Часть 3. Глава 31. Недостающая деталь.

Три месяца спустя 

Асфальт под ногами был еще влажным после ночи. Каждое утро в Ассосе начиналось с запахом хвои, камня и моря. Мерт Рамазан бежал вдоль узкой тропы, уходящей вниз к воде. Воздух был прозрачным и свободным, тем самым, к которому он привык дышать последние несколько месяцев. В голове было непривычно пусто, и рождалась ясность. Все осталось позади. Бег всегда был для него способом держать тело и голову в порядке, способом выпустить напряжение и заполнить мысли новыми идеями.  Больше никаких преград.  Больше ничего не разделяло и не отдаляло.  Пот медленно стекал по вискам, и выдохнув, Демир остановился у обрыва, опуская глаза вниз. Море было спокойным, будто знало заранее, что сегодня его никто не потревожит. Внезапно смартфон завибрировал в кармане спортивных брюк. Он посмотрел на линию горизонта, где солнце медленно поднималось над морем.  — Слушаю. — Доброе утро! — голос партнера был мягким. — Надеюсь, я не отвлекаю тебя.  — Нет, я на пробежке, — ответил Демир, медленно шагая вперед.  — Тогда скажу коротко, — продолжила Ясемин. — Мне нужна Афра. Нужно обновить контракт, ты и сам знаешь, что мы должны успеть в сроки, но она не отвечает на звонки!  — Скорее села зарядка.  — Хотела узнать, когда вы возвращаетесь.  — Планировали послезавтра, — выдохнул Рамазан, — но если это так важно, ты можешь отправить все на электронную почту.  — Отправлю, — ответила Ясемин. — Просто передай ей, что я жду, но будет лучше, если она перезвонит. Это важно, и не касается только нашей темы. — Передам.  Демир завершил звонок и побежал в обратную сторону. В груди было странное и тихое ощущение правильности. То, к чему он шел слишком долго и наконец приобрел.  Ассос начинался с тишины.  Живое и наполняющее дыхание земли, шорох свежей травы, крик чаек внизу у воды. Неподалеку каменные дома стояли друг за другом, будто выросшие из скал. Солнце медленно разливалось мягким светом по холмам.  Они поселились в небольшом домике. Из высоких окон открывался вид на спокойное море. Ночью было слышно, как ветер касался ставней, а днем — как стрекотали цикады, не умолкавшие ни на минуту. Ассос начинался с Афры.  Мерт Рамазан вернулся тихо, закрывая за собой невысокие ворота. В воздухе стоял запах моря и свежести. Он прошел по коридору босиком и открыл дверь спальни.  Простыня была слегка смята, а волосы рассыпаны по подушке. Рамазан задержал дыхание, боясь нарушить сон девушки. Он подошел ближе и сел на край кровати, осторожно, убирая прядь волос с лица Афры двумя пальцами. Его касание было невесомым, и с тем же обожанием он продолжал смотреть на центр своей Вселенной. Его пальцы касались ее теплой щеки, проводя линию до шеи. Он помнил, как закончилась прошлая ночь, что заставило Демира улыбнуться.  Ресницы Афры медленно дрогнули, и она медленно открыла глаза. Несколько секунд девушка смотрела на Рамазана, словно проверяя, сон это или реальность. Потому, что все происходящее казалось ей слишком красочным. И Афре этого было недостаточно, о чем она не могла открыто рассказать Демиру.  Ей мало его — всего.  Уголки губ заметно приподнялись, вспоминая, какие засосы он оставил на ее плече. Афра тянулась к нему взглядом, такая сонная и уязвимая. Он провел большим пальцем по ее верхней, чуть опухшей губе, и впился поцелуем. Мысли о прошлой ночи витали в спальне, казалось, что даже стены впитали стоны Афры. Когда Мерт Рамазан немного отстранился, то усмехнулся, чувствуя, как воспоминание отзывалось в нем теплым напряжением. Афра непроизвольно приоткрыла рот, выдыхая его имя в тишине:  — Рамо..  Он целовал ее не торопясь, собирая ее по частям. Теплую щеку, лоб, задержавшись дольше, затем невесомо висок. Его губы скользили по ее лицу, касаясь уголков манящих губ, линии скул, носа — всего, что было ее.  Афра не двигалась, только медленно вдыхала его запах. Это была смесь прохладного утреннего воздуха, соли, усталости после пробежки и чего-то очень родного, что невозможно было назвать словами. Она прикрыла глаза, позволяя себе раствориться в нем.  — Доброе утро.. — хрипло произнес Рамазан. — Как ты себя чувствуешь?  — Не смущай меня, — прошептала она, чувствуя внутренний жар.  Нехотя он поднялся с кровати, и когда почти отстранился, Афра поймала его за руку, и нежно поцеловала ладонь. От этого действия у Рамазана все сжалось внутри сильнее. Он резко выдохнул, собирая волю. — Я.. в душ.  Афра кивнула, перевернулась на бок и, провожая его до душевой комнаты, закрыла глаза, но уголки губ все еще были приподняты. Ассос начинался с любовью.

***

Стамбул продолжал жить своей привычной жизнью. Такой же шумной, наполненной сигналами машин и голосами людей. Это утро было почти таким же, как и предыдущие, но Неслишах не находила себе места. Множество проверок и обследований за последние месяцы напрягали ее, лишая возможности сосредоточиться на работе.  Неслишах стояла в ванной комнате и смотрела на пластиковый тест, лежавший на краю раковины. Маленький кусочек определял многое в ее жизни. Время остановилось в ожидании результата.  Сердце билось слишком громко. Она сжала край, чувствуя, как пальцы холодеют. Несли вдыхала глубоко, пытаясь успокоиться, но внутри все дрожало от напряжения и волнения.  — Несли? — голос Джанера был мягким. — Все в порядке? — Да.. — она запнулась. — Подожди еще чуть-чуть. Джанер не торопил ее. Он прислонился к стене, в ожидании увидеть супругу с улыбкой на лице. Мужчина принял бы любой результат, но знал цену и силу, сколько Несли вкладывала в лечение, на попытки зачать ребенка.  — Что бы там ни было, я рядом с тобой, слышишь? Несли закрыла глаза на секунду, собираясь с силами, а потом медленно перевела взгляд на тест. Две четкие полоски. В груди что-то сжалось, а потом резко разлилось теплом. Глаза наполнились слезами от счастья, такого хрупкого и настоящего. — Джанер.. — выдохнула она дрожащим голосом. — Джанер!  Мужчина сразу открыл дверь. Его взгляд метался от лица супруги к ее рукам, и в тот момент, когда она молча протянула ему тест, Джанер все понял. — Это..?  Слезы покатились по щекам, и она рассмеялась сквозь них. — Две.. — прошептала она. — Там две полоски, любимый.. мы.. станем родителями!  Джанер на секунду застыл, боясь пошевелиться и разрушить значимый момент. Глаза наполнились светом, губы дрогнули, и он резко шагнул к Неслишах, обнимая ее крепко.  — Дорогая моя..  — Я так боялась.. — прошептала Несли, уткнувшись ему в грудь. — Знаю, любимая, — ответил Джанер шепотом. — Я рядом с тобой..  Неслишах улыбнулась сквозь слезы, чувствуя, как сердце переполнялось радостью и страхом одновременно — самым настоящим, живым чувством. Это было счастье.

