Амон - Хен

Месяц в Лориене пролетел незаметно. Утром братство собралось на причале. Галадриэль и Келеборн уже ждали нас. Доброе утро, браство! Ваше путешествие к Мордору продолжается. Мы обеспечим вас всем необходимым. - Келеборн отошёл от нас и тут же к нам подошли эльфы, надевая на нас лориенские плащи. - Никогда мы не надевали чужестранцев в одежды нашего народа. Пусть эти плащи укроют вас от вражеских глаз. - Келеборн задержал взгляд на мне. Я слегка склонила голову. На пристани нас ждали лодки и провизия. Мы начали грузить вещи и еду в ладьи. Галадриэль по-очереди подзывала членов братства к себе, даруя что-то каждому из нас. Леголас получил новый лук и полный колчан стрел. Мерри и Пиппину достались кинжалы. Боромир получил эльфийский меч и ножны, украшенные драгоценными камнями, Сэм - верёвку, Фродо фиал с водой из зеркала Галадриэль. Арагорн получил кинжал и брошь в виде орла. Гимли попросил самое драгоценное - локон золотых волос. Владычица дала ему три. Очередь дошла до меня. - В тебе заключена огромная сила, Мириэ. Не поддавайся тьме, окутавшая твоего отца. - Келеборн положил руки на мои плечи, смотря мне в глаза. Келеборн отошёл, уступая место Галадриэль. Она лучузарно улыбнулась и протянула мне небольшой мешочек. Я развязала его и достала маленький флакон с прозрачной жидкостью. Это заговоренная вода. Она может спасти жизнь нуждающемуся. - Я склонила голову. Владычица подняла моё лицо за подбородок, заглядывая в иои глаза. - Спасибо, Галадриэль! - Я слегка улыбнулась и обняла сестру. Она погладила меня по волосам. - Ты начала меняться. Грусть и печаль постепенно уходят, освобождая твоё сердце и душу для более сильного чувства. - О чём ты? - Я не поняла её слов. Галадриэль лишь мягко улыбнулась и отошла в сторону. Я убрала флакон в карман и пошла к братству. Я подавала мешки с провизией Арагорну и Леголасу, а они, в свою очередь, другим членам нашего отряда. Леголас не упускал ни малейшего шанса коснуться моей руки, но я лелала вид, что не замечаю этого. Ты уплывешь, даже не попрощавшись? - Я услышала тех, кого так хотела увидеть. - Халдир! - Я подбежала к нему и крепко обняла. - Будь осторожна, маргаритка! - Румил и Орофин вышли следом. Я обняла их обоих. - Я так боялась не увидеть вас! Думала, что вы на границе. - Я улыбнулась им. - Галадриэль разрешила нам проводить тебя, - Халдир слегка улыбнулся, смотря на братьев. Румил и Орофин вынули из-за пазухи парные клинки. - Они прекрасны! - Я с восхищением смотрела на оружие. - Они перекованы из меча Феанора. В них заключен свет и сила Валинора. Я попросил кузнецов перековать их специально для тебя! - Я улыбнулась и снова обняла ребят. - Будьте осторожны, ребята! - Я отстранилась. - И ты тоже, сестрёнка. - После этих слов я раскрыла рот. - Ты стала для нас, как сестра. Маленькая, младшая сестра! - Румил слегка улыбнулся. - Спасибо. - Я слегка склонила голову и улыбнулась. - Нам пора! - Сказал Арагорн. Лодки, где сидел Арагорн и Боромир были заняты. Меня усадили в ладью к Леголасу и Гимли. Эльф был только рад моей персоне. Мы отчалили от берега, и Лориен начал медленно исчезать в дымке тумана. Халдир, Румил и Орофин долго махали нам вслед, пока их фигуры не превратились в маленькие точки на берегу. Я чувствовала, как наворачиваются слезы. Мне не хотелось покидать это волшебное место и этих прекрасных эльфов. Леголас нежно коснулся моей руки. Я посмотрела на него. Его глаза были полны сочувствия и понимания. Я слегка улыбнулась ему в ответ. Гимли что-то ворчал себе под нос, но я не обращала на него внимания. Река Андуин несла нас все дальше и дальше на юг. Пейзажи вокруг постепенно менялись. Вместо золотых лесов Лориена теперь нас окружали серые скалы и унылые равнины. Братство храбро продолжало свой путь, но в воздухе чувствовалась напряженность и беспокойство. В одну из ночей, когда мы остановились на привал, я не могла уснуть. Я села на берегу реки. Луна ярко освещала окрестности. Вдруг я услышала чьи-то шаги. Ко мне подошел Арагорн. - Не спится? - спросил