Глава сорок шестая

На полпути к дому, крепко сжимая зонт в руке, Сын А осознала нечто, от чего у нее сжался желудок. Она даже не знала, где находится боулинг-клуб. Из всех мест в окрестностях это было единственное, куда у нее никогда не было повода зайти. И от одной только мысли о том, что это место принадлежит Союзу, ей здесь совсем не нравилось. Но сейчас это незнакомое место было единственным, где находился ее брат-близнец, и у нее в груди уже все сжималось от беспокойства. Она молча поблагодарила небеса (а может, и богов) за то, что Джун Тэ решил пойти с ней. Он не только знал дорогу, но и вызвал такси, прежде чем она успела попросить. Он тихо сидел рядом с ней на заднем сиденье, а она, промокшая до нитки после прошедшего дождя, сжимала зонтик, как якорь. Такси въехало на тихую парковку и мягко остановилось. Сын А ничего не замечала вокруг. Здание было спрятано под автостоянкой и окружено мокрым тротуаром, который блестел в серебристом свете дождливого неба. Она взглянула на Джун Тэ. Он слегка кивнул ей, что означало: Это то самое место. Двери со скрипом открылись. Холодный воздух ворвался внутрь, и Сын А едва не поскользнулась на тротуаре, когда выходила. — Спасибо, сэр, — сказала она, отвесив быстрый поклон водителю. Затем она повернулась и побежала за Джун Тэ, который уже направлялся к выходу. Когда они вошли внутрь, здание было тускло освещено. Как таковой темноты не было, но верхнее освещение было приглушенным и мрачным, отбрасывая на все зеленые тени. Типичная атмосфера для боулинга, предположила она. Здесь были плакаты и табло с яркими оранжевыми и синими надписями, пластиковые сиденья, которые выглядели старше, чем само заведение, а из-за угла доносилось жужжание старых торговых автоматов. Их ботинки слегка поскрипывали по полированному полу, когда они проходили мимо пустой стойки администратора по узкому коридору. Джун Тэ молча шел впереди, его поза была напряженной, а Сын А следовала за ним по пятам, ее сердце бешено колотилось при каждом шаге. В конце концов они добрались до лестницы, которая изгибалась вниз, в самое сердце здания. Когда они спустились, за ними открылась главная зона для боулинга, которая показалась ей наполовину комнатой отдыха, наполовину полем боя. Там были столы и стулья, как в обычном боулинг-клубе, большинство из которых были сдвинуты в сторону. Справа от них была длинная дорожка для боулинга, уставленная стойками с разноцветными шарами для боулинга и экранами над головой, которые в данный момент были выключены. Там было пусто. И слишком тихо. Беспокойство Сын А усилилось. Ее взгляд метался из стороны в сторону, дыхание участилось, когда ноги понесли ее сквозь жуткую тишину. Что-то было не так. Что-то было не так все это время. И тут она услышала шарканье. Ботинки шаркали по линолеуму. Они повернулись на звук и поняли, что это Ши Ын. Он появился с другой стороны коридора, по которому они только что прошли, и, прихрамывая, вошел в главную комнату. Его униформа была в пятнах, лицо в крови и синяках, а одной рукой он держался за бок, как будто что-то внутри него могло разбиться, если он отпустит его. — Ши Ын! — воскликнули они оба. Сын А не колебалась ни секунды. Она подбежала к нему и крепко положила руки ему на плечи. От этого прикосновения она чуть не расплакалась, таким хрупким он казался в этот момент, несмотря на свою силу. Всего несколько дней назад он был в больнице, и вот он здесь, все еще на ногах и сражается с этими ублюдками. — Ты в порядке? Что, черт возьми, произошло?  