Часть 8. Урок жизни на горе Хуа второй "Справедливость" или мир жесток ко всем.

      Средь внутренних было оцепенение. Фан Минь, старший ученик, преемник мастера Ли, сидел в центре их несобрания и молчал. Он редко не знал что делать, но это был один из этих самых редких, как слеза кошки случаев. И шидзюнь разумеется заметив его затруднения не стал вмешиваться. Старший ученик горы тысячи битв беспомощно стоял рядом. Эх, если бы можно было её просто высечь... приказа не делать этого не поступало. Не поступало вообще никаких приказов. Это и пугало.       А ведь как хорошо всё начиналось. И так закончилось.       Никто не ожидал.       Тихая. Исполнительная. Послушная...

***

      ...послушная груша для битья до конца обучения, да? - Губы снова кривятся трещиной в камне. - Да не в жизнь!       Слышится треск. Туповатый кухонный нож агрессивно вгрызается в редис. Фа косится чуть осуждающе, но молчит. Овощная нарезка резко летит в котёл. Плещится варево. Кривая улыбка упрямо не выковыривается с уголков губ. Не снова.       Я это уже проходила. А за мазохизмом к местным, я не страдаю. Не получаю как-то кайфа от боли. Наслаждаюсь едой и видами, а не синяками и эмонациональным насилием. Потому монотонно стучит щербатый нож по доске. Булькают и дымят белым паром почерневшие котлы под окрики кухонной валькирии. И никому сейчас до меня дела нет. Несмотря на слухи.       Паренёк в сантиметрах сорока чистит овощи с видом бывалого бомжа-пофигиста, кухарка Вэнь игнорит абсолютно искренне, а Фа, хоть и пялится с нечитаемым лицом, но вновь молчит. Мы вообще теперь молчим постоянно. Нам нечего сказать. Рабочий настрой чуть нарушает шум за окном.       От сильного ветра пар от котлов чуть развеялся и стало видно крупную группу учеников горы тысячи битв. Они пронеслись на приличной скорости, но цвет их одежд - светло-чёрная и маскировачно-болотная - сказал больше тысячи слов. Сплёвываю. Опять двадцать пять. Зачастили они тут летать... Мельком смотрю на стаю тащащую что-то и возвращаюсь к нарезке следующего овоща.       Вряд ли та четвёрка будет жаловаться. Ничто из сделанного той, навсегда особенной для меня, ночью не смертельно. Даже физически не травматично. Разве что пострадает кое-чьё надутое самомнение, так как о таком без стыда и не нажалуешься даже, но это не моё дело. Моё дело сделать всё для собственного психологического здоровья, не переходя черту. И от одной мысли о том, что я натворила так хорошо и спокойно... значит правильно всё сделала.       Сытое такое спокойствие. Почти медитативное.       Соседний нож рядом скребнул в последний раз и ещё один почищенный овощ ухнул в корзину. Беру новый очищенный редис, Фа берет. Режем.       Парочка парней шепталась о пролетевших грачах в зелёном, за что получила тряпкой по спинам от кухарки. Да. То, что жаловаться не будут не значит, что можно хоть на минуту подумать, что мне Это простят. Просто «ответка» будет тогда, когда квартет фанатиков Чан У за эту самую ответку не накажут. А наказывают тут не за проступок, а за то что нарушителя поймали.       Так что угроза вылететь из этой школы очень серьёзна и менее призрачной пока становится не будет. Но для моей целостности невозможно было проглотить избиение. И как бы меня не наказали это того стоило.       Ведь у меня получилось. Получилось всё.       И хорошенько вывалятся в грязи, так как у даосов считается что вода разносчик болезней а новых слухов, как и запаха местной мяты на коже и халате, мне надо в последнюю очередь. И ответить агрессорам и даже провести медитацию. Даже эту гуеву медитацию.       