Часть 12 «Контрмеры к контрмерам»

      Пространство абсолютной тьмы, усыпанное сферами голубоватого света, словно полотно ночного неба, вновь исказилось, когда владычица этого подпространства изменила заклинанием очередные параметры ради нужного ей результата.       — Что же ты надеешься узнать, Твайлайт Спаркл? — спрашивала пустоту Луна, бормоча себе под нос.       Наконец сферы поменяли расположение в пространстве в последний раз, и вдалеке, среди прочих, начала виднеться нужная ей, светившая тусклым голубым светом, — это был сон Коузи Глоу.       Еще после того как жеребенок попал во всеобщее поле зрения, после инцидента с похищением магии, Луна по личной инициативе начала расследование причин через сны преступницы. Но почти сразу же она столкнулась с трудностями, в Эквестрии живут миллионы разных существ, и все их сны находятся во власти принцессы ночи, вне зависимости от статуса или происхождения. Даже во снах того же Дискорда ее власть была абсолютна, но его сон она посещала лишь раз и то по делу. В этом и заключалась главная проблема — количество снов, находившихся под охраной Луны, было колоссальным, и даже если ей удавалось расправиться со всеми кошмарами до рассвета, она предпочитала свободное патрулирование, ибо ориентироваться среди снов и искать определенные, не пораженные кошмарами, было невозможно без серьезных манипуляций, даже для кого-то вроде Луны.       Думаю, несложно представить, что среди этого всеобъемлющего разнообразия найти сон кобылки без фильтрования было невозможно. Поэтому большую часть своего расследования Луна потратила на то, чтобы сначала найти порядок фильтрации сновидений, который вывел бы ее ко сну Коузи. По итогу ей это удалось, и она даже посетила его, но в силу определенных обстоятельств, которые также включали в себя последующее за этим возвращение всей троицы злодеев и заточение их в камень, Луна не успела углубиться в свое исследование и продолжила его лишь после реконструкции столицы и вступления Твайлайт Спаркл на должность единственной принцессы. После она еще несколько раз посещала сон Коузи без видимых результатов, а вскоре и вовсе сама Спаркл написала Селестии со своей задумкой о перевоспитании Коузи Глоу.       Как нам известно из письма Луны, которое она послала вместе с ответным письмом Селестии, Коузи Глоу страдала от кошмаров; на самом деле это не совсем корректная формулировка. На самом деле Луна не была уверена, что это было. Всего она посещала сон четыре раза, и каждый раз она натыкалась на искаженную симуляцию, не поддававшуюся магическому влиянию Луны и представляющую опасность для всех, кто там был, даже для самой Луны, и по всем признакам это был кошмар, но, что самое странное, сон не помечался для нее кошмаром, и самой Коузи во сне она не могла найти, хотя сон явно принадлежал ей. Оттого даже ее высказывание о том, что кобылка мучилась от кошмаров, было по большей части предположением, но предположением, не находящим достойных опровержений от Луны.       Сейчас же Луна собиралась вновь попытаться вступить в сон Коузи, уже предположительно зная, что он из себя представляет. Ее толкала на это необходимость, Твайлайт осведомила их о довольно скверных новостях по поводу побега Коузи и ее связям с Сомброй, последнее особенно сильно сбило с толку и разозлило принцесс, но они верили, что выводы, к которым пришла Твайлайт, были верными.       Сделав глубокий вдох, Луна заставила сферу расшириться. Шагнув в нее, она провалилась в темное пространство, начав контролируемо падать вниз по странному коридору с липкими и дрожащими стенами. Падение вниз продлилось с десяток секунд и было замедлено крыльями, как только она увидела вдалеке тусклый свет и пол, приземлившись на который она тут же покачнулась от тряски. Над головой проход, из которого она пришла, закрыли гигантские челюсти, сомкнув плотные ряды зубов, прочно держащихся за мясистые оголенные десна.       — Каждый раз что-то новенькое.       Луна оказалась на этот раз в горизонтальном коридоре с отсыревшими и ободранными обоями, весь тусклый свет, что здесь был, доходил сюда из комнаты в конце коридора, в воздухе стояла красноватая дымка с запахом затхлости и старых книг.       Начав медленно продвигаться вперед, она зажгла свой рог светом, но темнота в коридоре умудрялась съедать большую его часть, не помогая ситуации. Прочие заклинания, непосредственно влияющие на окружение, были бесполезны — этот урок Луна усвоила, исходя из предыдущего опыта погружений во сны Коузи. Раньше она думала, что место настолько искажено страхами или какими-то психологическими проблемами Коузи, что требует определенного подхода к изменениям, но теперь она знала, что этому сопротивлялась магия Сомбры, заключенная в Коузи. Возможно, то место, где она находилась, даже не было ее сном, а было лишь ширмой, прикрывающей ее сон от вторженцев, чтобы те не смогли ее выследить.       Коридор тянулся на пару десятков метров вперед и вел в комнату, сильно отличающуюся по дизайну: кирпичные стены с облупленной штукатуркой и облезлыми обоями превратились в гладкий матовый кристалл зеленого и голубого цветов. Комната не представляла из себя ничего примечательного и была похожа на обыкновенную игровую в яслях или школе, только обитали в нем не жеребята, а стеклянные статуи, до жути идеально повторяющие настоящих малюток.       Шорохи по углам из неизвестных источников вечно заставляли Луну оборачиваться по сторонам. А электрический проблеск, мелькнувший в одной из статуй, привлек ее внимание, заставив осмотреть фигуру. Чуть только она начала изучать ее лицо и черты, в голове всплыли отдаленно знакомые образы, она не просто знала эту единорожку, они были хорошо знакомы.       — Хоуп? — мысль, промелькнувшая как разряд у нее в голове, спровоцировала перегрузку светового кристалла на стене перед ней.       Взрыв кристалла ослепил ее, а по коже повеял холод, искры превратились в снежинки, когда зрение вернулось к Луне, она осознала, что комната исчезла, а вокруг нее развернулась ледяная пустошь. В десятке метров от нее стояла другая знакомая фигура, вокруг которой копошились дымные фигуры.       — Коузи Глоу! — закричала она в надежде, что сильный ветер не унесет все ее слова разом.       Фигура Коузи обернулась, ее тело, лицо и даже белок глаз были потемневшими и сливались лишь в знакомые очертания, но никак не могли вырисовать четкую фигуру.       — Коузи Глоу! — продолжала пытаться докричаться до нее Луна, но все больше начала убеждаться в том, что это не Коузи.       Воздух вокруг задрожал, и вскоре вокруг нее вспыхнуло ядовито-зеленое пламя, окутавшее в том числе и Коузи. Пожирая жеребенка, пламя выбрасывало тонны зловонного густого дыма, из которого вскоре показались ярко-зеленые глаза с фиолетовой дымкой. Теней стало больше, и все больше их начало кружиться вокруг. Из тьмы шагнула фигура розового аликорна с зелеными глазами и указала теням на Луну.       Не став дожидаться атаки, Луна зажгла рог и покинула сон, когда тени уже приготовились ринуться на нее.

