Глава 97

На подходе к команде я отменил технику, приземлился около дерева и запрыгнул на одну из ветвей. — Всё как мы и предполагали, — начал я, выравнивая дыхание. — Две команды. Два джонина и шесть генинов. Разместились в доме старосты. Недавно с тренировки вернулась команда Коикэ — джонина с веером. Они заменили Накагаву, которая отправилась тренировать своих генинов. Тренировочная площадка в семи минутах бега от деревни, на небольшой поляне у берега крупной реки. Сейчас они там. Тренируются. Сакумо хмыкнул и кивнул. — Это отличный шанс взять их по отдельности, — сказал он и похлопал меня по плечу. — Молодец, Филин. — Значит, сначала идём за кукольницей? — спросил Рюносукэ, сидевший на ветке, облокотившись спиной на толстый ствол. — А после идём за Коикэ. Да, — ответил Сакумо и, задумавшись, посмотрел на меня. — Как у тебя с чакрой? — И одной пятой не потратил, — ответил я, присаживаясь на ветку. — А что? — Он хочет, чтобы ты нёс свиток с джонинами, — вклинилась Каори. — Я? Но почему? — удивлённо протянул я. Но потом в голову пришла догадка. — Вы думаете, что мы можем встретить кого-то ещё? — Верно, — ответил Сакумо. — После того как мы возьмём пленных и объединим их с теми, что остались в пещере, нам нельзя будет медлить. По нашим следам могли послать команду зачистки. Штаб Суны уже наверняка понял, что в их тылу кто-то резвится. Они не знают, кто именно, но это не значит, что они ничего не будут с этим делать. Сакумо спрыгнул с дерева, развернулся и посмотрел на нас снизу вверх. — Поэтому нам нельзя будет останавливаться, — продолжил он. — А если нас всё-таки перехватят — лучше, чтобы свиток с джонинами был у человека, которого они не в состоянии найти. Представь, что будет, если свиток повредят в бою и джонины вывалятся в мир. — Не хотелось бы, если честно, — заметил Дайчи, почёсывая затылок. — Вот и мне бы не хотелось. Сакумо кивнул Медведю и снова посмотрел на меня. — Я не хочу тебя заставлять, поэтому сначала спрошу — ты возьмёшь свиток? — А если я откажусь? — спросил я. Если честно, мне совсем не хотелось тащить на спине тройку джонинов. Тем более в переделанном из свитка хранения экспериментальном образце. Каори возилась с ним всё свободное время, что мы тут провели. Начала ещё в Мизукаве, но решила взять с собой. Её целью было создать удешевлённый аналог стазис-свитка — такого, куда можно без вреда для здоровья и риска смерти помещать живые организмы. И кое-чего она добилась. Например, туда вполне можно запихнуть пару-тройку джонинов. В теории они смогут пробыть там около полутора часов. Если дольше — смерть или необратимые последствия для здоровья. Но и больше трёх человек туда не запихнёшь по тем же причинам. Они просто не выживут. И не будь этого свитка, мы бы не решились похищать сразу три команды генинов с наставниками. Если генинов кое-как ещё можно гнать сотню километров на нашу территорию, то с джонинами это очень опасно. Почти нереально. Особенно если делать всё в максимально сжатые сроки и тайно. Именно из-за этого ни у кого не возникло серьёзных возражений, когда Хатаке предложил захватить ещё две команды. Будь мы без свитка, с конвоированием одной команды мы бы справились, но не сразу с тремя. И вот Сакумо предлагает мне нести этот свиток. Напомню — экспериментальный образец, который Каори доделывала на привалах и на который не возлагала особых надежд. Он должен был стать чистой пробой пера, а в итоге мне предлагают тащить на спине этот киндер-сюрприз производства сумрачного гения Узумаки. С тремя машинами смерти внутри. Не то чтобы я сомневался в способностях Каори. Нет, я хорошо знаю, что она мастер своего дела. Но блин… страшно от этого не меньше. Сакумо вздохнул и посмотрел на остальных. — Тогда мы проведём голосование, — сказал он. — И на нём решим, кто понесёт свиток. Я оглянулся и посмотрел в глаза всем своим сокомандникам. В глазах Дайчи я видел поддержку. В глазах Каори — некую обеспокоенность, смешанную с решимостью. А вот Рюносукэ и Юми были непреклонны. — Узумаки-сан, — обратился я к Каори. — Вы уверены, что ваш свиток в случайный момент не распечатает прямо мне в спину тройку разъярённых джонинов? — Думаю, такого не произойдёт, — ответила она. Потом взялась за подбородок и задумалась. — Разве что в