Ее голос дрогнул. Ее пальцы инстинктивно коснулись его щеки, отчего он вздрогнул. Но Ши Ын не ответил на ее вопрос. Он просто уставился на нее, затем на Джун Тэ. В его глазах было какое-то выражение. Оно было усталым, растерянным и злым одновременно. Как будто он не ожидал, что кто-то придет его искать. — Как вы двое сюда попали? — он тихо спросил. Сын А усмехнулась, ее беспокойство переросло в раздражение.  — Это твоя единственная забота? — огрызнулась она.  — Кто, черт возьми, сделал это с твоим лицом? Прежде чем он успел ответить, за его спиной кто-то шевельнулся. Из-за угла дверного проема появилась крупная фигура, прислонившаяся к косяку, словно нуждавшаяся в нем, чтобы не упасть. Он был высок, сложен как стена, с жестоким взглядом, который впился в спину Ши Ына, как прицел снайпера. Его лицо было в таких же синяках, как и у Ши Ына, но по тому, как он посмотрел на них, Сын А сразу поняла. Это сделал с ним ее брат. И он выглядел очень сердитым. Но это не имело значения. Потому что теперь парень смотрел на них. Ее желудок сжался. Руки и ноги замерли. Мужчина двинулся вперед, его походка была медленной, но тяжелой и обдуманной. Ши Ын не колебался. Несмотря на свои травмы, он одной рукой отодвинул Сын А за спину и шагнул вперед. Джун Тэ, действуя инстинктивно, быстро встал между ними, пытаясь оттолкнуть парня, упершись обеими руками ему в грудь. Но нападавший был сильнее. Намного сильнее его. Одним быстрым толчком Джун Тэ был отброшен на стойку для боулинга рядом с ними, шары для боулинга загремели и покатились во все стороны. Звук эхом разнесся вокруг них, оглушая в тишине. — Джун Тэ! — Ахнула Сын А, бросаясь к нему, в то время как ее брат уже двигался. Ши Ын ударил парня кулаком по голове. Сын А пригнулась к Джун Тэ, который быстро моргал, явно ошеломленный, но все еще был жив. — Ты в порядке? — спросила она, держась за его плечо. Джун Тэ кивнул, затаив дыхание.  — Да, я в порядке. Но за их спинами сцена стала еще более жестокой. Удар Ши Ына пришелся не так, как он хотел. Парень схватил его за руку, вывернул ее и сильно ударил по лицу. Затем он толкнул ее брата на землю за голову и начал пинать его ногами по ребрам. Снова и снова. — Старайся лучше! — проревел мужчина.  — Я убью тебя нахрен! Тебе конец, придурок! Я прикончу тебя блять! Джун Тэ застонал рядом с ней, его очки слегка съехали набок, а тело неловко изогнулось на холодном, твердом полу. Его пальцы шарили по краю стойки, на которую он упал, пока не наткнулись на что-то гладкое и тяжелое. Шары для боулинга. Он глубоко вздохнул, глаза его вспыхнули от осознания, и он повернулся к Сын А. — Ударь его, — прохрипел он, едва в состоянии говорить. Дрожащими руками он схватил зеленый шар для боулинга и толкнул его в ее сторону.  — Вот этим. Сердце Сын А остановилось. На мгновение она уставилась на это, как на какой-то посторонний предмет. Ее руки замерли в воздухе. Ее брат лежал на земле. Ее лучший друг истекал кровью. А ублюдок, который причинил им боль, даже не вспотел. Поэтому она обхватила пальцами гладкую зеленую поверхность, приподнимая ее. Она оказалась тяжелее, чем она ожидала. Пульс гулко отдавался у нее в ушах. Она не смотрела на Джун Тэ. Она не произнесла ни слова. Она просто стояла. Ее туфли царапали пол, когда она двигалась, шар для боулинга был прижат к груди, как граната, готовая взорваться. Парень стоял к ней спиной. Он был слишком занят, осыпая ее брата пинками под ребра, чтобы заметить, как она бросилась к нему. Отлично. Сын А подняла мяч. Ее руки заныли под тяжестью. И, вложив в удар все силы своего тела, она ударила его в висок. Треск напоминал звук выстрела. Парень пошатнулся, застонал и схватился за голову.  — Что за чертовщина! — прорычал он, едва успев произнести эти слова, как она замахнулась снова. И снова. Даже не думая. Была только ярость. Ее руки болели. Горло горело. Но все, что она могла видеть, это Ши Ына, лежащего на земле и с хрипом хватающего ртом воздух. Она ударила его в четвертый раз, прежде чем мяч выскользнул у нее из рук и со стуком упал на землю. В это короткое мгновение замешательства Джун Тэ, несмотря на то, что изо рта у него все еще текла кровь, поднялся, задыхаясь от проклятий, и сделал выпад. Он бросился парню на спину, крепко обхватив его обеими руками за шею, словно в удушающем захвате, которому он не был обучен, но в котором чувствовалось огромное отчаяние. Парень споткнулся под внезапным весом. Джун Тэ держался так, словно от этого зависела его жизнь, потому что так оно и было. Теперь парень спотыкался, размахивая руками, пытаясь за что-нибудь ухватиться, чтобы оторвать мальчика от земли. Сын А инстинктивно сделала шаг вперед. Но прежде чем она успела сделать что-либо еще, мужчина издал рев, гортанный звук ярости и боли, и ударился спиной о ближайшую стену, а Джун Тэ все еще цеплялся за него. Звук удара заставил ее вздрогнуть. Хватка Джун Тэ ослабла, и мужчина, извернувшись, схватил его за воротник и швырнул на ближайший стол. Стол треснул от силы удара, и Джун Тэ со стоном скатился с другого конца, рухнув на пол внизу. Глаза Сын А расширились. Время замедлилось. Мужчина обернулся. Его глаза, налитые кровью и дикие, встретились с ее, как у волка, заметившего добычу. Она отступила назад. Ее разум кричал ей, чтобы она двигалась, но ноги были словно каменные. Она поискала, что бы еще бросить. Прежде чем мужчина успел дотянуться до нее, прежде чем он успел даже поднять руку, шевельнулось еще одно тело. Ши Ын. С земли, в полубессознательном состоянии, все еще хватая ртом воздух, Ши Ын выбросил руку и схватил парня за бедро. Его хватка была дрожащей и отчаянной, но достаточно сильной, чтобы заставить мужчину пошатнуться и потерять равновесие. Мужчина зарычал и попытался высвободить ногу, но Ши Ын не отпускал его. Его рука, перепачканная кровью и грязью, обхватила голень парня, когда он сильно дернул. Мужчина с кряхтением опустился на одно колено, тихо ругаясь. И тогда Ши Ын рванулся вперед и со зверской силой ударил парня кулаком в бедро, а затем еще раз в ребра. При каждом ударе раздавался отвратительный глухой стук. Мужчина развернулся, теперь уже в ярости, с широко раскрытыми от ярости глазами. Его рука поднялась, готовая нанести ответный удар. Но Ши Ын оказался быстрее. Ударив снизу, он рванулся вверх, как сжатая пружина, каждый мускул кричал от боли. Его кулак угодил противнику прямо в горло таким резким и внезапным апперкотом, что у того перехватило дыхание. Мужчина поперхнулся, споткнулся, замахал руками, хватаясь за шею. И тут Ши Ын нанес последний удар. Последний, безжалостный удар в лицо. Голова мужчины откинулась назад. Его ноги подкосились. Его тело с глухим стуком ударилось о землю. А затем наступила тишина. Он потерял сознание. Полностью обмяк. Сын А не могла пошевелиться. Ее легкие работали, но казалось, что в них не поступает воздух. Ее конечности дрожали, то ли от страха, то ли от адреналина, то ли от какой-то ужасной комбинации того и другого, она не знала. Но ее глаза медленно опустились. Правая рука Ши Ына все еще была сжата в кулак, костяшки пальцев были в крови, но что привлекло ее внимание, так это блеск металла в тусклом освещении