***

Глубокий вечер плавно превращался в ночь. Тысячи мерцающих звезд рассыпались в небе. Воздух был наполнен соленым ароматом моря, дул прохладный ветер. Где-то вдали играла старая турецкая мелодия.  Афра лежала на спине, ее мокрые волосы разметались по пледу, образуя темный узор. Она не шевелилась, лишь медленно повернула голову, чтобы вновь посмотреть на Мерта Рамазана. Ее зеленые глаза, широко раскрытые и блестящие, впитывали каждую черту его лица. Во взгляде Афры читались нежность, восхищение и трепетное удивление, будто она видела Рамазана впервые. Мужчина расположился полубоком, опирая голову на согнутую в локте руку. Он смотрел куда-то вдаль, но время от времени опускал карие глаза, встречаясь с глазами Афры. Нечто теплое вспыхивало внутри, не в силах сдержать себя. Другой рукой он нетерпеливо гладил волосы девушки. Его пальцы скользили по влажным прядям, позволяя им мягко струиться между пальцами.  — Последняя ночь, — сказала Афра шепотом, в голосе звучала нотка грусти. — Так быстро пролетели эти дни..  Мужчина улыбнулся, не отводя от нее взгляда.  — Не очень хотелось.  Ее улыбка стала шире, но глаза все равно оставались немного печальными. — Рано или поздно, мы все равно возвращаемся..  Звезды над ними мерцали все ярче, будто тоже завороженно наблюдали за тихой, почти безмолвной сценой чувств. Ветер касался их кожи, принося с собой свежесть ночи и отдаленный запах морской соли.  — Ты права, — произнес он, подбирая подходящие слова. — Но.. я не хочу расставаться с тобой даже на несколько часов. Мы.. многое пережили, Афра..  — Я не хочу в Стамбул, — перебила она, не отрывая взгляда от Рамазана. — Будто все будет как прежде, понимаю, что все прошло и.. — Переезжай ко мне.  Афра замерла. Она знала, что рано или поздно это случится, но не имела представления, когда. Они проводили время вместе, но это не создавало чувство полноценности для Афры. Девушка не могла сказать об этом, зная Демира достаточно хорошо.  — Тебе не нравится, когда кто-то живет с тобой, — подвела Афра, смотря ему в глаза. — Ты сам говорил об этом. Совместная жизнь не для тебя.  Мерт Рамазан немного отстранился, но не убрал руку. Его голос стал еще мягче.  — Честно признаться, никогда ни с кем не жил после того, как уехал из отцовского дома. Ни в Стамбуле, ни в Риме.. нигде. Ты знаешь, что были другие женщины.. — Мерт..  — Я не лгу тебе, — мягко перебил он. — Я всегда был откровенен с тобой. Все эти встречи.. сплошная иллюзия, блеф. Они не волновали меня ровным счетом. Все изменилось после встречи с тобой. Ты.. ни на минуту не выходила из моей головы после той встречи.. — Точнее ночи, — чуть исправила Афра.  — Нет, — покачал головой Демир. — Когда я увидел тебя за стойкой, то понял, что хочу знать о тебе больше.. чем нужно, Афра. — Я боюсь потерять тебя, — призналась девушка. — Боюсь, что ты снова уйдешь. — Нет.. потому что теперь ты не просто часть моей жизни, Афра. Ты причина, по которой я хочу жить.  Дыхание Афры стало ровнее, и она чувствовала, как внутри что-то оттаивало. Та стена, которую она построила за отсутствие Демира окончательно разрушилась.  — Я хочу, чтобы ты жила со мной, — повторил он. — Возвращаться с работы и видеть тебя, когда я открою дверь квартиры. Разве это не будет прекрасно?  Афра смотрела на него долго, а потом медленно кивнула. — Хорошо.. — сказала она, и ее голос дрогнул от эмоции, — я попробую.  Тишина лишь изредка нарушалась легким шелестом листвы и отдаленным шумом прибоя, словно природа затаила дыхание, прислушиваясь к их разговору. Афра приподнялась на локте. Ее мокрые волосы мягко касались плеча, а в глазах отражались мерцающие точки далеких светил. — Как же сегодня красиво светят звезды..  Афра повернулась к нему, и в ее глазах заиграли отблески звездного света. — Знаешь, когда я смотрю на звезды, мне кажется, что где‑то там, среди этих огней, спрятаны ответы на все будущие вопросы.  Мужчина кивнул, его взгляд снова устремился в звездное небо. — И каждое мерцание это чья‑то история. Мы просто не можем услышать их, но они есть. Рамазан повернул голову к Афре, и в его глазах отразилось нечто недосказанное. Он мягко улыбнулся, его голос был тихим и проникновенным, сливаясь с ночным шепотом ветра: — Моя любовь к тебе.. настолько велика, сколько звезд на небе. Демир нежно коснулся ее щеки. Афра почувствовала, как бешено стучалось сердце. Она потянулась к его руке, сжала его пальцы, чувствуя больше, чем можно было произнести вслух.  — Оказывается.. я.. никогда в жизни никого не любила так, как тебя.. Афра замерла на мгновение, удивляясь тому, что озвучила. Слова вырвались совсем неожиданно, будто изнутри поднялась волна, которую уже невозможно было удержать.  Любовь ни на что не похожая, порой даже пугающая. Словно я неожиданно обнаружила свое сердце среди тьмы. Оно нашло самое правильное место для себя, и стучит ради кого-то, а не вопреки.  Девушка не посмела посмотреть на Рамазана, взгляд был устремлен куда-то в небо, пытаясь найти там подтверждение своим словам. Внутри все перевернулось: осознание, что это — настоящая правда, пронзило Афру до глубины души. — Это..  Она наконец повернула голову к Демиру, и в ее глазах стояли слезы от переполняющей нежности, от внезапного откровения, которое только сейчас раскрылось перед ней во всей полноте. Внутри все сжалось от непривычного разговора.  — ..как упасть в бездну, — прошептала она, — но мне больше не страшно. Потому, что ты рядом..  Афра глубоко вздохнула, пытаясь унять бурю внутри, и наконец посмотрела ему прямо в глаза — открыто и беззащитно, с той искренностью, которую больше не нужно было скрывать. — Если тебе не страшно.. то давай попробуем еще раз, — наклонившись к ней, прошептал Рамазан.  За все время нахождения в Ассосе она ни разу не заходила в море. Мужчина понимал причину, но еще сильнее осознавал, насколько ей было страшно. Когда Демир замечал испуганный взгляд и его сжатые губы, которые не были в силах рассказать о пережитом, то чувствовал, как внутри него все сжималось. Он не мог представить, как Афра пережила все в одиночестве, наедине с тем человеком, который практически сломал ее в ту самую ночь.  Теперь, когда она стояла на линии, где вода касалась ее ног, Афра обняла себя руками, пытаясь защитить от самого воздуха. Мерт Рамазан смотрел на нее, пытаясь успокоить взглядом.  — Не бойся, я рядом.  Афра не двигалась. Она смотрела вперед, но глаза не видели море. Они были пустыми, застывшими, и события вновь накатывали на нее новой, холодной волной, словно напоминая, что никогда и ничто не будет забыто.  — Я.. не хочу, — прошептала она дрожащим голосом.  Рамазан приблизился к ней и взял за руку.  — Я не буду заставлять, — сказал он. — Но только попробуй. — Рамо.. Мужчина понимал, что для нее это была травма, которая поселилась в теле и не отпускала.  — Ты.. ты не понимаешь.. Я.. я не могла дышать, — запиналась Афра. — Я думала, что.. умру.. что ты не придешь.. — Но я пришел, — ответил Рамазан тихо. — И не оставлю тебя.  Афра пыталась что-то ответить, но слова застряли в горле. Ее пальцы были холодными. Рамазан почувствовал это, но не отступил. — Смотри на меня.  Афра подняла глаза, и увидела его теплые и спокойные глаза. — Все в порядке.  Они сделали шаг вперед. Вода медленно поднималась до колен. Афра зажмурилась, но не отпустила руку мужчины. Вода была прохладной, но спокойной, однако для Афры она все еще оставалась чужой стихией.  Каждый вдох — маленькая победа над прошлым.  Каждый выдох — она прощается с той Афрой, которая была.  Афра закрыла глаза и повернула голову к нему. Дрожащие руки поднялись и коснулись плеч мужчины, сначала нежно, а затем крепче, в желании убедиться, что Рамазан не исчезнет и все происходящее не сон. Уверенным движением Демир держал ее за талию и прижал к своему горячему телу. Он не отпускал ни на секунду, даже когда она дрожала, сжимала его руки до боли, в желании выплеснуть все накопившееся за время.  — Не отпускай меня, — ее голос звучал как мольба. — Пожалуйста.. не отпускай. — Никогда.  Она помнила это после каждого кошмара.  Мерт Рамазан приблизился ближе, и она почувствовала его дыхание на своей коже. Он провел медленно ладонью по ее спине, пытаясь утихомирить. Афра подняла голову, открыла глаза и увидела его воодушевляющий, но тот самый взгляд, который говорил больше слов.  Демир наклонился, и их губы жадно встретились. Словно в первый раз. 

