Начало каникул

Разговор, предстоящий впереди, казался Кристен долгим и сложным. Она гадала, что именно Сириус хотел сказать. Прошло почти полгода с момента их разрыва, наполненных обидами, недомолвками и взаимным избеганием. И почему он решил заговорить именно сейчас, когда она только начала приходить в себя и строить свою жизнь заново? Почему он не попытался поговорить раньше? Кристен было тяжело это признавать, особенно после всего, что произошло, но она, несмотря на свою гордость и обиду, всегда была готова прийти к Сириусу по первому зову. В глубине души она все еще чувствовала к нему привязанность, которая никак не хотела угасать. Она боялась этой привязанности, потому что знала, как сильно он может ранить ее. Но, несмотря на это, она не могла отрицать, что часть ее все еще ждала его возвращения. — Ежик, я понимаю, что вел себя как тварь последняя… — начал разговор Сириус, его голос звучал искренне и виновато. Он замялся, словно подбирая слова, и Кристен почувствовала, как напряжение между ними нарастает. — Прости меня, я действительно был неправ тогда. Нужно было спокойно обсудить произошедшее, но ты ведь знаешь мой характер…, — продолжал он, надеясь на ее понимание. — Знаю, Блэк, прекрасно знаю. Ты импульсивный, эгоистичный и вечно делаешь все, что тебе взбредет в голову, — ответила ему Кристен с легкой усмешкой, в которой, однако, сквозила нежность. — И ты прости меня, я действительно поддалась искушению. Алкоголь творит чудеса, — добавила она, подразумевая попытку поцелуя под омелой в ту злополучную ночь. Сириус, казалось, облегченно выдохнул. Услышав ее слова, он почувствовал надежду на то, что они смогут все исправить. — Скажи мне сейчас честно, я тебе действительно нравлюсь? — спросил Сириус, пристально глядя на девушку. В его серых глазах читалось волнение и ожидание. Он смотрел на нее как на запретный плод, который он когда-то сорвал, а потом, испугавшись последствий, бросил. Теперь он снова хотел заполучить его, но боялся, что она больше не подпустит его к себе. — Да, но…, — ответила Кристен, не успев закончить свою мысль. Сириус, не в силах больше сдерживать свои чувства, накрыл ее губы своими. Он жадно впился в ее губы, словно пытаясь восполнить все те месяцы, которые они провели вдали друг от друга. Его поцелуй был полон страсти, нежности и раскаяния. В нем читалось отчаяние и надежда на то, что она простит его и даст ему второй шанс. Кристен на мгновение растерялась, не ожидая такого напора. Но потом она поддалась его поцелую, отвечая на его страсть. Все обиды и разочарования отступили на второй план, и она снова почувствовала ту магию, которая была между ними. Она вспомнила все те счастливые моменты, которые они провели вместе, и ее сердце забилось сильнее. Она понимала, что этот поцелуй – это не просто признание в чувствах, а просьба о прощении. И она, несмотря на все свои сомнения, готова была его простить. Поцелуй Сириуса был одновременно нежным и отчаянным, словно он боялся, что Кристен снова исчезнет из его жизни. Она отвечала ему, позволяя чувствам захлестнуть её. Вкус его губ был таким знакомым и желанным, что на мгновение она забыла обо всех обидах и разочарованиях. Когда они, наконец, оторвались друг от друга, оба тяжело дышали. Лица их горели, а глаза сияли. — Сириус… — прошептала Кристен, пытаясь привести мысли в порядок. — Я знаю, что не заслуживаю тебя, Ежик, — перебил ее Сириус, — но я клянусь, что сделаю все, чтобы быть достойным тебя. Дай мне шанс. Кристен смотрела на него, пытаясь понять, искренен ли он. В его глазах не было ни капли лжи, лишь раскаяние и надежда. — Это будет непросто, Сириус, — сказала Кристен. — Я не могу просто забыть все, что было. — Я знаю, — ответил Сириус. — Я готов работать над этим. Я готов доказать тебе, что изменился. Кристен молчала, обдумывая его слова. Часть ее хотела снова броситься в его объятия и забыть обо всем на свете, но другая часть, наученная горьким опытом, предостерегала ее от этого. — Хорошо, — наконец сказала Кристен. — Я дам тебе шанс. Но учти, Сириус, это будет последний шанс. Если ты снова причинишь мне боль, я больше никогда не захочу тебя видеть. На лице Сириуса расцвела счастливая улыбка. Он схватил Кристен за руку и крепко сжал ее. — Я обещаю тебе, Ежик, я тебя не подведу. Я люблю тебя. Кристен улыбнулась в ответ. Она знала, что впереди их ждет много трудностей, но в