Пролог. Глава 7: Близости...

      Мрак расступался медленно. Сначала был только холод, тянущий вниз, затем приглушённые голоса, словно сквозь толщу льда. Венти с усилием приоткрыл глаза — и мир оказался искажённым, будто в кривом зеркале.       — Если он мёртв, я её убью! — резкий женский голос прорезал тишину, гулкий, наполненный гневом.       — Тише, госпожа Вельзевул… — отозвался мужской, спокойный и строгий, словно звучал не рядом, а из глубины гор. — Ваша злость сейчас не поможет нам освободиться.       Венти попытался приподняться, но сил почти не было. Он лишь услышал, как рядом, едва слышно, кто-то всхлипнул:       — Господин Рекс Ляпис, простите меня… — слабый, дрожащий голос Нахиды.       — Всё в порядке, госпожа Буэр, — ответил тот же строгий голос, теперь теплее, мягче. — Я пришёл к ней, ссылаясь на ваше заточение. Кто же тогда знал, что она воспользуется такой силой…       И вдруг, другой, звонкий и чуть ироничный голос Мавуики заметил:       — Рекс Ляпис, он очнулся.       Венти моргнул — и над ним действительно склонились силуэты.       — О, Барбатос проснулся… — глубокий вздох прозвучал облегчённо. — Я уж думал, он не выдержит такого напора сил.       — Ч-что?.. — с трудом прошептал Венти, но его прервал голос сёгуна Райден, по-прежнему дрожащий от ярости:       — Рекс Ляпис, о чём вы?       На миг повисла напряжённая пауза.       — Давайте вместе успокоимся, — сказал наконец Рекс Ляпис, и его слова, как всегда, были тяжёлыми, словно скалы, но в них чувствовалась мудрость. Венти встал и начал оглядываться. Архонты молчали, пока самая "младшая" не заговорила:       — Я всё это время находилась во тьме… — голос Нахиды дрожал, она обхватила себя руками, опустив голову. — Чтобы защититься, я сотворила эту листву. Снаружи она выглядела, словно огромный лук, и мы сейчас внутри него… Тогда мне было не до красоты… я только думала, думала без конца — о партии… что уже сыграна, и о грядущей партии, что упомянула она…       Венти, полулёжа у изогнутой стены из плотных листьев, легко провёл пальцами по воображаемым струнам, словно его лира всегда была рядом. Его голос зазвучал мягко, с оттенком шутливой серьёзности:       — Шахматная партия, что вы сыграли, госпожа Буэр, была похожа на мелодию. Пусть и тревожную, но всё же мелодию, написанную вами.       — До заточения я постоянно размышляла… как же мне подружиться со всеми вами, архонтами, — продолжала Нахида, её плечи заметно дрожали. — Я думала, что можно сделать это через игры… но потом поняла, что это будет не совсем честно по отношению к вам…       Мавуика, сидевшая рядом на мягком зелёном полу, осторожно коснулась её плеча — лёгким, сестринским движением:       — Подружиться через игру… по-своему это даже трогательно. — На её губах мелькнула лёгкая, почти незаметная улыбка.       — Но… она воспользовалась этим и предложила сыграть в шахматы… — голос Нахиды стал тише, будто таял. — Я тогда думала, что подружусь с ней таким образом… Не понимаю, что тогда на меня нашло… когда я сделала тот роковой ход…       Чжун Ли, сидящий напротив, положил ладони на колени. Его спокойствие, даже в этом тесном зелёном убежище, излучало прочность скалы.       — Не укоряйте себя, госпожа Буэр, — его голос прозвучал ровно, словно каменный колокол.       — Но я виновата, господин Рекс Ляпис! — Нахида вскинула голову, в глазах блеснули слёзы. — Если бы я отказалась тогда… мы не оказались бы в этом месте!       