Глава 17

Я проснулся за пять минут до будильника. Странная привычка из прошлой жизни — внутренние часы срабатывали точнее любого механизма. За окном уже слышался непривычный для раннего утра шум. Обычно в половине шестого деревня только начинала просыпаться, но сегодня... Война. Всего одно слово, а как меняет всё. Я встал, потянулся, чувствуя привычную усталость в мышцах. Вчерашние тренировки с теневыми клонами дали о себе знать — ментальная усталость накладывалась на физическую, создавая странное ощущение раздвоенности. Нужно быть осторожнее с этой техникой. Подошёл к окну. На улице творилось контролируемое безумие. Отряды шиноби проверяли снаряжение, медики тащили ящики с припасами, где-то вдалеке слышались отрывистые команды. Один из чунинов — совсем молодой парень, может лет шестнадцати — никак не мог застегнуть ремень на жилете. Руки тряслись. Страх, — подумал я. — Это чувство скрыть труднее всего. В прошлой жизни я видел достаточно военных репортажей, чтобы знать — война это не героические подвиги и красивые победы. Это грязь, кровь, страх и смерть. Много смерти. Отвернулся от окна. Душ, сборы, проверка снаряжения — отработанный до автоматизма ритуал. Холодная вода окончательно прогнала остатки сна. Надо собраться. Сегодня многое изменится, чувствую это нутром. Выйдя из душа, я машинально глянул на подоконник. Мой небольшой фикус стоял на привычном месте, равнодушный к человеческой суете. Торговец сказал, что он из страны Ветра, вот только листья были слишком мясистые и тёмные для пустынной флоры. Скорее уж из болотистых районов Страны Воды. Впрочем, какая разница? Полил растение, проверил листья на вредителей. Простое, рутинное действие странно успокаивало. Будто кусочек нормальной жизни в начинающемся хаосе. Так, соберись. Что мы имеем? Война началась вчера вечером. Ива атаковала пограничные посты. Джирайя предупредил, что команду расформируют. Думаю, сегодня он прояснит ситуацию. Резкий стук в окно заставил вздрогнуть. Обернулся — на карнизе сидел Джирайя собственной персоной. Я поспешил открыть створку. — Доброе утро, сенсей. — И тебе не хворать, — Джирайя спрыгнул внутрь, окидывая комнату быстрым взглядом. Профессиональная привычка — оценить обстановку, возможные пути отхода, наличие угроз. Взгляд задержался на фикусе. — Не знал, что ты увлекаешся растениями. — Так, небольшое увлечение. Купил у одного торговца. — М-да? — Он подошёл ближе, разглядывая растение. — Забавно. Листья как у болотного мангра, но ствол больше похож на высокогорную флору. Гибрид какой-то? Я удивлённо посмотрел на сенсея. Не ожидал от него познаний в ботанике. — Без понятия. Торговец сказал, что из Страны Ветра, но я сомневаюсь. — И правильно сомневаешься. В Стране Ветра такие не растут. — Джирайя отвернулся от растения, и его лицо стало серьёзным. — Ладно, к делу. Собирайся. Сегодня особенный день, поэтому забираю команду лично. Плохой знак. Очень плохой. Джирайя никогда не приходил к нам домой. Мы всегда встречались на тренировочной площадке. — Понял. Минута. Я быстро оделся, проверил снаряжение. Медикаменты, оружие, сухпаёк — всё убрал в запечатывающий свиток. — Готов, сенсей. — Хорошо. Минато уже должен быть готов, я его предупредил. Пошли. Мы спустились на этаж ниже. Дверь открылась до того, как мы успели постучать. Минато стоял полностью одетый, со свитком за поясом и сосредоточенным выражением лица. — Я готов, — сказал он без предисловий. — Хорошо. За Наваки и на площадку. Мы передвигались по крышам. Внизу царила организованная суматоха — отряды шиноби собирались на перекрёстках, гражданские спешили по делам. Электрические фонари всё ещё горели, хотя солнце уже поднималось над горизонтом. — Все суетятся, — заметил Минато, приземляясь на очередную крышу. — Война, — коротко ответил Джирайя. — Только первые сутки пошли. Потом всё устаканится. Квартал Сенджу встретил нас непривычным оживлением. Медики грузили оборудование, готовя дополнительные помещения под