Часть 28

      Аня сидела на кровати, завернувшись в плед, как в кокон. Комната казалась чужой — слишком аккуратной, слишком чистой. Даже ёжика не дали. Только плеер в руках. Она аккуратно вставила наушники, включила знакомую мелодию, и тишина зазвучала музыкой.       Она лежала, уставившись в потолок. Сердце будто стучало в такт, но сбивалось на каждом сильном аккорде. В груди было тепло… и больно.       Почему он? Почему именно он должен был стать тем, кто так смотрит на неё? Кто трогает не кожу — душу. Почему из всех возможных людей именно у него оказались руки, в которых хочется спрятаться?       Аня прижала подушку к груди. Она не знала, как назвать это чувство. Это была не любовь — ещё нет. Но уже и не просто привязанность. Это было… как зависимость. Как будто он — её якорь. Но что, если этот якорь потащит на дно?       «Я боюсь», — снова пронеслось у неё в голове. Боялась его взглядов, его действий, мыслей и реакций. Боялась, что она снова поверит. Что захочет остаться. Что начнёт нуждаться. А потом он уйдёт — так же, как уходили все...       Музыка сменилась, в ушах заиграло что-то старое, знакомое, любимое. Слова били точно в сердце:

«Don't bury me,

Don't let me down,

Don't say it's over,

'Cause that would send me under...»

«...Don't leave me alone with me.

See, I'm afraid.

Of the darkness and my demons, and the voices,

Saying nothing's going to be okay.»

      Аня зажмурилась. Она не знала, кем была для него. Не знала, кем могла бы стать. Но знала, что теперь она стала чем-то гораздо большим для хозяина этого дома, чем просто "заложницей". И, кажется, впервые за долгое время — кому-то нужной.       И всё же…       Всё же это пугало.