глубине души она верила, что они смогут их преодолеть. Она любила Сириуса, и, несмотря на все, что произошло между ними, она не могла представить свою жизнь без него. Она дала ему второй шанс, и теперь все зависело от него. Сможет ли он доказать ей, что он достоин ее любви? Только время покажет. Поцелуй Сириуса был напористым и требовательным, будто он хотел одним махом вернуть все потерянное время. Кристен отвечала на него, с трудом сдерживая волну захлестнувших ее воспоминаний. Однако, оторвавшись от него, она ощутила не столько эйфорию, сколько легкое замешательство. — Сириус… — проговорила она, стараясь вернуть себе самообладание. — Я знаю, что не заслуживаю тебя, Ежик, — прервал ее Сириус, его тон был полон неприкрытого желания. — Но я намерен это изменить. Кристен скептически приподняла бровь. — Не стоит так торопить события, Блэк. — Я и не тороплю, — ответил Сириус, в его глазах мелькнул вызов. — Просто хочу, чтобы ты знала, что я настроен серьезно. Кристен вздохнула. Ей нравилась его настойчивость, но она боялась вновь поддаться импульсу. — Хорошо, Сириус, я это учту. — Это все, что ты можешь сказать? — Сириус казался разочарованным. — На данный момент — да, — отрезала Кристен. — Я дам тебе шанс показать себя. Но без резких движений. Сириус внимательно посмотрел на нее, словно пытаясь прочитать ее мысли. — Идет, — согласился он, — Но не жди, что я буду играть по твоим правилам слишком долго. Кристен усмехнулась. — Увидим, Блэк. Они помолчали, ощущая напряжение, повисшее в воздухе. Кристен понимала, что их отношения не вернутся в прежнее русло в одночасье. Ей понадобится время, чтобы снова доверять Сириусу, и она не собиралась торопить события. — Ладно, нам лучше вернуться, — сказала Кристен, — Марлин, наверное, уже ищет меня. Сириус кивнул и, без лишних слов, направился вместе с ней обратно в гостиную. По дороге он не стал брать ее за руку или приобнимать. Он просто шел рядом, ощущая некую неловкость, но и предвкушение. В гриффиндорской гостиной Кристен сразу направилась к Марлин, а Сириус остался в стороне, общаясь с Ремусом и Джеймсом. Кристен чувствовала его взгляд на себе, но старалась не обращать на это внимания. Под конец вечера, когда студенты начали расходиться, Сириус подошел к Кристен. — Увидимся, Ежик, — произнес он, его голос звучал чуть тише обычного. — Увидимся, Сириус, — ответила Кристен, стараясь не улыбаться. Он не стал ее целовать или обнимать, а просто кивнул и направился к своей спальне. Кристен проводила его взглядом и почувствовала, как в груди зарождается слабая надежда. Впереди еще много работы, но она готова рискнуть, если это поможет им построить что-то новое и настоящее. Следующим утром, во время завтрака в Большом зале, Кристен почувствовала на себе пристальный взгляд. Это был Джеймс Поттер. Он не просто смотрел, а изучал её, словно пытаясь разгадать какой-то секрет. Она демонстративно отвернулась, сосредоточившись на своей тарелке. Джеймс поймал Сириуса после тренировки по квиддичу, оттащив его в пустую раздевалку. — Итак, — начал Джеймс, скрестив руки на груди, — рассказывай. Сириус нахмурился. — О чем? — Не прикидывайся идиотом, Блэк, — Джеймс закатил глаза. — О вас с Бартер. Говорят, вчера вечером вы о чем-то очень увлеченно беседовали. Сириус вздохнул. Он знал, что от Джеймса ничего не скроешь. — Ну да, разговаривали. И что с того? — И что обсуждали? — Джеймс продолжал допрос. — Не твое дело, Поттер. — Слушай, Сириус, — Джеймс подошел ближе, его голос стал серьезнее. — Я знаю, что между вами было что-то в прошлом, и я понимаю, что Кристен имеет право на счастье. Но я переживаю за нее. Ты причинил ей много боли. Сириус помрачнел. — И ты думаешь, я этого не знаю? — Тогда объясни мне, чего ты добиваешься? — настаивал Джеймс. — Я хочу вернуть ее, — признался Сириус, отводя взгляд. — Я знаю, что это будет непросто, но я готов бороться за нее. Джеймс внимательно изучал его лицо. — Ты уверен, что на этот раз все серьезно? — Более чем, — заверил Сириус. — Ладно, Блэк, — сказал Джеймс, отступая назад. — Я хочу верить тебе. Но знай, если ты снова сделаешь ей больно, я тебе этого не прощу. — Я понял, — ответил Сириус. — Спасибо, что предупредил. Джеймс кивнул и вышел из раздевалки, оставив Сириуса наедине со своими мыслями. Сириус знал, что Джеймс будет пристально следить за каждым его шагом, и он готов был принять это. Он