Блэк

Коридоры после урока Защиты от Тёмных Искусств гудели, как улей. Близнецы Уизли шли впереди, обмениваясь заговорщическими взглядами и перешёптываясь о том, что «Монтегю стоило бы устроить второй раунд». — И с фейерверками, — мечтательно добавил Джордж. — И с его бровями, — поддакнул Фред, — которые после первого раза так и не выросли одинаковыми. Регулус шёл рядом с Кассиопеей, и хотя его лицо было безмятежным, плечи оставались напряжёнными. Он всё ещё прокручивал в голове сегодняшнюю дуэль, вспоминая взгляды слизеринцев — слишком пристальные, слишком долгие. — Всё нормально? — негромко спросил он, косо взглянув на сестру. Касс усмехнулась, но в усмешке чувствовался холод. — Нормально. Просто думаю, как скоро они решат, что пора нам отомстить. Регулус чуть заметно кивнул, не отводя взгляда вперёд. Но их разговор прервал обрывок чужой фразы, пролетевший из-за угла. — …в Даффтауне, говорю тебе! — возбуждённо шептал какой-то ученик. — Его видели там, у самого центра! — Ты уверен, что это был он? — недоверчиво переспросил другой. — С кем его ещё можно спутать? Лицо везде на плакатах, глаза… такие безумные. Касс и Регулус замерли. Даффтаун. Улица, дома… Площадь Гриммо, номер 12. Их дом. Они переглянулись. Взгляд Касс стал острым, почти колючим, а у Реджи в зрачках мелькнуло беспокойство. — Значит, он был там, — тихо, почти беззвучно произнесла Касс. — И никто из них не понимает, насколько это близко к нам, — ответил Регулус, так же тихо. — Но мы понимаем. Они пошли дальше, но слухи догоняли их в каждом повороте. Вся школа, казалось, говорила только об одном — Сириус Блэк рядом с Хогвартсом. В голове у Касс эти слова звучали иначе: Отец рядом с домом. Вечером в Большом зале, когда они вошли, шум разговоров будто стал тише. Несколько голов повернулось в их сторону. Кто-то шепнул соседу что-то, и тот сразу взглянул на Касс — с опаской, но и с жадным любопытством. Они знали, что она из семьи Блэков. А значит… кто знает, не связана ли она с беглым убийцей? Касс почувствовала на себе десятки взглядов. Смешанные — страх, интерес, недоверие. Она подняла подбородок чуть выше, губы изогнулись в холодной, насмешливой полуулыбке. Пусть думают, что хотят. Лучше пусть боятся, чем лезут в душу. Регулус сел рядом и скользнул по ней взглядом. Он знал, что за этой маской прячется совсем другое. Они оба верили — Сириус невиновен. Они оба знали, что Министерство ищет не того, и что их отец, каким бы странным он ни был, не убийца. Но знание это ничего не меняло — Сириус был в опасности. — Если он был в Даффтауне, значит, ищет что-то или кого-то, — тихо сказал Регулус, наклоняясь ближе. — Или кого-то, кто сам его ищет, — мрачно ответила Касс. — И в этом случае он может вляпаться. Слухи продолжали летать по залу, перебивая стук вилок и гул разговоров. Вскоре за столом Гриффиндора раздался громкий голос Рона Уизли: — Говорю тебе, он, наверное, уже пробрался в Хогвартс! Вот увидишь! — Ерунда, — фыркнула Гермиона, но голос её тоже был напряжённым. — Дамблдор бы об этом знал. Касс едва заметно улыбнулась краешком губ. Да, Гермиона, конечно. Дамблдор всегда всё знает… Атмосфера была густой от страха и ожидания. Для других Сириус был угрозой. Для Касс и Реджи — семьёй, которую они боялись потерять. И эта разница ощущалась, как острое лезвие, отделяющее их от всех остальных в зале. Касс сидела с прямой спиной, невозмутимая и холодная, словно статуя из чёрного мрамора. Но каждый взгляд, каждый шёпот были ножом, медленно прокалывающим её защиту. Она чувствовала, как пространство вокруг сжимается, как будто воздух становится плотнее, а все глаза — обжигающе пронзающими. Наконец, не выдержав, Кассиопея резко поднялась с места. Её движения были грациозны и в то же время наполнены ледяной решимостью. — Извините, — сухо и ровно произнесла она, не оборачиваясь, и пошла к выходу. Взгляды за ней продолжали следить, но она уже была выше этого. Когда она вышла из зала, прохладный воздух коридора обнял её, смыв с плеч тяжесть глаз и сплетен. Касс вдохнула глубоко, пытаясь вернуть себе хладнокровие и порядок мыслей. Её сердце тяжело сжалось от воспоминаний об отце, о семье, об обвинениях, разрушающих их репутацию. Касс повернулась и, не замедляя шага, направилась к лестнице, ведущей на астрономическую башню — место, где она могла побыть наедине со своими мыслями.