госпитальные нужды. Наваки ждал у ворот родового дома. Выглядел собранным, хотя напряжение читалось в каждом движении. — Сенсей, — кивнул он. — Цунаде-нээсан рассказала о войне. Сказала, что Ива атаковала наши посты. Но подробностей не знаю. — Подробности обсудим на площадке, — отрезал Джирайя. — Готов идти? — Да. — Тогда вперёд. Путь до тренировочной площадки номер семь занял больше обычного. Приходилось огибать оцепленные зоны, пропускать срочные отряды. Деревня за одну ночь изменилась. Площадка встретила нас тишиной. Только мы и утренний туман, медленно растворяющийся под лучами солнца. Джирайя остановился в центре, жестом приказав садиться. Мы расположились полукругом — привычная расстановка для теоретических занятий. — Итак, — начал сенсей, и по его тону я понял — сейчас будет серьёзный разговор. — Официальная версия случившегося. Вчера днём группа неизвестных похитила дочь Даймё Страны Земли. Похитители бежали в сторону нашей границы. На них были... — он поморщился, — опознавательные знаки Конохи. — Что?! — вырвалось у Наваки. — Именно такая была моя реакция. Пограничный пост засёк похитителей и попытался их задержать. За ними уже гнался целый отряд из Ивы — не меньше двадцати человек. Всё-таки похитили принцессу, это не шутки. Джирайя потёр переносицу: — И вот тут начинается самое интересное. Наши пограничники даже разобраться не успели, что к чему. Отряд Ивы атаковал пост, обвинив нас в укрывательстве преступников. Пост пал быстро. Только и успели передать сообщение о случившемся почтовым соколом. — Но если на похитителях были наши знаки... — медленно начал Минато. — Вот именно. Либо кто-то из наших действительно похитил принцессу, что маловероятно. Либо... — Подстава, — закончил я. — Всё на это похоже. Слишком удачно всё сложилось. — Джирайя покачал головой. — Я разговаривал с Хокаге. Он клянётся, что никаких операций в Стране Земли не санкционировал. Про похищения слышит впервые. — Кто-то хочет стравить нас? — предположил Наваки. — Похоже на то. Но без доказательств это просто догадки. — Джирайя развёл руками. — Факт в том, что война началась. И она будет отличаться от Первой мировой. Он достал свиток, развернул его на земле. Подробная карта континента. — Смотрите. В Первую мировую всё было проще — малые страны только формировали свои деревни, были слабыми. Теперь ситуация изменилась. Большинство малых стран попали под влияние великих держав. Палец прошёлся по карте: — Страна Травы и Страна Водопадов — под контролем Ивы. Страна Рек — вассал Суны. Страны Мороза и Горячих Источников — сфера влияния Кумо. Страна Лапши — под Кири. Мы контролируем Страны Чая и Рисовых Полей. — То есть воевать будем не только с Ивой? — уточнил Минато. — Их вассалы обязательно втянутся. А там и другие великие деревни подключатся. — Джирайя указал на несколько точек. — Но есть независимые. Страна Железа с армией самураев. Страна Водоворота — там Узумаки, наши союзники. И Страна Дождя — у неё границы сразу с тремя великими странами, плюс сильный лидер. Они объявили нейтралитет. Он свернул карту: — Короче, ситуация сложная. Поэтому — последнее задание для нашей команды. Эвакуация гражданских из приграничных районов. После этого... — Расформирование, — тихо сказал Наваки. — Да. Приказ уже подписан. Нас с Цунаде и Орочимару объединят для особых поручений. Вас распределят по специализациям. Мы молчали. Знали, что это произойдёт, но услышать подтверждение... — Когда выдвигаемся? — деловито спросил я. — Сейчас. Вопросы есть? Нет? Тогда вперёд. Дорога к границе со Страной Травы заняла полтора дня. Месяцы совместных миссий сделали своё дело — мы двигались быстро и слаженно, автоматически подстраиваясь под темп друг друга. Первую ночь провели в небольшой деревушке. Местные жители смотрели на нас с тревогой — новости о войне распространялись быстро. За ужином Наваки не выдержал: — Сенсей, а почему именно мы? Разве эвакуацией не должны заниматься специальные отряды? — Обычно