13 год: Изменение В Иерархии

Как радует отца на склоне дней Наследников отвага молодая, Так. правдою и славою твоей Любуюсь я, бесславно увядая. Великодушье, знатность, красота, И острый ум, и сила, и здоровье – Едва ль не каждая твоя черта Передается мне с твоей любовью. Не беден я, не слаб, не одинок, И тень любви, что на меня ложится, Таких щедрот несет с собой поток, Что я живу одной ее частицей. Все, что тебе могу я пожелать, Нисходит от тебя как благодать. (Сонета 37)

15 Апреля, 1917 год.

Когда с Днями Рождения и Рождеством было покончено, Шинобу и Канаэ, а также все остальные девочки оказались в плену тяжёлых, безвылазных дней работы. Если девчонки и оказывали помощь, то явно небольшую, ведь забирали сил взамен намного больше. Но Шинобу была рада тому, что у них есть Аой. Ровесница, и если Канаэ имела право ругать или наказывать Шинобу (вообще-то нет, но явно именно она принимала роль взрослой), то Аой была точно такой же девочкой, как и она сама. – И тогда он просто начал вопить, – сказала Шинобу. Аой рассмеялась. – Действительно? Ты привязала его руки к катане, а он закричал? – Да-а, чудесная история, – которая омрачалась дальнейшими событиями. Кадзуки, и Такуми, и Рэй, и Хината, и Норман, и... О боже, сколько ещё имён ей нужно перечислить. – Его истерика долго длилась? – Не знаю, – выдохнула Шинобу, продолжая варить рис, медленно перемешивая его. – Он всё время был доставучим придурком: то комнату мне водой зальёт, то выбесит. Когда Аой поняла, почему Шинобу говорит слово «был», её лицо немного содрогнулось. – Ну, думаю, его идиотизм мог хотя бы смешить, а это уже хоть какой-то толк. – Ты права, – Шинобу улыбнулась. Аой взяла в руки деревянную ложку, продолжая помешивать еду. Шинобу залезла на стол, садясь рядом с ней так, чтобы не поджечь себе ткань горячим огнём из-под плиты, если это вообще было возможно. Как бы это ни было ужасно, Шинобу радовалась, что Аой с ними. По крайней мере, она будет с ней всегда. – Ты рассказывала ту историю, ну, про взорванный магазинчик и странного парня с белым лицом, что с ним сейчас? – Аой отошла от кастрюли и пододвинула стул к Шинобу, садясь на него. – Ты про Санеми? Вообще-то я без понятия, этот парень резко появился и резко исчез из моей жизни, – Шинобу пожала плечами. – Уверена, он думает про тебя ровно то же самое, – усмехнулась Аой. – Так и есть, – согласилась Шинобу. Её рука не переставала чесаться с самого утра, и она подозревала, что это из-за недавно выполненной миссии. Знак на руке и правда изменился, теперь на ней был иероглиф «Каноэ». Неплохо. Канаэ счастливо ходила со знаком «Хиното». Так и глазом моргнуть не успеешь, как её сестра станет Хаширой. Но это казалось чем-то таким непостижимым. Хаширы – самые обученные мечники в отряде, самые лучшие специалисты Корпуса Истребителей Демонов. Но Канаэ была одарённой талантом убийцы демонов. Она была высокой (по крайней мере, с точки зрения Шинобу) и с хорошей пропорцией мышц, позволявшей ей отрубать демонам головы. Шинобу ей завидовала, разумеется, просто до безумия, но эти чувства проходили так же быстро, как и появлялись. Прошло три года с момента, как Шинобу прямым текстом сказали, что из неё не получится истребитель демонов. Ну вот никак. С тех пор она нашла способ убивать демонов, не отрубая им головы, и, казалось бы, сделав невозможное, в неё должна была вселиться уверенность в достижении более высоких наград, но её не было. Было бы странно после всего этого удивляться и расстраиваться тому, что она спустя несколько лет после Финального Отбора не стала Хаширой. – Где Канаэ? – спросила Шинобу. – Вчера поздно ночью отправилась на задание, ты тогда уже спала, а ворон прилетел почти в полночь. – Ну, это не так уж поздно, – закатила глаза Шинобу. Она уснула только из-за того, что слишком много читала. Так, что это начало не затягивать, а выматывать. – Просто сообщаю, – в той же манере ответила Аой. Шинобу покачала головой. – Кстати, – Аой тяжело вздохнула, готовясь к тяжёлому разговору. Вот что ненавидела Шинобу всей своей душой. Это никогда не доводило до добра. – Я хотела сказать, что не могу так жить. Это застало её врасплох. Аой не нравилась семья Кочо? Ей не нравились девочки, за которыми они иногда присматривали вместе? Еда? Работа? Уборка?! ЦВЕТ ПОДОКОННИКА?! – Почему? – протянула Шинобу. В любом случае, если что-то не так, это всегда можно исправить. – Моя мать посвятила всю свою жизнь уничтожению демонов. Иногда она забывала поесть из-за тренировок, иногда убраться или сделать что-то важное. Забывала про праздники и дни рождения, подарки, счастливое время с семьёй, – с горечью