Часть 3. Гарри Поттер и Кулинарная книга Наследника

Лето Гарри провёл весьма плодотворно. Он уже знал пристрастия своих друзей и старательно подбирал рецепты блюд, которыми сможет порадовать их в следующем учебном году. Одно его огорчало: все они были написаны на отдельных листочках, а ему хотелось завести для рецептов красивый блокнот, как у тёти Петунии, но пока ни один ему не приглянулся. Поэтому в поезде, заметив у Джинни, сестры Рона, тонкую тетрадь в строгом чёрном переплёте, которая понравилась ему с первого взгляда, Гарри тут же предложил обмен — на один из тех, что тётя всё же положила ему с собой: — У меня смотри какие есть: и с котиками, и с динозаврами — ну это магловские драконы, они уже вымерли давно, и с цветами. Бери любой! Джинни выбрала блокнот с лисичкой, остальные с щедрого разрешения Гарри тоже нашли своих новых хозяев: Невилл, конечно же, выбрал с цветами, Рон — с динозавром, Гермиона — с химическими формулами, Винсент — с машиной, Грегори достался с милыми котятами, а Драко чуть ли не с боем выдрал с единорогом: «Это магическое существо! К тому же редкое и не всякому в руки даётся! А у меня будет свой, пусть и такой. Я его потом заколдую, и он станет двигаться». Гарри спрятал чёрную тетрадь в сундук и всю дорогу мечтал, как запишет туда все известные ему рецепты. Тетрадка, однако, оказалась с подвохом: сначала она впитала в себя чернила, а потом неожиданно начала отвечать. Живущий в ней дух — Гарри просто не знал, как назвать его по-другому, — представился Томом и оказался очень вредным. То он показывал всякие триллеры, то настаивал разбудить и выпустить какой-то Ужас подземелий, то требовал уничтожать грязнокровок. В конце концов Гарри рассердился: — Если ты не перестанешь обижать Гермиону — она очень чистая, кстати! — и нести эту свою чушь, я перестану с тобой общаться и спрячу. «Да и пожалуйста!!!!! Меня тогда найдёт кто-нибудь другой!!!!!!!» — разразился восклицательно-знаковыми воплями Том. — Не найдёт, — усмехнулся Гарри. — Наши с Дадли нычки даже тётя Петуния не нашла, а у неё просто нюх на такое. Том молчал, только сопел обиженно запятыми и неразборчивыми каракулями. — Эх… — вздохнул Гарри. — Был бы ты человеком, я бы тебя накормил вкусно, и ты сразу стал бы ХОРОШИМ. «И чем бы ты меня накормил?» — тут же попался на удочку Том. — О, сейчас расскажу! — оживился Гарри. — Только пообещай ничего больше не стирать! Том нехотя пообещал, и Гарри принялся рассказывать. Он начал с простого — традиционного английского завтрака. — Ты знаешь, что пятьдесят процентов того, чтобы блюдо получилось по-настоящему вкусным, зависит от бекона? Он должен быть в меру жирным, чтобы с него натопился жир, на котором потом мы будем жарить яйца и сосиски. И ни в коем случае не сухим, иначе придётся добавлять растительное масло, а это испортит вкус. Но и не слишком жирным, обязательно с прожилками мяса, тонко нарезанным, чтобы при жарке он стал почти прозрачным. Жарить нужно на хорошо разогретой сковороде с толстым дном. Никаких новомодных сковородок с антипригарным покрытием! Только старинные, чугунные. Важно не перегреть сковороду, а то бекон вместо того, чтобы жариться, сгорит. Быстро обжариваем бекон с двух сторон и выкладываем на подогретую плоскую тарелку — томиться. И тут же разбиваем в сковороду яйца, по два на порцию. «Их тоже нужно как-то специально выбирать?» — встрял Том. — Да, средние по размеру, без трещин, и обязательно вытащить из холодильника минут за пятнадцать до готовки, чтобы они немного нагрелись — тогда желток не растечётся. «Странно, впервые об этом слышу». — Эй, я и обидеться могу! Это проверенные временем советы! «Ладно, что там дальше?» — Дальше, когда белок схватится, можно переложить яйца к бекону, но не сверху, а рядом, бросить обжариваться сосиски и заняться грибами. Шампиньоны следует выбирать одного размера, не слишком крупные, но и не мелкие, и ни в коем случае не брать замороженные! Тонко режем и отправляем на гриль. Никаких сухих сковородок, это варварство! Как только грибы и сосиски готовы, перекладываем их на тарелку. Теперь остаётся добавить консервированную красную фасоль — именно красную, всего пару ложек, — вяленые помидорки черри — у свежих для такого сочетания продуктов слишком пресный вкус, — и свежезаваренный чай — никакого кофе, только Эрл Грей, чайная ложка на одну чашку, залитый водой, подогретой до восьмидесяти пяти градусов. О, и булочки, как же я мог забыть?! Ещё тёплые пресные булочки, разрезанные пополам и смазанные свежим мягким сливочным маслом, чтобы оно пропитало нежную середину. Для тех, кто любит сладкое, отдельно подать клубничный конфитюр: вишнёвый будет кислить, абрикосовый, наоборот, слишком сладкий, так что клубничный — идеальный вариант. «Булочки тоже надо печь самим?» — как-то робко поинтересовался Том. — Конечно! Но об этом я расскажу тебе в следующий раз. Однако на рецепте булочек они не закончили, потому что Гарри упомянул пастуший пирог, а рассказывая о пироге — рождественскую утку с черносливом и яблоками. От утки они перешли к домашнему мороженому, потом к говядине под брусничным соусом, после к блюду под непроизносимым названием borcsh, пирогу с патокой, рулетикам из баклажанов с творожным сыром и грецкими орехами, еще паре блюд… Гарри медленно, но верно заполнял тетрадь рецептами, пока в ней не осталась последняя страница. — Эх, — с непритворным сожалением вздохнул он, — а на вишнёвый штрудель места нет. Это мой фирменный рецепт. «Совсем-совсем нет?» — уточнил Том. — Ага. Там много ингредиентов, и сам пирог готовится очень долго, но он такой вкусный — пальчики оближешь! «Хм… — Том задумчиво помолчал и туманно выдал: — Я что-нибудь придумаю». Что он собирался придумывать, Гарри так и не узнал, потому что до конца учебного года Том больше не написал ни строчки. Гарри, конечно, немного расстроился, всё же собеседник из Тома, когда он перестал говорить гадости и придумывать всякие ужасы, получился неплохой, но, поразмыслив, решил, что так даже лучше: рецепты в тетрадке остались, а накормить готовыми блюдами он мог и настоящих, живых друзей. Те от его стряпни точно были в восторге. Да и особых развлечений, кроме еды и Дуэльного клуба, организованного новым преподавателем ЗоТИ, Гилдероем Локхартом, в школе в этом году не было. Вот только Гарри профессор, почему-то невзлюбивший его с первой встречи, на занятия в клубе не пригласил. Не то чтобы Гарри так уж туда рвался, но раз он хотел быть ХОРОШИМ, следовало наладить контакт. Привычным проверенным способом. Ну кто знал, что у профессора Локхарта аллергия на орехи?! Беднягу едва успели довезти до больницы Святого Мунго. Гарри послал ему пирог с извинениями. Но у профессора обнаружилась аллергия на клубнику. И на шоколад. И на апельсины. И на… Короче, после десятого пирога колдомедики сообщили, что из-за подорванного здоровья профессор Локхарт больше не сможет преподавать, так что одиннадцатый пирог, с тыквой, друзьям пришлось съесть самим. Но это вряд ли кого-то из них расстроило.