Часть 3. Последствия для преподавателей

***

- Мне не следовало ничего говорить. Как только Директор ушёл, в учительской поднялся хаос: Робин вбежал с вопросами, а за ним последовала Мононоки. Кальего продолжал отталкивать Робина, а Марбас изо всех сил старался отвечать. Но после заявления Балама все замолчали. «Я не чувствовал крыльев, поэтому запаниковал и привёл его сюда. Я просто... — Балам уронил голову на руки. — Мне не следовало ничего говорить». Кальего подошел и сел рядом с ним, молча похлопав его по руке. «Возможно, мы все не лучшим образом справились с этим», — наконец ответил Марбас. «Но на самом деле хорошо, что ты привёл его. Теперь, когда мы знаем, мы можем скорректировать его занятия по мере необходимости. В конце концов, уроки полётов не будут полезны для демона без крыльев». Кальего кивал в такт словам Марбаса, пока тот не упомянул уроки полётов. Внезапно Кальего замер, его рука повисла в воздухе, так и не дотронувшись до руки Балама. "Летная гонка". Балам поднял голову и в замешательстве повернулся к Кальего. «А?» «Учащиеся соревнуются в полётах, чтобы повысить свой ранг». Это никак не помогло Баламу разобраться в ситуации. — Какое это имеет отношение к... — ужас отразился на лице Балама, а глаза других учителей расширились. — Он участвовал без крыльев?! — закричал Балам и в панике схватил Кальего. Кальего отстранился и посмотрел на свои руки, лежащие на коленях. «Я решил, что он просто колеблется, и столкнул его с обрыва в самом начале. Он мог легко разбиться насмерть. Если бы он каким-то образом не приручил стража долины Отчаяния, то, скорее всего, вообще не смог бы закончить гонку». Шок Балама только усилился. «Как он вообще добрался до стража без крыльев?!» «Я не знаю. Это ещё одна вещь, о которой мне придётся его расспросить». В учительской воцарилась тишина. Никто не знал, что сказать или сделать в этот момент. На любые их вопросы мог ответить только сам Ирума. Выражение лица Кальего изменилось, казалось, он о чём-то глубоко задумался. После нескольких минут молчания Кальего встал с решительным выражением лица. Балам быстро последовал за ним, и они вышли из учительской, игнорируя вопросы и крики коллег. — Что ты делаешь? — с любопытством спросил Балам. — Мне, очевидно, нужно скорректировать его занятия. Кроме того, когда он вернётся завтра, мне нужно будет узнать, как он справился с полётом. — На лице Кальего появилось свирепое выражение. — Но прямо сейчас мне нужно выяснить, что я могу сделать с его родителями. Если этот дурак-директор не может помочь... Вокруг Кальего разлетелись искры, когда над ним проявился Цербер. "Я найду их сам".