Райден до этого молча шагала по узкому пространству, её шаги глухо отзывались по лиственному полу. Услышав слова Нахиды, она резко остановилась. Её взгляд сверкнул холодным пламенем.       — Госпожа Буэр… не терзайте себя. Благодаря вам я узнала, кто должен заплатить за смерть Макото.       — Госпожа Вельзевул, — Чжун Ли поднял ладонь, словно усмиряя бурю, — прошу вас, сдержитесь.       Райден шумно выдохнула, её плечи чуть ослабли.       — Да… вы правы, Рекс Ляпис. Порой гнев застилает мне разум.       — Ну-ну, миленькая, — мягко сказала Мавуика, обняв Нахиду крепче, будто укутывая её, — не плачь.       — Я… я постараюсь, — всхлипнула малышка-архонт, но голос её стал тише и спокойнее.       Венти всё так же полулежал, покачивая ногой. Его улыбка была лукавой, но глаза — задумчивыми.       — Что ж, кажется, буря немного стихла, да?       Райден резко обернулась к нему. Шаг её по лиственному полу прозвучал сухим эхом. Скрестив руки, она нахмурилась:       — Барбатос, сейчас не время для твоих шуток. — Её взгляд метнулся к Чжун Ли. — И всё же, Рекс Ляпис, что ты имел в виду под «напором сил»?       Чжун Ли сидел неподвижно, словно высеченный из камня. Его голос прозвучал спокойно, но в нём ощущалась тяжесть воспоминаний:       — Не знаю, как выдержала это госпожа Буэр…       Нахида, до этого прижав колени к груди, медленно подняла голову. Она всё ещё сидела рядом с Мавуикой, словно под защитой.       — Господин Рекс Ляпис, — её голос звучал тихо, но твёрдо, — прошу вас, называйте меня просто Нахида. Я… я хотела бы быть ближе к вам всем. Не только как Архонт, но и как друг.       Чжун Ли впервые позволил себе мягкую улыбку. Он наклонил голову в знак уважения.       — Х-хорошо, гос… нет, Нахида… — поправился он, чуть запнувшись. — Я не знаю, как этого выдержала Нахида, но когда меня заточили, я чувствовал сильную боль, сравнимую самой агонией. Я тогда действительно считал, что умру от её рук… Нахида на миг зажмурилась, словно от удара в сердце, но продолжила твёрдо:       — Теперь понятно, почему вы господин Рекс Ляпис были так истощены, когда появились…       — А ты что чувствовала, эм… Нахида? — спросил Венти, зачесав затылок. Нахида печально улыбнулась, сильнее прижавшись к Мавуике.       — Я чувствовала сожаление и печаль, когда меня заточила она… Мне тогда не было больно… Больно было внутри меня. Ведь я могла выиграть партию… — ответила она, потом повернула голову к Мавуике: — А вы что чувствовали, госпожа Хаборим?       Мавуика слегка вздохнула и откинулась назад, опираясь ладонями о мягкий лиственный пол. Её взгляд был устремлён куда-то вверх, к переплетению «стен» из зелени.       — Ну, пользуясь случаем, я бы хотела, чтобы все вы обращались ко мне как Мавуика, а не как Архонт… Среди всех я всё же единственный человек, что получила этот титул. Ведь ты, Нахида, — ветка самого Ирминсуля… Вы, Рекс Ляпис, были верховным Адептом… Барбатос, думаю, я могу обращаться к вам на «ты», я полагаю?       Венти, не меняя своей непринуждённой позы у стены из листвы, слегка улыбнулся и махнул рукой, словно стряхивая с себя церемонии:       — Я олицетворение свободы, обращайся ко мне как удобно тебе, Мавуика.       — И всё же, ты был один из ветров, Барбатос… — Мавуика почтительно смотрела на него и направила взгляд на сёгуна. — А вы, сёгун Райден…       Райден, всё ещё стоявшая чуть в стороне, медленно повернула голову. Её выражение оставалось строгим, но голос смягчился:       — Достаточно, Мавуика… Я уважаю тебя как воительницу, но себя не стоит принижать. Даже если ты человек, тебе необязательно относиться к нам с почтением. У каждого Архонта здесь был свой путь к титулу.       