Глава 7.

Эдвард, как всегда, был безупречно одет, хотя и выглядел немного растрёпанным. Его обычно намеренно взлохмаченные волосы пребывали по-настоящему в беспорядке: в них застряли маленькие веточки, а на брюках ниже колен виднелись пятна грязи. Он стоял в центре двора и ждал. Его кожа искрилась там, куда падали солнечные лучи. — Что это с ним? — спросила Белла. — Это солнце. Вампиры скрывают от людей свою истинную природу. Облака защищают их, — объяснил Джейк. — И Каллены пропускают каждый солнечный школьный день. — Мы ходим в походы с нашим отцом, — рассмеялся Эдвард, и его смех прозвучал высоко и истерично. — Ты имеешь в виду — на охоту, — поправил Джейк. — Осторожнее, пёс. Не зли меня, — он сверкнул глазами на Джейка. — Почему ОН здесь? — потребовал он ответа у Беллы. — Он работает с моим отцом. Ты же знаешь, — она лгала так же плохо, как всегда, но Эдвард, казалось, не заметил. Бронзоволосый юноша обхватил рукой шею Джессики Стэнли. Она была явно мертва — её тело безвольно свисало с бледной руки, как мешок. Тонкая оболочка его человечности треснула и распалась. Помимо солнечных бликов на мраморной коже, ни один нормальный человек не смог бы так легко удерживать вес тела девушки одной рукой за горло. И он не просто держал её — он размахивал ею, как тряпичной куклой, а её непослушные кудрявые волосы развевались. Сейчас уже нельзя было ничем помочь Джессике, но Белла попыталась. — Пожалуйста, отпусти Джессику. Вампир выглядел смущённым. — Но я ещё не приготовил её для тебя. — Прости, что испортила сюрприз. Он бросил безжизненное тело на траву и отряхнул рукав. — Лорен была груба со мной, — предположила она, пытаясь понять, почему он это делает. — Я слышал те ужасные слова, которые она произнесла. Она тебя ненавидела и была так завистлива. Тебе стоило бы услышать её мысли о тебе. Ты знала? Что я умею читать мысли? — он передразнил её высокий голос: —… отвратительно. Можно подумать, она знаменитость или что-то вроде того… Даже Эдвард Каллен пялится. И Джессика выставляет напоказ свою новую лучшую подружку… — Она завидовала, — сказала Белла. — Девчонка источала ядовитые мысли. — Эдвард, — сказала Белла. — Ты не в себе. — Я чувствую себя прекрасно, спасибо, что спросила, дорогая Изабелла. — Где Элис и Джаспер? — попыталась выяснить Белла. Джейк отчаянно пытался придумать план, не думая об этом слишком явно. — Даже не пытайся, пёс! — предупредил вампир. — О чём он? — спросила Белла у Джейка. — Он может читать и мои мысли. — Ты мне этого не говорил. — Но не твои, — сказал Эдвард. — Ты не можешь читать мои мысли? — Нет. Ты для меня — закрытая книга. — Понятно, — теперь его раздражённые взгляды и сверкающие глаза обрели смысл. — Это делает меня особенной? — она попыталась заставить Эдварда объяснить, почему он это делает. — Ты уже была особенной. — Была? В чём? — Ты il mio cantante. — Это итальянский? — Да. Каждый вампир может встретить человека, чья кровь поёт только для него. Ты — моя певица. — Певица, — повторила она. — Они редки, и за восемьдесят лет жизни вампиром я ни разу не встретил свою. Пока ты не вошла в кабинет биологии и не села рядом со мной. — Должно быть, тебе было тяжело, — сказала она. — Это было подобно огню, пылающему в горле и бегущему по венам. — Это было больно? — спросила она. — Да, невыносимо больно. Я был почти сломлен желанием вкусить тебя. Джейк дёрнулся. Она вспомнила странную реакцию Эдварда в лаборатории на уроке биологии. —Ты сжал кулаки. — Я раздробил часть лабораторного стола в щепки и рассыпал их ещё до того, как ты села. Она моргнула. Они, должно быть, двигаются быстро: она ничего не заметила тогда, и она не думала, что он лжёт. — Но я хотел сделать гораздо больше, — произнёс он. — Я продумал всё в голове. Я был в середине класса и решил начать с правой стороны. Я прикинул, что могу сворачивать по четыре или пять шей за секунду, и, когда перейду на левую сторону, все будут мертвы в течение пяти секунд, — он улыбнулся ей. — Тебя я оставил бы напоследок, конечно. Я не хотел, чтобы твоя восхитительная кровь остыла, пока они умирали. Ей потребовалась секунда, чтобы осознать, что он описывал убийство всего класса, чтобы добраться до неё. — Но ты не сделал этого, — предположила Белла. Она выглядела особенно бледной. — Ты