***

Астрономическая башня была окутана тишиной. Холодный ветер резал лицо, играя с распущенными чёрными волосами Касс. Она стояла у перил, глядя в ночное небо, пытаясь найти там хоть каплю света. Но тишина была обманчива — спустя десять минут за её спиной раздался быстрый шаг. — Не думал, что ты сбежишь так быстро, — прошипел Монтегю, появляясь из темноты. Касс не успела даже обернуться — в следующую секунду его рука с силой ударила её в спину, и она рухнула на холодный каменный пол. Монтегю ухмыльнулся, уверенный, что победа уже в его руках. Однако он не учёл одного — того, что в Дурмстранге учат не только магии, но и боевым искусствам, где каждое движение отточено до совершенства. В мгновение ока Касс ловко вывернулась, схватила палочку, спрятанную под мантию, и со свирепой грацией опрокинула Монтегю на каменный пол башни. — Ты что, думаешь, что удар в спину — это достойно настоящего волшебника? — её голос был ледяным, а глаза горели холодным огнём. — Заткнись, грязная змея, — прорычал Монтегю, резко перекатившись в сторону, чтобы избежать удара. — После сегодняшнего, я сотру твоё высокомерие вместе с этим мерзким выражением лица. — Сначала тебе придётся встать, — усмехнулась Касс, и её палочка описала в воздухе резкую дугу. Яркая вспышка заклинания ударила в каменный пол рядом с ним, расколов плиту и осыпав Монтегю осколками. Он зашипел, прикрываясь рукой, и в следующее мгновение метнул в неё заклятие. Касс ушла в сторону, чувствуя, как горячая волна магии прошла в сантиметре от её плеча, опалив край мантии. Вместо ответного заклинания она рванулась вперёд, перехватив его запястье. Резкий, точный удар коленом в ребра заставил Монтегю согнуться пополам, выронив палочку. — Вот так Дурмстранг учит «вести беседу», — прошептала она ему в ухо, сжимая его руку до хруста. Он застонал, но, скрючившись, сумел вцепиться в её волосы, резко дёрнув назад. Голова Касс мотнулась, в глазах вспыхнули искры, но она не дала себе упасть. — Грязная приёмчица, — выдохнул он, ухмыляясь, когда она попыталась вырваться. — Ты бы знал, сколько грязи я могу тебе показать, — холодно ответила она и, резко перехватив его руку, ударила локтем ему в лицо. Хруст, брызги крови — Монтегю отшатнулся, прижимая нос. — Стерва… — выдохнул он, но в голосе уже звучала неуверенность. Касс подняла свою палочку, направив её прямо ему в грудь. — Ещё хоть одно слово — и я покажу тебе, как в Дурмстранге избавляются от крыс, — прошипела она. Монтегю зашипел от боли, но его злость лишь распалилась сильнее. Он резко перекатился в сторону, поднялся на ноги и, стиснув зубы, метнул в неё заклинание. — Expelliarmus! Касс едва успела уйти в сторону, и алый луч прожёг воздух рядом с её плечом. Каменный пол под ногами отозвался гулким эхом, и холод башни усилил ощущение изоляции. — Серьёзно? — хмыкнула она, склонив голову и глядя на него сверху вниз, будто он был не противником, а досадной помехой. — После всего, что случилось, ты выбрал быть жалкой тенью настоящего дуэлянта? — Заткнись! — рявкнул он, снова атакуя, на этот раз в упор. Она перехватила его запястье, позволив заклинанию сорваться в сторону и ударить в стену, от чего камень осыпался мелкой крошкой. Резко ударив коленом в его живот, Касс вырвала у него палочку и отступила на шаг, держа обе — свою и его — как два клинка. — Знаешь, — её голос был тихим, почти ласковым, что делало каждое слово вдвойне опасным, — в Дурмстранге нас учили, что бить в спину — удел трусов. Но я полагаю, в твоей семье это называется «тактический манёвр»? Его глаза сузились, и он бросился на неё с голыми руками. Удар в плечо — Касс уходит корпусом, локтем встречая его в бок. Он сгибается, но хватает её за мантию, дёргает на себя. Ткань рвётся с сухим треском, и холодный воздух впивается в кожу. Она не даёт ему времени: разворот, низкий удар ногой, и Монтегю падает на колено, но, взвыв от ярости, хватает её за голень, пытаясь уронить. Касс теряет равновесие, падает на каменный пол, но мгновенно перехватывает его руку и выкручивает так, что тот рычит от боли. В этот момент башенные двери резко распахиваются. — Эй! — голос Фреда режет тишину, а в руках уже поднятая палочка. Касс всё ещё держит Монтегю лицом вниз, коленом упираясь ему в спину. Она поворачивает голову, встречаясь взглядом с Фредом — и в её глазах ни тени растерянности. — Не мешайся, — холодно произносит