Чжун Ли, сидевший с прямой спиной, скрестил руки и кивнул, подтверждая слова Райден:       — Госпожа Вельзевул права… — он сделал паузу и мягко поправился: — гос… то есть, Мавуика. То, что мы разные существа, что стали Архонтами, не делает нас выше тебя. Ты тоже Архонт, Мавуика. Ты можешь достойно носить этот титул и обращаться с нами на равных.       Мавуика опустила взгляд и чуть улыбнулась, будто с облегчением.       — И всё же, я хочу тоже со всеми вами подружиться, Рекс Ляпис… Даже будучи Архонтом, в первую очередь, я хотела бы подружиться с вами не только как Архонты, но и как люди…       Чжун Ли тепло улыбнулся, откинувшись затылком на «стену», и посмотрел на неё искоса:       — Как божество, оставившее позади себя титул Архонта, я тебя понимаю, Мавуика. Я также считаю, что даже без титула ты заслужила бы наше внимание. Нахида, прижав ладони к щекам и чуть наклонив голову, заговорила с искренней теплотой:       — Более того, мы не против с тобой сблизиться, с-сестрица Мавуика…       Венти поднял бровь и скрестил руки, уголки его губ дёрнулись вверх:       — Пользуешься обличием ребёнка по полной, Нахида?       Нахида едва заметно хихикнула, глаза её блеснули:       — Есть немного… Более того, я жду ответа от сестрицы Мавуики.       Мавуика на секунду прикрыла глаза и, словно проговаривая самой себе, ответила:       — Я ощущала на себе печаль, будто она окутывала меня… Мы вроде даже успели поговорить о пламецикле…       — Упс… — вырвалось у Венти, и он закатил глаза, но всё ещё сохранял улыбку.       Райден сузила взгляд, её рука непроизвольно дёрнулась к эфесу эфемерного меча.       — Что такое, Барбатос?       Венти сделал вид, что беззаботно потянулся, скрывая неловкость, и поспешно махнул рукой:       — Н-ничего… Думаю, с пламециклом всё в порядке.       Райден остановилась, скрестив руки и вперив суровый взгляд в Барбатоса:       — Что ты чувствовал, Барбатос?       Венти, по-прежнему прислонившийся к стене из листвы, поднял глаза к «потолку» и легонько усмехнулся, как будто отшучиваясь даже перед лицом правды. Архонт Ветра откинулся на лиственные стены, глядя ввысь.       — Ничего особенного. Она воспользовалась осколком слишком неожиданно, и я не успел ощутить ни боли, ни сожаления. — Он скользнул взглядом к Райден, его улыбка стала чуть мягче. — А вот ты, сёгун?       Райден шагнула ближе, её шаги отдавались в тишине. Она приподняла подбородок, голос прозвучал холодно, но с дрожью в сердце:       — Я чувствовала сожаление и радость от победы надо мною… Это не прощаемо.       Венти коротко вздохнул и, прищурившись, будто задавал вопрос самому ветру, произнёс:       — Как последний сюда прибывший, мне интересно, как всё было?       Нахида глубоко вдохнула. Её руки дрожали, но она всё же заговорила, глядя в полумрак зелёных прожилок:       — После создания вот такого укромного убежища в виде лука, как видите, — Она коснулась ладонью сияющей поверхности, и мягкий свет Дендро стихии пробежал по «стенам». — сверху сейчас сияние Дендро, благодаря которому тут светло и можно что-то видеть… Мне было страшно и одиноко… Но вот появился господин Рекс Ляпис. Он выглядел измученным, истощённым и… враждебным. Сделав пару шагов, он рухнул передо мной и упал головой на мои колени. Я не знала тогда, что делать и начал просто гладить его волосы, пытаясь успокоить его…       — Рекс Ляпис? — удивлённо переспросил Венти, приподняв бровь.       Чжун Ли, сидевший неподалёку в строгой, почти медитативной позе, кивнул.       — Справедливости ради стоит сказать, что это мне помогло. На мне тогда были чары сил воспоминаний, что наложила на меня Царица. Шагая к Нахиде, я видел не её, а… — он прервался, его голос был спокоен и глубок, — В общем, когда очнулся, я был удивлён компанией Нахиды… Тогда я был рад её видеть.       — Как я помню из снов, после Рекс Ляписа, следующей была Мавуика, — произнёс Венти, повернув голову к Пиро Архонту. Мавуика встала с места и одной рукой прижала к груди.       — Когда меня заточили, я думала, что для каждого Архонта будет своё пространство… Честно, я была рада видеть и Нахиду, и Рекса Ляписа. Мы разговорились о последних событиях, пока не пришла Райден… и чуть ли не вырезала наше убежище.       Райден замерла, её осанка выпрямилась, словно натянутая струна. Она позволила ладони скользнуть к эфесу эфемерного меча, но жест был плавным и почти незаметным — просто подтверждение её готовности защитить друзей:       — Тогда я использовала Мусо но Хитати. Но кто ж знал, что она будет быстрее меня?..       Мавуика приблизилась к ней, с интересом взглянув на неё:       — Царица была быстрее молнии?       — Да, а почему ты удивляешься, Мавуика? — холодно ответила Райден.       — Со мной она еле сражалась на равных… — Мавуика прищурилась, губы изогнулись в предвкушении. — Это странно… Я чувствую, что должна взять у неё реванш.       Райден медленно обернулась к ней, холодно кивнув:       — В этом мы сходимся, Мавуика.       Мавуика резко вскинула голову, в её глазах вспыхнул огонь:       — Тогда мы должны отомстить вместе. Это не была честная схватка. Она играла нашими слабостями. — Она сжала кулак и усмехнулась криво. — Вот почему я хочу встретиться с ней снова. Но уже без игр.       Чжун Ли сдвинул брови и заговорил серьёзнее, чем прежде, его голос зазвучал, словно раскат грома:       — Интересно… Надеюсь, госпожа Фурина в безопасности.       Нахида прижала ладони к груди и подняла взгляд, полный тревоги:       — Думаю, с ней всё будет в порядке. С ней главный Юдекс Фонтейна… Да и она сама уже не архонт…       Венти резко отвёл глаза, улыбка исчезла. Он провёл рукой по волосам и вздохнул:       — Насчёт этого… Главный Юдекс мёртв.       — ЧТО?! — воскликнули все одновременно, кроме Чжун Ли. Листва вокруг дрогнула, отозвавшись на их голоса.       Чжун Ли не шелохнулся, его взгляд оставался твёрдым, как гранит:       — Барбатос, я не думаю, что сейчас время для шуток.       Венти оттолкнулся от «стены» и шагнул ближе в центр. В его глазах на миг мелькнула серьёзность, непривычная для него:       — Но я говорю правду, Рекс Ляпис. Кроме того… пустыня Хадрамавет стала озером.       Райден, что всё это время стояла в напряжении, невольно засмеялась, её рука непроизвольно прикрыла губы:       — Теперь понятно, почему ты так смеёшься при слове «Пламецикл»…       Мавуика вскочила на ноги, её голос сорвался на крик, в котором звучала и злость, и отчаяние:       — Чёрт, а ведь она обещала!       Венти лишь развёл руками, словно оправдываясь, но в глазах его не было привычной насмешки:       — Кроме того, судя по всему, она направится в Инадзуму. Ведь после заточения сёгуна Райден… вся страна скрыта в тумане.       Райден застыла, её взгляд потемнел, дыхание стало чуть чаще. Она медленно выпрямилась, её силуэт напоминал строгую статую.       — В тумане?.. — тихо произнесла она, голос её дрогнул едва заметно.       Чжун Ли наклонил голову, скрестив руки за спиной. Его глубокий голос раздался сдержанно, словно каменный колокол:       — Госпожа Вельзевул, вы что-нибудь знаете об этом?       