***

Утро было спокойным.  Мерт Рамазан аккуратно забрал маленький чемодан, который Афра взяла на поездку, и закинул свою сумку в багажник машины. Афра оглянулась в последний раз туда, где они лежали ночью и смотрели на звезды, где осмелилась перебороть свой страх. Афра села в машину. В ее глазах читалась задумчивость, будто она находилась между двумя мирами, созданными ею — тем, что осталось позади, и тем, что ее ждало впереди. Без сомнений, она хотела двигаться вперед и получала эту силу от Демира. Она знала, что приняла три месяца назад правильное решение и дала ему второй шанс. Несмотря на то, что их связывало болезненное прошлое, Афра знала, что он добьется ее прощения.  Мерт Рамазан каждый вечер приходил к ней домой в течение двух месяцев, чтобы увидеть, что она цела, здорова и невредима. И она не была против его присутствия, но между ними все еще присутствовала невидимая стена, через которую он не мог пробиться, несмотря на всю свою любовь и сожаление. Афра помнила его дрожащий голос в больнице после спасения, его мольбу остаться в живых. Помнила касание руки, когда она еще не могла открыть глаза, но чувствовала его присутствие.  Возможность открыть новую страницу.  Дорога из Ассоса в Стамбул тянулась по живописным склонам, мимо оливковых рощ, старинных деревень и Эгейского моря. Рамазан вел машину спокойно и замечал, как девушка была погружена в свои мысли. Не сдержавшись, он нарушил тишину:  — О чем ты думаешь?  — О тебе, — честно ответила Афра. — О том, что ты сказал мне ночью.. о переезде. Мерт Рамазан мягко улыбнулся. — Это не шутка. Я серьезно. — Я знаю.. и это пугает. Как ожидание неизвестности.. но по-хорошему. Стамбул встретил их вечерней прохладой. Тот же шум города, бесконечный поток машин и аромат жареных каштанов. Машина плавно остановилась у подъезда дома Афры.  — Спасибо за прекрасные дни, — прошептала Афра.  — За что угодно, — ответил Демир, касаясь ее щеки. — Если бы не работа, я не вернулся так быстро.  Улыбка не сходила с лица, и Афра отстегнула ремень, но не сразу открыла дверь. — Я бы пригласила тебя домой.. — с усмешкой добавила она, — но, боюсь, допрос с пристрастием от госпожи Лютфие тебе обеспечен.  Демир тихо рассмеялся, бросив на нее взгляд. — Жаль. Я был готов. Они резко замолчали и затаили дыхание в ожидании чего-то неизвестного. Затем Рамазан слегка наклонился, чувствуя, как Афра сама тянется к нему, и почти невесомо коснулся ее губ. Девушка вздрогнула на месте, чувствуя холод от отсутствия его рук, губ, его горячего дыхания. Он задержался еще несколько секунд, вдыхая запах ее кожи и парфюма со спокойной древесно-мускусной ноткой.  — Тогда до завтра, — хрипло прошептал Рамазан. — Это последняя ночь, когда я отпускаю тебя домой.  Его дыхание все еще висело в воздухе. Оно касалось ее щеки, шеи, впитывалось в кожу, не давая возможности отстраниться. Оно оставалось внутри, рядом, повсюду. Афра прикрыла глаза, чувствуя себя максимально уязвимой рядом с ним, и ей это нравилось.  Она чувствовала его. Все вокруг вдруг стало слишком тихим, слишком пустым и далеким. Сердце билось где-то в горле, пальцы сами собой сжались, будто пытаясь удержать то, что уже ушло. — Последняя ночь.. — прошептала она, не открывая глаза. Скоро никаких прощаний.  — Кажется, ты в восторге от этого предложения, — его губы почти коснулись ее уха. — Интересно, как далеко ты можешь пойти..  — Ты даже не представляешь, Афра.  Он впился поцелуем в ее губы, весьма требовательно и почти болезненной страстью. Рамазан вложил в чувства все: боль прошлого, любовь, которая росла незаметно, вдохновение, которое он вкладывал в эскизы, и где каждая линия была уже ее именем. Демир держал ее за затылок, и Афра чувствовала каждый удар его сердца сквозь ткань тонкой рубашки.  Если она не остановится.. то сойдет с ума.  Тело уже предавало разум, она дрожала и продолжала тянуться к нему, просила еще больше. Афра слегка толкнула его, будто выдирала из собственной кожи.  — Рамо.. — резко выдохнула она, прижав ладонь к его груди. — Мне нужно домой.  — Иди, — погладил он по ее длинным волосам. — Я вытащу твой чемодан.  Афра выскочила из машины, приводя себя в порядок. Демир помог с багажом, но девушка остановила его, решив, что дальше она справится сама.  — Еще раз спасибо.. увидимся завтра.  — Спокойной ночи, Афра.  Она помахала ему рукой, поднялась по ступенькам, и дверь за ней закрылась. Мерт Рамазан еще немного посидел в машине, глядя на окна ее квартиры. Затем, когда свет ее комнате зажегся, он завел двигатель.  Демир знал, что будет завтра, и от этого его сердце отзывалось с теплом.  Это последняя ее ночь. Госпожа Лютфие стояла у окна дольше, чем следовало. Она не сразу отошла, даже когда уже знакомая машина остановилась, и через короткое время Афра забрала свой чемодан из багажника Мерта Рамазана. Она смотрела внимательно, пытаясь прочитать по движениям дочери ее состояние. Лютфие тяжело вздохнула.  Она знала, что должна быть благодарна Демиру за спасение дочери, за то, что вытащил Афру из насильственного брака, спас ее жизнь от тех людей, которые хотели сломать окончательно. Однако сердце матери работало не по логике. Она помнила последующие ночи после происшествия, когда Афра плакала беззвучно в своей комнате, не желания контактировать с окружающими. Пустой взгляд, от которого можно было разбиться на мелкие осколки. Страх воды, и Лютфие помогала ей принимать душ. Кошмары, от которых Афра часто просыпалась ночью. Госпожа Лютфие не могла остановить поток ее слез и истерик, и ей приходилось звать Рамазана на помощь.  Только он понимал ее страхи.  Открыто, без лжи.  Словно все открытые раны обнажала рядом с ним. За дверью доносились всхлипы. Затем резкий, испуганный вдох, будто кто-то вырвал ее из воды в последний момент перед утоплением.  Афра не подпускала к себе Демира после спасения, и в одну из ночей проснулась с внезапным криком. Лютфие вскочила, не думая ни о чем, и побежала босиком по холодному полу. Открыв дверь комнаты, она увидела то, что уже видела не один раз за последние полтора месяца.  Каждый раз — заново.  Афра сидела на кровати, прижав колени к груди и дрожала, как в лихорадке. Глаза были широко раскрыты, но она ничего не видела вокруг. Тьма поглощала ее очередной раз.  — Мама.. — прошептала она. — Он здесь.. я слышала его шаги.. он стоял у двери..  Лютфие бросилась к ней, обняла, прижала дрожащее тело дочери к себе: — Я здесь, — шептала она, гладя дочь по волосам. — Я здесь, дочка. Здесь никого нет, кроме нас. Дорогая моя..  Каждый раз это повторялось. Афра просыпалась с криком и с потом. Она бежала в ванную, чтобы вымыть лицо, пытаясь смыть воспоминания. Иногда сидела на полу, прижавшись к стене. Разбитый голос Афры проникал в душу матери.  — Я больше не могу..  Лютфие чувствовала себя беспомощной. Она знала, что был один способ, одна возможная попытка успокоить Афру. Женщина незаметно забрала телефон дочери, когда та уходила в ванную комнату. Быстрым движением, она набрала номер мужчины в надежде, что он ответит на звонок. — Алло? — голос Рамазан был сонным, но настороженным. — Афра..?  — Мерт, это Лютфие.. — прошептала она, и голос окончательно растерялся. — Я.. я не справляюсь..!  — Что случилось?  — Кошмары.. недавно она кричала.. говорила, что он здесь. Я не могу.. не могу больше смотреть как моя дочь страдает, а я ничего не могу сделать!  Не сдержавшись, она начала тихо плакать.  — Я звоню тебе, потому что.. ты можешь остановить ее кошмары. Раньше я не придавала этому значения, но она зовет тебя во сне каждый раз.. сама того не осознавая, Мерт.  — Я приеду. — Сейчас..? — Да. Буду через двадцать минут. Дождь шел тихо, и стучал в окно, напоминая, что жизнь за пределами квартиры все еще продолжалась. Демир приехал как можно быстрее. Оставив машину, он вбежал в знакомый подъезд и поднялся по лестнице вверх, не дожидаясь лифта. Лютфие практически сразу открыла дверь. Она сразу увидела обеспокоенное лицо Рамазана и поняла, что поступила правильно.  — Спасибо, что приехал.. — Афра.. где она? — В спальне, — ответила Лютфие мягко, и чуть отступила в сторону. — Я.. оставлю вас. Женщина ушла в гостиную и села на диван, в надежде, что дочь придет в себя. Не задумываясь, он тихо приоткрыл дверь спальни. Плотные шторы пропускали лишь тонкую полоску уличного света, Афра сидела на полу, прислонившись спиной к кровати. Ноги были поджаты, руки бессильно лежали на коленях. Лицо было бледное, она не знала, сколько проревела этой ночью от страха. — Афра..  Она впустила вздох. Рамазан смотрел на ее шею, где пульсировала жилка. На плечи, которые вздрагивали от каждого вдоха. Мужчина медленно опустился на корточки, боясь спугнуть ее состояние, и осторожно коснулся руки.  — Я здесь, — с мольбой произнес Рамазан. — Посмотри на меня. Ее ресницы дрогнули, и, преодолевая сопротивление своим чувствам, она приоткрыла глаза. В них было полное истощение.  — Давай я тебя уложу.  Мерт Рамазан держал ее холодную руку, пытаясь согреть в своей ладони. Он поднялся первым, не отпуская ее руку, и, подавшись вперед, помог Афре встать. Она немного качнулась, и он подхватил ее, обняв за талию одной рукой. У девушки кружилась голова, но Демир прижал хрупкое и легкое тело к себе.  — Я держу тебя. Не бойся.   В ванной он включил теплую воду, намочил полотенце и умыл ее лицо. Демир был внимателен, боясь причинить боль. Афра ни разу не сопротивлялась, будто все силы были истрачены на глухие крики. Это были первые шаги, когда девушка позволяла ему быть рядом, заботиться о ней и держать на плаву.   Доверие.  Затем Рамазан уложил ее на кровать и укрыл тонким одеялом. Она почти сразу закрыла глаза, но в ту же секунду рука резко нашла его запястье. Пальцы сомкнулись крепко и отчаянно, Афра боялась, что он уйдет и вновь останется одна в своем кошмаре.  — Обними меня..  — Афра.. — Пока я не засну, — перебила она. — Пожалуйста.  Рамазан не мог сопротивляться. Конечно, он хотел того же, но, будучи в одном доме с госпожой Лютфие, считал это неуместным. Заметив, как по щеке Афры вновь опустилась слеза, мужчина не выдержал. Он устроился рядом с ней и аккуратно, с теплом обнял ее, прижимая к себе. Афра мгновенно ожила: она крепко вцепилась в него обеими руками, прижалась всем телом, уткнувшись в его широкую грудь. Он чувствовал, как она дрожала, и понимал, что это было вовсе не от холода, а от всего пережитого.  — Только не уходи.. — выдохнула Афра, вдыхая родной запах.  Мерт Рамазан закрыл глаза и обнял ее еще крепче. — Никогда, Афра.  Замерзшая земля, наконец, дала трещину. Без лжи и ошибки. Сквозь нее пробился свет. Лютфие медленно опустила чашку на стол. В груди все еще сжималось сердце за Афру. Она боялась, что дочь вернется вновь в то самое состояние. Лютфие за многое презирала и ругала себя. За то, что не уследила за состоянием дочери и позволила ей жить в аду целый год. За то, что сразу поверила дочери и ее словам о том, как она счастлива и любит Барыша, который на самом деле смотрел на дочь с интересом. Все приезды Лютфие проходили на высоком уровне, ее ждали и гостила в особняке. Так же она всегда ждала с волнением Афру у себя, но так и не понимала тогда, что дочь сбегала, чтобы найти покой. Найти тишину, стать вновь собой, той Афрой, которой она всегда была.  Теперь она смотрела на Демира с ноткой подозрения. Безусловно, он помогал Афре на пути восстановления, но женщина не имела представления кто он такой на самом деле. Они так и не были знакомы официально, не сидели за одним столом, не считая ночные приезды чтобы успокоить Афру. Отныне, она не верила словам дочери, а только пыталась понять по своим ощущениям, счастлива ли дочь на самом деле. Лютфие не знала, тот ли на самом деле мужчина, который нужен Афре. Сможет ли он защитить ее снова, и не станет ли ее следующей болью.  Женщина помнила из истории дочери, что Демир оставил ее когда та нуждалась в его помощи. Этот факт отталкивал Лютфие больше всего. Услышав щелчок двери квартиры, Лютфие обернулась.  — Мама, это я! — раздался теплый и веселый голос дочери.  Афра вошла и только закрыла дверь на ключ, теплые руки матери сразу обняли ее крепко, словно с момента их последней встречи прошло много времени.  — Милая моя.. как хорошо, что ты дома..  — Мам, — улыбнулась Афра и посмотрела на нее. — Меня не было всего несколько дней, ты так соскучилась?  — Конечно, — пожала плечами Лютфие. — Пока тебе не станет лучше, я.. — Мне лучше, мама, — поспешно ответила Афра. — Мне так хорошо.. еще никогда не было.  Девушка прошла в гостиную, села на диван и глубоко вздохнула от приятной усталости. Лютфие села напротив, внимательно наблюдая за ней.  — Как отдохнули? Я видела вас внизу.  — Все хорошо, мам.  — Когда ты познакомишь меня официально с Мертом? Я хочу знать, с кем ты проводишь время, дочка.  Афра опустила взгляд, а затем вновь посмотрела на мать, в надежде, что та все поймет и спокойно отнесется к ее решению. — Как раз об этом, нам нужно поговорить, мама. Он.. — задержала она паузу, — хочет жить со мной. Мы думаем о том, чтобы съехаться.  Лютфие с удивлением подняла брови. В гостиной повисла тишина, нарушаемая лишь тиканьем часов на стене. — Я.. не знаю, что сказать, — честно призналась Лютфие. — Но, откровенно говоря, я все еще боюсь за твое состояние. Ты вернулась в нормальную жизнь, я вижу. Мне страшно за твое сердце, дочка. Ты можешь думать, что он любовь всей твоей жизни, но если вспомнить, что было с Барышем..  — Мама.. — Я поверила тебе, — перебила женщина с волнением. — Ты говорила, что любишь Мерта, вы четыре года встречались и даже жили вместе. Но.. итог какой? Мерта тоже нет.  — Он изменил мне, — равнодушно ответила Афра, смотря в глаза матери. — Поэтому я убрала этот мусор из своей жизни. Пусть звучит грубо, но это так. Он.. испортил мою жизнь, и я пытаюсь восстановить все, что потеряла. Демир.. он был единственным, кто протянул мне руку. Благодаря ему.. я смогла полюбить себя, мам.. разве это не есть хорошо?  — Дочка.. если ты хоть на минуту сомневаешься, то.. — В нем.. никогда, — твердо ответила Афра. — Мы.. многое отдали, я хочу попробовать, мама. Это история не началась вчера.. я хочу быть счастливой. Хочу забыть о том, что было пережито, о всем плохом, жить в настоящем, думать о будущем.  Лютфие тепло улыбнулась, она видела искренность дочери. — Ты выросла, — произнесла она тихо. — И я не могу решать больше, это твой жизненный путь. Я хочу верить, что ты поступаешь разумно, милая. Если он сделает тебя по-настоящему счастливой.. и если вы хотите начать жить вместе.. если ты будешь улыбаться так, как улыбаешься сейчас.. тогда я согласна, дочка.  — В таком случае.. готовься к знакомству, госпожа Лютфие!  Афра радостно прижалась к плечу матери. Слезы медленно скатились по щекам от облегчения. От ощущения, что ее любовь, наконец, получила право на существование.  — Спасибо, мама, — прошептала она. — Я очень хочу, чтобы вы поняли друг друга. Он правда.. замечательный.  Лютфие погладила ее по волосам.  — Посмотрим, дочка. Я постараюсь понять его, ради тебя. Ради вашего счастья.  Женщина знала, сколько сил было вложено в детство дочери, и как тяжело ей было поднять ее на ноги с поддержкой своего отца и без присутствия мужа. Она благодарила Бога за то, что вырастила достойного и доброго сердцем ребенка. 