продолжала Аой. – Но я никогда не злилась на неё. Я заштопывала ей раны и давала обезболивающие, я просто не могла злиться. А потом она ушла. Шинобу сглотнула. Она понимала, к чему клонит девочка. – Я не могу так жить. Зная, что она умерла, исполняя свой долг до последних мгновений. Я просто хочу отомстить, – Аой сжала края фартука до побелевших пальцев. – Хочу продолжить дело матери. Не хочу скрывать этого. – Как много «хочу» в одном предложении, видимо, очень хочешь, – саркастично, но без злости сказала Шинобу. Это мгновенно разрядило атмосферу. Аой улыбнулась ей, но тут же опустила взгляд на свои ноги. – Ну, у нас есть ещё несколько тренировочных катан, бери сколько нужно и приходи к нам в додзё, – энергично хлопнула в ладоши Шинобу. Она знала, что не сможет остановить девочку. Когда-то, не очень давно, она сама говорила почти точно такие же слова одному очень ворчливому мужчине, который наотрез отказывался их тренировать и вёл себя не очень хорошо. Шинобу не хотела быть похожей на Гемёя, а перспектива тренироваться вместе с Аой не переставала радовать её. – Я не буду заниматься с вами, – прервала счастливый поток мыслей Аой. – Моя матушка была владелицей Дыхания Воды, и я знакома с её наставником. Я отправлюсь к нему в ближайшее время. Шинобу почувствовала острое предательство где-то внутри. – Ну, если так, то, конечно, да, я не против, само собой, ты можешь идти, разумеется, очевидно, – быстро ответила она. Аой выгнула одну бровь. – Просто это неожиданно... Я думала, мы будем жить вместе. – Мне бы не хотелось навязывать вам ещё и тренировки со мной. Вы и так достаточно нянчитесь со всеми этими детьми, вот даже взяли меня... Так что я просто мирно уйду к наставнику, не нагружая вас лишней работой. – Но ты не нагружаешь! – поспешила её заверить Шинобу. – И не мешаешь! Ты только помогаешь! – Шинобу, я польщена, – Аой смущённо опустила голову. – Но я действительно должна уйти. Просто... я не могу остаться. Шинобу не могла понять её. Возможно, могла, просто... не хотела. – Это уже решено? Аой кивнула. – Понятно. Ну, осталось только рассказать об этом Канаэ, – Шинобу слезла со стола, возвращаясь к готовке. – Тебе не кажется, что она слишком долго? Тревога охватила Шинобу. Она бы хотела сказать, что для этого нет повода, но повод есть всегда, учитывая их работу, да даже просто обстановку во всей Японии. – И правда, – согласилась Аой. – Задерживается. – Наверное, миссия сложная... – Или что-то могло случиться, – нервно сказала Аой. Шинобу надеялась, что так успокоит её, а не подтвердит её переживания. Канаэ отправилась на задание поздно ночью и не вернулась до середины дня. Не то чтобы этого не происходило раньше, но сейчас, из-за того что только-только пришла зима, демоны стали проявлять намного больше активности, что повысило риски смерти и сами смерти на заданиях. Прямо сейчас могла прилететь ворона и закричать: «Канаэ Кочо погибла в битве с Высшей Луной!» – а после улететь, как ни в чём не бывало. Шинобу передёрнуло от самой мысли об этом. Наверняка, всё намного лучше, чем она накручивает, переживать не о чем, ведь сейчас уже середина дня, а значит, о её смерти ей бы уже сообщили. Всё хорошо... Ворона закричала: «КАНАЭ КОЧО СТОЛКНУЛАСЬ С НИЗШЕЙ ЛУНОЙ!» Блять. «НИЗШАЯ ЛУНА ПАЛА ОТ ЕЕ РУК». БЛЯТЬ! Ворона улетела, а Шинобу в ужасе распахнула рот. Одолеть Низшую Луну означает подняться до ранга Хаширы вне зависимости от твоего ранга сейчас. – Ахереть, – вслух выдохнули Аой и Шинобу. Через несколько секунд с главного входа раздался радостный голос Канаэ. – Всем привет! Шинобу рванула к ней на всех парах, надеясь, что у её сестры не отрублены конечности, нет смертельных ранений или чего-то похуже. Не чувствуя под собой половиц, она побежала к Канаэ. – Привет... – уже более слабо произнесла её сестра. Выглядела она не очень. Лицо немного окрававлено, форма порвана во многих местах, клинок затупился и был весь в зазубринах. Но она была жива, и это главное. Шинобу тут же обняла Канаэ, повалив сестру на землю. Канаэ рассмеялась, обнимая её в ответ. Аой пришла через несколько секунд, оглядывая сложившуюся картину. – Вас нужно перевязать, госпожа Канаэ, – формально, но с уважением произнесла девочка. – Да, да, я буду очень благодарна. Помогая сестре подняться, Шинобу могла думать только о том, насколько Канаэ крутая. – Этот демон мог менять пространство и левитировать объекты. Я думаю, мне было бы интересно послушать, как бы ты всеми возможными способами описала "глупость подобной ошибки вселенной", – Канаэ улыбнулась. Шинобу почувствовала прилив любви к своей сестре, который чуть не сбил её с ног.