него не вольют разом очень много чакры. Или не повредят. — То есть вы проголосуете «за»? — спросил я. — Да, Филин. Я проголосую за. Я вздохнул, покачал головой и посмотрел на Сакумо. — Я всё понимаю, Филин, — сказал он. — Но так будет безопаснее всего. В случае чего твоей задачей будет просто отойти подальше от места боя. А если нам понадобится помощь — спрятать свиток и вступить в бой. — Вам легко говорить, — буркнул я, активно прокручивая в голове риски. Если я откажусь, они, скорее всего, всё равно проголосуют за, — подумал я. — Ну хоть спасибо Хатаке, что не приказал, хотя мог бы. Сначала спросил. — Ну так что? — спросил Сакумо. — Что ты решил? Постояв в нерешительности ещё с минуту, я глубоко выдохнул и с неохотой кивнул. — Это значит «да»? — уточнил Хатаке. — Да, — ответил я. — Понесу я ваш биджев свиток. — Отлично, — сказал Сакумо. — А теперь спускайтесь и слушайте внимательно. Мы все спрыгнули с дерева и встали ближе к Хатаке. — Поскольку они разделились, план меняется. К кукольнице пойдём я и Филин. Ласка, твоя задача — подождать, пока мы подойдём к цели, и сообщить остальным. Когда мы подойдём — выдвигайтесь. Вам нужно будет захватить генинов. Он обвёл нас взглядом. — Тут два варианта. Если Накагава сенсор — она вас почует. Если так, мы с Филином вырубаем её сразу. Если нет, и она ничего не заподозрит — сообщайте через Момо, когда будете в сотне метров. Тогда мы вырубаем кукольницу, а вы одновременно вяжете генинов. Всем всё понятно? Есть возражения? Я покачал головой. Остальные тоже не выказали возражений. — Отлично. Теперь по Коикэ. Действуем так же. Я и Филин проникаем в дом. Как только это происходит — выбегайте, и как будете близко, сообщайте через Момо. Сразу после этого мы вырубаем Коикэ, а вы врываетесь в дом и вяжете генинов. — Кто бы мне сказал ещё год назад, что команда АНБУ может так просто и эффективно устранять джонинов — не поверил бы, — сказал Рюносукэ. И надо сказать, остальные думали примерно так же. Это уже не первый раз, когда члены команды высказывают удивление тем, насколько просто стало работать с моим появлением. Если раньше приходилось придумывать на каждый случай и каждого конкретного джонина отдельный план, выдумывать, как вести бой и не погибнуть, то теперь всё стало проще. Причём настолько, что планы практически не менялись. Накидываешь невидимость на сокомандника, который либо страхует тебя, либо сам наносит удар. Удивительно эффективная и простая в исполнении тактика. Конечно, на случай, если всё пойдёт наперекосяк, давно есть запасные планы. Но поскольку команда остаётся практически неизменной, они тоже особо не отличаются. В первом случае, если действуем только командой АНБУ, при неудаче Дайчи и Юми должны связать противников ближним боем, пока я и Рюносукэ скрываемся, чтобы ударить сильным дзюцу с неожиданной стороны. Довольно гибкая и универсальная тактика. С добавлением в команду Каори и Сакумо всё немного изменилось и стало даже проще. Они джонины, причём очень сильные даже по меркам джонинов. Так что именно они, в случае неудачи, должны взять на себя основной удар, пока остальные ищут шанс для атаки. В целом есть ещё несколько планов на все случаи жизни, но пока ни один из них не пригодился. Тактика работает без осечек. Не сглазить бы, — подумал я, осматривая своих товарищей. Они в этот момент, как и я сам, проверяли снаряжение. Это не так чтобы сильно нужно, но ритуал есть ритуал. Во-первых, это реально важно — вдруг закончились кунаи или сюрикены, может, ремешок на форме отстегнулся. Но самое главное — в самом действии. В ритуале. Это ещё один способ настроиться на нужный лад перед началом миссии. Когда все закончили с осмотром, Сакумо подошёл ко мне поближе и взялся за жилет. — Ну, поехали. За работу, Филин. Я кивнул и применил технику, накрывая ею и Сакумо. Вместе мы понеслись в сторону тренировочной площадки. Через пару минут, как только мы отдалились достаточно, я подал чакру слизню и почувствовал, как под формой завозилась Момо. Она выбралась наружу и укоризненно уставилась прямо на меня. — Извини, Момо. Всё нормально? Все частички на месте? Связь есть? — Всё хорошо, как и всегда, — отозвалась она. — Или ты во мне сомневаешься? — Ни в коем случае, — ответил я и посмотрел на Сакумо. — Это