Глава 3. Добро пожаловать или посторонним вход воспрещен

Дороти Мое сердце сковывает страх. Если физические испытания еще не добили меня окончательно, то точно сломают эмоциональные. Мне никогда в жизни не приходилось сталкиваться с людьми, которые ведут себя подобным образом, и оттого разум мгновенно начинает бить тревогу. Я хватаюсь руками за землю, пытаюсь найти хоть что-то – палку, камень, любой другой предмет, который смогу использовать, как оружие. Блейн делает несколько размашистых и не очень уверенных шагов в мою сторону. Его взгляд, очевидно, затуманен недавно выпитым алкоголем. Глаза налиты злобой, но в них начинают проскальзывать отголоски похотливого интереса, когда он буквально пожирает глазами мою распластанную на земле фигуру. Дорогу Блейну перекрывает Тото, и его пронзительный лай разрезает ночной воздух и эхом разносится по округе. Я бросаю быстрый взгляд в сторону заведения, которое только что покинула эта странная компания, но никто из посетителей даже не смотрит в нашу сторону. Парень из лужи все еще нетвердо держится даже в сидячем положении, так что вряд ли он скоро будет готов отстаивать мою честь. Остается один единственный вариант – я набираю в легкие побольше воздуха, и из моей груди раздается протяжный вопль. — На помо… — но я не успеваю закончить фразу, потому что грубая липкая ладонь Блейна накрывает мой рот, а второй рукой он как марионетку поднимает меня вверх и прижимает к своему телу. — Не вздумай пискнуть, красотка, иначе твоей шавке не поздоровится, — хрипит он мне на ухо, а затем хватает меня за подбородок и резко поворачивает голову в сторону своего товарища. — Дюк об этом позаботится. Я начинаю извиваться всем телом, но безуспешно, мне остается наблюдать за тем, как Дюк неуловимым движением хватает за шкирку Тото, а затем несет к какому-то деревянному ящику, стоящему у забора. — Посиди пока здесь, недомерок… — он грубо швыряет моего любимца внутрь и захлопывает крышку. Из моих глаз брызжут слезы. Тото скулит от боли и страха, и мое сердце разрывается. Я дергаюсь еще раз, но хватка Блейна оказывается стальной. Лысый главарь, все это время не проронивший ни слова, пробегает взглядом по мне, а затем возвращает свое внимание к Кроу. — Итак, раз с этим разобрались, вернемся к более насущным вещам. — Он подходит вплотную к лежащему в луже и садится на корточки. В правой руке лысого сверкает лезвие ножа, а левой рукой он хватает Кроу за волосы и откидывает голову назад. — Видишь вон ту красотку в руках Блейна? — Для убедительности он показывает рукой с ножом в мою сторону. — Так вот, приятель, я позволю ему воплотить самые грязные фантазии с ней прямо здесь и сейчас, если ты и дальше будешь делать вид, что не причем. Лоретта во всём призналась и уже понесла свое наказание. — Лысый сплевывает. — Но она жена, и потому я вправе был наказать её, как свою собственность. Что касается тебя… я бы уже давно изрезал твое смазливое лицо, да только не хочу связываться с Вудом. Другое дело – честный бой, тут уж прикопаться не к чему, в баре есть свидетели, да и на улице их полно. Ну так что, Кроу? Решим все здесь и сейчас! Моё тело дрожит, ноги подкашиваются, а глаза затуманены от слез. Даже я понимаю, что никакого честного боя не будет. Это все шоу для постояльцев бара, которым похоже все равно нет до нас никакого дела, прелюдия перед резней. И мне в ней тоже не выжить. Кроу смотрит прямо мне в глаза. В сумраке ночи я не могу хорошо разглядеть черты его лица, но все же про себя отмечаю, что он довольно красив. Не зря лысый назвал его «смазливым». В отличии от Кроу в нем нет ни одной хоть отдаленно привлекательной черты. Нос явно сломан, от левой брови и до подбородка тянется уродливый шрам, а во рту отсутствует несколько передних зубов. — Страшно, принцесса? — Блейн обдает меня