Часть 31 «До последнего шрама»

“Breathe Me” — Sia

Pov Eva: — Ты выйдешь замуж за Кристофера вместо Никки. Слова миссис Дженкинс звучат, как приговор. Как будто меня уже нет. Как будто моё имя, мой голос, моя воля — ничего не значат. Только роль. Только функция. Только её — Никки — тень. — Нет! Это слишком! — кричу я, чувствуя, как в груди всё сжимается. «Почему нельзя просто перенести свадьбу? Почему я снова должна быть ею?! Снова — не собой?!» — кричу а в сердце. Мистер Дженкинс делает шаг вперёд. Его лицо — как гранит, неподвижное и холодное. — Ты это сделаешь. Ты должна нам это. — Миссис Дженкинс кивает. Словно всё уже решено. Как будто я вещь, которую можно переставить с полки на полку. Я чувствую, как в груди поднимается отчаяние. Оно горит, как яд. Ирония разрывает меня изнутри. — Мне нужно спать с ним после свадьбы? Переехать к нему? Родить ему ребёнка?! — слова вырываются с хрипом. — Как долго я должна притворяться? До конца жизни? Пока Никки… не проснётся? Они переглядываются. Молча. Без удивления. Без жалости. Как будто я — уже подписала контракт. — Пока будешь нужна, — произносит миссис Дженкинс, подходя ближе. Я не успеваю отойти. Её пальцы врезаются в мои плечи. Толчок — и я падаю. Прямо на пол. Руки царапают ковёр, тело дрожит. — Ты сыграешь свою роль. И сыграешь её хорошо. — её голос режет, как лезвие. — Или твоя мать умрёт на улице. Больная. Одинокая. Без лекарств. Без шансов. Мир вокруг рушится. Я пытаюсь дышать, но воздух обжигает лёгкие. В голове — только один образ: мама, лежащая в своей маленькой комнате, с кислородной маской, с глазами, полными боли… Я не могу. Не имею права. Я опускаю взгляд. И шепчу про себя: «У меня нет проблем притворяться, что я влюблена в Кристофера… Но как я смогу смотреть ему в глаза, когда рядом будет Никки?..» Я даже не замечаю, как миссис Дженкинс оказывается за моей спиной. Чувствую только, как она отводит мои волосы в сторону. Пальцы холодные. Как у палача. — Нам нужно убедиться, что ты точно соответствуешь Никки. До мелочей. — её голос тянет меня из мыслей, в самую бездну. Я оборачиваюсь, замираю. — Что вы имеете в виду?.. — Держи её. — приказывает миссис Дженкинс. Муж сразу подходит, хватая меня. Крепко. Грубо. Я вырываюсь, но бесполезно. Его руки — как тиски. И тогда я вижу нож. На столе. В её руке. Моё тело сковывает страх. Настоящий. Животный. Кричу, но голос тонет в пустоте комнаты. — Пожалуйста! Нет! — но они не слышат. Не хотят слышать. Боль приходит внезапно. Горячая. Обжигающая. Рвущая. Мой крик разрывает воздух, как гром. Я даже не понимаю сразу, что происходит. Только ощущаю — как лезвие скользит по моей лопатке. Как кожа рвётся. Как капли крови стекают по спине. Я плачу. Кричу. Молю. Но всё напрасно. Они делают меня ею. До последнего шрама.