***

Послесловие: Аой Канзаки Канаэ восприняла новость не лучше, чем Шинобу. Она всё продолжала спрашивать, есть ли что-то, из-за чего Аой могла обидеться на них. Конечно же, Аой всё отрицала, и она не врала. Ей хотелось попасть к наставнику и стать кем-то, кто, так же как Шинобу и Канаэ, смог бы защищать других людей, а не быть тем, кого защищают. Аой нравилась Шинобу. Она была почти её ровесницей, но из-за хрупкого телосложения была ниже ростом и моложе на вид. Им было весело, а рассказы Шинобу о её жизни так вообще заставляли Аой хвататься за живот от смеха. Она ещё никогда не видела подобных женщин; почти все, кого она встречала, были заурядными и обыденными. Жили жизнь, выходили замуж, боялись сказать слово вслух против мужчины, вели себя как куклы. Но Шинобу явно не пыталась быть похожей на них. Аой отошла от Поместья Бабочек и в последний раз посмотрела на место, которое уже стало ей родным домом всего за несколько недель нахождения здесь. Она не хотела уходить. С момента смерти её матери Аой не переставала думать о карьере Истребителя демонов. Не могла она иначе. Желание перестать быть «кучей мусора» не оставляло её, а желание не наваливать проблем сёстрам Кочо заставляло делать что-то. Пройдя несколько сотен метров, Аой зашла за дерево и увидела Шинобу. Испугавшись, она отскочила от девочки на несколько метров. – Я просто хотела отдать тебе кое-что, – Шинобу убрала руки за спину и выудила несколько заколок в форме бабочек. Они немного отличались от заколок Шинобу и Канаэ, но основные элементы были сохранены. – Я пробежала несколько рынков и сотню магазинчиков, но так и не смогла найти точно такие же, как у нас, которые нам покупала мама. Пускай. Ты, Суми, Нахо и Кийо получите почти одинаковые. Аой дрожащими руками приняла две заколки синего цвета. – Это идея Канаэ, она предложила как-то сплотить нас, что ли. В любом случае, ты не обязана их носить, если не хочешь, разумеется. Аой покачала головой. – Хочу, – согласилась она. – Правда хочу. – Это правильно, – улыбнулась Шинобу своей фирменной улыбкой. – Тогда я надеюсь, скоро увидимся. – Да, – Аой попрощалась, и они пошли в разные стороны.