зловонным дыханием, уткнувшись носом в мою шею, и я в очередной раз всхлипываю, но при этом не разрываю зрительного контакта с Кроу. — Скоро мы с тобой отлично повеселимся. Я даже готов буду отвести тебя подальше от чужих глаз, на сеновал за конюшней… Моя подбородок начинает подрагивать, и я медленно прикрываю глаза. Мне удается сделать глубокий вдох, а затем выдох. Пусть жизнь никогда не ставила меня в подобные обстоятельства, пусть страх сейчас завладел всем моим телом и пусть я не умею драться, но черт меня побери, если я сдамся без боя. Когда я открываю глаза, Кроу все ещё смотрит прямо на меня. И видимо, он замечает какую-то перемену, потому что уголок его рта дергается в подобии ухмылки, а затем он еле заметно подмигивает мне. В следующую секунду он делает настолько быстрое движение, что я не успеваю заметить, что именно происходит, но лысый мужчина заваливается на землю, а Кроу оказывается позади него, прижимая к горлу лезвие ножа. Того самого ножа, который пару секунд назад был приставлен к его горлу.  Я не успеваю подумать и со всей силы бью затылком по носу моего обидчика, слышится характерный хруст, и его хватка ослабевает. Не давая ему времени опомниться, я локтем бью его прямо между ног и бросаюсь вперед, заметив у стены обветшалого «бара» (как его назвал лысый) что-то похожее на вилу для уборки сена. Не знаю, откуда во мне берутся силы, прыть и ловкость, но я безумно благодарна своему телу за такой подарок. Пока Блейн валяется на земле, держась за своё причинное место и постанывает, Дюк решает действовать и делает уверенный шаг ко мне. Но я будто обезумевшая начинаю размахивать вилой, направляя ее в его сторону и готовая применить свое оружие, если он не остановится. — Живо отойди от девушки, — раздается твердый голос Кроу. Лезвия ножа глубже впивается в шею лысого. — Иначе я перережу горло ему, потом Блейну, а напоследок оставлю тебя, Дюк. Наслышан, что из вас троих ты больше всех склонен к жестокости. Так вот, тебе я припас что-то более изощренное. Дюк на секунду останавливается, сомневаясь в своих действиях, однако он быстро осознает, что у них численное преимущество, ведь Блейн скоро придет в себя. И если Кроу не является ниндзя, то мы все равно не сможем выбраться из этой схватки целыми и невредимыми. Вряд ли для головорезов как они так уж важна жизнь другого человека. Он не станет спасать лысого. И как только я это понимаю, то делаю выпад в сторону Дюка и протыкаю ему вилой бедро. Мужчина взвывает от боли, а его глаза наливаются яростью. Одной рукой он прижимает рану на ноге, а второй тянется в мою сторону. — Ах ты сучка, ты заплатишь за это… — но как только он делает шаг и переносит вес на раненую ногу, то заваливается на землю в метре от меня. Я отскакиваю в сторону, в ужасе глядя на раненого мною бандита, и бросаю вилу на землю. Я нахожусь в каком-то трансе, голова начинает гудеть, я отчетливо слышу стук собственного сердца, а в глазах постепенно темнеет. Жар от горящей урны врезается в спину и я понимаю, что все это время отступала назад, оказавшись совсем рядом с пламенем. Из полуобморочного состояния меня вырывает топот копыт и ржание лошадей, доносящееся где-то вдалеке. — Черт, здесь скоро будут Людоборы, а я так надеялся закончить нашу с тобой милую беседу, Стефано, — сквозь зубы цедит Кроу лысому, впервые назвав его имя. — Ты упустил свой шанс наказать меня за интрижку с твоей женой, и теперь опасаться надо тебе. Разберемся один на один, завтра, на границе Дикого Леса, как только взойдет луна. Если, конечно, от тебя что-то останется после встречи с Людоборами, они жестко наказывают нарушителей порядка, сам знаешь. А пока, сладких снов… Он убирает нож от его шеи и резким движением бьёт Стефано в висок концом рукоятки. Я как вкопанная стою и наблюдаю за тем, как он ловко