да, — кивнул Джирайя. — Но сейчас все силы брошены на оборону границ. К тому же... — он помолчал, — это хорошая возможность для вас увидеть войну. Не героические сражения, а то, что она делает с обычными людьми. — Разве мы уже не видели? — спросил Минато. — На миссиях сопровождения... — То были бандиты. Отбросы общества, которые грабят и убивают. — Джирайя покачал головой. — Война — другое. Это когда обученные шиноби, такие же как вы, приходят выполнять приказы. Не из жестокости, а по долгу службы. И страдают от этого все. Мы молчали, переваривая его слова. Утром двинулись дальше. Чем ближе к границе, тем больше становилось признаков войны. Сначала это были просто покинутые дома — жители приграничных деревень не стали дожидаться, когда война придёт к их порогу. Потом появились следы боёв. Выжженное поле, где явно применяли огненные техники. Разрушенный мост — судя по характеру повреждений, его взорвали земляной техникой. Воронки от взрывных печатей вдоль дороги. — Разведгруппы прощупывают оборону, — пояснил Джирайя, заметив наши взгляды. — Мелкие стычки, проверка реакции. Пока ничего серьёзного. — А когда станет серьёзно? — спросил Наваки. — Когда мы и Ива подтянем основные силы. Неделя, может две. Потом начнётся настоящая мясорубка. К полудню второго дня мы добрались до места. Временный лагерь беженцев располагался в двадцати километрах от границы — достаточно далеко, чтобы быть в относительной безопасности, но достаточно близко, чтобы принимать прибывающих. Зрелище было... тяжёлым. Сотни людей, бросивших всё ради призрачной безопасности. Женщины с детьми, старики, немощные — все, кто не мог воевать и стал бы обузой в прифронтовой зоне. — Так, план простой, — сказал Джирайя, остановившись на пригорке с видом на лагерь. — Нобу — медицинский осмотр. Выявляй тех, кому нужна срочная помощь. Минато — организация и учёт. Нужны точные списки, распределение по группам, учёт особых потребностей. Наваки — помощь с транспортом. Дорога разбита, используй земляные техники для выравнивания. — Есть! — ответили мы хором. Следующие часы слились в непрерывный поток работы. Я переходил от группы к группе, проводя быстрый осмотр. Большинство страдало от усталости и обезвоживания — ничего, что нельзя исправить отдыхом и водой. Но были и серьёзные случаи. Женщина на последних месяцах беременности — схватки начались от стресса и тяжёлой дороги. Пришлось принимать роды прямо в поле, используя чьё-то одеяло как импровизированную ширму. Мальчик появился на свет с громким криком — здоровый, несмотря на обстоятельства. — Как назовёте? — спросил я, передавая завёрнутого в чистую ткань младенца матери. — Мичио, — прошептала она сквозь слёзы. — Человек на правильном пути. Может, ему повезёт больше, чем нам. Старик с сердечным приступом — еле успел стабилизировать. После получаса интенсивной работы удалось восстановить нормальный ритм. — Спасибо, юноша, — прохрипел он, хватая меня за руку. — Думал, не доживу до конца пути. — Доживёте, — заверил я. — Только больше отдыхайте и меньше волнуйтесь. — Меньше волноваться? — он грустно усмехнулся. — На войне? Ответить я не успел — позвали к следующему пациенту. Ребёнок со сломанной ногой, неудачно спрыгнул с телеги. Наложил шину, дал обезболивающее. Потом женщина с глубоким порезом на руке — зацепилась за что-то острое в спешке. Ещё один старик с обострением хронического бронхита... — Доктор-сан! Я обернулся. Женщина лет тридцати тянула за руку мальчика лет семи. — Пожалуйста, посмотрите моего сына! Он упал с телеги, ударился головой! Быстрый осмотр — зрачки реагируют нормально, рефлексы в порядке, координация не нарушена. Лёгкое сотрясение, не более. — С ним всё будет хорошо, — успокоил я мать. — Покой, обильное питьё, вот эти таблетки от головной боли. Если начнёт тошнить или потеряет сознание — сразу ко мне. — Спасибо! Спасибо вам, доктор-сан! Она прижала мальчика к себе, и я уже повернулся к следующему пациенту, когда краем глаза