попытался перевестись из класса, чтобы уйти от меня, — она вспомнила, как столкнулась с ним в канцелярии. — Да. — Тогда у тебя было больше контроля. Что изменилось? — Элис нет рядом, — тихо сказал Джейк. — Заткнись, пёс! Джейк заткнулся. Белла справлялась лучше без него, и он почти надеялся, что вампир забудет о нём. — Я не знакома с Элис, — сказала она, возвращая внимание на себя. — Она очень хотела подружиться с тобой. Элис может видеть возможные варианты будущего, и в одном из них мы с тобой были вместе и влюблены, а она была твоей лучшей подругой. Белла вдруг очень обрадовалась, что Эдвард не может читать её мысли. Что за кошмар. Её тошнило, когда она подходила слишком близко к ним. Как бы это могло сработать? — Мы были прекрасны. Мы были вампирами, — он произнёс это с ноткой экстаза в голосе. — Ты можешь видеть видения в её голове, — догадалась она. — Да. — И она может увидеть, когда ты в шаге о того чтобы… сорваться? — Да. Она увидела, что Тайлер истечёт кровью на парковке. Прямо перед Джаспером! Представляешь? Он самый новый член нашей «вегетарианской» семьи, и его контроль немного шаткий. Я восхищаюсь его стратегическим умом. Он спланировал всё событие с военной точностью. Если бы Элис не предвидела этого… что ж… было бы плохо. Поэтому им пришлось уехать. Это объясняло, почему за столом Калленов был только один человек. Значит, семья очень старалась не убивать людей. Действия Эдварда были совершенно не в их стиле. — Ты… — какое слово здесь подходит? — «Выпил» Лорен? Его лицо исказилось от отвращения. — О, нет. Я не стал бы марать себя кровью такой, как она. И мои глаза покраснели бы. Я не смог бы скрыть это от своей семьи. Значит, ей не показалось, когда она заметила, что его глаза меняют цвет. — Ты исцарапал ей лицо. — Теперь она не так хороша. — А Джессика? Что она сделала? — Она повторяла всё, что говорила та ядовитая девчонка. — Она сказала, что я тебя не заинтересую. Его лицо просияло, словно он подумал, что Белла наконец поняла. Его глаза стали почти полностью чёрными. — Да! Как грубо. — Хотя очевидно… что интересую, — если подбрасывание мёртвых тел к её ногам можно классифицировать как интерес. — Именно. — Ты заставил Лорен извиниться, — то, как были сложены её руки: это было извинение, которое она просила у Беллы. — Ты так умна и проницательна. — Почему бы тебе не положить Джессику вон там? — Белла указала в сторону от временного святилища Лорен, к другому ближайшему дереву. Джейк посмотрел на неё так, будто она тоже совершенно сошла с ума. — Идеально. Напротив неё. Я обожаю симметрию, — Эдвард поднял тело за одну руку и оттащил его к дереву, чтобы начать «подготавливать» её для своей возлюбленной. — Ты идеальная пара для меня, — счастливо сказал Эдвард. Волк Джейка почти разрывал его изнутри. Если бы он отошёл от неё, у него было бы место для превращения, но он не мог отойти от Беллы, он хотел остаться приклеенным к её стороне. Он изо всех сил старался не превращаться. Перебирая варианты, мозг Джейка представлял и отвергал стратегии. Ни одна не сработала бы просто потому, что он был один, а вампир читал его мысли. Никакого элемента неожиданности. Стая была далеко: договор запрещал им находиться на землях Форкса в волчьем облике, и они не могли патрулировать так близко к домам, чтобы их не увидели. Они также не знали, что Эдвард настолько безумен, чтобы явиться к дому средь бела дня, обнажая свою сверкающую кожу перед всеми. Не то чтобы он атаковал дом, он просто убивал школьниц. И в этот момент Эдвард сказал, что Белла его пара. О, чёрт, нет. Волк Джейка взбесился. Его глаза метнулись к Белле. Она не двинулась с места. Она выглядела шокированной и бледной. Он услышал, как заколотилось её сердце. Боль от воздействия её крови, должно быть, толкнула вампира за грань. Любое подобие человечности исчезло. Теперь он был полностью безумен. — Я НЕ БЕЗУМЕН! — взвизгнул Эдвард с такой громкостью, что у Джейка заложило уши. — Чёрт, — глупое чтение мыслей. — Она моя ПЕВИЦА! Разве ты не понимаешь? Она создана для меня! Его певица? Создана для него? Скажи это девушке, которая набросилась на него прошлой ночью. Скажи это девушке, которая поцеловала его днём. Джейк жалел, что остановил её. Что вместо того, чтобы оттаскивать Беллу от своего