он, садясь рядом со мной. - Нет. Думаю о будущем. О том, что нас ждет. - Я вздохнула. - Не волнуйся, Мириэ. Всё будет хорошо. - Говоришь, как Гэндальф. - Я усмехнулась, вспоминая нашего друга. Наш путь тянулся уже второй день, монотонный, словно бесконечная нить. Пейзаж не менялся, убаюкивая однообразием: пологий берег, увитый изумрудной лентой густого леса, словно хранил безмолвные тайны. С наступлением сумерек мы искали пристанище, причаливая к берегу, словно уставшие странники, ищущие покоя. Однажды ночью, под бдительным взором звезд, Арагорн заметил Голлума, крадущегося в тенях, словно тень из глубин Мории, неотступно преследовавшую нас. – Подъем! – разнесся зычный голос Арагорна, пробуждая нас ото сна. Я вздрогнула и села, распахивая глаза навстречу предрассветной мгле. Небо искрилось россыпью звезд, а луна, словно серебряная монета, отражалась в зеркальной глади великой реки Андуин, околдовывая своим призрачным светом. Хоббиты, ворча, поднимались на ноги. Сэм, проворный, как всегда, тут же раздувал угли, оставшиеся от ночного костра. Мерри и Пиппин, словно неугомонные пташки, принесли припасы из лодки и раздали каждому по кусочку дорожного эльфийского хлеба, лембаса. Я поднялась, подошла к самой кромке воды и, зачерпнув ледяную воду, умыла лицо, ощущая, как пробуждается каждая клеточка тела. Наполнив флягу, я обернулась. – Доброе утро, – прозвучал тихий голос, и ко мне подошел Леголас. Он умылся, словно смывая остатки ночи. – Доброе, – ответила я, насторожившись, прислушиваясь к едва уловимым звукам леса. – Мириэ? – в голосе принца прозвучала тревога, нахмурив его светлые брови. – Нехорошее предчувствие. Оно нарастает с каждым часом, словно зловещая тень, – я встретилась с его обеспокоенным взглядом. Леголас, словно чуткий зверь, вглядывался в чащу леса, осматривая каждый куст, каждый изгиб дерева. – Я чувствую то же самое, – согласился Леголас. Мы вернулись к костру. – Арагорн, у меня дурное предчувствие, – начала я, не отводя взгляда от друга. – Нам нужно уходить отсюда. Арагорн, внимательно выслушав меня, кивнул в знак согласия. Братство спешно собрало свои вещи, мы заняли свои места в лодках и поплыли дальше, прочь от этого неспокойного места. Я не отрываясь вглядывалась в лес, словно пытаясь разгадать его мрачные тайны. – Мириэ, а что Владычица Галадриэль подарила тебе? – вдруг спросил Пиппин, нарушив тишину. – Тихо! – резко оборвала я его, прислушиваясь к еле уловимым звукам. Вдруг, где-то вдоль берега хрустнула ветка, словно сломалась тишина. Это было недостаточно громко, чтобы услышали хоббиты, люди или гном, но достаточно, чтобы насторожить чуткие уши эльфов. Мы с Леголасом одновременно повернулись к берегу. Между деревьев, словно призраки, мелькали чьи-то фигуры, затаившиеся в тени. – Арагорн! – позвала я друга, чувствуя, как тревога нарастает с каждой секундой. – Там кто-то есть! И словно в ответ на мои слова, из-за кустов выскочили орки, оглашая лес злобными криками. Они тут же начали обстреливать нас из луков, посылая в нашу сторону град стрел. Арагорн, словно молния, среагировал и перевернул лодку, увлекая нас за собой в холодные воды Андуина. Остальные последовали его примеру, спасаясь от смертоносного ливня. «Только не это!» – пронеслось в моей голове, когда я оказалась в воде, захлебываясь от неожиданности. Я же плаваю хуже, чем топор! Я оттолкнулась ногами от дна и попыталась грести, отчаянно борясь за жизнь. С трудом, но мне удалось вынырнуть на поверхность, жадно хватая ртом воздух. – Мириэ, давай! Греби! – кричали мне парни, подбадривая и вселяя надежду. Я, собрав все свои силы, начала грести, медленно, но верно приближаясь к берегу. Как только я приблизилась к берегу, Арагорн и Леголас бросились мне на помощь, вытаскивая из воды. Они помогли мне добраться до безопасного места и усадили под сенью старого дерева, словно оберегая от опасности. – Мириэ! – ко мне подбежали Мерри и Пиппин, лица которых исказила гримаса испуга. К ним присоединился Эстель, обеспокоенно глядя на меня. – Почему ты так медленно