вот он сомневается. — Да я… — начал Сакумо, но Момо его перебила. — Вот вроде взрослый мужчина, а переживаете, как подросток, — сказала она. А потом из-под формы Хатаке вылезла ещё одна частичка. — Лучше бы о себе побеспокоились, — сказала эта частичка и снова уползла под его форму. Сакумо укоризненно посмотрел на меня. А я улыбнулся под маской. Меня это каждый раз забавляло. Я уже несколько раз спрашивал у Момо о её состоянии, и каждый раз переводил стрелки на Хатаке. Было забавно наблюдать, как Момо его отчитывает. Так мы и добежали до поляны, где тренировались генины. Сейчас они спарринговались друг с другом. Точнее, спарринговались девочки, а парень с повязкой на глазу и кукольница стояли и наблюдали. — Да, хорошо, но нужно быстрее! — кричала она. — Ускоряемся! Набираем темп! Если так продолжите, то вас с любого бархана в миг сдует! — Подходим ближе и ждём, — шепнул мне Сакумо. Я кивнул и начал приближаться. Тем временем битва двух девочек продолжалась. Они вошли в жёсткий клинч, пытаясь хоть как-то достать друг друга, но каждая была примерно равна другой по мастерству. Удары были быстрыми и профессиональными. Так и не скажешь, что дерутся две девочки-генина. Больше похоже на разминочный спарринг двух чунинов. Это ещё раз подтверждало, что в Суне детей готовят жёстче, чем в других великих деревнях. — Можно! — крикнула джонин, и девочки моментально отпрыгнули друг от друга, вытащив по свитку. Пуф! Пуф! Свитки взорвались белым дымом, а из него выскочило по марионетке. Одна была похожа на толстого, грузного быка, а вторая — на богомола с острыми лапами-секачами. Марионетки сцепились в битве. Обе двигались быстро и точно. Бык пытался сразу навалиться всей своей массой и раздавить богомола, но жук увернулся и вонзил свои острые лапы в бочину быку и… его лапки застряли в деревянной основе марионетки. Бык, а точнее кукольница, которая стояла за ним, воспользовалась моментом. То, что казалось туловищем быка, широко раскрылось, а его лапы начали загребать марионетку-богомола. Жук сопротивлялся. Я видел, как девочка машет руками, пытаясь высвободить свою куклу, но ничего не выходило. Бык всё-таки проглотил богомола, и его туловище-клетка закрылась. — Неплохо, — сказала девушка-джонин и повернулась к проигравшей девочке. — Не расстраивайся. В прошлый раз победила ты. Та лишь кивнула, но было видно, что она сильно расстроена. Тем временем мы с Сакумо были буквально в двух метрах от джонина и были готовы атаковать. Хатаке достал свой танто и встал справа от меня, чтобы в случае чего сразу нанести удар. Прождали мы недолго. Девушка-джонин объясняла подошедшим к ней девочкам, в чём они ошиблись и в чём были хороши, когда у меня под формой зашевелилась Момо. — Суслик передаёт, что они близко. — Начали, — скомандовал Сакумо. Я сложил нужные печати, и левая ладонь загорелась голубым. Мы быстрым шагом приблизился к джонину и я нанёс один-единственный удар в область основания черепа. Если упростить — это главная магистраль нервов. Там есть всё, чтобы одним точным ударом с применением Раншиншо вырубить цель. Для меня это выглядело просто. Я ударил, куноичи в момент касания поняла, что что-то не так, начала разворачиваться, но тут же упала без сознания. Для детей, наверное, это выглядело очень жутко. Вот представьте: стоите вы, разговариваете со своим учителем, и в моменте он разворачивается и просто падает. Как марионетка, которой обрезали все нити. Ещё в момент, когда куноичи начала падать, из-за деревьев выскочили, словно смазанные тени, мои товарищи. Генины не успели даже осознать, что их учитель упал без сознания, как сами оказались впечатаны лицами в снег. — Тут чисто! — крикнула Юми, и я отменил технику. — Не дёргайтесь и будете жить! — громко, чтобы все услышали, сказал Рюносукэ, крепко прижимая одну из девочек к земле. — Да чтоб вас! Кто вы нахх… — парень не успел договорить, так как Дайчи посильнее придавил его голову в снег. — Каори, пакуй джонина. Остальные — вяжите генинов, — сказал Сакумо и подошёл к парню. — Медведь, подними-ка его голову. Посмотрим, что у него там. Дайчи кивнул, взял парня за волосы и приподнял его голову. Сделал он это довольно резко, из-за чего парень вскрикнул от боли. Хатаке присел, зафиксировал голову парня и