полуобнажённого тела, он дал бы ей то, чего она так очевидно желала посреди ночи. Его. Не Эдварда. Не парня, от которого её тошнило. Зная, что Белла — ключ; зная, что она так важна для Эдварда, Джейк начал с настоящей правды о том, как она просила его поцеловать её. Она просила. Она хотела его. Он наполнил свой разум образом того страстного поцелуя. Его руки под рубашкой, касающиеся её голой кожи. А затем он позволил своему разуму унестись в каждую фантазию о том, что он мог бы сделать с Беллой. Он мог это сделать, потому что она хотела его. Множество образов её пронеслись в его сознании. Её обнажённое тело в каждой сексуальной позе, которую он мог вообразить. Его член, глубоко внутри неё. Её задница, поднятая в воздух. Её ноги на его плечах. Разъярённый вампир крутанулся, чтобы остановить Джейка, и взвизгнул от ярости: — НЕТ! Она моя! Джейк раздевал её в своём воображении, зная, что Эдвард видит это. Он представлял каждый интимный момент. Она — его драгоценная певица — под огромным телом, кричащая имя Джейка, пока он трахает её. Пока он портит её для других. И затем, в финальном акте осквернения, он вытаскивает член и кончает ей на лицо. Он окончательно испортил её. — Она не такая! — брызги яда-слюны полетели изо рта Эдварда. — Она никогда бы так не поступила! И Белла побежала. На мгновение отвлечённый движением, Эдвард отвёл глаза от Джейка. Джейк не думал. Он просто отпустил волка. К чёрту договор. К чёрту секретность. Огромный волк врезался в вампира, атакуя зубами и когтями. Руки-когти впивались в его шерсть в ответ. Они рвали друг друга со скоростью, слишком быстрой для глаз. Покатились по двору и с оглушительным грохотом врезались в дерево. Белла побежала к святилищу. Эдвард не мог читать её мысли. Джейк говорил что-то о сожжении её кресла-качалки, чтобы избавиться от вампирского запаха. Она молилась, что угадала правильно. Она схватила зажжённую свечу и швырнула её в катающиеся фигуры. Движение и воздух задули пламя. Она попробовала другую. Некоторые свечи были в стеклянных подсвечниках, другие — на алюминиевых подносах. Она обожгла руки, хватая их, но не переставала бросать. Скатывающиеся фигуры ударились о дерево и на мгновение замерли. Одна свеча в стеклянном стакане попала Эдварду в плечо. Яд капал, словно серебряная кровь, из раны на спине вампира, где волк вцепился зубами в его плечо и вырвал кусок мраморной плоти. След из капель воспламенился. Раздался громкий хлопок, когда вампир загорелся. Волк взвизгнул и откатился по земле прочь от него. Везде стоял запах горящей шерсти и другой, похожий на незнакомый аромат духов. — Джейк! — закричала она. Она бросилась к раненому животному. Горящий вампир замер при её крике. Он сделал несколько шагов к ней и простёр к ней руки, умоляя. Она поспешила встать между ним и волком. Она должна была заставить вампира уйти и оставить их в покое. —Я ненавижу тебя! — проревела она на Эдварда. — Меня тошнит от тебя. Ты убил людей. Я НИКОГДА не смогла бы полюбить тебя. — Белла? — взмолился он. — Я люблю тебя. Она тяжело дышала и теперь поняла, что запах ладана исходит от фигуры перед ней. Он не пытался бежать, все ещё пытаясь убедить её в своей любви. — Ты подглядывал, как я сплю, — сказала она. — Ты вламывался в мой дом. Ты читаешь мысли и не понимаешь, как это неправильно? — Но… — Ты убийца, и ты сделал меня ответственной за их смерти. Это не любовь. — Я… я… запятнал твою душу. Она посмотрела на него. Весь ужас того, что он сделал, начинал доходить до него. — Я скажу твоей семье, что тебе жаль. — Они уже знают. Видения Элис должны были показать им. Он больше не боролся с ними. Он не пытался причинить вред ей или Джейку, и она ценила это, но всё равно не собиралась извиняться или прощать его. Вместо этого она отдала ему всё, что могла: —Прощай, Эдвард. Он опустился на колени. Его голова поникла, и он не издал ни звука, пока пламя поглощало его, и фиолетовый дым поднимался в воздух. Она стояла и смотрела, как он горит. Спустя некоторое время Белла почувствовала руку на своём плече. Джейк, снова человек, стоял позади неё. Он обнял её за плечи, оттянув подальше от огня, прежде чем прижать к себе и она почувствовала, как он поцеловал её в макушку. Белла опустила руки, чтобы коснуться его бёдер, и почувствовав голую