то увидеть.       Хироси затаил дыхание, на ощупь нашаривая рукоять меча. Он почувствовал, как по спине пробежал холодок, словно кто-то невидимый наблюдал за ним из темноты. Внезапно, инспектор услышал тихий шорох, звук скользящей ткани. Фигура, сотканная из теней, появилась в комнате. Высокая, стройная, закутанная в белое кимоно, она двигалась бесшумно, словно призрак. Её длинные чёрные волосы полностью скрывали лицо. Но Хироси знал, что там, под волосами, нет глаз.       Купец, захмелевший от саке, не сразу понял, что происходит. Он что-то невнятно пробормотал, пытаясь найти свечу или фонарь. Но тут фигура приблизилась к нему, и он замер, словно парализованный.       В этот миг её лицо открылось его взору и мужчина испуганно прохрипел: — Т-томоэ?.. Ты не могла… Я же тебя собственными руками…       Фигура склонилась над купцом, и Хироси увидел, как тонкая, белая рука с длинными пальцами взметнулась в воздух, сжимая в себе что-то блестящее. Мгновение, и купец издал короткий, булькающий звук, обмякая на татами. Кровь хлынула из раны на его шее, заливая дорогое кимоно.       Инспектор выскочил из-за ширмы, обнажив меч. Фигура повернулась к нему, и он увидел, что её лицо вновь скрыто волосами. Но даже без глаз, мужчина чувствовал взгляд, пронизывающий, ледяной. Она не произнесла ни слова, лишь подняла руку и указала пальцем на пояс купца, к которому был привязан небольшой мешочек.       Хироси бросился на неё, замахнувшись мечом. Фигура уклонилась от удара с невероятной ловкостью, словно танцуя в темноте. Она двигалась слишком быстро, слишком плавно, словно и вправду была призраком. Меч рассёк лишь воздух. — Кто ты? — крикнул Хироси, пытаясь хоть как-то отвлечь её внимание. — Почему ты убиваешь?       Фигура не ответила. Она остановилась и вновь указала на пояс торговца.       Инспектор колебался лишь долю секунды. Он знал, что убийца попыталась сбежать, но что-то в её жесте заставило его остановиться.       Она не нападала, не пыталась бежать, только терпеливо чего-то ждала.       Хироси, краем глаза следя за фигурой, опустился на колени рядом с телом купца. Дрожащими руками он развязал шнурок, удерживающий мешочек на поясе. Внутри оказалась пара странных округлых предметов. Мужчина поднёс их к свету и ужаснулся.       Это были глаза. Два человеческих глаза, вырванных из глазниц. Застывшие, мутные, полные ужаса. Хироси почувствовал, как к горлу подступает тошнота. Он отбросил мешочек в сторону, не в силах больше смотреть на эту мерзость. Теперь мужчина начинал понимать. Девушка без глаз не просто убивала, она мстила.       Фигура в кимоно медленно кивнула, словно подтверждая его догадку. В тишине комнаты слышалось лишь тяжёлое дыхание инспектора и редкие капли крови, падающие на татами. Хироси поднялся на ноги, меч в его руке дрожал. Он больше не видел перед собой просто убийцу. Перед ним стояла жертва, обезумевшая от горя и жаждущая возмездия. Но это не оправдывало её действий. Закон есть закон. — Спа…си… бо… — прохрипела фигура и исчезла, растворилась в воздухе, словно её и не было.       Хироси стоял в оцепенении, не зная, что предпринять. Убийца исчезла, но оставила после себя больше вопросов, чем ответов. Он приказал своим людям осмотреть окрестности, но поиски были безрезультатны.