***

      Очнувшись ото сна, Луна нашла рядом с собой Селестию, которая потихоньку начинала дремать, но все еще караулила сестру.       — Тиа, я вернулась.       — Сестра, как ты?       — В порядке, но от такого экстренного выхода всегда потом голова кружится и болит не меньше часа.       — Ты нашла ее сон? Удалось узнать что-нибудь?       — Сон-то я нашла, но вот результат тот же, что и всегда. Хотя теперь, когда мы знаем о Сомбре, он даже не пытается прятаться.       — Хочешь сказать, что он проявляется в ее снах?       — Скорее, часть его магии в ней. Черт, для результата неудачного эксперимента Коузи вышла слишком уж складной. Помимо того, что ее сны защищены от слежки, еще и сам сон читает мысли, иначе почему он начал угрожать мне ее связью с Сомброй сразу после того, как мы о ней узнали.       — Значит, мы ничем не можем помочь.       — Ну, не совсем. Если подумать, то любая информация может помочь нам найти их с помощью этих защитных чар.       — Я не понимаю, сестра.       — Предположим, что сон автономен и подстраивается заклинанием под известную нам информацию, чтобы лучше воздействовать на ментальное состояние вторженца, тогда, если нам станет известна часть их плана, сон может показать нам недостающую часть информации или интерпретацию, которую знает Коузи и с которой мы сможем работать. По крайней мере, я надеюсь на что-то подобное.       — Хм, может сработать, но для начала эту кроху информации нужно сначала достать.       — Нужно вернуться в Эквестрию.       — Согласна, надо также поговорить со Старсвирлом, быть может, он поможет разделить истоки Коузи и помочь с Сомброй.

***

      Проснувшись всё в той же кухне старого замка, Сомбра не обнаружил в комнате Коузи, зато обнаружил записку от нее, написанную угольком на каменной плите пола.       Привет, Сомбра! Не пугайся, когда не обнаружишь меня рядом, я пошла за припасами в лес, вернусь в районе десяти или одиннадцати часов утра. Время примерное, так как я ориентируюсь по солнцу.