Райден задержала взгляд где-то в пустоте, словно вновь переживая прошлое.       — Я не хочу вспоминать эти времена... Но думаю это связано с божеством Капацири... После уничтожения Капацири, остров Цуруми был непригоден для жизни, пока туда не пришёл Вояжер… и не начал изучать его тайны.       Нахида, сидевшая рядом, чуть склонила голову, её зелёные глаза засветились живым интересом.       — Вояжер? Любопытно… Ведь он помогал и моим фамильярам.       Мавуика улыбнулась, её голос прозвучал с теплотой и удивлением:       — Я высокого мнения о нём. Его скорость и решительность поразили меня.       Чжун Ли нахмурился, будто взвешивая сказанное.       — Этот парень помогает всем без колебаний. Но интересно… не приведёт ли его доброта однажды к ошибке, которую нельзя будет исправить?       Венти слегка качнул кувшин в руке, глаза его прищурились, а тон стал мягко-лукавым:       — Но, как я понимаю, ты ведь тоже о нём высокого мнения, да, Рекс Ляпис?       Чжун Ли не отвёл взгляда, его лицо оставалось непроницаемым, но голос смягчился:       — Это верно. Разумеется… Но как долго его хватит?       Мавуика сжала кулаки и резко выдохнула, словно решаясь сказать вслух то, что терзало её сердце:       — С одной стороны, я вынуждена согласиться с Царицей насчёт Вояжера… Если он убедит свою сестру и уйдёт, то считай, Натлан, который он спас, вовсе не мог быть спасён.       Райден слегка прикрыла глаза, её тон стал серьёзен, но в нём слышалась и благодарность:       — Я не хотела с этим соглашаться, но должна признать… благодаря ему в Инадзуме воцарился покой.       Чжун Ли склонил голову, будто в знак согласия.       — Думаю, Ли Юэ не справился бы без него. Вот почему, даже отойдя от роли Властелина Камня, я продолжаю присматривать за гаванью.       Венти улыбнулся мягче, чем обычно, его голос зазвучал задумчиво:       — Считаю, что и Двалин обрёл покой благодаря ему.       Нахида прижала ладони к груди, её голос стал тише, словно признание самой себе:       — Я… считайте, что была спасена от заточения Академии. А ведь я могла бы быть там вечно… если бы Вояжер не пришёл.       Мавуика прикусила губу и подняла глаза к небу.       — Интересно, как обстоят дела в Нод-Крае…       Венти тихо хмыкнул, подбросив кувшин на ладони.       — Думаю, и там тоже он играет ключевую роль.       Нахида нахмурилась, в её взгляде мелькнула тень печали:       — Почему наш мир так зависим от него… этого мне не понять. — Она опустила глаза, почти шёпотом добавив: — Даже зная, что он четвёртый сошедший…       Мавуика, задумчиво глядя в светящийся «лук», провела пальцами по узору, будто проверяя его прочность. Её голос прозвучал мягко, но тревожно:       — Похоже, Царица направляется в Инадзуму не просто так…       Райден чуть прищурила глаза, глядя в сторону, её пальцы нервно скользнули по рукояти эфемерного меча, но не сжали её.       — Либо исправить свои ошибки… либо… — её слова повисли в воздухе.       Чжун Ли медленно выпрямился, сцепив руки за спиной; его голос, спокойный, но тяжёлый, словно гул камня, нарушил тишину:       — На ней возложена куча ответственности. Интересно… думаю, те чувства, что мы испытали во время заточения, — ключ к разгадке освобождения отсюда.       Венти, откинувшись спиной к сияющей «стене» лука, лениво крутанул в пальцах кувшин, но его взгляд был серьёзен:       — Любопытно. Все мы восприняли её по-своему… Но почему она открыла каждому именно то, что он боялся больше всего?       