***

Утром в Стамбуле было прозрачно и светло. Солнце мягко ложилось на стены старинного здания в районе Галата, где располагался один из бутиков Ясемин. Магазин дышал искусством, а внутри царила атмосфера утонченной элегантности. Вокруг стоял аромат сандала и свежесваренного кофе из маленькой кофейни напротив магазина.  Афра вошла в бутик и огляделась вокруг. На ней было светло-желтое платье с вырезом на спине — одно из авторских творений госпожи Ясемин. Она собрала небрежный пучок волос, а на шее красовалась тонкая золотая цепочка с бриллиантовой подвеской в форме капли. Было подозрительно тихо, и обернувшись, Афра обнаружила начальницу за своей спиной.  — Афра! — воскликнула Ясемин с раскрытыми объятиями. — Как же я рада тебя видеть!  Они тепло обнялись, их связывало гораздо больше, чем просто сотрудничество и работа с коллекцией. Не в мельчайших деталях, но Ясемин знала о том, какие перемены случились в жизни Афры. Она отступила на шаг, рассмотрела свою модель с профессиональным, но искренним восхищением.  — Ты вся сияешь! — ахнула Ясемин. — И дело совершенно не в одежде, дорогая. Этот свет внутри тебя, такая большая редкость! Мы должны обновить снимки потому, что покупатель все чувствует!  Афра улыбнулась и слегка засмущалась.  — Благодарю, госпожа Ясемин. Вы как всегда в хорошем настроении. Ясемин провела девушку в свой кабинет на втором этаже. Это было светлое пространство с большим окном, выходящим на узкую улицу, где шумел Стамбул. На столе лежала толстая папка, будущий контракт в кожаной обложке, рядом, два бокала с шампанским и поднос с миндальным печеньем. — Вы уже подготовили шампанское, — засмеялась Афра, присаживаясь напротив Ясемин. — Как только я получила письмо, то поняла, что дело касается контракта.  — С тобой подписывать контракт приносит мне одно удовольствие, — протянула она бумаги. — Я бы могла через ассистента, но этого делать категорически не хочу. Это еще одна маленькая победа, Афра Сарачоглу. Эти договора непосредственно относятся к мировому уровню, к чему я, и Мерт Рамазан хотим привести тебя. Знаю, что ты уже работаешь за рубежом, но этот уровень.. совершенно другой.  — Говоря совершенно другой? — недоуменно спросила Афра, не понимая к чему она клонит.  — Мировые марки, а не просто работа за пределами Турции. Пройтись по подиуму, а не просто делать снимки. Работать с рекламой известных брендов.. вот что хочу сказать. При подписании, конечно, должен был принять особое участие Мерт, но он сказал, что есть важные собрания сегодня утром, и поручил это мне. Главная инициатива данного контракта, исходит от Демира.  — Если ты такая смелая, Афра, ты примешь правильное решение. Та Афра, которую я знал, всегда знала, сколько стоит дойти до мечты. Ты хотела стать успешной моделью. Хотела, чтобы мир увидел тебя настоящую.    Его голос звучал как вызов.     — Я сделаю из тебя ту, которой еще никто не видел. Афра почувствовала, как сердце замедлило ритм. Она была приятно удивлена, но еще больше от того, что Рамазан ни разу не заговорил об этом во время поездки. Она перевела дыхание, и вновь посмотрела на Ясемин.  — Госпожа Ясемин, я.. — Дорогая, давай отбросим эти формальности. Можешь обращаться ко мне «ты».  — Я.. не знаю, что сказать.  — Ничего говорить не нужно. Принимай это как награду. Твой упорный труд говорит о многом, и заслужила это как никто другой. Ты.. как философия, Афра. Можешь показать как нежность и невероятная сила может существовать вместе. Как женщина может быть хрупкой и при этом.. непобедимой.  Ясемин заметила интерес Афры и одобрительно кивнула. — Мы с Мертом дальше будем работать вместе. Эта коллекция принесла намного больше, чем я могла даже предположить. До следующей коллекции всего несколько месяцев и время летит очень быстро. Между нами диалог.. как между тканью и металлом. И хорошо сочетаем эту работу в деле. Ты воссоединила нас по большей степени.  Афра опустила взгляд, но не смогла скрыть улыбку. Ясемин протянула ей ручку. — Такой шанс выпадает не всем.. не упусти ее, дорогая.  Афра взяла протянутую ручку. На мгновение она задержала ее над бумагой, словно прощалась окончательно с прошлым и вступала в новое настоящее. Четко и уверенно она оставила подпись возле своей фамилии. Ясемин подписала следом за ней, а подпись Демира уже был готов потому, что тот знал, что Афра согласится на эту сделку. Ясемин радостно подняла бокал и вздохнула с облегчением.  — За тебя. За то, мы делаем каждый день. Это работа и часть нашей жизни.  Они чокнулись бокалами и с улыбкой обнялись еще раз. В этом моменте рождалось что-то интересное, пока далекое, но прекрасное. Их первая встреча была не случайностью, упорство, труд и желание продолжить работу стало основной точкой для Ясемин и Афры. Это была часть одной большой и светлой истории. Кабинет Мерта Рамазана Демира дышал тишиной, строгостью и сосредоточенностью. Широкий стол был завален образцами: бархатные черные планшеты с рассыпанными камнями — холодный блеск бриллиантов и сапфиров, как сердце океана. Это была первая партия, которая прошла проверку. Рядом лежали эскизы, на которых были обозначены толщины, изгибы будущего колье, математические расчеты и пометки, сделанные простым карандашом на пустых полях.  Демир сидел, чуть склонившись вперед и перебирал камни тонким пинцетом, рассматривая их через лупу. Он подносил их к свету, прищуривался, рассматривая грани, откладывал и возвращался к чертежам. Самостоятельная проверка камней всегда была его главной привычкой, несмотря на трехэтапную работу профессионалов при получении товара. В этом была его дисциплина, и основное правило — действовать только по своему уму, не слушая других. Ясир сидел напротив друга и был совершенно в другом пространстве. Он чувствовал себя лишним и от этого принял для себя одно важное решение, которое хотел озвучить Мерту Рамазану.  Внезапно в дверь постучали, и вошли двое мастеров — один с лотком необработанных топазов, другой — с образцами плетения цепей.  — Господин, как Вы просили на собрании, мы принесли все, что требовалось.  — Прекрасно. Демир начал внимательно осматривать каждый камень, задавать вопросы о чистоте, огранке и происхождении камней. Один из мастеров отвечал спокойно на поставленные вопросы, зная, что Мерту Рамазану всегда нужны развернутые ответы.  — Но.. эти камни из Шри-Ланка, — подхватил второй мастер. — Мы ждем еще одну поставку из Бразилии. Там будут больше винно-желтого оттенка, ближе к золотистому.  — Тогда сравним, — ответил Демир. — Нам некуда торопиться. Первоначально все равно стоят бриллианты. Благодарю за внимание, легкой работы. Когда мастера покинули кабинет, мужчина вернулся к камням. Ясир иногда бросал потерянный взгляд на друга и не понимал, что он делает в этом пространстве. Мужчины были по разные стороны одной комнаты. Когда-то они вместе с Али были неразделимы, лучшие друзья, с одними мечтами, которые стремились к лучшей жизни и побыстрее начать свое дело. Однако теперь он видел, что Демир был призванным дизайнером и ювелиром, чьи работы носили на показах и обсуждали на светских вечерах, как в то время Ясир работал в одиночку, но тем не менее снимал известных моделей, и журналы принимали его работы. Он был никем именно в офисе.  Смотря на друга, он чувствовал, как между ними угасло все. Рамазан почувствовал его взгляд не сразу. Он положил один из камней в коробку, и взгляд его кинулся на Ясира. Он прочитал абсолютно все: скуку, отчуждение, боль, которую нельзя выразить словами, расстояние, которое увеличилось между ними с каждым днем.  — Ты не обязан быть здесь, — нарушил тишину Демир.  — А где мне быть? — усмехнулся Ясир.  — Что насчет твоей студии графики? Ты проектировал, но так и ничего не показал.  — Это не так важно.. нам нужно поговорить, Рамо. Мужчина чуть отодвинул от себя лоток с камнями и сложил руки.  — О чем ты хочешь поговорить?  Тишину кабинета нарушил легкий стук в дверь. Приоткрыв, на пороге появился Селим, как всегда собранный. Он вошел внутрь, держа в руках чехол. Темная ткань слегка шуршала при каждом шаге и он аккуратно оставил его на кожаном диване.  — Господин. Все готово. Взгляд Рамазана сразу стал другим — более живым, собранным, все мысли уже уходили вперед, за пределы кабинета. — Все? — Да, — кивнул Селим. — Все так как просили. Машина через час будет там.  Мерт Рамазан встал со стола, чуть расстегнул чехол, проверяя содержимое и улыбнулся уголками губ, от предстоящего вечера.  — Ты связался с Афрой? Чемоданы готовы? — Да, — ответил Селим без паузы. — Я заеду за ними и отвезу к вам. Госпожа Афра была у госпожи Ясемин.  Ясир, до этого молча наблюдавший за ними, приподнял брови. В его скучающем взгляде впервые за все время мелькнул интерес. Он усмехнулся, чуть наклонив голову. — Кажется, у тебя планы на вечер, — протянул он с легкой иронией. Демир бросил на него короткий взгляд и впервые за долгое время улыбнулся по-настоящему. — Именно.  — Будут еще поручения, господин? — обратился Селим.  Мерт Рамазан задумался, и он знал, что в этом вечере не хватало лишь одной детали.  Самой важной и значительной.   — Я подготовил одну коробку, Селим. Доставь ее Афре. Забери из квартиры. Селим кивнул и вышел, оставив за собой закрытую дверь. В кабинете вновь повисла тишина, но теперь она была другой. Ясир выпрямился в кресле с интересом.   — Подожди.. говоря о чемоданах.. Афра.. переезжает к тебе? Мерт Рамазан аккуратно положил чехол на диван, и вернулся на свое место.  — Да, — наконец сказал он. — Мы решили съехаться. — Честно.. не ожидал, — признался он. — После всего, что было.. а произошло немало событий.. Он внимательно посмотрел на Рамазана.  — И что вы вообще… вместе.  — Мы вместе, — твердо сказал Демир. — Иначе и быть не могло. Ясир усмехнулся, но теперь это была не ирония, а скорее смесь удивления и уважения. — Ты всегда говорил, что проще быть одному, — произнес он. — Сколько женщин было вокруг тебя..  — В этот раз все иначе.  Демир знал, что в этот раз все действительно по-другому. Чувства, которые он испытывал к Афре нельзя было сравнить с его многочисленными встречами и опытом, который он приобрел ранее. То, что он чувствовал к Афре, не укладывалось ни в одну из прежних схем, к которым он привык за годы. Ни одна женщина не оставалась с ним внутри. Связь на одну ночь. Проходящее событие.  Афра стала линией, которая разрезала его жизнь на «до» и «после». Мерт Рамазан часто возвращался мыслями к той первой встрече за барной стойкой. Он говорил легко, будто знал порядок слов и действий. То самое, его заманчивое предложение, которое должно было состояться, прозвучало в самый подходящий момент. Прямо, без будущего, без слов обещаний. Так, как он привык заполнять свою привычную пустоту. Искусство ублажать женщин было в сущности Демира. Он умел подводить черту, делал дорогие подарки, и нравилось когда перед ним была столь внимательная и изысканная дама, готовая покорить его сердце, не осознавая, что это было невозможно.  Афра согласилась в тот поздний вечер не потому, что хотела его. Рамазан знал это прекрасно. Внутри нее было слишком много боли, а мир вокруг нее требовал хоть какого-то выхода из этой ситуации. Потому, что нужно было сделать смелый шаг назло прошлому, человеку, который оставил в ее сердце трещины.  Здесь нет правильного начала.