поднимается на ноги и идет к ящику, в который положили Тото. Боже мой, Тото! Стук копыт приближается. Судя по тому, что я услышала, мне лучше не встречаться всадниками, восседающими на лошадях. Я подбегаю к Кроу, который уже вынимает дрожащего Тото из ящика. — Пожалуйста, отдайте его мне! — в отчаянии прошу я, чувствуя, что мой голос срывается. — Мне надо… — Нам надо живо смываться отсюда, — перебивает меня Кроу и хватает свободной рукой под локоть. — Если тебе не понравилась нынешняя кампания, то прибывающие гости и вовсе разочаруют в местном контингенте. Сюда! Он тащит меня в сторону, откуда я пришла, и мы почти бегом несемся к ближайшим деревьям. Я передвигаю ноги на автомате, не чувствуя боли и усталости от того, что мне приходится идти в гору. Дурной знак. Я не хочу оглядываться, но понимаю, что всадники вот-вот появятся перед баром, где только что состоялась драка. Драка, в которой я участвовала. Драка, в которой я ранила двоих. Кроу свистит, и я издаю судорожный всхлип, опасаясь, что нас услышат те, кого он назвал Людоборами. И действительно через несколько секунд рядом раздается стук копыт, но доносится он не с той стороны, откуда мы только пришли, а прямо с противоположной. В темноте мне удается разглядеть очертания коня, который несения прямо к нам, и в тот момент, когда он замедляет бег, мое сознание не выдерживает. Физическая усталость и эмоциональные потрясения последнего дня накрывают меня всю без остатка, и последнее, что я помню прежде чем моя голова ударяется о землю, это взволнованный возглас Кроу, адресованный мне. *** — Нет, ты чёрт возьми, совсем не дружишь с головой, Скайер… Стефано – головорез, он устроит тебе засаду, не спасет даже репутация Вуда! Твою мать, о чем ты думал? — Лайон, Лайон… остынь, приятель. Все под контролем! — Нихрена не под контролем! Они найдут и убьют тебя! И им будет наплевать на последствия, а знаешь почему? Потому что они буквально управляют деревней. Тебе не помог ни один человек у «Глории»? Я прав, да? Мужские голоса, спорящие о чём-то постепенно вырывают меня из забытья, но я не шевелюсь. Один из голосов кажется мне знакомым, и когда память о произошедшем возвращается, я готова поддаться панике. Но мне удается успокоить дыхание, как только моей ладони касается влажный шершавый язык, который может принадлежать только одному существу. Тото. Он рядом со мной. Я приоткрываю один глаз, чтобы убедиться в этом, и замечаю, что нахожусь в небольшой комнатушке, дверь в которую приоткрыта. Голоса мужчин доносятся из соседней комнаты, но через щель в двери я не могу ничего разглядеть. Тогда я озираюсь по сторонам и мне в глаза сразу бросаются стопки книг, расставленные повсюду. Кроме односпальной кровати, на которой я лежу, в комнате стоит деревянный комод и письменный стол, которые тоже завалены книгами и свитками. В комнате достаточно темно, и единственным источником света является окно, на данный момент наполовину завешенное плотной льняной шторой. На столе имеется уже сгоревшая свеча в подсвечнике. Ни ламп, ни светильников, ни телевизора или компьютера, даже розеток в комнате нет. Я приподнимаюсь на локтях, и кровать поскрипывает. Я замираю в ожидании, не заметил ли кто моего пробуждения, но тут до меня доносится голос Кроу, который как ни в чем не бывало продолжает разговор. — Ой, да ладно тебе. Ты же знаешь, я не пользуюсь особой популярностью у местных… мужчин, то ли дело девушки, но так поздно они уже не выходят из домов. Разве что проститутки, да обаяшка Глория, а им дороже своя шкура, чем моя, так что я не осуждаю… Ах да, мы отвлеклись от темы… — Девушка, кто она? Не похожа на проститутку. — Голос второго мужчины переходит на шепот, как будто он боится, что я услышу это оскорбительное предположение. — Вот тут ничего не скажу, свалилась как снег на