Даже её. Вот и пригодились мне собственные злоключения. А квартет... а в в квартете будут знать. Дневник - отдушина. И нельзя чужие отдушины трогать. Даже если, наверное особенно, если у владельца отдушины больше ничего нету. Не то что яда или ножа, даже лишнего бэйцзы... и мстят такие тем, что дала природа. Я как пример. И впринципе довольна, так как намёк кажись поняли правильно. Больше новых гадостей не было. Новых, старые становятся привычны. В том числе слухи о низкой соц. ответственности девы Чжулань (я же не Чжулань, ни капли. Так какая мне разница? Мне ни капли не обидно. Совсем-совсем-совсем)       Ну вот. А так, вроде и все... Чаны делают вид что вообще никак с Тянями не связаны. Фа молчит. Соседи молчат. И я молчу. Хотя вечное молчание -не выход. Только вход. В яму. Надо что-то делать с соседями. не знаю что, но надо. Лучше знакомые гавнюки чем новые неизвестные переменные.       Однако, что, кроме извращённой версии вежливости этого мира и стандартного какая хорошая погода в голову не лезет. Вот и идём мы в тишине молчания, как в плаще. Идём. Работа окончена. Общежитие близко. Я отстаю. Расходимся тихо.       В комнате все уже отдыхают. Укладываю их порции. Запираю за собой дверь. Привычно баррикадирую вход - сейчас буду медитировать, пусть ноги и мстят мне за тот поход до сих пор ноющей болью незаживающей от новых нагрузок крепатуры.       Перебинтовываю ноги смазывая вином. Сажусь в своём углу.       Обнять руками колени, голени к бёдрам, подбородок на кисти. Считаю. Дышу. Раз-два. Вдох-выдох. Закрыть уши, глаза не закрывать.       В такой позе мыслями возвращаюсь к тому, как к этому пришла.       С момента эпично пахнущей мсти прошло шесть дней. Полных остаточной боли, запаха пота и грязи, работы на кухне и попыток медитации дней. И осознания. Мне реально стало легче.       Цвета стали ярче. Боль острее. Звуки громче. Еда вкуснее. Стоп. Мысль пришла с грацией десантника. Так что, тогда в зале наказаний это была... медитация? Та самая? Клятая хрень, которая мучает мой мозг уж какой по счёту шичень? Значит осознания два и следует добавить "Во первых" и "Во вторых"? Наверное. Глупости только в голову и лезут.       Однако, на этом в моей голове парад глупостей не закончился: — ...Злобный дзун я призываю тебя!       Мде. Не вышло. Зал кары и порицания горы шести искусств был пуст и глух к моим глюкам. Никакого дыма. Никаких гостей. (увы) Ну да, кому понравится, если в родную гору лезут всякие? Жаль, продолжаем.       Причём продолжаем спокойнее, ведь тут эта тварь меня не достанет.       Вернувшись в спальню с чувством собственной неполноценности и болью в спупнях ещё раз повторяю себе, что внутренним ученикам целители уделяют больше внимания и пробую снова. Память родимая выручай! Как там было? Когда к мотивации добавилось спокойствие стало чуть легче. Но всё ещё не совсем понятно:       "...освободится от оков тревог и злых дум. Основная идея медитации - состояние, в кое приходит практик, дабы прекратил беспокойное блуждание и нашёл внутренний покой ум его. В основе практики есть стремление осознанно присутствовать в текущем мяо, освободится от оков тревог и злых дум. Осно..." открываю глаза. Почти получилось. И вообще, везде ищем плюсы - сна у меня ни в одном глазу. Значит поработаю без окриков и грязи от грозного орудия кухарки на своей одежде - и смогу отдохнуть чуть больше.