***

Кафе было наполнено гулом разговоров гостей. Неслишах выбрала удобное место и сидела в ожидании подруги. Она смотрела в окно и время будто текло медленнее. Ей хотелось как можно побыстрее сообщить радостную новость, и наконец увидеть на лице Афры искреннюю улыбку с рассказом о том, как прошел маленький отпуск с Демиром.  Афра заметила Неслишах сразу: та сидела за столиком у окна, нервно перебирая пальцами край салфетки. — Извини, что заставила ждать.. я была у госпожи Ясемин, мы подписывали контракт. — Я.. очень рада за тебя!  — Ты какая-то.. загадочная, — улыбнулась Афра, садясь напротив. — Что случилось? Я уже начинаю переживать. Неслишах подняла на нее глаза. В нем было столько эмоций сразу — волнение, радость, страх и что-то новое, непривычно хрупкое. Она сжала салфетку, переводя дыхание.  — Афра.. — задержала она паузу. — Я не знаю, как сказать. Сердце Афры дрогнуло не на шутку, прокручивая в голове всевозможные варианты.  — Ты меня пугаешь, Несли.  Она глубоко вдохнула, собираясь с духом, и достала из сумки сложенный листок. Руки дрожали, но Неслишах знала, что Афра была первым человеком, которому она хотела поделиться радостной новостью. Девушка раскрыла содержимое бумаги, читая результаты анализов. — Я беременна.  Афра смотрела на подругу, не сразу осознавая смысл сказанных слов. Ее глаза расширились от удивления.  — Что..? Ты.. правда..?  Неслишах кивнула, и на лице появилась робкая улыбка. — Да, Афра. Мы с Джанером.. так долго ждали. Столько попыток.. я уже думала пройти обследование и начать лечение, если это было бы необходимо.. но.. теперь.. Афра резко встала и обошла стол, обняв подругу так крепко, будто хотела защитить ее от всего мира сразу.  — Несли.. — прошептала она, чувствуя, как глаза наполняются слезами. — Это такое счастье. Я так рада за тебя! Так рада!  Неслишах уткнулась ей в плечо, и слезы все-таки пролились такие теплые и настоящие.  — Ты будешь тетей, — смеясь сквозь слезы, сказала она. — Я буду всем! — воскликнула Афра. — Няней, подружкой, которая будет покупать крошечные туфельки! — Ты так уверенна, что будет девочка?! — с удивлением спросила Неслишах.  — Нам нужна третья подружка! — улыбаясь ответила Афра. — Но самое главное, здоровье. Ты даже не представляешь.. Как ты все это заслуживаешь..  — И ты, дорогая.. Они снова сели, держась за руки через стол. Афра смеялась и плакала одновременно, задавала десятки вопросов, а Неслишах отвечала, и все еще не до конца верила, что говорит обо всем этом вслух. Услышав новость о переезде, и о совместном жизни с Мертом Рамазаном, она была очень счастлива за свою подругу. Еще целый час они обсуждали о беременности, о том, что жизнь еще может подготовить им на будущее. Девушки поехали в торговый центр чтобы сделать маленькие покупки. Неслишах воодушевленно рассказывала о том, какую комнату хотела бы сделать до рождения ребенка. Заметив детский бутик одежды, Афра остановилась, рассматривая голубые платья в горошек для самых маленьких. Они смело вошли внутрь и Афра сразу подошла к стеллажу с комбинезонами. Девушка взяла один, крошечный, голубой, с вышитым корабликом на груди.  — Смотри, — сказала она, прижимая его к груди. — Он такой маленький.. как вообще можно влезть в это? Неслишах рассмеялась, глаза разбегались от красоты. — А вот этот? — показала она с бусинками. — Точно для принцессы! Афра взяла и его, приложила к первому. — И для мальчика, и для девочки!  — Надеюсь, один скоро понадобиться тебе.  — Ты.. намекаешь на меня? — спросила Афра, опуская глаза и немного растерялась от слов близкой подруги. — Возможно.. но сейчас не подходящее время.  — Почему?  — Нам еще многое нужно пройти, Несли, — пожала плечами она. — Всему свое время. Они стояли у стеллажа с крошечными белыми пинетками с вышитыми звездочками, словно они были предназначены для ангела, которого никто никогда не видел. Афра держала одну в руке, и понимала, что ее гложет та режущая без ножа боль. Она ничего не забыла, но научилась жить с этим.  Каждая боль притупляется по-своему.  Неслишах взглянула на подругу, которая все еще держала пинетку и смотрела куда угодно, но только не на нее. Несли все понимала. Сделав шаг к ней, она крепко обняла Афру.  — Я боюсь снова..  — Я знаю, — прошептала Несли. — Я знаю, как больно. Если ты когда-нибудь решишься на этот шаг, я уверена, что ты будешь самой замечательной мамой в мире.  Афра ничего не сказала, пытаясь остановить свои непрошенные слезы. Впереди была долгая история, и девушка знала это хорошо. Она знала, что чудеса происходят в самый неожиданный момент. 