заметил движение в лесу. Что-то блеснуло между деревьев — металл, отражающий солнечный свет. В перерывах между работой я активировал сенсорику, мониторя подходы, и через час что-то почувствовал. Шесть сильных сигнатур приближалось к нам с большой скоростью — Внимание! Возможная угроза! Всем найти укрытие! Беженцы замерли на мгновение, потом началась паника. Люди бросились врассыпную, матери хватали детей, старики падали, спотыкаясь друг о друга. Из леса выскочили шесть фигур в форме Ивы. — Стоять! — рявкнул своим подчиненным лидер, высокий мужчина с длинным шрамом через всё лицо. — Вот это неплохой улов. Наставник с щенками на выгуле. Джирайя материализовался между врагами и беженцами: — Разведка Ивы? Далековато забрались от своих. — Война, — пожал плечами лидер. — Она вносит свои коррективы. Вы уж извините, ребята. Вам бы ещё жить и жить, но работу тоже надо делать. — Можете попробовать, — Джирайя принял боевую стойку. — Но предупреждаю — это будет ваша последняя ошибка. — Посмотрим! — лидер сделал знак своим. — Рассредоточиться! Не давать им сконцентрироваться! Я сразу накинул невидимость, быстро анализируя ситуацию. Шестеро против четверых, но у нас есть Джирайя — это должно уравнять шансы. Враги рассредоточились, пытаясь атаковать с разных сторон. Умно, но предсказуемо. Трое ринулись на Джирайю — явно пытались связать его боем, не дать помочь нам. Ещё двое атаковали Минато, один пошёл на Наваки. Меня что, никто не видит? Это было удивительно. После всех тренировок с Джирайей я привык, что меня легко можно заметить. Вот только Джирайя необычный шиноби. Он джонин и немного сенсор. Чувствовать чакру он может не так далеко как я, но все же может. Эти же, просто напросто, меня не заметили. Тем временем бой начался. Джирайя сражался сразу против троих и это было великолепное зрелище. Один уже был почти выведен из боя. Второго он застопорил, создав под ним болото, а сам сражался с главой их группы. Минато и Наваки тоже не растерялись. Тактика “молота и наковальни”, которую мы отрабатывали все эти месяцы, заработала сама по себе. Минато ринулся в ближний бой. Он был быстр. Очень быстр. Он атаковал вражеского шиноби ещё до того, как тот успел что-то осознать. Наваки, в это время, применил Дотон: Дорьюсо. Земля под ногами противников завибрировала и из неё выскочили несколько земляных копий. Сразу после Наваки создал три земляных стены по периметру, ограничивая передвижения противника и давая преимущество Минато, который уже привык атаковать, отталкиваясь от них. Противники тоже были не промах. Наваки почти сразу обстреляли земляными пулями, но он воздвиг напротив себя стену. При столкновении поднялся столб пыли, в который уже вбегал я. Я подобрался вплотную к одному из противников, сжимая в руке кунай, и встал прямо у него за спиной. И вправду не чувствует? — в удивлении подумал я, — Что ж, тогда это будет проще, чем я думал. Лезвие вошло точно между первым и вторым шейными позвонками. Хруст, фонтан крови, тело обмякло. Противник даже не успел понять, что произошло. — Что за?.. — второй ниндзя обернулся, увидев падающего товарища. — Где враг?! Он закрутился на месте, паникуя. Не видит меня. Совсем не видит. Я обошёл его слева, держась на расстоянии трёх метров. Выхватил сенбоны, прицелился в сонную артерию. Бросок — и тонкая игла вошла точно в цель. Шиноби схватился за шею, пытаясь остановить кровь, но было поздно. Ещё несколько секунд — и он рухнул рядом с товарищем. — Двое готовы! — крикнул я, отключая невидимость. Чакра не бесконечна, нужно экономить. Тем временем Минато разобрался с третьим вражеским шиноби. На его груди отчетливо можно было разглядеть глубокую рану от техники ветра. Мы покивали друг другу и вместе побежали на помощь Джирайе. Хотя помогать уже было не в чем. Трое шиноби, в лужах собственной крови, недвижимыми куклами лежали у его ног. Сам Джирайя выглядел… зловеще. Нет, он не был ранен. На нем не было ни царапины. А вот кончики его