кегельбана. Кастет. Блестящий и запачканный кровью. Он облегал его руку, как нечто первобытное, созданное специально для его пальцев. — Где, черт возьми, ты это взял? — спросила она, задыхаясь, даже не уверенная, какие эмоции были в ее голосе. Шок? Гнев? Благоговение? Ши Ын не ответил. Он просто смотрел на оружие, как будто видел его впервые. Затем его взгляд на мгновение встретился с ее взглядом, прежде чем он повернулся и, не говоря ни слова, заковылял к Джун Тэ. Сын А тяжело вздохнула и последовала за ним. Джун Тэ все еще неуклюже лежал на сломанном краю стола, постанывая себе под нос, очки едва держались у него на носу. — Джун Тэ.  Ши Ын опустился рядом с ним на колени и осторожно взял его за плечо.  — Ты в порядке? Джун Тэ издал слабый, хриплый вздох и с гримасой на лице медленно выпрямился.  — Я в порядке, — пробормотал он тонким, как бумага, голосом. — Нам нужно поторопиться. Ши Ын попытался помочь ему подняться, но в тот момент, когда Джун Тэ опустился на одно колено, он резко и болезненно вздохнул, а затем согнулся пополам, схватившись за бок. — Черт, — выдохнула Сын А, подходя ближе. Она опустилась на колени и схватила его за другую руку, позволяя ему опереться на нее, пока она с тревогой смотрела на своего близнеца.  — С ним не все в порядке. Им обоим удалось оттащить его к стене. Джун Тэ привалился к ней, его дыхание было коротким и неровным. — Я пойду за вами, — выдохнул он.  — Вы, ребята, идите вперед. — Нет, я останусь с тобой, — сразу же сказала Сын А, даже не задумываясь. Челюсть Сын А была сжата.  — Тебе нужно в больницу. — Я в порядке, — настаивал Джун Тэ, качая головой и сжимая челюсти, чтобы не поморщиться.  — Мне просто нужна секунда. Вот и все. Сын А нахмурилась. — Джун Тэ... — Пожалуйста, уходи, — повторил он, на этот раз тише.  — Тебе нужно идти.  Его голос дрогнул, и он перевел взгляд на Ши Ына.  — И помоги им навсегда прекратить борьбу. На глазах у него выступили слезы, он попытался скрыть это, опустив глаза, но Сын А заметила. Ши Ын тоже. Ее близнец был неподвижен, как камень, глаза устремлены куда-то в пол, зубы стиснуты, челюсть подергивается. — Я останусь. Сын А попыталась снова, но Джун Тэ заговорил с неожиданной настойчивостью. — Ты сказала Баку, что вернешься к нему, — сказал он, его грудь все еще быстро поднималась и опускалась.  — Так что иди. Со мной все будет в порядке. Это заставило ее остановиться. Она перевела взгляд на Ши Ына, который ничего не сказал, но едва заметно кивнул ей. Сын А вздохнула, опустив плечи.  — Ты невозможен, — пробормотала она себе под нос, стиснув зубы от разочарования. Джун Тэ выглядел так, словно изо всех сил старался не показаться слабым. Но он все равно смотрел на нее снизу вверх. А затем, когда она повернулась, чтобы уйти, она услышала его голос, на этот раз более тихий и ласковый. — Сын А. Она оглянулась, сдвинув брови. Он пытался улыбнуться, несмотря на то, что его лицо было залито кровью, а руки все еще дрожали. — Спасибо, что заботишься обо мне, — сказал он.  — За то, что была моим другом. Она моргнула. Ее сердце сжалось. Секунду она ничего не говорила, просто медленно подошла к нему, затем присела на корточки и осторожно положила руку ему на плечо. Она слегка сжала его. — Ты заноза в заднице, — сказала она тихим, но теплым голосом.  — Но да... ты и мой друг тоже. Он рассмеялся тихим, прерывистым смехом.  — Скажи ему, что я выжил, хорошо? Она усмехнулась и встала, на мгновение ее лицо смягчилось. Затем она повернулась, и ее шаги эхом отдавались за спиной, когда она снова последовала за братом в бурю.