***

      Ли Сюэцину надоели постоянные прорывы одной не в меру горделивой нечисти на Его гору. Мелочи Сюэцин оставил будущему преемнику сам отправившись карать гордецов дерзнувших помыслить, что им всё дозволено. Найти источник зла было не просто легко, казалось его вообще не скрывали. Соскользнув с лезвия верного Байи у подножия горы шести искусств он обнаружил... палец. С ноги. Человеческой ноги. Со следами гноя, вина, тёмной и светлой ци. Именно эта дрянь и была проводником. Пропуском на гору. Светлая и чистая явно человеческая энергия едва-едва просматривалась из-за плотной и густой черноты прямиком из диюя.       Байи, будто испугавшись хозяина, отлетел чуть назад, жалко качнув шелковой кистью на рукояти. Веер хрустнул в побледневших от праведного гнева пальцах главы горы. Над этим достопочтенным смеют насмехаться!? Сюэцин найдёт эту тварь. Сейчас же.

***

      Получилось! Мой полностью сформированный «рецепт». свод правил и подсказок, что тут жизненно необходимы: 1. Спокойное место, где не будут нервировать пугать и бесить. Место, где тихо и спокойно. К примеру комната общаги, когда забаррикадируешь дверь. 2. Удобная поза. Позе лотоса скажем нет, ноги болят. И ложиться не стоит - усну. (это было второй моей ошибкой) остальное по настроению. 3. Ни в коем случае не закрывать глаза, но заткнуть уши. Это поможет уменьшить влияние орущих отвлекающих факторов за тонкими, буквально картонными стенами, сосредоточиться на себе.  4. Дыхание. Как обычно, квадратное. Раз-два, три-четыре. 5. Фиксация изменений в себе. Ощущений, эмоций. Сидеть и «думать о вечном» нет нужды. Фокусировка на дыхании, мантры - не плохо, но лучше анализ собственных мыслей и эмоций - это полезнее. Почти дневник. Не ограничивать, не подавлять, не контролировать, разрешить эмоциям просто существовать, не придавая особого значения. Это явно не раз поможет не соваться и просто оставаться Мирославой, если мой дневник в такой опасности. Если мысли начинают блуждать, не ругать себя - просто возвращаться к наблюдению за дыханием и ощущениями. 6. Длительность. Начинать с небольших сессий на 5–10 минут, постепенно увеличивать длительность.  7. Регулярность. Медитация - навык постепенный, увы. Это навык, коий нужно прокачивать. Потому запасёмся же терпеньем и не будем ждать мгновенных изменений! А будем медитировать везде и всегда. На ходу тоже. Научилась из-за этих гадов с горы драк.       Дышала я уже давно правильно. Секрет же рецепта остальной идеальной медитации очень простой - это упорство. Я очень хочу ноги!       Внутренних учеников лечат. И неплохо. Это в конце концов имидж.