длинных, белых волос были пропитаны кровью, которая ручейками стекала на землю, формируя ещё одну небольшую лужицу. — Проверить гражданских! — скомандовал он, даже не запыхавшись после боя. Я бросился к беженцам. К счастью, серьёзных ранений было немного. Несколько человек пострадали от шальных кунаев, кто-то получил ушибы в панике. Ничего критичного. Пока я обрабатывал раны, мысли крутились вокруг прошедшего боя. Мы справились. Трое генинов и джонин против шести чунинов — и мы победили. Как? Джирайя, — понял я. — Мы тренировались с ним каждый день. Сражались против джонина высокого класса, который не давал поблажек. После него обычные чунины кажутся... медленными. Я вспомнил тренировки последних месяцев. Джирайя гонял нас как проклятый. Скорость, сила, техника — всё должно было быть идеальным, иначе получал по голове. Мы привыкли к его нечеловеческой скорости, к его сокрушительным ударам, к его непредсказуемости. А эти ниндзя? Да, они были опытными. Да, они были опасными. Но после Джирайи... Это как после профессионального боксёра драться с уличными хулиганами. Вроде тоже умеют бить, но уровень несопоставим. — Эй, — Минато подошёл, вытирая кровь с щеки. — Ты как? — Нормально. А ты? — Пара царапин. — Он сел рядом, наблюдая, как я накладываю повязку очередному раненому. — Знаешь, я только сейчас понял... — Что мы сильнее, чем думали? — закончил я. — Именно. Эти... Я думал, будет тяжелее. А они были такими... медленными. — После сенсея все кажутся медленными, — заметил подошедший Наваки. На его лице красовался свежий синяк, но в целом он выглядел бодро. — Помнишь же, как он нас последний месяц гонял? Я думал, сдохну. — "Быстрее! Вы двигаетесь как беременные коровы!" — передразнил Минато голос Джирайи. Мы тихо рассмеялись. Скорее нервно, чем радостно. Да, первые недели были адом. Но именно этот ад сделал нас такими, какие мы есть. Сильными. Быстрыми. Опасными. — Молодцы, — Джирайя появился рядом незаметно, как всегда. — Справились хорошо. Но не зазнавайтесь. Нам просто повезло, что в этой разведгруппе не было ни одного полноценного джонина. — Понимаем, сенсей, — кивнул Наваки. — Вот и хорошо. Заканчивайте с ранеными. Нужно двигаться дальше. После боя здесь оставаться опасно — могут прийти ещё. Следующий полчаса мы готовили колонну к движению. Раненых разместили на телегах, перераспределили грузы, успокоили панику. Люди смотрели на нас с благоговением и страхом одновременно. Для них мы были защитниками и убийцами в одном лице. — Спасибо, — шептали они. — Вы спасли нас. Спасибо. Спасли, — думал я, помогая старику забраться на телегу. — Да они бы вам ничего и не сделали. Эта группа охотилась на шиноби, а не на гражданских. Колонна тронулась. Медленно, неохотно, но двинулась. Сотни людей, оторванных от домов войной, брели к неизвестному будущему. Мы шли по краям, настороженно вглядываясь в лес. Больше нападений не было, но расслабляться никто не собирался. К вечеру добрались до сборного пункта — большого лагеря в тридцати километрах от границы. Палатки, полевые кухни, медпункты — целый город под открытым небом. Беженцев встречали, регистрировали, распределяли по секторам. — Сколько привели? — спросил координатор, чунин лет тридцати с уставшим лицом. — Триста восемьдесят человек, — отчитался Минато. — Семьдесят три семьи, сорок одиночек. Двенадцать требуют медицинской помощи, но не критично. — Понял. Размещаем в секторе Д. — Координатор сделал пометки в журнале. — Спасибо за работу. Можете возвращаться. Мы передали беженцев местному персоналу и отошли в сторону. Работа выполнена, но осадок остался. Эти люди потеряли всё из-за войны, которую начали не они. И это только начало. — Пошли, — Джирайя развернулся. — Нам пора обратно. В деревне нас ждут новые приказы. Обратный путь прошёл в молчании. Каждый думал о своём. О прошедшем бое, о будущем, о том, что ждёт впереди. Я размышлял о своей силе. Оказывается, я был способен на большее, чем думал. Моя невидимость