плыла? – Мерри был вне себя от беспокойства. – Тебя ранили? – Арагорн опустился на колени передо мной, внимательно осматривая. Леголас, молчаливый и сосредоточенный, отошел в сторону, вглядываясь в лес, пытаясь понять, преследует ли нас этот отряд орков. Я, дрожа от холода, присела около костра, пытаясь согреться. – Изумрудик, так ты плавать не умеешь? – спросил Гимли, подсаживаясь рядом. Хоббиты тут же уставились на меня, ожидая ответа. – Я плохо плаваю. Очень плохо, – призналась я, чувствуя, как краска стыда заливает щеки. – Хоть что-то она не умеет делать! – хохотнул Боромир, пытаясь разрядить обстановку. – Ложитесь спать, – скомандовал Арагорн, прерывая веселье. – Отплываем с рассветом. Хоббиты и гном, не тратя времени на разговоры, тут же улеглись на землю и спустя пару минут уже мирно сопели, убаюканные усталостью. Боромир ушел за хворостом, чтобы поддержать огонь, а Арагорн отошел к Леголасу. Они вместе вытаскивали лодки из воды, готовясь к дальнейшему путешествию. Мне же, несмотря на усталость, спать совсем не хотелось. Утром, с первыми лучами солнца, мы продолжили свой путь. Спустя пару часов мы достигли бывшей границы Гондора. По обе стороны реки нас встречал величественный монумент, состоящий из двух огромных статуй, высеченных прямо в скалах, словно стражи, охраняющие древние рубежи. – Какая красота! – воскликнул Сэм, пораженный увиденным. – Дух захватывает, – вторил ему Пиппин, не отрывая взгляда от монументальных фигур. – Кто это? – вдруг спросил Фродо, пытаясь разглядеть детали. – Это Исильдур и его брат Анарион, – ответила я, словно переносясь в далекое прошлое, осматривая статуи. – Они основали Гондор много лет назад, – добавил Арагорн, подплывая ближе. Лодки медленно проплыли между монументами, словно входя в священные врата. Хоббиты, не отрывая взгляда, провожали взглядом эту величественную красоту, навсегда запечатлевая ее в своей памяти. Вскоре мы достигли Парт Галена, места, где Андуин расширяется, образуя озеро Нен Хитоэль, словно огромное зеркало, отражающее небеса. Здесь нам предстояло принять важное решение, которое могло изменить ход истории: куда идти дальше, в Минас Тирит или к Мордору, в самое сердце тьмы. Мы причалили к берегу, чтобы отдохнуть и обдумать дальнейшие действия. И снова это чувство. Необъяснимое чувство тревоги, которое подкралось незаметно и окутало меня, словно ледяная пелена. Я не могла найти себе места, ходила туда-сюда по берегу и всматривалась в гущу леса, пытаясь разглядеть скрытую опасность. Леголас тоже что-то чувствовал и озирался по сторонам, словно чуткий зверь, улавливая малейшие изменения в окружающей среде. Мерри и Пиппин вернулись с хворостом и принялись готовить еду, пытаясь создать видимость нормальной жизни в этом неспокойном месте. – Озеро переплывем ночью, – сказал Арагорн, прерывая тишину. – Спрячем лодки и пойдем пешком. Мы зайдем в Мордор с севера, минуя основные силы врага. – Неужели? – проворчал Гимли, недовольный планом. – Вот так запросто пройдем через Эмин-Мюиль? Через горы из острых, как бритва, камней, а потом, – на этом бедный Перегрин даже перестал жевать, – еще приятнее: зловонное болото, которому не видно конца и края! – Иного пути нет. Советую отдохнуть и набраться сил, господин гном, – Арагорн посмотрел на меня, словно ища поддержки. – Сейчас самое время, – поддержал меня Леголас, чувствуя нависшую угрозу. – Нет, восточный берег стерегут орки. Надо ждать, когда стемнеет, – возразила я, посмотрев на дунедайна. – Элессар, ты никогда не сомневался в моем чутье. Послушай же и сейчас, нам нужно уходить, – я посмотрела другу в глаза, пытаясь убедить его в своей правоте. – Тьма и угроза ширятся в моем сознании, – продолжил Леголас, словно подтверждая мои слова. – Что-то назревает, я чувствую это. – Какие вы чувствительные, однако! – заявил гном, скептически посмотрев на нас. – Где Фродо? – вдруг спросил Мерри, нарушив напряженную атмосферу. Мы быстро пробежали глазами по лагерю, пытаясь найти хоббита. Пропал не только Фродо, но и Боромир тоже