***

      Вот материалы. Вот я. Вот знания моя.       Буквально выгрызла у кухарки и у старшего в общаге за дополнительную работу. Уголь и прочная ткань, так как бумагу даже внутренним просто так не достать. А мне надо. И сейчас. Надо записать где-то все так, как в мыслях было. Ибо вышло всё что в голове крутилось так стройно и ладно объединить, что любо-дорого глядеть.       Пишу с чувством глубокого удовлетворения.       Наконец-то до меня дошло, Как это делается. Потому печалится сроку дохождения мысли до моей головушки немного глупо. Подумав, добавляю приписку о собственном состоянии до и после. Теперь надо спрятать, так, чтобы не нашли. Ни соседи, ни те, кто порвал в прошлый раз. Своя коробка последнее место, где записи будут в безопасности. Самое то - вон та гнилая внутри досточка. Снаружи не видно а уборка в комнате на мне.       Впроцессе, в самой середине ныкания, меня отвлекли. Да так, что слова в горле застряли. Вызывают на ковёр. Меня. Страшно.       Разбудили в процессе разбарикодирования входа толстого и девушек. В дверь-то ломились аж трое. Провожаемая недоумёнными и сонными взглядами соседей я ковыляла и думала. То что идут наказывать за нарушения устава было почти очевидно и логичною Вопрос звучит так - Что именно из моих нарушений всплыло? Я вроде по крупному только со мстёй отличилась. Или я чего-то не знаю? Я точно ничего не знаю, и это жутко нервирует. Жутко. Даже про боль забыла. Вспомнила только выходя из домика старшего ученика нашей горы. Скривилась. Выдохнула.       Фуух! Просто сегодня воины вернулись на гору с ночной охоты (так это их я видела?), местного аналога вооружённых стрелок 90-х, но принесли не только тварей (кого ещё не уточнили, не уверена, что стоит самой спрашивать). Вот наш горный король Ли снизошёл и послал с сообщением.... почему-то меня. Ночью. И это настораживало. Почему я главный ученик Фан Минь так и не сказал. Только с улыбкой выдал тубус из бамбука. Тубус передать следовало главному горы тысячи драк в руки Лично. (Что пахнет подставой но отказать низзя)       Оглядываюсь. Прислушиваюсь. Никого. Кривлю лицо снова. Сплёвываю. Иду. Ночью на самом деле чуть проще. Днём реально кажется, что в воздухе стоишь. А ночью как в сказке из-за лунного света. Мосты тут будто стеклянные, такие прозрачные, чтобы к высоте привыкать, ну и для понта. Но, как я уже приметила ночью только для понта.       Вот гора медиков. Вот гора предсказателей. Вот и нужная гора. На этот раз идти было не в пример легче и без буераков. По главной дороге-то. Привет, место которое я не хочу посещать, но куда прихожу второй раз.       На горе воинов росли не только персики. Был там и бамбук, который я в первый раз не приметила. Красиво, однако. Пройдя мимо я не задумывалась о назначении зелёного сорняка, времени было мало. Но наличие отметила (пик логистики своё дело знает - ростки в еду а дерево в палочки, но тут то нахрена?) В общем бамбук, персики, светлячки, тишина. — Этот У приветствует шимэй. — раздалось из-за спины. Оборачиваюсь.       Голос соответствует внешности парня. Лицо наивное-наивное. И гладкое, как у младенца. Кадык был только в виде намёка. Но бэйцзы зелёные, значит не внешний. Видимо один из самых молодых внутренних учеников. Но учится он дольше меня и ростом вышел в плечах шире. Так что шисюн так шисюн. Мне не принципиально.       Кланяюсь сложив руки перед собой и здороваюсь в ответ. Мне дают знак идти следом. Шисюн У идёт быстро и неслышно, но чуть недоумённо снижает темп, замечая что я не только издаю шум, но и отстаю.       Бляядь... Вот зачем рос бамбук тут мне лучше было не знать. Но уже поздно. Молодым этот сорняк растёт очень быстро. Очень. За день около пятидесяти сантиметров, цитируя слова толстяка с перводом на мою систему мер.       Как меня не стошнило, не знаю. Божьей волей, наверное. Связанный пленник молчал, но мне от этого было не легче. Волна желчи и отвращения, казалось, захлестнула каждую мою клеточку. На пару с осознанием, что, вернее кого, притащила гора тысячи битв и фактом того, что помочь даже одному насколько нуждающемуся в помощи и находящемуся прямо передо мной человеку в этом мире я не в силах. Обитателей горы банально больше.       Привычка держать лицо перед тем, что творилось в поместье сработала само собой. Пытка бамбуком это... когда побег бамбука прорастает сквозь тело человека.       «С-символ стойкости», да? В полуметре от входа кто-то, явно человек, был привязан к... этому самому символу - бамбуку и сей сорняк прямо сейчас медленно разрывал тело несчастного на части. Медленно. Связанный человек уже не кричал, но ещё дышал, кровя ртом.       Провожатый У аж просиял увидев мой надеюсь, не совсем полный ужаса, взгляд и по-индючьи надувшись важно пояснил. "Инструкция" к этому была следующей: грядку молодого бамбука затачивают ножом так, чтобы стебли стали острее наконечника ученического копья а потом привязывают того, кого надо пытать.       Вопрос. А это точно пытка? Не казнь?

