Часть 5. Издержки профессии

Гермиона поставила букет жёлтых пионов на стойку и вдохнула их сладкий аромат. Стоило погоде в Лондоне снова испортиться, ей приходил очередной потрясающий букет жёлтых цветов, напоминающих солнце. Снова от анонима, снова без записки. И как бы она ни пыталась выяснить у доставщика, кто отправитель, он только пожимал плечами. Колокольчик у двери зазвенел, и в лавку вошла Пэнси. Она была в сверхкоротком платье, а её ноги казались ещё длиннее благодаря туфлям на десятисантиметровой шпильке. Из идеального каре не выбивался ни один волосок, губы были подчёркнуты бордовым карандашом, а стрелки острые, как лезвия ножей, безупречно выведенные. — Привет, дорогая, — Пэнси подошла к Гермионе и крепко её обняла. — Привет, ты потрясающе выглядишь, — Гермиона восторженно закивала головой. — Брось, сегодня я даже не старалась, — отмахнулась она. — Оу, снова цветы от анонима? — она указала на букет. — Да, и доставщик Лори не признаётся, кто он, как бы я ни уговаривала, — вздохнула Гермиона и ещё раз взглянула на пышные бутоны, а затем стала сминать упаковочную бумагу. — Надеюсь, ему когда-то хватит смелости признаться или прийти с букетом самостоятельно. В противном случае — мы его потеряем, — пробубнила Пэнси. — Что ты говоришь? — Гермиона выглянула из-за стойки, шурша бумагой. — Говорю, что этот кто-то без ума от тебя, — Пэнси села за столик и следила за действиями Гермионы. — Какой в этом смысл, если он не признаётся? — в её голосе сквозила лёгкая грусть. — Может быть, он считает, что не достоин тебя. — А может быть, это решать не ему? — Справедливо, — Пэнси поставила пакет на столик и достала оттуда платье. — Очень красивое, — глаза Гермионы вспыхнули. — Ещё бы. И оно сшито специально для тебя. Наденешь его на день Рождения? — Конечно, Пэнс, платье потрясающее. Но праздник аж через два месяца — не рановато ли думать об этом? — Гермиона подошла ближе и стала рассматривать струящееся шёлковое платье, усеянное мелкими блёстками. — Спасибо тебе! Гермиона присела рядом и провела подушечками пальцев по мягкой ткани. — Знала, что тебе понравится. Конечно, не рано — в самый раз, — Пэнси победно улыбнулась. — Может, сходим вместе на обед? У меня как раз перерыв намечается, — Гермиона взглянула на магические часы, стоявшие на полке с книгами. — Ох, милая, я сегодня никак не смогу. Через час придёт клиент, с которым нужно обсудить ткань на пиджак и несколько костюмов, — Пэнси закатила глаза. — Но мы могли бы поужинать завтра. — Идёт. Сходим в новый ресторанчик, — подхватила Гермиона. — Вообще, я пришла кое о чём попросить тебя, — глаза Пэнси хитро блеснули. — Выкладывай. Мне уже бояться? — Имела ли ты опыт создания зелья с афродизиаком? — Нееет… А что? — Гермиона нахмурилась. — Я хотела бы такое зелье. Ну, знаешь, хочется новых впечатлений. Только не нужно на меня так смотреть, — Пэнси развела руками. — Я даже и не думала, я просто прикидываю ингредиенты в голове, — Гермиона взглянула на полку с книгами и задумалась. — Значит, ты попробуешь? — захлопала в ладоши Пэнси. — Интересный запрос. Это должно быть что-то лёгкое, но действенное. Я продумаю его, — улыбнулась Гермиона. — Поверь, это станет хитом продаж, — с важным видом отметила Пэнси. Гермиона закатила глаза. Колокольчик снова зазвенел, и в лавку вошёл Драко. Обе девушки посмотрели на него. Он скользнул глазами по стойке, осмотрел помещение, а затем уставился на Пэнси и Гермиону в ответ. — Привет. Я пришёл за зельем сна без сновидений, — спокойно проговорил он. — А разве... — начала Гермиона. — Да, пару минут, — она встала из-за стола и пошла за нужным флаконом. Пока Пэнси и Драко перекидывались фразами о воспитании крестника, как показалось Гермионе, она аккуратно упаковала зелье и вынесла его со склада. Драко поблагодарил Гермиону и поспешил покинуть лавку. — Он сегодня не в духе? — спросила Гермиона у Пэнси. — Всё чаще, моя дорогая, — ответила Пэнси, поднимаясь со стула и поправляя платье. Подруги попрощались, и Гермиона продолжила работу, возвращаясь мыслями к Малфою. Вообще, после разговора с Тинки она очень много думала о Малфое. Слишком много. Весь следующий день Гермиона посвятила созданию особого