она. — Это… образовательный процесс. — Образовательный процесс? — Фред зашёл внутрь, прикрыв за собой дверь. В его голосе было что-то опасное, хоть он и говорил тоном, как будто шутит. — Похоже, я пропустил урок. Касс чуть приподняла бровь, не убирая колена с поясницы Монтегю. — Поверь, здесь ничего, что тебе пригодилось бы в жизни, — она надавила сильнее, и тот глухо застонал. Монтегю, улучив момент, рванулся вперёд, сбросив её с себя. Касс едва удержалась на ногах, скользнув по каменному полу. Но он уже был на ней — пальцы вцепились в ворот мантии, рванув так, что ткань треснула и ворот рассыпался по швам. Холод башни обдал кожу, но в глазах Касс не мелькнуло и тени смущения — только ледяная ярость. — Трогать меня без разрешения — плохая идея, — прорычала она, и в тот же миг её ладонь врезалась ему в челюсть. Он пошатнулся, но всё ещё держал её за предплечье. Удар коленом в живот — она оттолкнула его, вырвала руку, но тот снова кинулся, уже пытаясь навалиться всей массой. Фред мгновенно оказался рядом, ухватив Монтегю за плечо и оттащив от Касс. — Довольно, — в его голосе было жёстко, почти угрожающе. — Ещё один шаг в её сторону, и я забуду, что у нас тут школьная территория. — Это не твоё дело, Уизли, — прорычал Монтегю, но его взгляд был прикован к Касс, будто он хотел сжечь её глазами. — Она думает, что может унижать кого угодно. — Я не думаю, — холодно перебила она, подходя ближе. — Я знаю. И прежде чем он успел среагировать, Касс резким движением поддела его под колено, повалив на спину, и прижала острие палочки к его горлу. Её дыхание было ровным, но в глазах горела хищная, тёмная энергия. — Запомни, — сказала она тихо, но так, что каждое слово резало воздух, — я не твоя добыча. Ты — просто ошибка, которую я могу исправить в любой момент. Фред стоял чуть в стороне, наблюдая за тем, как Монтегю, подавив ярость, с трудом поднялся на ноги и, бросив на них обоих взгляд, скрылся за дверью. Башня вновь окуталась тишиной, нарушаемой лишь дыханием Касс. Она медленно повернулась к Фреду, и на её лице появилась лёгкая, почти усталая усмешка. — Ну? — спросила она, поправляя мантию, на которой теперь зияли разрывы. — Будешь читать мне нотации? Фред улыбнулся, но в глазах блеснуло что-то серьёзное. — Нет. Но если ты ещё раз уйдёшь одна после такого, я найду тебя, где бы ты ни была. И уж поверь, разговор будет… обстоятельным. Она чуть склонила голову, принимая вызов. — Посмотрим, Уизли. Башня вновь погрузилась в тишину. Касс стояла, всё ещё сжимая палочку, но дыхание постепенно выравнивалось. Фред не сводил с неё взгляда. Он видел — в её глазах не было ни страха, ни растерянности. Только злость, контроль и что-то… более тёмное. — Ты ранена? — его голос звучал ровно, но шаги были быстрыми. Он оказался слишком близко, почти вплотную, и пальцы легко коснулись разорванного ворота её мантии. — Чёрт… — Это всего лишь ткань, — тихо ответила она, глядя на него снизу вверх. — Не стоит так волноваться. — Не стоит? — он чуть сжал её плечо, а в голосе появилась угроза. — Если бы я зашёл на минуту позже, он мог… — Он не успел бы, — перебила Касс, и уголки её губ изогнулись в едва заметной усмешке. — Поверь, я умею за себя постоять. — Я уже видел, — его рука осталась на её плече, но теперь большой палец скользнул по краю разорванной ткани, задевая кожу. — И всё же мне не нравится, что кто-то вообще решился тронуть тебя. Она слегка прищурилась. — И что ты собираешься с этим делать, Уизли? Его усмешка стала опасной, почти хищной. — Не знаю… Может, убедиться, что никто больше не решится. Он шагнул ближе, сокращая и без того минимальное расстояние между ними. Её спина коснулась холодной стены башни. Их взгляды встретились — напряжение звенело в воздухе, будто готовое сорваться искрой. — Осторожно, — прошептала Касс, но не отстранилась. — Ты заходишь на территорию, где правила устанавливаю я. — Вот и проверь, — тихо ответил он, наклонившись чуть ближе. На миг между ними осталась лишь тишина и быстрый ритм дыхания. Касс чувствовала тепло его пальцев, сжимающих её талию, и холод камня за спиной. Это было не про спасение. Не про благодарность. Это было о том, что оба играли в опасную игру, где проигравших не будет — будут только те, кто сдастся первым. — Фред, — произнесла она чуть тише, — ты же понимаешь, что такие игры плохо кончаются? — Для кого-то, — он усмехнулся, — но не для нас.