голову! — Кроу делает паузу, а затем с грохотом ставит что-то на стол, возможно, кружку. — Или это я свалился к ней под ноги… Впрочем, не важно. Точно не местная, не с Блу Ривер – это факт. Сначала я предположил, что она с Эмеральда, но вела себя уж слишком ошарашено. Для человека, кто смог оттуда выбраться. Загадка… люблю такое… — Скайер! — В голосе собеседника звучат угрожающие нотки. — Тебе сейчас меньше всего следует думать о том, с кем провести следующую ночь. Хотя… Ты до нее и не доживешь. Почти рядом с дверью слышатся шаги, и я быстро ложусь обратно на подушку, не желая прерывать их разговор. Мне нужно понять, где я нахожусь, и пока что ни одно из названий местности не показалось мне знакомым. Шаги тихо удаляются, и я с облегчением выдыхаю. — Лайон, там были Людоборы. Опять это непонятное слово. Очередная местная шайка или… — Что? — В голосе Лайона отчетливо слышно отчаяние. — К-как? Почему не сказал? Они же… они никогда не патрулировали эти территории. — Знаю, и это показалось мне очень странным. Любые увеселения караются поркой, замеченные в уличных разборках лишаются пальца. Не думаю, что Стефано будет скоро готов выступить против меня. — Да теперь он тебя точно со свету сживет, когда встанет на ноги! О боже, Глория! Ей сильно достанется. Похоже, у меня будет много работы в городе, я буду собираться. Почему он не сдал тебя им, это странно… — Он захочет отомстить лично, ты же знаешь… — из комнаты доносится скрип мебели, а еще громыхание посуды и стекла. — Ты что, правда пойдешь в деревню? А как же девчонка? — с осуждением спрашивает Кроу, и тогда я аккуратно встаю с кровати. Тото негромко тявкает, и я шиплю, стараясь успокоить его. — Не знаю, отведи ее к Вуду, когда она очнется. Ее нельзя оставлять без присмотра… И снова это имя. Вуд. Тот, кого боится Стефано. Тот, к кому я точно не хочу идти. Мое поведение после урагана удивляет меня с каждым новым мгновением. Ведь вместо того, чтобы забиться в угол, я снова пытаюсь найти оружие, против… Против красавчика и второго мужчины, которого никогда не видела. Но когда я на цыпочках бреду к двери, одна из досок подо мной предательски скрипит. Чёрт. — Ты слышал? — Я замираю, но уже поздно. Через пару секунд дверь открывается, и я оказываюсь лицом к лицу с незнакомцем. Вау. Молодому человеку передо мной на вид не больше тридцати. Он очень высокий, имеет атлетическое телосложение и невероятно-голубые глаза, правда скрытые за квадратными очками в позолоченной оправе. Вид у него совершенно не устрашающий, скорее наоборот. От него веет страхом и неуверенностью. Тото спрыгивает с кровати, поскуливая приземляется на лапы, но в следующее мгновение уже готов отстаивать мою честь. Он бросается на незнакомца и утробно рычит. Правильно, покажи им, кто тут главный, малыш. Я делаю шаг назад, и мое лицо принимает максимально грозный вид. По крайней мере мне так кажется. Я уже хочу сказать что-то язвительное, но незнакомца оттесняет Кроу, мягко вклинивались между нами. — Воу, воу… Остынь, тигрица… — Он лучезарно улыбается мне, а потом переводит взгляд на Тото. — А ты, бродяга, вообще должен быть благодарен этому чудесному лекарю за спасение, вместо того, чтобы угрожать своими ужасающими клыками. Это же что-то типа собаки, да? Кроу выжидающе смотрит на меня. — Эммм… — Его тон сбивает меня с толку, я на мгновение теряюсь, но потом беру себя в руки. — Что значит «типа»? Это и есть собака. Порода Керн-терьер. — Хм. Ну, допустим… Итак, боюсь, мы с тобой не представлены, и оттого в воздухе витает такое ощутимое напряжение, — он усиливает свои слова, размахивая руками, как будто может почувствовать его. — А напряжение непременно нужно снимать, поэтому позволь представиться — Скайер. Скайер Кроу. Можно просто Кроу, можно просто Скайер, как тебе будет удобно, Тигрица. — У меня