зелья с афродизиаком. В ход пошли самые смелые сочетания: сперва она освежила в памяти существующие рецепты, перечитала компоненты амортенции, взяла несколько ингредиентов на заметку из других зелий и начала работу над собственным составом. Она использовала жемчужную пыль для усиления влечения, перья Бултрушайки для честных желаний, экстракт омелы для проявления искренних чувств и листья алихоции для поднятия настроения. Когда зелье приобрело черничный оттенок и вскипело трижды, Гермиона обратила внимание на светло-сиреневый пар, поднимающийся от котла. Вдохнув его, она вдруг увидела за закрытыми глазами до боли знакомый силуэт. Подтянутая высокая фигура, платиновые волосы и характерная ухмылка. Что за чёрт? Гермиона отпрянула от стола с зельем, почувствовав, как кровь приливает к лицу, а по телу разливается тепло, вязкое и всепоглощающее. Кажется, зелье получилось. Спустя час, когда оно остыло, она разлила его по маленьким флаконам. В холодном виде зелье было чернично-перламутровым, но Гермиона точно знала: один глоток и оно станет во рту раскалённой лавой, воскресив всех бабочек в животе. Всё бы ничего, но прежде чем дать его Пэнси, ей придётся попробовать зелье самой. Отменные знания в ингредиентах — это прекрасно, но дать его, не зная точного эффекта и действия, Гермиона не могла. Она захватила один флакон с собой, чтобы выпить дома. Вечером она покормила Живоглота, помыла посуду, полила цветы и отправилась в душ. До сна оставалось не больше часа, поэтому Гермиона откупорила флакон и залпом выпила содержимое. Флакон был крошечный, а самого зелья не больше чайной ложки. Его сладкий аромат ударил в нос и пробежался мурашками по коже. Она затаила дыхание и ждала. Спустя пару минут Гермиона ощущала всего лишь лёгкое покалывание на кончиках пальцев. Она легла почитать, чтобы скоротать время. Всё ещё ничего. Прошло уже десять минут. — Чёрт, Грейнджер, ты сладкая, — бархатный голос казался знакомым и таким приятным. Она ощутила лёгкое прикосновение к талии — прохладная ладонь поднялась выше, к рёбрам, а затем, уже чуть грубее, сжала её грудь. — Ммм… — её стон разорвал тишину спальни. Гермиона опустила руку, чтобы спустить одеяло. Когда она ухватилась за его край и дёрнула в сторону, увидела, как Драко целует её живот. Он поднимается выше и выше, пока не достигает розового соска и не прикусывает его. Она выгибается дугой, не успев сформулировать в голове ни единой мысли. Её пальцы зарываются в платиновые волосы, притягивая его ещё ближе. Ближе было некуда. Его хриплый смех прошёл разрядом по всему телу, ударив точно в центр. Она была такой мокрой. — Дракооо... — протянула она, пока он играл языком с чувствительными горошинами сосков. Он отстранился от груди и приподнялся выше. Устроился удобно между её ног, и Гермиона почувствовала приятную тяжесть его тела. Он опирался на правую руку, а левой, сжав её шею, провёл большим пальцем по скуле. — Да, Грейнджер... — произнёс он, глядя ей прямо в глаза своими холодными, серыми, и затем легко поцеловал её в щёку и в уголок губ. Она смотрела на него затуманенным взглядом. Каждая клеточка её тела хотела обнять его. Он несколько секунд молча наблюдал за ней, пока она вглядывалась в его глаза. Гермиона провела ладонями по косым мышцам, твёрдому прессу и груди, мягко сжав его плечи. Будто кто-то чиркнул спичкой о коробок, и между ними разлетелись огненные звёзды. Она притянула Малфоя к себе и впилась в его губы. Поцелуй был пылким. И развязным. Гермиона очертила его нижнюю губу языком, затем прикусила её. Его стон был хриплым, пробирающим до дрожи. Драко вжался в неё всем телом, и она ощутила, как его твёрдый член упирается ей в живот. Обвив его ногами, она толкнулась бёдрами ему навстречу. — Блять, Грейнджер, — выдохнул он, потёршись о её бёдра. Опустив руку с её шеи, Драко скользнул ладонью вниз между их телами, пока не нащупал край кружевных шорт. Он не медлил. Пока поцелуй становился всё глубже и слаще, его пальцы легко скользнули по влажным складкам. Большим пальцем он мягко надавил на клитор, одновременно погрузив два пальца в её горячее лоно. Она простонала прямо в его губы и начала покачиваться на его руке, создавая нужное