Часть 63 «Условия сделки»

“My Immortal” – Evanescence

10.04.2018 Pov Eva: Я стояла в коридоре, и сердце моё билось в унисон со стуком носилок. Маму и Никки уже везли в операционную. Белые простыни, ровные движения санитаров, глухой шорох колёс… Всё казалось нереальным, как будто это чужая жизнь. Не моя. Не они. Никки… она действительно согласилась. Я до сих пор не могу в это поверить. Что-то в ней треснуло, или… может, Крис. Наверное, он. Без него я бы не справилась. Без него я бы, возможно, сломалась. Я прижалась к нему, как к берегу после шторма. Он обнял меня сразу, будто знал, что мне это нужно. Его тепло медленно впитывалось в мою замёрзшую кожу, как спасение. — Ты думаешь, мама справится? — прошептала я, подняв на него глаза. Он посмотрел на меня — и в этом взгляде была уверенность. Та самая, которую я искала. Как будто он мог сам держать её сердце в своих руках и не дать ему остановиться. — Я нанял лучших хирургов, малышка, — ответил он, склонившись и поцеловав меня в макушку. — С ней всё будет хорошо. Моё горло сжалось. От благодарности. От любви. От боли, которая всё ещё пульсировала под рёбрами. — Спасибо тебе… за то, что спас её, — прошептала я. И решилась. — Сколько ты… заплатил за эту почку? Он посмотрел на меня — мягко, спокойно. И улыбнулся уголком губ. Той улыбкой, которую я знала лучше всего. Улыбкой, в которой пряталась вся его душа. — Ничего, чего я не был готов отдать, — прошептал он. И прежде чем я успела спросить что-то ещё, его губы накрыли мои. Этот поцелуй был не о страсти. Не о желаниях. Он был обещанием. Клятвой. Он был якорем, к которому я могла привязать всё, что осталось во мне живого. Я закрыла глаза и позволила себе утонуть в нём — в его вкусе, в его дыхании, в нём самом. Потому что рядом с ним — я не боюсь. Потому что он — мой выбор. Моя сила. Моё всё. Операция длилась уже больше пяти часов. Я не могла сидеть спокойно. Ходила взад-вперёд по пустой, слишком ярко освещённой комнате ожидания, прижимая руки к груди, словно могла удержать внутри весь страх. Крис сидел в кресле у стены. Усталый, с тенями под глазами, но не отходил от меня ни на шаг. Он мог бы поехать домой, отдохнуть, хоть немного перевести дух… но остался. Из-за меня. Из-за нас. Я снова обернулась к двери, когда в помещение почти вбежала миссис Дженкинс. Её высокие каблуки громко цокали по плитке, а лицо, натянутое в маску благородной паники, не внушало мне ни капли доверия. — Что происходит? — её голос взвился, пронзительный, как сирена. — Операция длится гораздо дольше, чем они говорили! Она почти бросилась в мою сторону, но тут же остановилась — Крис уже стоял рядом со мной. Рядом и чуть впереди. Он даже не посмотрел на неё. Просто был здесь. Моя стена. — Мама Евы на какое-то время пережила остановку сердца, — спокойно объяснил он, повторяя информацию, которую мы услышали час назад от врачей. — Но сейчас всё под контролем. Они уже заканчивают. Я видела, как у неё дрогнули ноздри, но в её глазах не было ни капли настоящего волнения. Только раздражение. Только холодный расчёт. — Если что-то случится с Никки или с ребёнком… — начала она угрожающе, сверля нас взглядом. — Врачи обещали, что она и её ребёнок будут в порядке, — быстро вставила я, надеясь, что это хоть немного её успокоит. Но миссис Дженкинс меня словно не замечала. — Даже если эта шлюха умрёт, ты всё равно должен, Кристофер, — процедила она, повернувшись к нему. — Мы обеспечили Никки операцию. Мы сделали свою часть. — Слово за словом она достала телефон и протянула его Крису. — Сделай звонок. Крис лениво взял телефон. В его движениях не было ни страха, ни тревоги. Только усталость и ледяная решимость. Я смотрела на него и не понимала — как он может оставаться таким спокойным, когда эта женщина рядом? Как он не сорвался на крик? Он набрал номер. — Вильям, — сказал он коротко, прижав телефон к уху. — Можешь передать всё. —… — Да… всё. —… — Я знаю. Несколько секунд — и разговор окончен. Он протянул телефон обратно миссис Дженкинс. — Довольна? — спросил он холодно, с презрением, которое не пытался скрывать. Она забрала телефон, её губы изогнулись в довольной, ядовитой ухмылке. Но на этом она не остановилась. — Не совсем, — сказала она, словно разговаривала с прислугой, а не с человеком. — Есть ещё одно условие. Ева должна вернуться домой. Мир перед глазами поплыл. Я уставилась на неё, не веря своим ушам. Домой? В этот кошмар? В этот ад, где меня ломали, унижали, убивали по кусочку каждый день? Я перевела взгляд на Криса. Он стоял спокойно, но его плечи напряглись, как перед боем. Он знал, что я думаю. И я знала — он не отдаст меня обратно. Никогда. Но всё равно сердце моё сжалось от страха.