Коузи

      — Эта мелкая... Она знает, что у нас мало времени, и всё равно его тратит. Пусть только вернется с пустыми копытами.       Перестав причитать, Сомбра попытался пошевелить ногой, та уже почти не болела и двигалась почти свободно. Стерв надпись на полу, он встал и принялся собирать всё, что могло быть им необходимо в дороге.       В это время Коузи брела по лесу, собирая те же растения, которые собирала вчера, но в этот раз она двигалась не в случайном направлении, а в том, где предположительно должен был находиться дом некой Зекоры. Из общения с Эппл Блум она помнила, что это зебра, живущая в вечнозеленом лесу и занимающаяся алхимией, но больше информации у нее не было.       Ориентируясь на то место, где вчера ее чуть не поймали и где упоминали Зекору, Коузи предположила, что само место находится в прямой доступности к ее дому. Встав сегодня пораньше, она начала прочесывать местность, стараясь идти параллельно линии леса, не приближаясь к выходу из него. Поначалу поиски были безрезультатны, но спустя примерно час Коузи наткнулась на вытоптанную тропинку, пойдя по которой она вышла к странному дому, устроенному внутри полого дерева, по интерьеру и экстерьеру дома она догадалась, что это и был дом Зекоры.       Аккуратно заглянув в окно, Коузи увидела пустое помещение, представлявшее собой студию, совмещающую в себе спальню, рабочее место, кухню и гостиную. Решив рискнуть, Коузи обошла дом и вошла через незапертую дверь. Внутри стоял тяжелый аромат благовоний и ароматных масел, среди которых особенно сильно выделялся сандал; посреди дома стоял котел с бурлящей, вязкой, как глицерин, полупрозрачной жидкостью яркого мандаринового цвета.       Понимая, что хозяйка дома может вернуться в любой момент, она рванула к стойке с колбами и алхимическими пузырями, чтобы найти там что-нибудь полезное. Но ее опасения тут же сбылись, большая часть была подписана на наречии зебр, которое лишь издалека напоминало эквестрийский. "Отлично, просто, блин, прекрасно, почти всё здесь подписано на языке зебр. Не могу же я просто нахватать склянок наугад и уйти, Сомбра что-то заподозрит, и Зекора явно обнаружит пропажу, не говоря уже о том, как я всё это потащу с собой." — подумала Коузи, безуспешно вглядываясь в непонятные ей символы. — "Может, поискать повыше? Она же явно покупала какие-нибудь ингредиенты в Понивилле."       Подлетев повыше, Коузи принялась перебирать склянки, пока раздавшиеся снаружи голоса не заставили ее вздрогнуть и чуть не выронить стеклянный пузырек на землю. Это точно были голоса Твайлайт и, по всей видимости, Зекоры. Голоса беседовали между собой и несчадно приближались. В панике Коузи зажала склянку в зубах и взлетела под потолок.       Дымоход в доме располагался прямо под потолком и являлся продолжением единственной комнаты. Полость, уходя вверх, ближе к кроне, заканчивалась несколькими округлыми отверстиями по сторонам. За одно из таких отверстий зацепилась Коузи, перестав трепетать крылышками, но, услышав, что входная дверь открылась и в дом вошли, она побоялась вылезать, предполагая, что это создаст шум и выдаст ее.       — Спасибо за содействие, Зекора, — послышался голос Твайлайт. — К сожалению, принцессе Луне не удалось продвинуться в их поиске. Твое знание местности сильно помогло нам при картографировании и продумывании поисковой системы.       — Всегда к вашим услугам.       — Может, у тебя найдется ещё и какое-нибудь заклинание или чары, чтобы выйти на их след.       — Боюсь, всё не так просто, отследить живое и движущееся существо куда сложнее, чем неодушевленный предмет.       — Понимаю, надеюсь, мне со Старлайт удастся обойти эти заклинания.       — Видимо, поиски не продвигаются, раз вы уже пытаетесь изобретать новые методы.       — Пока рано судить, прошло немногим больше суток с их побега, но я не возлагаю надежд на поисковые отряды. Вечнозеленый лес слишком опасное и дремучее место, чтобы искать здесь двоих беглецов, они наверняка уже за много километров отсюда. — Твайлайт устало вздохнула. — Надеюсь, заставы и патрули возле Кантерлота обнаружат их.       — Почему именно там?       — Я более чем уверена, что Сомбра обманом поведет ее туда. При этом попытается привезти ее туда как можно быстрее. "Обманом? Что это значит?" — задумалась Коузи.       — Это ведь лишь догадки.       — Тут есть о чем беспокоиться, поверь. И больше всех, на удивление, беспокоится Рейнбоу Дэш. Видимо, она успела проникнуться Коузи за время моего отсутствия, и ее серьезно разозлило то, как Сомбра относится к ней.       — К Рейнбоу Дэш?       — Нет, к Коузи. Всё же они... Прости, сейчас я не могу тебе это сказать, ситуация не позволяет. "Черт! Чтоб тебя, Спаркл, я теперь нормально спать не смогу." — от досады Коузи готова была зарычать, но сдерживалась.       — Когда ситуация уляжется, я всё тебе расскажу. Надеюсь, ты понимаешь.       — Конечно, я всё понимаю. "А я ничего не понимаю! Фух... Ужас, здесь так жарко."       Пар от прогретого котла обдавал Коузи тёплым воздухом, заставляя неплохо взмокнуть. Несколько капель пота скатались у неё на лбу и начали под собственным весом катиться между нахмуренных бровей, минуя мордочку по складке с края губ прямиком на подбородок, откуда каплей упали вниз, капнув в котёл.       Твайлайт обернулась и осмотрела комнату.       — Что-то не так, Твайлайт?       — А? Нет, ничего, просто отвлеклась на булькающий котел. Значит, завтра в девять, мы рассчитываем на тебя.       — Да, всё в силе.       Получив утвердительный ответ, Твайлайт благодарно кивнула и вышла, закрыв за собой дверь, а Зекора принялась за недоделанное зелье. Напевая про себя мелодию, Зекора прибрала пару стеклянных баночек и, поставив их на стол, принялась работать ступкой и пестиком.       Неуверенная, как ей лучше поступить, Коузи подождала для уверенности несколько минут и попыталась аккуратно вылезти через отверстие дымохода наружу. С трудом протиснув свои щечки, ей всё же удалось втиснуть всю голову целиком, а затем пришло осознание, что голова, по сути, являлась самой габаритной частью ее тела, так что следом за головой, не без проблем, снаружи оказалось всё тело.       В какой-то степени это можно было назвать успехом, и чтобы закрепить этот успех, она решила проверить, что ей удалось утянуть с собой. К превеликому счастью, в этот раз этикетка была на родном для нее языке, и на ней было написано «мерцающая соль». Внутри оказалось отдаленно знакомое порошкообразное вещество белого цвета с ярко-зеленым, но довольно тусклым отливом, пахнущее ванилином. "Вау, это же... Это абсолютно бесполезно." — от злости у Коузи задергался глаз.       Мерцающая соль — это бытовое название реагента, который был крайне распространен и дешев в Эквестрии. Его использовали в фейерверках и им часто пользуются фокусники и иллюзионисты в своих представлениях, например, великая и могучая Трикси пользуется смесями из этой соли для своих эффектных появлений, а Зекора пользуется ей во время Ночи кошмаров, чтобы создавать мерцающие иллюзии монстров и Найтмер Мун. В общем, если подводить итоги, Коузи украла нечто на уровне пищевой соды.       Уже замахнувшись, чтобы выбросить стеклянную банку, Коузи всё же остановила себя и подумала еще раз. "Может, всё же стоит оставить? Не то чтобы она тяжелая, да и уходить с пустыми копытами обидно. Я найду ей какое-нибудь применение, пусть даже незначительное."       Решительно убрав пузырек соли в сумку, Коузи спустилась с кроны на землю и быстрым шагом направилась в сторону замка.

