15 год: Тайная Новогодняя История

Рождество — это один из главных христианских праздников, посвященный рождению Иисуса Христа, который в Русской православной церкви отмечается 7 января (25 декабря по старому стилю), в то время как западные христиане празднуют 25 декабря. Праздник знаменует конец Рождественского поста и начало Святок, и сопровождается богослужениями, семейными традициями и народными обычаями, такими как колядки и украшение елки, пришедшими к нам в основном с петровских времен.

Всё ещё 15 апреля...

Двое молодых людей прошли мимо высоких снежных сугробов, оставляя за собой следы. Выходя на тропинку, они встречали людей, чьи сердца были наполнены счастьем и умиротворением, пришедшим вслед за Рождеством. Каждый из этих людей был глубоко воодушевлён близящимися праздниками, а, видя молодую пару перед собой, подсознательно разделял их приятные эмоции. Снежинки падали с неба, ярко сверкая на земле, иней на окне раскрашивал стекло в захватывающие узоры, а замороженные кристаллы льда свисали с карнизов домов. – Мне обязательно это слушать? – спросил Гию. Нахо, Киё и Суми, а также Аой, Канао и Шинобу недовольно повернули к нему головы. – Мы тебя, конечно, не держим, господин Томиока, – Шинобу использовала свою улыбку №3 — "я тебе улыбаюсь, но это не значит, что я не хочу оторвать тебе голову", – но я думала, тебе будет интересно послушать мой рассказ. Тем более он связан с таким чудесным праздником. – Да! Госпожа Шинобу всегда придумывает самые удивительные истории о привидениях! – О привидениях... Пока Гию не решил, что ему это не нужно, Шинобу продолжила свой рассказ. Шейли Эванс – девушка, которая любила инженерные науки и хорошую еду. Любила езду на лошадях и посещение лекций в местном институте. Гилмор Эллис – парень, который любил Шейли. Познакомившись совершенно случайным образом (они оба хотели купить одну и ту же курицу и чуть не подрались из-за неё), они больше не расставались никогда. Такие разные на первый взгляд, но так подходящие друг другу. Гилмор был спокойным мужчиной с тёмными волосами и глубокими глазами почти чёрного цвета, а Шейли – брюнеткой с добрым взглядом. Знакомые часто поражались тому, как легко им было общаться и находить новые темы. Гилмор был образованным молодым человеком, поэтому-то Шейли и смогла ужиться с ним под одной крышей, когда они решили жить вместе. Краснолицая соседка даже испекла пирог им на новоселье, пока её дочка кидала на Шейли гневные взгляды и томно вздыхала по Гилмору, иногда оставляя ему нежные признания в любви, приклеенные на дверь их квартиры. Шейли не раз запускала ей в окно шариками с краской. Не из чувства ревности, а скорее злорадства. Точно не ревность. Ни за что. Может быть, она просто была немного грубым человеком. Все угрызения совести в любом случае исчезали в тот момент, когда Шейли видела, как соседская девушка пытается отмыть своё окно. Иногда она даже жаловалась своей маме, но у неё никогда не было доказательств для подтверждения обвинений. Шейли строила невинное лицо перед соседкой, и ей верили. – Может быть, ты перестанешь это делать? – спросил Гилмор, когда они вдвоём сидели на скамье и читали утренний выпуск газеты. – Ни за что, – фыркнула Шейли, перелистывая страницу. – Ты видел её лицо? – Нет, на самом деле, – он пожал плечами, – мне кажется, никогда. Шейли подавила порыв вскочить с места и начать танцевать. Ей это неважно. Нет. – Потому что кое-кому нужно меньше смотреть в пол. – Не рядом с этой семейкой, если честно, все они меня... настораживают. – Меня тоже, – Шейли закатила глаза. – Но что поделать. Кстати, у нас новая работа. Два года назад Шейли и Гилмор закончили семинарию и начали работать экзорцистами. Никто из них не был приверженцем христианства, но они знали о существовании бесов, и им было необходимо что-то с этим делать. Платили неплохо, а работа не вызывала больших трудностей. Часто можно было обойтись освящением местности и чтением молитв. Иногда приходилось вступать в сражение с бесами, но почти всегда это обходилось парой синяков и царапин. – Какая? – спросил Гилмор, поворачиваясь к ней. Шейли задержала на секунду взгляд на его красивом лице и получила в ответ ехидную улыбку. – В заброшенном здании. Некоторым не нравятся звуки оттуда, – ответила она, пиная Гилмора в бок. Тот улыбнулся. – Сможем зайти на обратном пути в одно место, – он загадочно отвёл глаза. – В какое? – Я расскажу тебе потом. Шейли недовольно что-то пробормотала, но больше не стала задавать