есть имя, вообще-то… — бурчу я в ответ. — И мы с моим другом Лайоном, — Скайер отступает назад и обхватывает приятеля за плечи, — да, кстати, его зовут Лайон. Лайон Ковард. Можно просто Лайон, можно просто… Ой, ладно, не важно. В общем, мы с этим оболтусом с трепетом ожидаем, когда ты назовешь свое имя! Я стою, немного сбитая с толку подобным паясничеством. — Меня зовут Дороти, для друзей Дот… — произношу я тихо, но мои слова производят очень странный эффект. Внезапный порыв ветра врывается в дом после того, как входная дверь позади Скайера и Лайона распахивается настежь, ударяясь об стенку с ужасным грохотом. В комнату влетает огромный черный ворон и громко каркает. Лайон и Скайер синхронно оборачиваются назад, но я чувствую, что ворон летит прямо ко мне. Я не успеваю среагировать и уже вижу, что он замедляет полет, выпячивает вперед когтистые лапы, которыми готов вцепиться в меня в любую секунду. Но чьи-то руки перехватывают его в нескольких сантиметрах от моего лица. Реакция Лайона оказывается настолько быстрой, что я еле успеваю зажмуриться, а он уже сворачивает ворону шею и бросает на пол безжизненное тело. Мой взгляд падает на пол, фокусируется на бездонных черных глазах птицы, в которых затухает жизнь, а затем возвращается к глазам Лайона. В них мелькает столько эмоций – боль, сожаление, вина, страх и удивление. Он смотрит на меня, не разрывая контакта, и в какой-то миг мне даже кажется, что он узнает меня, а я узнаю его. Это странное чувство единения на несколько секунд связывает нас, но его прерывает голос Кроу. — Дороти, — произносит он задумчиво, и я переключаю свое внимание на него. Он явно находится в замешательстве, но затем трясет головой, будто желая избавиться от наваждения, и на его лицо возвращается нахальная улыбка, которую я уже пару раз видела до этого. — Красивое имя, но Тигрица тебе больше подходит. В общем, это… Расклад такой. Ты заблудилась, кстати, или как? Я стараюсь отбросить странное чувство, охватившее меня ранее и сосредоточиться на своей цели. — Да! — Со слишком явным энтузиазмом выкрикиваю я. — Я, моя машина попала в ураган, я… я очнулась в каком-то лесу, мой телефон сломался, и поэтому я не могла позвонить или воспользоваться ДжиПиЭс, поэтому я попыталась найти кого-то, чтобы попросить сделать звонок мужу. Я из Канзаса, это далеко отсюда? Я могу вызвать такси или может кто-то сможет подкинуть меня до города? Еще хорошо бы вызвать аварийную службу… И, возможно, набрать 911, или просто обратиться в полицию? Произошедшее у бара нельзя оставлять так! У моего мужа есть связи в суде, он наймет отличного адвоката, если нужна будет помощь, но те люди, они же явно… Я затихаю, когда понимаю,что всё это время мои собеседники слушают меня с полным недоумением. У Лайона даже приоткрывается рот, а Скайер хмурит брови. — Она точно не местная… — выносит свой вердикт Лайон. — Ты был прав, она сильно ударилась головой, — одновременно с ним бурчит Скайер. — Так, — я хватаюсь руками за голову и на пару секунд прикрываю глаза, стараясь сосредоточиться. — Могу я просто от вас позвонить? — В колокол? — неуверенно спрашивает Лайон. — В колок… да нет же, по телефону! Мне просто нужно сделать звонок. — Ей явно нужен отдых, — Скайер понижает голос, обращаясь к Лайону, но я всё слышу. — Да господи, у вас нет телефонов? Связи? Интернета? Где я нахожусь, черт возьми? — У меня снова начинается истерика, но я просто не понимаю, как могла забраться туда, где нет хотя бы стационарного телефона. — Фэирлэнд, недалеко от Блю Ривера. — Отвечает Лайон, смотря на меня, как на сумасшедшую. — Фэирлэнд – это как Волшебная страна? Я что, сплю? Что за шутки? Знаете что, я не хочу показаться грубой, но, пожалуйста, отпустите меня… Мне правда пора, я найду кого-то еще, попрошу телефон, свяжусь с мужем и вернусь