кожу, поняла, что он все еще обнажен. Его одежда клочьями была разбросана по всему двору. Высокий мускулистый индеец выбежал из леса и Белла предположила, что это ещё один член волчьей стаи. — Какого чёрта? — спросил он, бросая взгляд на фиолетовый дым и тело за ним. — Каллен. — О, чёрт! Он добрался до Джессики? — Да. Нам нужно прибраться здесь, прежде чем снова звонить копам штата. Не трогай её. Белла больно похлопнула Джейка по бедру. — О, Пол, это Белс. Пол уже начал собирать мелкие клочки одежды Джейка. — Привет. — Я принесу тебе мешок для мусора, — предложила она. Она повернулась к Джейку. — Ты серьёзно ранен? — Белс, твои руки, — сказал Джейк, хватая их. Он был покрыт царапинами и она заметила один крупный порез, который уже перестал кровоточить. Раздался предупреждающий вой. — Чёрт. Приближаются, — сказал Джейк. Пол поспешил встать рядом с Джейком, прикрывая Беллу с другой стороны. — Кто приближается? — спросила Белла, но ответ на вопрос последовал сразу, как размытая полоса движения превратилась в двух вампиров. Мужчина был молод — белокурый и красивее любой кинозвезды, которую она когда-либо видела. Он был бледным и как будто уставшим, с тёмными кругами под глазами. Это, должно быть, был отец Эдварда. — Карлайл, — сказал Джейк, подтверждая её подозрения. — Эсми, — он всё ещё был голым, но стоял гордо, не смущаясь. Невысокая, стройная женщина с ним имела те же бледные, прекрасные черты, что и остальные члены её семьи. С её лицом-сердечком и волнами мягких, карамельного цвета волос она напомнила Белле звезду эпохи немого кино. Она издала звук, похожий на сдавленное рыдание, когда увидела всё ещё тлеющие останки. — Эдвард, — подтвердил Джейк. Женщина обняла своего мужа. Оба выглядели убитыми горем. Карлайл посмотрел на аккуратно уложенное тело Джессики. — Он сделал это? Джейк нахмурился. — Элис не сказала вам? — Говорила… но… поздно. Кроме того, у неё были проблемы с чёткостью видения… чернота… — Она не поверила в это, — сказала Белла. Он слегка кивнул. —И я тоже не поверил. Мы иногда слишком полагаемся на её видения. Она видит так много разных возможностей. Они могли бы это предотвратить. Челюсть Беллы сжалась. Карлайл заметил это. —Эдвард был моим первым ребёнком. И у него бывали моменты… слабости. Он казнил убийц в один период, и недавно он воображал… — Убийство всего класса по биологии, чтобы добраться до меня, — сказала Белла, её голос был тихим и злым. — Он мне рассказал. — Но он не сделал этого, — взмолилась женщина. — Он ушёл из школы… он уехал. Белла ничего не сказала. Труп Джессики говорил за неё. — Нам придётся покинуть эту местность, — сказал Карлайл. — Да, — подтвердил Джейк. — Мы не можем сообщить властям, что он мёртв, так как нет способа адекватно это объяснить. Вы же не хотите судебного расследования в отношении вашей семьи. — Я приношу свои извинения за моего сына, Изабелла, — сказал Карлайл. — Если я могу что-то сделать, чтобы загладить вину… — он заметил ожоги на руках Беллы. — Могу я помочь с вашими руками? — Нет, — Джейк почти прорычал это. Белла прижала обожжённые руки к груди. Она тоже не хотела, чтобы он к ней прикасался и её не волновало, что он врач. — Мы надеялись, что ты станешь частью нашей семьи, — сказала Эсми. Белла закусила губу. У неё заурчало в животе. Она молча покачала головой и прижалась ближе к Джейку, прежде чем вспомнила обещание, которое дала. —Я сказала ему, что передам вам, что ему жаль. Он сказал что-то о том, что запятнал мою душу. — Я понимаю, — сказал Карлайл. — Это был вопрос, который его беспокоил. — Если мы уйдём, вину возложат на Эдварда, — сказала его мать. — Это сделал ОН, — сказал Джейк с ноткой неверия. — Договор нарушен. У вас есть двадцать четыре часа. — Этого должно быть достаточно. Это, пожалуй, больше, чем мы заслуживаем. Спасибо, Джейкоб, — Карлайл увёл свою жену. Она издала всхлип, прежде чем они исчезли в очередной размытой полосе движения. — Ну, похоже, они милые люди, — саркастично заметила Белла. — Я не мог позволить ему прикоснуться к тебе, — сказал Джейк. — Прости, что отвечал за тебя. — Нет. Ты был прав. И ты так быстро заживаешь. — А ты — нет. Есть идеи, как нам объяснить всё это? Она покачала головой. — У меня ни одной. — Пойдём, — сказал Джейк и помог ей вернуться в дом.