вопросов. Им предстояло проехать весь город до пункта назначения, пока на улице продолжала нарастать холодная зима. Даже с шарфом и шапкой было сложно укрыться от мороза, а руки замёрзли и покраснели. Гилмор был слишком сентиментален, поэтому всё равно держал руку Шейли в своей. Девушка сложила их руки в карман своего чёрного пальто, а некоторые дети смотрели на них и улыбались, указывая пальцами. Это и раздражало, и умиляло. Прибыв к высокому, просторному, заброшенному зданию, Шейли и Гилмор с готовностью кивнули друг другу. Это была старая школа, которую закрыли из-за частых самоубийств учеников. Местные жители подозревали, что именно призрак довёл детей до такого состояния, что тем захотелось наложить на себя руки. – Мой сын стал жертвой этого беса, – престарелый мужчина отрешённым взглядом указал на здание. – Ему было всего двенадцать лет. Другие были не старше, разница между всеми не превышала пары лет, можно сказать, они ровесники. – Какие признаки активности призрака? – Постоянно падающие предметы, свечи то загораются, то потухают, а также у нас в городе часто пропадают люди. Есть следы, ведущие сюда. Шейли кивнула. – Да, это похоже на то, что может делать бес, – Шейли взяла в руки фонарь и толкнула тугую дверь. Попав внутрь, они огляделись. Отпустив мужчину, Шейли стала проверять каждую комнату и оставлять освящённые бумаги на стенах. В глаза сразу бросалась картина с морем, на которой корабль казалось покачивался, но это было невозможно. Гилмор взял в руки альбом класса и принялся пролистывать каждую страницу, желая найти ответы. – Смотри! – Что там у тебя? – Шейли подошла ближе и увидела лицо девушки, разукрашенное карандашами и исписанное плохими словами. Она сразу поняла причину ненависти – девушка была темнокожей. В остальном она ничем не отличалась от других детей. – Как ты думаешь, она может быть бесом? – Ты что... – Нет! – возмутился Гилмор. – Я бы никогда... Просто знаю, что другие люди могут по-другому относиться к таким, как она. – Если предположить, что девушка подвергалась нападкам со стороны одноклассников, о чём свидетельствует этот альбом, то она вполне могла стать первой жертвой беса. Может быть, он специально ищет детей, которые подвергались издевательствам. – Бесы привязаны к своей территории, значит, кто-то должен был быть первым погибшим. – Вполне возможно... – Шейли перевела взгляд на другой конец комнаты. – Когда ты закрыл дверь? – Я её не закрывал. ... – Почему она тогда закрыта? – Когда Гилмор безответственно пожал плечами, Шейли недовольно прищелкнула языком и пошла проверять причину. Гилмор остался разглядывать другие фотографии. Шейли прошла мимо одной из парт и заметила, что та полностью разрисована белыми мелками. Оскорбления говорили о том, что это была та самая парта той самой девочки, про которую они только что читали. Сдохни. Мерзкая. Уродка. Шейли не часто испытывала симпатию или сочувствие по отношению к другим людям, но в этот момент она задержала взгляд на одном, выведенном портретном слове и закусила губу. НЕ ДОСТОЙНА. Твари. Нет хуже монстров, чем подростки. Шейли подошла к двери и дёрнула за ручку. Дверь не открылась. Испытывая холодный ужас, она толкнула дверь ещё раз, но замок не хотел поддаваться. Выругавшись, она засунула одну из заколок из своих волос в замочную скважину и попыталась взломать механизм, чтобы выпустить их обоих отсюда. – Что там у тебя? – Гилмор опустил альбом и обернулся к ней. – Да... дверь... – Шейли...? – Демон это, Гилморт! – заявила Нахо. Шинобу ужаснулась. – С чего ты это взяла? Томиока молча смотрел на них с другого конца комнаты своим холодным взглядом. – Ну, это же очевидно! Ведь нужен какой-то сюжетный поворот! – Глупости... – Шинобу прокашлялась. – Да?! – воскликнула Шейли. – ШЕЙЛИ, ТВОЮ МАТЬ, ВОДА! – Гилмор быстро запрыгал по комнате. Та картина с кораблём. Из неё лилась вода. Шейли почувствовала, как её сердце решило пропустить несколько ударов. Все окна были забиты досками, разбить не получится, а единственный выход сейчас не работал. – Я же говорила! – гордо сказала Нахо. – Ты просто угадала, – пробормотала Аой. – Да дайте мне рассказать... Взяв себя в руки, она стала более умело владеть заколкой. Вода уже доходила ей до колен и заполняла комнату слишком быстро. Шейли не успевала за её темпом. Гилмор пытался что-то сделать с устремившимся на них потоком, но она не уделяла большого внимания его попыткам, сосредоточившись на своём деле. Вода дошла до середины туловища и была чертовски