оказалась более эффективной, чем я думал. Это внушает надежду. Но достаточно ли этого для войны? Минато явно тоже анализировал бой. Его взгляд был сосредоточенным, пальцы иногда дёргались, словно он мысленно повторял движения. Наваки выглядел задумчивым — наверное, тоже осознавал, насколько вырос за эти месяцы. На привале Джирайя нарушил молчание: — То, что вы сегодня поняли про свою силу — это хорошо. Но не позволяйте этому ударить в голову. Да, вы сильнее среднего генина. Может, даже сильнее некоторых чунинов. Но война — это не поединки один на один. Это хаос, где умирают и сильные, и слабые. — Мы понимаем, сенсей, — сказал я. — Надеюсь. Потому что завтра вы пойдёте каждый своим путём. И я не смогу вас защитить. Коноха встретила нас светом электрических фонарей. Ночная деревня кипела активностью — война не знала расписания. У дверей отдела миссий нас уже ждали. — Джирайя-сан! Срочный вызов к Хокаге! — Ожидаемо. — Джирайя повернулся к нам. — Пойдёмте, заберёте назначения. Я похлопотал, чтобы учесть ваши особенности. В отделе миссий царил организованный хаос. Десятки шиноби получали приказы, сдавали отчёты, регистрировались. Мы подошли к одному из столов. — Команда номер девять, — сказал Джирайя дежурной. — Назначения готовы? — Да, Джирайя-сан. — Девушка достала три свитка. — Сенджу Наваки, Намикадзе Минато, Хитоми Нобу. Мы получили свитки, поставили подписи в журнале. Джирайя отвёл нас в сторону. — Послушайте внимательно. — Его голос стал серьёзным. — Война — это не приключение. Это грязь, кровь и смерть. Вы уже почувствовали вкус — сегодняшний бой показал. Но это только начало. Он посмотрел на каждого из нас: — Вы сильные. Гораздо сильнее, чем сами думаете. Месяцы тренировок с одним из…, — он усмехнулся собственным мыслям, — Сильным джонином дали результат. Но не позволяйте силе ослепить вас. На войне умирают все — и слабые, и сильные. Разница только в том, что сильные умирают чуть позже. Мы молчали, впитывая его слова. — Берегите себя. Помните друг о друге. И знайте — это не навсегда. Война закончится, и мы встретимся снова. Все четверо. Даю слово. С этими словами он развернулся и ушёл. Мы остались втроём, сжимая нераспечатанные свитки. — Ну что, — первым нарушил молчание Наваки. — Давайте уже узнаем, что нас ждёт. Вскрыли одновременно. Шелест бумаги, быстрое чтение. — Резервная команда номер семь, — прочитал Наваки. — Патрульная служба, восточный сектор. Джонин Ямато Текка. — Специальная группа изучения фуиндзюцу, — Минато не скрывал волнения. — Мастер Узумаки Косукэ. База — криптографический отдел. — Медицинский корпус, госпиталь Конохи, — прочитал я свой приказ. — Отделение общей терапии. Мы переглянулись. Вот и всё. Команда больше не существует. — Берегите себя, парни, — сказал Наваки, протягивая руку. Мы пожали друг другу руки. Крепко, по-мужски. Потом Наваки не выдержал и обнял нас обоих. — Серьёзно, будьте осторожны. И давайте встретимся все вместе, когда всё закончится. Думаю, в ближайшем будущем видится мы будем только по делу, а после войны соберемся вместе с Джирайей-сенсеем и посидим. Обещаете? — Обещаем, — ответили мы с Минато одновременно. Мы разошлись в разные стороны. Я направился к госпиталю — ещё нужно было проведать Цунаде. По дороге размышлял о будущем. Медик в госпитале — относительно безопасная должность. Не передовая, во всяком случае. Это хорошо. У меня будет время учиться, развиваться, готовиться. И выживать. Главное — выживать. Госпиталь встретил меня привычным запахом антисептиков и человеческого страдания. Ночная смена работала в полную силу — война уже приносила свои плоды. Кабинет Цунаде был освещён, дверь приоткрыта. Я постучал и вошёл. Она выглядела уставшей. Очень уставшей. Документы на столе, пустые чашки из-под кофе, запах стимуляторов. — Нобу. Хорошо, что пришёл. Садись. Я устроился напротив. — Как прошла миссия? — Успешно. Беженцы доставлены. Было столкновение с разведгруппой Ивы. — Подробности. Я кратко