исчез, словно растворился в воздухе. – Твою мать! – я выругалась и, не теряя ни секунды, побежала в лес, словно преследуемая кошмаром. Я бежала без разбора, продираясь сквозь заросли, выкрикивая имя хоббита, словно пытаясь вернуть его из небытия. Голос сорвался, в горле пересохло от волнения. Лес словно замер, не отзываясь на мои крики, словно сговорившись с тьмой. Сердце бешено колотилось в груди, предчувствуя неминуемую беду. Я понимала, что время уходит, и каждая секунда может стоить Фродо жизни. "Боромир! Зачем?" – пронеслось в голове, словно эхо, но ответа не было. Вдруг, до ушей донеслась тяжелая поступь и рычание, словно ко мне приближался дикий зверь, голодный и беспощадный. – Этого еще не хватало! – я выхватила лук, натянув тетиву со стрелой. Медленно пробираясь дальше, я всматривалась в глушь, но ничего не видела, словно тьма сгустилась вокруг меня, скрывая опасность. Вдруг, сбоку зашевелились кусты, словно кто-то затаился в засаде. Я нацелилась туда, готовая защищаться. Только я хотела выстрелить, как оттуда вылетел Сэм, замерший от испуга, тяжело дышащий, словно загнанный зверь. – Твою мать, Сэм! – я убрала оружие, чувствуя, как отпускает напряжение. Хоббит громко выдохнул, приходя в себя. Сэм начал подходить ко мне, словно ища защиты. В этот момент до ушей донесся свист летящей стрелы, словно предвестник беды. – Ложись! – я бросилась к хоббиту, ухватив его за руку. Мы рухнули в кучу опавших листьев, словно пытаясь спрятаться от невидимого врага. Рык возобновился, наводя ужас. Я быстро встала, выхватив клинки, и замерла, готовая к бою. На нас неслись огромные, крепкие твари, напоминающие орков, но более свирепые и жестокие. Я быстро отбросила все мысли, сосредоточившись на выживании. Первая тварь замахнулась мечом, пытаясь сокрушить меня. Я увернулась от удара, вонзив свой клинок в его шею, словно поражая змею. Второй получил лезвие в живот, корчась от боли, а третий лишился головы, словно скошенный косой. Сэм все это время лежал в куче листьев, завороженно наблюдая за боем, словно загипнотизированный кролик перед удавом. – Сэм, беги отсюда! Я задержу их! – крикнула я, пытаясь спасти хоббита. Я поставила блок, пнув урода в грудь, отражая удар другого, словно танцуя смертельный танец. Урук-хаи прибывали, словно их было не счесть. Я кружила вокруг деревьев, отбивая удары и разя противника, словно вихрь смерти. Эти твари были намного сильнее и умнее обычных орков, представляя серьезную угрозу. Пнув очередного орка в грудь, я увернулась от удара второго, пронзив его клинком, словно закалывая свинью. Услышав рык за спиной, я обернулась, словно предчувствуя беду. Ко мне двигался урук, несколько крупнее остальных, с горящими от злости глазами, а поблизости не было никого из друзей, способных прийти на помощь. Я начала отбиваться, чувствуя, как силы постепенно покидают меня, словно песок сквозь пальцы. Я пропустила удар под дых, от чего выронила свое оружие, словно потеряла часть себя, а потом урук легко швырнул меня в сторону, словно тряпичную куклу. Я отлетела к дереву, ударившись спиной о твердый ствол, чувствуя, как боль пронзает все тело. Несколько секунд я не могла вдохнуть, словно лишилась легких. Не успело дыхание нормализоваться, как меня схватили за шею и прижали к шершавому стволу, словно заковывая в оковы. Воздуха стало не хватать, словно я тонула в бездне. Я пыталась разжать стальные тиски, но безуспешно. Урук только оскалился, обнажив клыки, и провел языком по моей щеке, словно пробуя на вкус. Терпеть это я не собиралась, поэтому, собрав последние силы, пнула ногой в колено, умудрившись достать кинжал из сапога и вонзила клинок в его плечо, словно жаля скорпиона. Он взревел от боли и немного ослабил хватку, но затем ударил меня по лицу, от чего я упала на землю, словно подкошенная. Потом последовал удар в живот, отбрасывая меня в сторону, словно бросая на растерзание. Я снова не могла вдохнуть, словно задыхалась под водой, в глазах потемнело, во рту чувствовался неприятный металлический привкус крови. Когда