холодной. Её ноги уже начало понемногу сводить. Она вдруг поняла, что близка к смерти. Это осознание далось как удар в грудь. Шейли не хотела умирать. Вода дошла до уровня подбородка и пропитала всю ткань, которая была на ней. Шейли не замечала холод за страхом, который сковал её. Казалось, не было никаких продвижений и приближения к успеху, а вода всё лилась и лилась. Она уже не могла дышать, но оставлять попытки не собиралась. Сжав всю волю в кулак, Шейли раскрыла глаза под водой, почувствовав жжение в них и приближение всевозможных инфекций наутро, и повернула заколку. Дверь открылась, выпуская огромный поток воды наружу. Их вдвоём с Гилмором понесло по коридорам школы. Шейли пересчитала своей спиной все шкафчики и полки с цветами (которые тоже снесло в итоге), а Гилмор выпускал из лёгких воздух, который в воде отражался пузырьками. Шейли засмеялась и тут же пожалела об этом, когда подавилась водой. Гилмор мог помочь ей даже в такой ситуации. – Боже мой... – выдавил из себя мужчина, когда вода внезапно впиталась в пол. – Он бы не помешал... – Шейли выплюнула воду изо рта. – Нам нужно что-то делать, – он поднялся. – И быстро. – Да... Гилмор опустился на одно колено. – Что ты делаешь? – Шейли, ты самый удивительный человек, которого я когда-либо видел. Каждый день с тобой напоминает опасный аттракцион, который затягивает меня всё больше. Я хочу провести с тобой всю свою жизнь. Ты выйдешь за меня? – Разумеется, это то загадочное место про которое ты говорил? – Ага. – Давай попробуем освятить... Голос Гилмора прервался высоким звуком разбившегося стекла. Одно за другим окна полетели вдребезги, а фигура девушки появилась прямо перед ними. У неё была белая кожа, но словно натянутая поверх её собственной. Глаза смотрели через чужую плоть, а кровавые края торчали во все стороны. – Нам нужно разделиться... – Что? – спросил Гилмор. – Быстро! – Шейли бросилась в противоположную сторону и спустилась по длинной лестнице в подвал школы. Призрак, конечно же, полетел за ней. Шейли бежала всё дальше, опасаясь того, на что способен бес. – СДОХНИ! – демон махнул рукой, и вслед за всплеском энергии во всей комнате исчезла вся мебель и появились тысячи зеркал. Шейли огляделась по сторонам и увидела множество отражений самой себя. Так, оставался один вариант. Достав очень мощные благовония, Шейли разместила их между подходами к зеркалам, чтобы бес не мог их заметить. – Что ты пытаешься сделать? – спросила Шейли. – Хочу, чтобы ты глянула на своё мерзкое отражение... – Тебе не нравится моя раса или нация? – раздражённо спросила Шейли. Она тут же вспомнила все те слова, которые были написаны на парте. Столько оскорблений и ни одного... – Имя? Как тебя зовут? Бес заскрипел зубами. – УРОДКА! ТЫ НЕ ДОСТОЙНА ЭТОГО ТЕЛА! – Бес уже готовился к новой атаке. Так. Шейли оглядела зеркала. Нужно лишь определить нужный угол и повернуть... Подойдя к ближайшему зеркалу, она потянула за одну сторону. Все как один показали отражение девушки в чужой коже. Вот оно. Благовония начали действовать. – Что... – Тебе стоит принимать себя такой, какая ты есть... – Шейли стала бродить между стеллажами и искать девушку. – Ты достойна этого. – Замолчи... – Как тебя зовут? Ответа не послышалось. – Ты достойна... – Ты сама-то себя принимаешь? – выдавила девушка. Шейли со злостью выхватила Библию из заднего кармана. – Какая удивительная история! – сказала Суми, смотря на Шинобу воодушевлёнными глазами. – Мне беса жалко, – добавила Киё. – Гилморт оказался хорошим, – недовольно пробормотала Нахо. Гию и Канао не сказали ни слова за весь вечер. Девочка выглядела вполне довольной, поэтому Шинобу уняла беспокойство за неё. – Я... пойду, – Гию поднял свой меч и направился к выходу из поместья. – Давай я тебя провожу хотя бы, – Шинобу открыла двери и последовала за ним. Звёзды в небе светили ярко, а весна всё больше вступала в свою силу. Цветы расцвели, и теперь их запах наполнял лёгкие, стоило только выйти на улицу. Гию шёл молча, а Шинобу чувствовала себя слишком хорошо для того, кто несколько часов назад узнал, что его дядя хочет забрать его к себе. Прямо перед выходом Гию внезапно остановился и посмотрел ей прямо в глаза. – Что было с главными героями? После? Шинобу расплылась в искренней улыбке. – Всё было хорошо. Гию кивнул. Она, провожая его лёгкой радостной походкой, вернулась в поместье. А Гилморт и Шейли... Гилморт и Шейли до конца своих дней жили, не зная бед, справляясь со своими проблемами вместе и любя друг друга.