ей трение. Скользнув ногтями по его спине, Гермиона услышала стон, тот самый, который она запомнит, во что бы то ни стало. И вот, когда она была уже так близко, он остановился и, выскользнув из шорт, провёл мокрыми от её возбуждения пальцами по животу. — Я с тобой не закончил, Грейнджер, — от его ухмылки хотелось сжать бёдра покрепче. Она позволила себе просто чувствовать и провела губами по его шее, но, не успев прикусить пульс, раздражённо вздохнула. — Шшш, моя девочка, просто я чертовски проголодался, — прошептал он, медленно опускаясь ниже, целуя каждый сантиметр её тела. Когда его горячее дыхание опалило внутреннюю часть бедра, она всхлипнула. Он стянул с неё шорты и победно вздохнул. Она горела. Когда Драко провёл языком по её складкам, сначала один раз, потом ещё и ещё — она вздрогнула. Он ласково играл с её телом, посасывая клитор. Она сгорала. — Драко, да, — выдохнула она, хватая его за волосы и сжимая их крепче. В ответ почувствовала вибрацию его смеха между бёдер. Он прикусил нежную кожу, будто помечая её, а затем щёлкнул языком по клитору. Волны возбуждения прокатились по телу и сменились горячей, плотной негой внизу живота, когда к языку он добавил пальцы. Оргазм был таким ярким и сильным, что она почти подкинула бёдра, но крепкие руки Драко удерживали её, пока он продлевал её удовольствие. — Такая вкусная, — Драко поднял голову и облизал губы. Гермиона резко подскочила с кровати, тяжело дыша. Её тело было влажным от пота, а между ног определённо мокро. Чёртов сон. С чёртовым Драко Малфоем. На слегка дрожащих ногах она поплелась на кухню. Осушила стакан воды и тут же налила другой. Твою ж мать, что это было? Чёрт. Чёрт. Чёрт. Как же она надеялась, что завтра он не придёт в её лавку. И, видимо, её искренние молитвы были услышаны. Он не появился ни в тот день, ни на следующий. В пятницу, ближе к закрытию, в лавке царил небольшой беспорядок: трое клиентов стояли в очереди, когда колокольчик снова зазвенел, и у входа промелькнула платиновая макушка. Малфой занял место за последним клиентом и молча ждал своей очереди. Щёки Гермионы вспыхнули, стоило ей лишь вспомнить сон. Она надеялась забыть об этом, но кого она обманывала? Постепенно Гермиона отпустила всех покупателей. Драко, похоже, задумался, он так и остался стоять в конце магазина, уставившись в одну точку. — Малфой, я могу тебе помочь? — она постаралась говорить уверенно и непринуждённо. — Привет, Грейнджер, я... — он замялся. — Я… — Тебе нужно какое-то зелье? Или леденцы? — она склонила голову, изучая его растерянное выражение лица. Пожалуй, таким она видела его впервые. — Да, мне нужно... кое-что... — он замолк. — Что именно? — голос Гермионы стал тише. Он молчал, продолжая смотреть ей в глаза, а затем его щёки совершенно очаровательно порозовели. — Пожалуй... Я хотел сказать, что... Он опустил взгляд, явно собираясь с мыслями. Или на что-то указывая. — Понимаешь... — он взглянул ей в глаза всего на секунду, а затем снова опустил взгляд. Она проследила за его глазами и взгляд упёрся в его пах. Мерлин, он стесняется спросить про зелье? — Тебе нужно особое зелье? — она деликатно уточнила. — Я не уверен, что… — Оу, перестань, — Гермионе стало немного жарко. — В этом нет ничего такого, я варю его достаточно часто, — она повернулась к полкам и достала небольшую чёрную колбу. Наступила тишина. — Его нужно принимать, эмм… перед сном. Желательно пройти курс, но всё индивидуально, — она замялась, но поставила флакон в пакет и придвинула ему. — Что это? — Драко озадаченно посмотрел на Грейнджер. — Зелье, кхм… — она откашлялась. — Зелье для мужской силы, — она невинно пожала плечами. — Что, прости? — Драко вспыхнул и теперь напоминал алый амариллис, что стоял в вазе на столике у входа в лавку. — Ну, я подумала, что ты застеснялся, и всё хорошо, — она подняла руки в оборонительном жесте. — Со всеми бывает, — добавила она. — Его нужно втирать в… — Прекрати, Грейнджер. Я не… ты… — она услышала его рык, а затем он развернулся и вылетел из лавки, как ошпаренный. В тот вечер его можно было спутать с дорожным знаком «въезд запрещён»: красный цвет лица до корней волос и губы, сложенные в прямую линию. Вот он — тупик.