Глава пятая(5.3): Кошмар и друг

На следующее утро я проснулся рано, но ожидаемой сонливости не почувствовал. Посмотрев на то, что лежало рядом со мной, я понял, что проснулся недостаточно рано. Рокси, по-видимому, уже тихо вышла и оставила меня одного. Я осознал, что никогда не забуду прошлую ночь до конца своих дней. Особенно если я снова женюсь на этой женщине, ведь рано или поздно она вспомнит: «Помнишь, как однажды ты прижался ко мне во сне, как испуганный младенец». Она никогда не была такой грубой, но любила самодовольно улыбаться, хвастаться или ревновать — хотя последнее было проще простого для Сильфи. Однако именно эти качества заставили меня полюбить Рокси ещё сильнее. Думая об этом, я вскочил с кровати и оделся. Я проспал дольше обычного, и к концу дня мне хотелось закончить кое-какие дела. Этот кошмар застал меня врасплох, в этом нет сомнений, но это все, что это было. Кошмар. Это было нереально. Это было не более чем игрой детского воображения, если не сказать — навязчивым чувством вины старого жалкого человека за то, что он оставил после себя. Я не должна позволять чувству вины управлять моей жизнью. Это нездоровый и неустойчивый подход. Я поняла это, прочитав дневник. Я должен был попытаться справиться с этим сам; никто из моих знакомых не мог мне помочь. Не то чтобы я не хотел их видеть. Просто никто здесь по-настоящему не понимал, через что мне пришлось пройти и что мне пришлось вытерпеть ради них. Когда я подумал о том, чтобы рассказать им, кто я такой, то понял, что это может плохо закончиться. Не думаю, что было бы ужасно рассказать кому-то об этом в какой-то момент, но я хотел хотя бы оставить свою семью в неведении. Не знаю, ради них или ради себя. Я тихо открыл дверь и пошёл по коридору к лестнице. —Ну что, ты понял, что с ним случилось прошлой ночью—? Я остановился, услышав их разговор. Это был голос Пола. Я уже слышала их, когда дошёл до середины коридора. —Он не хотел об этом говорить. Лучше оставить его в покое, чтобы не вызывать у него никаких других эмоций. По крайней мере, я так это вижу—. Затем раздался голос Рокси; она говорила так же спокойно, как и всегда. Казалось, она была голосом разума среди моих родителей. —Думаю, ему станет легче, если мы с ним поговорим—. В голосе Зенит слышалось раздражение; было видно, что она очень за меня переживает. —Может, это и к лучшему, милая. В конце концов, он наконец-то стал вести себя соответственно своему возрасту—, - парировал Пол. Если он так спокойно говорил о том, что произошло прошлой ночью, то я мог только догадываться, сколько времени ему понадобится, чтобы получить взбучку. —Могу я напомнить вам обоим, особенно вам, мистер Пол, что такие кошмары у ребёнка — это ненормально? Думаю, мы оставим произошедшее прошлой ночью просто чем-то, что произошло. Воспитывать мальчика сложно, но когда у такого зрелого ребёнка, как Руди, случается такой кошмар… — Рокси сделала паузу, упрекая обоих родителей . Судя по тому, что я слышал, её тон быстро стал раздражённым. —Думаю, нам всем будет лучше действовать осторожно—. В такие моменты понимаешь, что этой девушке в этом году исполнилось тридцать восемь и она старше моих родителей больше чем на десять лет. —Я знаю, что это ненормально! Просто...—Мне лучше было вмешаться, пока они не начали. Я не хотел беспокоить их ещё больше. —Мам, пап, можно я пойду поиграю на улице—? — я почесал затылок. Я видел, как на их лицах отразились самые разные эмоции, когда они повернулись ко мне. С одной стороны, Пол, казалось, был готов уступить. Честно говоря, он, наверное, думал, что я уже достаточно взрослый, чтобы валяться в сене с какой-нибудь девчонкой, с которой я только что познакомился, но, взглянув на жену, которая выглядела очень обеспокоенной, он решил промолчать. Отличная идея, о великий мой отец. —Думаю, это отличная идея—! Рокси перехватила мой вопрос, и её тусклые глаза слегка блеснули в ответ на мои слова. —Вы не согласны, мисс Зенит—?Рокси наклонила голову в сторону женщины, о которой шла речь. Рокси, вероятно, уже поняла, что моей матери нужна дополнительная помощь иэ для принятия решения Зенит выглядела слегка смущённой, но, похоже, сдалась, когда её драгоценный сын одарил её наивной улыбкой во все зубы. Она всегда была без ума от своих детей. То есть я тоже был без ума, так что я её понимаю. Я не могу вспомнить всё, что было в Буэне, только отрывки. Я не был здесь несколько десятилетий, и я почти уверен, что с возрастом у меня развилась деменция. Тем не менее я помню тот день, когда мне пришлось помогать Лилии, и то, как быстро моя мать переключилась на меня, когда они затронули такую неприятную тему. Моя мать больше всего на свете любила своих детей. Если не всю семью. — Ха-а-а, ладно—! Вот это та мать, которую я знал. — Но, Рокси, можешь его проводить, пожалуйста—? -Зенит, похоже, удалось собраться с мыслями, и, конечно же, она решила попросить. Сначала мне нужно было, чтобы меня обняла женщина, которую я люблю, просто для того, чтобы я мог заснуть. Теперь мне нужно, чтобы она взяла меня за руку, чтобы я мог выйти на улицу, — просто фантастика… Вдобавок ко всему мне приходится переживать из-за того дурацкого кошмара, который приснился мне прошлой ночью. Похоже, мой разум не собирался делать эту жизнь проще, чем я планировал. — Я могу это сделать, - Рокси по-прежнему смотрела на Зенита с тем же безразличным выражением лица, что и всегда. Синеволосая девушка подошла ко мне, словно ей тоже не терпелось выбраться из дома. Она положила руку мне на поясницу и вывела меня за дверь. —Блин, жаль, что мы не можем хотя бы сегодня потренироваться — Руди в последнее время неплохо справляется—. Я услышал расстроенный голос Пола позади нас, когда мы уходили.