Тишину нарушил тихий голос Нахиды. Она осторожно обняла колени, словно ища в этом опору, а её волосы мягко подсвечивались дендро-светом:       — Потому что она коснулась наших сердец. Там, где мы наиболее уязвимы. Меня она погрузила в одиночество… вас — в боль и воспоминания. Это и есть её сила.       Венти оторвался от стены, с улыбкой поднял кувшин, словно провозглашая тост:       — Тогда я считаю, что нам стоит постараться выбираться отсюда вместе!       Райден слегка подняла бровь, на губах её появилась тень усмешки, но голос остался ровным:       — Сильные слова для слабейшего Архонта. Однако даже слабые помогают сильным действовать.       Нахида подняла взгляд, её глаза засияли лёгкой надеждой:       — Если мы создадим синергию стихий, думаю, пространство этого мира не выдержит — и он освободит нас.       Чжун Ли, нахмурившись, слегка покачал головой:       — Надо считаться и с безопасностью. Кто знает, что ждёт нас снаружи…       — Согласна с тобой, Рекс Ляпис! — отозвалась Мавуика, чуть улыбнувшись.       Нахида тихо вздохнула, сжав пальцы:       — Надеюсь, снаружи мы всё так же останемся друзьями…       Мавуика протянула руку к Нахиде, словно к младшей сестре:       — Считай меня своим другом, Нахида!       Чжун Ли слегка кивнул:       — Ты можешь обращаться ко мне, как тебе удобно, Нахида.       — Хорошо, господин Чжун Ли! — Нахида улыбнулась впервые за всё время.       Венти подмигнул ей, покачав кувшином:       — И со мной тоже, Нахида. Выглядела бы ты постарше — может быть, я угостил бы тебя знаменитым мондштадтским вином!       Райден прикрыла лицо рукой, качнув головой с лёгкой усталой усмешкой:       — И всё же, Барбатос, последнее было лишним…       Чжун Ли первым поднялся на ноги, его фигура возвышалась над остальными, словно незыблемый монолит:       — Царица должна быть остановлена. Но прежде всего — спасена. Иначе наш мир не выдержит.       Райден медленно поднялась вслед за ним, её рука легла на эфемерный клинок, но не с гневом, а с решимостью:       — Если есть хоть малейший шанс освободить её сердце от этого искажения, я не откажусь. Но если придётся сражаться — я сражусь.       Мавуика сжала кулаки, её глаза горели упрямым пламенем:       — Я не отступлю. Впервые за долгое время я чувствую, что мы можем стать настоящей силой. Если это значит встать плечом к плечу с вами — так тому и быть.       Нахида поднялась последней, её шаг был лёгким, но голос твёрдым, не по-детски зрелым:       — Она коснулась наших сердец… но это не значит, что она непобедима. Если мы соединим наши силы, то сможем коснуться и её сердца. Напомнить ей, кто она есть.       Венти, откинув кувшин к стене и расправив руки, словно готовясь поймать поток ветра, улыбнулся:       — Вижу, мы наконец нашли общий ритм. А значит, сыграем партию вместе, и на этот раз — не сзади шахматной доски, а на арене для всего Тейвата.       Все взгляды сошлись в одном. Разные судьбы, разные характеры и разные дороги — но сейчас они были не просто Архонтами. Они были союзниками.       Чжун Ли сложил руки перед собой и произнёс низким, торжественным голосом:       — Тогда решено. Мы выйдем отсюда как одно целое. И вместе встретим Царицу.       Их дыхание стало единым. Свет внутри «лука» вспыхнул ярче, будто отвечая на обет Архонтов. Впереди их ждал враг, но ещё — шанс.       Шанс спасти одну из своих.

***

      — И всё же, Ноэлль… Думаю, тебе стоит ещё раз поработать над навыками… Ты еле дотягиваешь на уровень удовлетворительно…

Продолжение следует…