зрение чуть нормализовалось, я посмотрела на врага, который выдернул мой кинжал из себя и вновь надвигался на меня, словно хищник, почуявший добычу. Сплюнув скопившуюся кровь, я достала спрятанный за опустевшим колчаном клинок, словно надежду на спасение. Мы снова начали сражаться, словно обреченные на вечную битву. Я отбила удар, успев юркнуть за спину врага и пронзить его шею клинком, словно перерезая гордиев узел. Урук упал замертво, освобождая меня от своей хватки. Я выдохнула с облегчением, но тут мое плечо пронзила острая боль, словно удар молнии. Я вскрикнула, схватившись за него. Сзади подбирался урук, словно тень, готовая нанести смертельный удар. Я подняла оружие, готовясь к последней битве. Тварь была крупнее всех, которых я видела до этого, словно военачальник. На его роже был отпечаток белой руки, словно знак отличия. Он оскалился и откинул лук, достав ятаган, словно демонстрируя свое превосходство. Я перехватила клинки, чувствуя, что силы почти на исходе, словно догорающая свеча. Я отбивалась из последних сил, но их не хватало, чтобы противостоять этой машине смерти. Урук выбил клинки из моих рук, лишив меня защиты, и дал мне хорошую пощечину, словно издеваясь. На этот раз мне не повезло, словно судьба отвернулась от меня. Я приземлилась на выступивший корень дерева, ударившись головой, словно теряя связь с реальностью. Сознание покинуло меня, оставив на растерзание тьме. POV. От лица Леголаса. Я убил еще одного урука и побежал туда, откуда слышал звук рога Гондора, словно призывающего к битве. Выбежав на поляну, я увидел Арагорна, склонившегося над пронзенным стрелами Боромиром, словно оплакивающего потерю. – Остроухий, я не успеваю за тобой! – Гимли пыхтел и громко выдохнул, догнав меня, словно старый волк, уставший от погони. Он замолчал, смотря на Арагорна, словно осознавая трагичность момента. Элессар встал, словно каменный изваяние. Боромир был мертв, и ничто не могло вернуть его к жизни. – Где Мириэ? – Элессар увидел нас, и внутри меня все куда-то рухнуло, словно обвалилась земля под ногами. Мириэ нигде не было, словно растворилась в воздухе. Мы побежали в обратную сторону, ища эльфийку, словно потеряв самое ценное. Я молился всем богам, чтобы они защитили ее, словно прося о чуде. В последнее время я начал ловить себя на мысли, что Мириэ нравится мне больше, чем просто друг, словно я влюбился в нее, как мальчишка. Я выбежал на поляну, близ берега, и сердце пропустило удар, словно остановилось на мгновение. Внутри все оборвалось, словно рухнул мир. Среди корней деревьев я увидел ярко-рыжие волосы Мириэ, словно маяк в ночи. – Мириэ! – Я подбежал к ней и ужаснулся, словно увидев кошмар наяву. Из левого плеча девушки торчала стрела, словно смертельное жало, а сама она была бледная, как полотно, словно жизнь покидала ее. – Мириэ! – Я потряс ее за плечи, пытаясь вернуть к жизни, но она не приходила в себя, словно погрузилась в вечный сон. Я осторожно перевернул ее на спину, и ужаснулся еще больше. Ее лицо было в кровоподтеках, словно ее жестоко избили. – Нет, только не это! – Я прижал ее к себе, словно боясь потерять навсегда. Я почувствовал, как на моих руках выступила кровь, окрашивая мои одежды в алый цвет, словно приговор. – Она еще жива! – Арагорн подбежал к нам, опустившись на колени. Он внимательно осмотрел ее, словно пытаясь найти надежду. – Стрела отравлена, нужно срочно ее вытащить и обработать рану! – Элессар быстро достал из сумки целебные травы, начав готовить отвар. – Гимли, помоги мне! – Арагорн аккуратно вытащил стрелу из ее плеча, а я сжал ее руку, словно пытаясь передать ей свою силу. Элессар обработал рану отваром, и мы перенесли ее в безопасное место, подальше от трупов орков. Я не отходил от нее ни на шаг, словно охраняя ее сон. Я сидел рядом с ней всю ночь, наблюдая за ее бледным лицом, словно боясь, что она исчезнет навсегда. Я клялся себе, что найду и уничтожу каждого урук-хая, причастного к этому злодеянию. Я не позволю никому причинить ей боль, словно она стала частью моей души.