***

      — Сомбра, я...       — Я же говорил тебе никуда не ходить сегодня, мы должны были выйти час назад.       — Не кипятись, я вижу, ты потратил время с пользой и подстригся, твои патлы, конечно, придают тебе шарм джентелькольта, но ухаживать за ними в пути было бы нелегко. Знаешь, тебе идет средняя длина. Ах да, судя по смраду, ты сжег волосы прямо здесь. Фу... — мордочка Коузи скривилась, и перед ней замаячило копыто в попытке разогнать запах по воздуху или вовсе отогнать его.       — Лишняя конспирация никогда не вредит, тебя это тоже касается, кстати.       — О нет, стричь гриву я точно не буду.       — Тогда придумай что-то, иначе я остригу тебя насильно.       — Ты думаешь, что стрижка решит всю проблему с маскировкой?       — В моем случае решит, как видишь, без магии теней мои зрачки перестали быть вертикальными, радужка приняла натуральный зеленый оттенок, рог потерял свой изгиб, а клыки больше не внушают страх всем и каждому.       — Да-да, всю работу сделали за тебя. Думаю, что пока я буду думать над маскировкой, ты бы мог подумать над своим голым крупом. Знаешь, пони твоего возраста должны иметь кьютимарки... Пустобокий. И не думай прикрыться королевской мантией, обычные пони такое не носят.       Глаз Сомбры задергался, но он ничего не сказал. Слова Коузи были бестактными, но они напомнили ему о проблеме, над которой он серьезно задумался. Осмотревшись, он не приметил ничего лучше старых холщовых мешков, на которые указывал Коузи еще при первой ночевке. Разорвав один такой и использовав веревку в качестве шнура, крепившего плащ к шее, Сомбра создал подобие крестьянской накидки.       Когда он закончил возиться с накидкой, то обратил внимание на Коузи. Та уже успела измазаться углем и сажей с ног до головы, став темно-серой, уголь скрыл веснушки и кьютимарку, в ее случае это было позволительно, так как жеребята ее возраста без метки попадались, хоть и были редкостью. Единственное, что не тронула Коузи, — это прическа.       — А твои кудри?       — Ты знаешь, сколько времени занимает их укладка?       — Могу представить, а вот чего я не могу представить, это другого такого же жеребенка с этой прической.       В этот раз принять досадный факт пришлось Коузи. Развязав ленту в волосах, она распустила гриву, позволив ей лечь на плечи.       — Ну что, идем?       — Да, над именами и легендой подумаем в дороге, мы и так потеряли время.