должен был доказать не только Кристен, но и ее другу, что он изменился и заслуживает ее прощения. В тот день Кристен пропустила тренировку по квиддичу, чем вызвала недоумение у Джеймса и остальных членов команды. Она сослалась на легкое недомогание, но настоящая причина заключалась в другом. Она попросту оттягивала неизбежный разговор с Джеймсом. Ей было неловко и не хотелось объяснять ему, что происходит между ней и Сириусом. Она знала, что Джеймс будет волноваться, и ей не хотелось снова поднимать тему их прошлых конфликтов и обид. Марлин, как и всегда, была рядом, оказывая поддержку и заботу. Однако, ее постоянные расспросы насчет разговора с Блэком начинали утомлять Кристен. Марлин волновалась за подругу и хотела убедиться, что Сириус не причинит ей вреда. — Ну что, Крис? — спросила Марлин, когда они сидели в библиотеке. — Как все прошло? О чем вы говорили? Кристен тяжело вздохнула. — Потом, Марлин. Не сейчас. — Но, Крис! Я же переживаю за тебя! — воскликнула Марлин, — Я хочу знать, что с тобой все в порядке. — Я в порядке, — заверила ее Кристен, — Просто мне нужно время, чтобы все обдумать. Я расскажу тебе все позже, обещаю. Марлин недовольно надула губы, но все же уступила. Она знала, что давить на Кристен сейчас — бессмысленно. — Хорошо, — сказала она, — Но как только ты будешь готова, я здесь. Кристен благодарно улыбнулась подруге. Она ценила ее поддержку и понимание, но сейчас ей просто нужно было немного времени, чтобы разобраться в своих чувствах и принять решение, касающееся ее отношений с Сириусом. Теперь, когда лёд между Кристен и Мародерами начал таять, она больше не избегала их компании. Напротив, заметив знакомые фигуры в коридорах Хогвартса, она подходила к ним с улыбкой и обнимала каждого по очереди, приветствуя их как старых друзей. С Джеймсом и Ремусом ее отношения были особенно теплыми, она ценила их поддержку и понимание. С Питером все было немного сложнее, он оставался застенчивым и тихим, но Кристен чувствовала, что он искренне рад их примирению. Однако, с Сириусом все еще было "слишком рано". Она нежно улыбалась ему, обменивалась короткими фразами, но никаких объятий или прикосновений. Она хотела, чтобы он знал, что она не держит на него зла, но ей нужно было время, чтобы снова доверять ему полностью. Ремус и Питер, наблюдая за этими переменами в поведении Кристен и замечая напряжение между ней и Сириусом, начали подозревать неладное. Они чувствовали, что что-то происходит, но не решались задавать прямые вопросы. Они понимали, что это личное дело Кристен и Сириуса, и если они захотят поделиться, то сами расскажут. Поэтому они старались просто поддерживать их и не навязываться со своими расспросами. Ремус, как самый рассудительный из Мародеров, надеялся, что все разрешится к лучшему. Он знал, что Сириус способен на глупости, но он также верил в их дружбу и надеялся, что они смогут все преодолеть. Наконец, наступил долгожданный день начала Рождественских каникул. Хогвартс загудел как растревоженный улей. Студенты с энтузиазмом собирали вещи, предвкушая домашний уют, семейные застолья и подарки. Джеймс, Питер и Ремус, возбужденные предстоящей поездкой, сидели на своих чемоданах в общей гостиной, ожидая прибытия Хогвартского экспресса. Они перебрасывались шутками и вспоминали забавные моменты, произошедшие в течение семестра. Джеймс, как обычно, пытался уговорить Сириуса поехать с ним в поместье Поттеров. Он настаивал, что его родители будут рады его видеть, и что Рождество в кругу семьи — это то, что ему сейчас необходимо. Но Сириус упорно отказывался, придумывая самые разные отговорки. В глубине души ему было неловко злоупотреблять гостеприимством Поттеров. Он чувствовал себя обузой, и ему казалось, что ему нужно дать им отдохнуть от своего присутствия. Хоть они и были рады его визитам, он понимал, что у каждого должна быть своя личная жизнь. Кристен, как и планировала, осталась в Хогвартсе. Ее родители, поглощенные работой в Министерстве, вынуждены были уехать в командировку, и ей не хотелось проводить Рождество в пустом и безлюдном доме. Мысль о том, чтобы провести праздники в одиночестве, вызывала у нее тоску и уныние. Она решила, что лучше остаться в замке, где всегда можно найти компанию и чем-то заняться. К тому же, у нее появилась возможность побольше времени провести с Сириусом, отношения с которым только начали налаживаться.