***

Когда девушки разошлись у выхода, Афра поспешно заказала такси, увидев сообщение от Демира: 

«Вечером за тобой приедет водитель.

Будь готова. 

Черное?» 

Через час она уже подъехала к дому и поднималась по лифту вверх, заранее чувствуя, что вечер будет не совсем обычным. Она хотела попрощаться с матерью и напоследок выпить с ней чашку чая, но еще не успев достать запасные ключи, услышала знакомый мужской голос за дверью квартиры. Афра замедлила шаг и обнаружила у двери Селима вместе с Лютфие.  Они разговаривали спокойно, Селим чуть склонив голову отвечал на волнующие вопросы женщины. В руках у него была аккуратная коробка, обернутая в плотную матовую бумагу с лентой.  — Госпожа Афра, — сказал Селим, заметив девушку. — Вы как раз вовремя. Лютфие обернулась и в глазах мелькнуло настороженное напряжение. Ей казалось, что переезд был очень быстрым решением. Она держала за ручку чемодана, не понимая, стоит ли ей отдавать Селиму.  — Это Вам, — протянул он коробку Афре. — Господин Мерт попросил передать. Сказал, что Вы поймете. Афра взяла посылку обеими руками. Пальцы на мгновение замерли на цвете ленты.  Черный.  Она приблизительно понимала, что внутри могло быть. Рамазан никогда не объяснялся длинными словами, а всего лишь оставлял знаки, которые Афре нравилось разгадывать. И давно научилась их читать. Лютфие внимательно наблюдала за дочерью. — Что это?  — Просто.. — улыбнулась Афра. — Ничего плохого. Лютфие ничего не сказала, наблюдая за поведением дочери. Она услышала в голосе Афры уверенность, и ей было достаточно знать, что все в порядке. Селим тем временем наклонился и забрал последний чемодан. — Ваши вещи я загрузил в машину. Есть какие-то поручения, госпожа?  — Нет, спасибо.  Она была в предвкушении открыть коробку и заглянуть, что именно подготовил Демир ей на этот раз.  Когда Селим вышел, Лютфие закрыла дверь. Замок щелкнул чуть громче обычного и в квартире повисла тишина. Женщина посмотрела на дочь долгим взглядом. — Скажи мне, разве была необходимость так спешить с переездом? В ее голосе не было упрека. Только тревога и осторожность, она не понимала как реагировать правильно на происходящее, несмотря на всю помощь Демира.  — Мама.. — она сделала паузу, подбирая слова. — Мерт такой. Если он что-то решил, то не откладывает это на потом.  Лютфие внимательно посмотрела на дочь, будто искала в ее лице сомнение. Однако, Афра стояла спокойна. — Я боюсь, что ты снова можешь разочароваться, — призналась женщина. — Ты слишком многое вынесла, Афра. Я не хочу, чтобы тебе снова пришлось собирать себя по кусочкам. Афра подошла ближе и оставив коробку на столе, взяла мать за руки. — Все будет хорошо.. я чувствую себя живой, мама. А этого я не чувствовала уже долгое время.  — Хорошо, — наконец, ответила Лютфие. — Но знай: я пока не уеду в Анталью. Я останусь здесь. До тех пор, пока не увижу собственными глазами, что ты действительно счастлива. Афра облегченно выдохнула и поцеловала за щеку.  — Спасибо, я так люблю тебя. Верь мне.. в этот раз все будет по-другому.  Афра взяла осторожно коробку со стола и ушла в комнату. Она присела на кровать и бросила взгляд на нее, не зная, что именно нужно было ожидать на этот раз. Афра медленно развязала черную ленту и крышка поддалась легко. На тонкой бумаге лежала записка точно от руки Мерта Рамазана. 

«Ты обрадуешь меня, если появишься в этом платье сегодня вечером» 

Внутри лежало платье, как и предполагала Афра. Но, она не учла момент.  Черное атласное.  На тонких бретельках и с глубоким, но не вульгарным разрезом вдоль ноги. Ткань была приятной на ощупь. После длительного поиска, Афра заприметила черное атласное платье. Девушка была в восторге. Нарядное платье с разрезом на тонких бретельках, перекрещенных на спине идеально поддерживала ее фигуру. А высокий разрез сбоку позволял ей продемонстрировать длинные ноги. Черный цвет для нее всегда ассоциировался с элегантностью, выход был на все случаи. Она предчувствовала, что этим вечером под «особым подарком» скрывается предложение руки и сердца, которое она ждала долгое время.  — Ты великолепна! — ахнула Неслишах, которая была рада разделить с ней шоппинг. Афра замерла. Это было почти то самое платье, в котором она была при первой встрече. В ночь, когда ее жизнь незаметно свернула с привычной дороги.  Она коснулась ткани пальцами, воспоминания ярко и резко накрыли ее.  — Сегодня мне все можно, — прервала молчание Афра.  — Если Вас что-то гложет, можете открыться мне, — предложил незнакомец. — Мы чужаки и не знаем друг друга. Таким людям открыться куда проще, чем с близкими. Вас не осудят и не обвинят в страшных преступлениях. Взгляд Мерта Рамазана, прямой и опасно спокойный. Будто знал заранее, что она примет правильное решение. Самое сумасшедшее и честное предложение, которое Афра когда-либо слышала. Как она согласилась. Предложение было серьезное, решение тоже. Не было времени думать еще дольше. В ту же секунду зародилось сильное чувство мести. Причинить боль тому, кто испортил этот вечер и очернил знаменательную дату. Вытрясти все оставшийся чувства и найти нового себя. Ответ был для нее уже очевидным, совершенно не осознавая, к чему это может привести. — Я согласна. Афра незаметно улыбнулась. Это было неким напоминанием от точки отсчета.  Правильное решение. Девушка взглянула на часы, оставалось мало времени для подготовки к вечеру.  Платье легло на тело почти невесомо, точно попадая в размер. Черная ткань мягко обняла ее, скользнув по бедрам. Она быстро сделала легкий макияж, ресницы стали темными и живыми. Аккуратно уложила волосы и провела по ним пальцами. Последний штрих — нанесла красный, но чуть более спокойный оттенок помады. Афра поправила бретельки и задержала на себе взгляд в зеркале.  Та Афра, которая была разбита, осталась в прошлом, и прекрасно это знала. От того, как любил Демир, раскрывалась она сама. Девушка улыбнулась своему отражению.