приподнял его протектор. — Значит, просто одноглазый, — сказал Сакумо, демонстрируя нам отсутствующий глаз в глазнице парня. — Тем лучше. Он отпустил его голову, и Дайчи вновь прижал её к земле. Каори сняла со спины полуметровый свиток, положила его перед куноичи и развернула. На нём были начертаны, помимо стандартных, нетипичные и во многом мне незнакомые ката и глифы. Каори сложила с десяток ручных печатей, типичных для запечатывания, и произнесла: — Запечатывание! Она хлопнула по печати, и куноичи будто засосало внутрь свитка. Да так быстро, что я даже моргнуть не успел. После этого Каори быстро свернула его, перевязала красной верёвкой и закинула за спину, туда, где он и был. Товарищи уже успели повязать генинов по рукам и ногам. — Пока берите их на руки, — сказал Хатаке. — Оттащим поближе к деревне. Каори останется с ними, а остальные действуют по плану. Всем понятно? Мы кивнули. — Тогда побежали. Следуйте за мной. Товарищи взвалили на себя по генину, и мы все вместе побежали за Сакумо. Надо сказать, связали они детей на совесть. Те почти не дёргались и не ёрзали, не пытались вырваться. Только парень продолжал упорствовать, но стоило Дайчи один раз посильнее треснуть его по голове, как он сразу перестал крутиться, как уж на сковородке. Остановившись примерно в пятистах метрах от деревни, Сакумо замер. — Оставляйте детей. Потом он взглянул на небо, где солнце уже почти ушло за горизонт, освещая округу последними лучами. — Не будем медлить, — сказал он и взял меня за жилет. — Пошли. Мне оставалось только кивнуть и сложить нужные печати. Нас снова накрыло невидимостью, и мы, выскочив на дорогу, помчались в деревню. Добежали быстро. Сельчан на улицах уже почти не было. Я заметил только давешнего мужчину с удочкой, который шёл в деревню со стороны реки, да четвёрку мальчишек лет семи-восьми, играющих в снежки. Подойдя к дому старосты, я остановился, давая Хатаке осмотреться. Он огляделся по сторонам и кивнул, предлагая мне двигаться дальше. Я подошёл к окну, через которое ещё недавно наблюдал за командой кукольницы. Теперь мы с Сакумо наблюдали за командой джонина с веером, которые сидели примерно так же, как и их предшественники. Отличие было только в том, что сам джонин молчал, а со стариком говорил мальчишка в майке. Причём активно размахивая руками с зажатыми в них палочками. — Отойдём, — шепнул мне Сакумо. Я отошёл от окна подальше и остановился. Сакумо ещё раз осмотрелся и заговорил. — Есть предложения, как попасть внутрь? Лучше бы незаметно. — Не знаю, — ответил я. — Окна тут законопачены на совесть, а дверь закрыта. И тут я кое-что вспомнил. — Погодите. Когда я был тут в первый раз и когда пришёл Коикэ с командой, он просто постучал в дверь, и ему открыл какой-то мальчишка. — Джонин может занервничать, если узнает, что за дверью никого не было, — ответил Сакумо. — Я бы занервничал. — Ну тогда я не знаю, — ответил я. — Окна закрыты, дверь тоже, труба узкая — не протиснуться. Когда они откроют дверь — тоже неясно. Сакумо немного помолчал, но, видимо, взвесив все риски, плюсы и минусы, принял решение. — Значит, будем стучаться, — сказал он, вызвав моё удивление. — Но действовать будем быстро. Сначала дождёмся сигнала от Момо о том, что остальные приближаются. Потом, как только дверь открывается, мы быстро идём к джонину и вырубаем его. — Рискованно, — сказал я. — А ты видишь другие варианты? — ответил мне Сакумо. Я покачал головой. Потому что нет, других вариантов я не видел. — То-то же, — сказал он и кивнул в сторону двери. — Пойдём. Нужно быть готовыми в любой момент. Пока мы шли к двери, он позвал Момо и попросил её передать остальным, чтобы те начали выдвигаться. Встав у двери, мы просто ждали. За это короткое время я успел немного расслабиться и по-другому взглянуть на округу. Надо же, а я ведь и не заметил, как снег пошёл. Как я и думал сегодня утром, снег всё-таки пошёл. Но был лёгким и почти незаметным. Он тихо ложился на землю, на крыши домов, на шапки ребятни, играющей в снежки. Последние лучи солнца осветили верхушки видимых нам деревьев в лесу и исчезли, погружая деревушку в мрачную темноту. — Суслик передаёт. Почти на месте, — сказала Момо на плече Хатаке и скрылась. — Ну что, поехали, — сказал Сакумо и постучал в дверь.