домой… Да, домой в Канзас… Хорошо? Я начинаю делать шаги в сторону двери и аккуратно пячусь назад, по пути поднимая на руки Тото. Очевидно, что эти люди сумасшедшие, или разыгрывают меня, вот только я не понимаю, с какой целью. — Эээм… Дот, — Скайер делает шаг в мою сторону, но я шарахаюсь назад. — Мы не друзья… — Хорошо, хорошо! — Он поднимает руки в примирительном жесте, делая аккуратный шаг в мою сторону. — Просто, Дороти, так нормально? Там небезопасно. Ты истощена, находишься в абсолютно незнакомом месте, и я бы не стал сейчас выходить на улицу в одиночестве, да? Давай ты успокоишься, поешь, придешь в себя. Мне бы очень не хотелось, чтобы ты натворила дел, убежала в Дикий лес, или еще хуже – попалась на глаза Людоборам… — Кто они? Это местный отряд полиции? — С надеждой спрашиваю я. — Я слышала, что они наказывают за проступки… — Не знаю, что ты имеешь ввиду, но Людоборы наказывают не за проступки, а за сам факт того, что ты попался им на глаза. Они наполовину люди, наполовину монстры… — Монстры? По характеру? — Я не знаю, почему продолжаю этот дурацкий диалог, дверь уже позади меня, остается повернуть ручку, и я на свободе. — Можно сказать и так, но внешность тоже играет свою роль. В них вливают яд Асмоделов, отчего они становятся оборотнями и могут принимать вид лесных демонов. — Что. За. Бред. — Медленно произношу я, качая головой. — Асмоделы – создания ночи, который прячутся в лесах, а Людоборы созданы Тиндой, они сохраняют порядок в королевстве, — поясняет мне Скайер, делая еще один шаг на встречу. — Поверь, Тигрица, тебе лучше с ними не встречаться. В лучшем случае они тебя покалечат, а в худшем… сочтут отличным подарком Тинде. Мой разум кипит от этой сюрреалистичной ситуации. Я похищена двумя психами, которые пытаются убедить меня, что сейчас мы находимся в какой-то волшебной стране, кишащей монстрами, и скоро меня принесут в дар какой-то Тинде. — Наверное, я пожалею, что спрошу, но кто такая Тинда? — Злая Волшебница Востока, — отвечает Лайон, прищуривая глаза. В отличии от Скайера, явно старающегося ко мне подойти, он сохраняет дистанцию и остается у дальней стены. — Была раньше, — фыркает Скайер, — сейчас она формально королева Фэирлэнда, и поэтому… Я больше не желаю этого слушать, когда Скайер отворачивается к Лайону, я дергаю ручку двери на себя, и она поддается. Не думая ни секунды, я вылетаю на улицу, стараясь понять, куда мне бежать. Ноги сами несут меня вправо, и я почти заворачиваю за угол дома, в котором провела ночь. Но, услышав звуки позади себя, совершаю ошибку и оборачиваюсь. Кроу уже бежит за мной, и я стараюсь ускориться. Внезапно воздух покидает мою грудь, и я почти отлетаю назад, но крепкая хватка не дает мне упасть на Землю. Не может быть, я снова попалась. Я одновременно пытаюсь восстановить дыхание и поднимаю взгляд к человеку, который держит меня так крепко, что почти отрывает от земли. И когда я вижу его лицо, сердце пропускает удар. Я всхлипываю, не осознавая, почему именно мое тело выдает такую сильную реакцию. Мужчина, ростом которому я едва достаю до плеч, пристально смотрит на меня своими бирюзовыми глазами. Выражение его лица сурово, как будто он очень, очень зол. Губы, обрамленные густой темной бородой, плотно сжаты. Он делает глубокий вдох через нос, и его взгляд блуждает по-моему лицу, запечетлевая каждую черточку. Мне кажется, что я разучилась дышать, потому что всё это время стою, как статуя, боясь пошевелиться, боясь сделать хоть что-то. Перед глазами всё снова начинает плыть, в очередной раз за последние дни. Разум отчаянно пытается оставаться в сознании. Нет-нет-нет. Не сейчас. Тебе надо бежать Дороти. Но я уже знаю, что не смогу убежать. Что моя судьба определена. Я сдаюсь. — Вуд, — раздается позади голос Кроу, и в следующее мгновение я отключаюсь.