изложил события боя. Она слушала внимательно, иногда кивая. — Шестеро чунинов. И вы справились. — Она откинулась в кресле. — Джирайя хорошо вас подготовил. Я лишь покивал в ответ. Спорить было несчем. — К делу. Ты направлен в госпиталь, отделение общей терапии. Это моё решение. — Спасибо, сенсей. — Не спеши благодарить. Ты пока не готов к полевой медицине. Навыки есть, но опыта мало. Здесь ты будешь учиться, набираться опыта. Как только сдашь экзамен на ирьёнина C-ранга — поговорим о переводе. Я кивнул. Меня это устраивало. Полевая медицина в военное время — очень рискованное предприятие. А я не очень хотел рисковать. Тем более, когда на кону жизнь. — Теперь о другом. — Она протянула мне папку. — Твоя проблема с чакрой после эксперимента Орочимару. Я открыл папку. Десятки страниц исследований, схем, расчётов. — Снижение выработки Ян-чакры из-за принудительного открытия и закрытия Врат, — продолжила она. — Орочимару предупреждал, но я провела дополнительные исследования. Хорошие новости — это не критично. Тут Орочимару тебе не соврал. Плохие — твоё развитие замедлилось. Чтобы расти физически и увеличивать выработку чакры, придётся прикладывать втрое больше усилий. — Знаю. Я понимал это, когда соглашался на его предложение. Изначально именно поэтому я и пошел учится на ирьёнина. Цунаде кивнула, принимая мои слова. Она тоже это знала. — В этих записях — методики компенсации. Специальные упражнения, диета, режим тренировок. Даже несколько экспериментальных препаратов. Следуй рекомендациям — и это ускорит приход к норме. — Сенсей, вы потратили столько времени... — Ты мой ученик. Только по медицине, но все же мой ученик. — Она пожала плечами. — К тому же, исследование взаимодействия Врат с чакровой системой — ценный научный материал. Так что я убила двух зайцем одним кунаем. — Всё равно спасибо. — Хватит благодарностей. — Она встала, давая понять, что аудиенция окончена. — Завтра в семь утра — в приёмной. Познакомлю с твоим куратором. Не задерживайся, в восемь я уже должна быть в сборном пункте. И Нобу... будь осторожен. Даже в госпитале война может найдёт способ достать тебя. — Буду, сенсей. Я вышел из госпиталя с папкой исследований. Ночная деревня жила своей военной жизнью — патрули, спешащие отряды, свет в окнах штабов. Новая реальность, к которой предстояло привыкнуть. Дома я сразу углубился в изучение записей Цунаде. Она проделала колоссальную работу — проанализировала все аспекты моей проблемы, нашла пути решения. Не полного излечения — это невозможно. Но способы сократить период естественного восстановления. Дыхательные техники для стимуляции выработки физической энергии. Особая диета с повышенным содержанием белков и редких минералов. График тренировок, учитывающий мою специфику. Рецепты стимулирующих отваров и мазей. И всё это ради одного подопечного. Формально я даже небыл её учеником. Она действительно заботится, хоть и скрывает за профессиональным интересом. Я этого не забуду. За окном начинало светать. Первая ночь войны подходила к концу. Я отложил записи, потёр уставшие глаза. Нужно хоть немного поспать перед началом новой жизни. Взгляд упал на фикус. Растение стояло на подоконнике, равнодушное к человеческим драмам. Листья слегка поникли — в дни отсутствия его некому было полить. Я встал, наполнил лейку. Медленно, тщательно полил растение. Проверил почву, убрал засохший лист. Простые действия, которые возвращали ощущение нормальности. Война началась. Друзья разбросаны по разным подразделениям. Впереди годы крови и боли. Но жизнь продолжается. Даже на войне нужно поливать цветы и думать о будущем. С этой философской мыслью я лёг спать. Четыре часа до подъёма — маловато, но на войне не выбирают. Завтра начнётся моя служба военным медиком. Новые вызовы, новые опасности, новые возможности.

***

Подписывайтесь на мой Бусти. Там уже есть пять дополнительных глав. Ещё там проводятся голосования по дальнейшему сюжету. Ссылки в профиле и описании)