***

Ресторан был погружен в мягкий полумрак. Свет горел только над несколькими столами, отражаясь в бокалах, создавая ощущение уединения. Мерт Рамазан вновь закрыл ресторан, и сидел за тем самым столом, пробуя первый бокал белого вина с выдержкой в тридцать лет. Он специально принес с собой из глубинки Италии, где производили лучшие вина.  Демир помнил все до мелочей: как свет падал на ее лицо, как глаза наполнились слезами и как она объяснялась в своих чувствах. Так искренне, подбирая самые верные слова. Однако Мерт Рамазан предпочел не верить ей. Он встал и ушел, но не потому, что не хотел слушать ее дальше, а потому, что другой нуждался в нем.  Ложь. Маленькая часть, которая перевернула их жизни навсегда. Тогда Рамазану казалось, что он поступал правильно. Сегодня он знал точно — это была самая большая ошибка в его жизни. Он еще раз взглянул на наручные часы. Демир знал, что вечерние пробки в Стамбуле отнимали минуты и даже часы. Мужчина провел пальцами по краю бокала и поднял взгляд к двери, когда молодой администратор открыл ее.  Афра вошла в ресторан, и время остановилось для него. Он затаил дыхание, а глаза прошлись по ее телу. И понимал, насколько она желанна. Черное платье идеально повторяло линии тела, она двигалась уверенно и плавно. Волосы мягкими волнами падали на плечи, а в глазах отражался неповторимый свет. Демир затаил дыхание, запоминая бесценные минуты этого вечера.  Все только начиналось.  Она была как сложенный пазл, наконец, дорисованная картина того самого безумного вечера, та самая деталь, которая не давала ему покоя долгое время.  Недостающая деталь. Поразительно, как дни сменяли ночи, казалось, что все было несколько часов назад. Мерт долго искал похожее платье. Все для того, чтобы восполнить в реальность еще раз все пережитые события. Однако, спустя столько времени он понимал, что именно Афра украшала это платье по-особенному, а никак не наоборот. Демир смотрел на нее не как на девушку, которую хотел, а как на ту, которую любил. Афра улыбнулась искренне, когда поймала его карие глаза. Мужчина встал с места и подошел чуть ближе.  — Ты.. — начал он и задержал паузу не в силе выразить словами. — Очень красива..  Демир отодвинул стул и мягко коснулся ее руки, помогая сесть. — Прошу.  Афра опустилась на стул, платье плавно легло по линии бедер, и Мерт Рамазан на секунду задержал взгляд — не оценивая и не раздевая глазами, а впитывая ее целиком, стараясь запомнить до мельчайших деталей. К ним поспешно подошел официант, чтобы принять заказ. Афра рассматривала меню, заказывая из итальянского раздела и.. — Господин?  — Да? — ответил он, не отрывая глаз от Афры. — Мне то же самое, что заказала госпожа.  — Хорошего вечера, — удалился официант, понимая, что прерывал интересный момент между ними.  Взгляд Рамазана так и остался на Афре — открытый, полный восхищения, которое невозможно было скрыть. В груди что-то сжалось у девушки, от странного и смущающего ощущения, что она была столь желанной. — Ты так смотришь, — сказала она полушепотом, опуская глаза к бокалу, — будто я могу сейчас исчезнуть. — Убеждаюсь, что ты точно здесь, — ответил он без фальши. — Что это не сон. Афра подняла глаза. Их взгляды встретились и каждый прочитал то, что так искренне хотел услышать. Она почувствовала себя не просто красивой. Она чувствовала себя выбранной.  — Знаешь, — он задержал взгляд на ее лице, — это лучше любой реальности. Любого представления, что я мог построить в своей голове, Афра.  К столу вернулся официант. Он расставил блюда аккуратно и пожелав приятного вечера еще раз, незаметно исчез, оставив их вновь наедине.  Они начали ужин, между перерывами, Афра рассказывала о встрече с госпожой Ясемин. Мужчина внимательно слушал и замечал, как она улыбалась, задавала ему вопросы и интересовалась как прошел его день.  — Я знаю, что ты задумал, — произнесла Афра спокойно. — Выход на мировой уровень, международные показы.. и я — как главное лицо, буду продвигать не только одежду, но и твои украшения. Мерт Рамазан усмехнулся, медленно вращая бокал в руке.  — Ты слишком заметная, чтобы оставаться в рамках одного рынка. И Ясемин это понимает так же хорошо, как и я. — Ты все рассчитал, — заметила она. — Как и переезд.. ты уверен? В том, что действительно хочешь, чтобы я переехала. Не из-за обстоятельств, и не потому, что считаешь это правильным.. а потому, что ты этого хочешь.  Мужчина оперся спиной о спинку стула и несколько секунд молча смотрел на нее. Внимательно, слишком глубоко, считывая все ее малейшие сомнения и ожидания.  — Афра, если я не был уверен, не начал этот разговор.  Он наклонился вперед, сокращая расстояние между ними. — Я хочу, чтобы ты была рядом. Если ты спрашиваешь, уверен ли я.. уверен.  Афра кивнула, в ее зеленых глазах появилось то спокойствие, которого так не хватало раньше. — Тогда я с тобой, — прошептала она искренне.  Живая музыка на фоне плавно меняла свое настроение, переходя на новый уровень. Скрипка звучала нежно, чуть тоскливо — и в ней было что-то знакомое, горькое воспоминание, когда она пыталась донести до Демира хоть какую-то ясность. В этот момент зал наполнил тонкий, почти щемящий звук живой скрипки. В каждом аккорде была тоска, как будто музыка знала, что сейчас рушится не просто вечер, а что-то большее. Больше, чем они могли себе представить.  Мерт Рамазан отвел взгляд в сторону, куда-то вдаль, туда, где тускло мерцали огни за окнами. Он выглядел погруженным в себя. Затем перевел взгляд на Афру. Она не смотрела на него, лишь сидела опустив голову, зарывшись пальцами в уголок глаза — осторожно, почти незаметно убирала слезу. Словно боялась показать боль, которая разрывала ее изнутри. Мелодия стала более резкой и страстной: звучал танго. Ритм изменился и воздух наполнился напряжением, которое приятно щекотало кожу. Допив очередной бокал, Мерт Рамазан вновь посмотрел на Афру. Он хотел, чтобы этот вечер навсегда запечатлелся в душе. Он медленно протянул через стол свою руку. — Потанцуешь со мной?  Афра удивилась от такого жеста Демира. Она помнила, как он сам проявил инициативу и они танцевали на вечере презентации, но это было исключением. Афра взглянула на его руку, затем на его лицо, и в ответ протянула свою. — Хорошо.  Мерт Рамазан встал первым, подтянул стул и мягко взял девушку за талию. Его рука была теплой, уверенной и властной. Музыка усилилась, ритм стал ближе к сердцебиению. Рамазан сделал первый шаг, и Афра автоматически повторила за ним. Она замечала, как он внимательно прислушивался к музыке, к ее дыханию. Музыка вновь ускорилась после спокойного ритма, будто проверяла, насколько они готовы были довериться друг другу. Мужчина обвел ее вокруг, мягко повернул, прислонив ее спину к своей груди. Он чувствовал, как ее сердце билось в такт.  Она обернулась, и их глаза встретились совершенно случайно, полные огня и принятия. Одной рукой он крепко и почти жадно обхватил девушку за талию. Другой поднял через разрез платья ее обглаженную ногу, обвивая пальцами под коленом и прижал к себе. Афра вскинула голову от удивления его дозволенности. Он медленным движением провел пальцем по ее ноге — от колена вверх, по внутренней стороне бедра, по ткани атласного платья, будто делал очередную свою метку.  — Ты не представляешь, что значишь для меня, Афра..  Он поддерживал ее легким касанием, как взгляд Афры опустился на его губы, а потом вновь встретилась с его карими глазами.  — Я не думал, что буду хотеть кого-то так сильно..  Музыка медленно подходила к концу и в конце она стихла, но особое притяжение оставалось между ними. Демир замедлил шаг, чуть отстраняясь от девушки. Афра смотрела на него недопониманием, что он пытался сделать. Вдруг, совсем неожиданно, Мерт Рамазан опустился на одно колено.  — Недостаточно, чтобы ты просто переехала ко мне.. и недостаточно просто любить..  Это был как отрезвляющий удар: в ее голове на секунду вспыхнуло множество мыслей — что он делает, почему, и что это значит. Музыка все еще тихо играла.  Афра ощутила, как ее дыхание стало прерывистым. Внутри возникла странная смесь эмоций: нежность, тревога, надежда и.. чувство, что это может изменить все. Рамазан медленно поднял ладонь, держа в ней маленький футляр. Молча он раскрыл его, и свет отражался от металла кольца. Бриллиант переливался необычным цветом.  — Афра.. выходи за меня, замуж.  Слова прозвучали в воздухе, Афра услышала не сразу. И не до конца понимала, что происходит. Она ничего не ответила — только тяжело и облегченно выдохнула, и это было красноречивее любого ответа.