***

      ...Вечно можно смотреть на то, как горит костёр, и как течёт река?! Пронеслась слегка воспалённая мысль в полузабитой голове. Как оказалось нет, не вечно. Не дай боже. Новый мир толстым архитекторским карандашом перечеркнул сие популярное в моем прежнем выражение. Ибо казалось, что ведут меня к хозяину горы вечность. Проклятую гуеву вечность.       Тому пятому пленнику, мимо которого мы прошли, время, наверно, тоже казалось заколдованной злой вечностью.       Потому что китаёзы свирепее ацтеков, ять. Обычную воду они превратили в способ свести с ума! Входя в уже саму гору за безмятежно мычащим себе под нос ритмичный мотивчик У я услышала звук падающих капель воды. Канализация? Нет. Не она. Только темнота выдолбленного в камне коридора, звук капель, и пустые, потерявшие осмысленность, глаза. Они слегка светились в темноте.       Именно этот фосфоресцирующий свет помог не вскрикнуть. Где-то внутри матеалистичная частица меня точно знала - глаза в темноте не светятся. Так только в дешёвых фильмах бывает. Не в жизни. Не в реальности.       По словам У прекратившего мычать в такт ударам капель, цитирую: воду капают военнопленному на самое чувствительное место человека - темя, предварительно выбрив ему волосы (национальную гордость каждого жителя Поднебесной так-то!) на макушке.       И делают это очень долго - над его головой фиксируют кувшин, потому выходит так, что из него выливаются только маленькие капли. Казалось бы, выдержать такое вполне возможно, но это совсем не так. Пусть я нихрена не специалист, но Постоянные импульсы, возникающие в голове, постепенно расшатывают нервную систему и здоровому человеку, коих тут мало. Паша не даст соврать. А постоянно соприкасающиеся с голой поверхностью головы капли вызывают явно неприятные и думаю даже болезненные ощущения. (я лично терпеть душ не могла, а это всего лишь душ)       В итоге, из самодовольного монолога У я вынесла вывод: пленника связывали, так, что он не мог пошевелить и головой, в очень холодной комнате и в полной темноте на него медленно капали холодной водой. “Идеально для допроса души!” - прямая цитата. Вывод номер два: нервная система и регуляция тонуса кровяных сосудов нарушаются, человек сначала чувствовал гнев, а потом и вовсе впал в беспамятство. Конечная же точка такой пытки - смерть.       Что этим парням вообще не помеха. Только вся моя выдержка не дала наорать на юного любителя небезопасного БДСМ и не сбежать, бросив или потеряв по пути ценное послание. Ну или хоть горько не рассмеяться - то, что дарует жизнь теперь в руках вот таких вот парней приносит погибель. Как говорится, «вода камень точит».       Вдох. Раз-два. Выдох. Три-четыре. Вдох-выдох. Вдох. Что-то много цитирую в последнее время. Оу. Очень странная тут административная часть, однако. Сплошной лабиринт пыточных, где тренировочные площадки? Вопрос увял не успев расцвести на губах, когда я увидела следующую комнату. Если предыдущая пытка не вызвала во мне леденящего страха, то сей вид истязаний всё, хэ-хэ (чтоб их потом так же пытали!), исправил. Я даже дышать забыла.       Пленный потерял сознание во время истязания. Его привели в чувство холодной водой в большом количестве и продолжали. Палачи были не менее неутомимы, чем мой "экскурсовод". Которого я уже намеренно почти не слушала, надеясь, что он наконец заткнётся. Слова вылетали из одного уха едва влетев в другое, но, увы, не прекращали восторженно литься из его гнилого рта.       Следующая пытка, которую нам предстоит увидеть, носит имя «трон тигра». Суть её в том, что пленного сажают на длинную скамью, «трон», с выпрямленными ногами, прямо как на уроках физры, и под пятки ему один за другим кладут кирпичи, одновременно притягивая связанные колени к этой самой скамье... Ноги человека просто выгибаются до предела и ломаются в обратную сторону с характерным хрустом.       Но это ещё не всё, гора большая, помещений по пути к главе мноого.       Одно из самых распространённых наказаний в это время - это некая "бочка, внутри набитая иглами под названием - Обезьяна, сбрасывающая одежду". Заклинатель в изорванном бэйцзы дорогой ткани незнакомых цветов и знаков ордена, как и я, молча слушал. Поймав мой взгляд ответил презрительно-высокомерным. Отвожу глаза. Стало почему-то стыдно. Даже сквозь маску, щит юмора висельника и какое-то вялое оцепенение.       Через бочку провинившегося тащили за волосы, тем самым нанося ему огромное количество ран и увечий. И если бы этим делом кончалось, но нет. Один палач тащит через иглы нарушителя, а второй неторопливо сбрызгивает раны несчастного солёного водой, продлевая его страдания. Но запугивания не вышло, связанный алой нитью хранил гордое молчание.       Тут пришлось задержаться, не хватило рук. И У припрягли помочь.       Сначала они вместе готовили утыканный острыми иглами лист металла - сворачивали его в форме бочки острейшими иглами вовнутрь и закрепляли так. Потом один из палачей молодых и достойных учеников даосов обхватил "железную деву" по-китайски руками, другой взял жертву за волосы, и протащил сквозь. Иглы разрезали и рвали плоть на пару с и так держащими на одной гордости одеяниями, в это время У, стоящий рядом с чашкой солёной воды, неспешно, как в храме святой водой, кропил ею растерзанное окровавленное но увы живое тело.       Я словно окаменела.       И тогда пленённый заклинатель молчал. Чтобы его мучители не хотели знать, после всего этого он не проронил не слова, ни крика, ни стона боли. Только сжал какие-то красные верёвки намотанные под низ обычных. На что мучители просто рассмеялись.       Обещанный молчуну метод «Чистки баклажана» к счатью не удалось лицезреть лично. Но У просветил по пути к следующему помещению. Эта пытка - тоже для выбивания признания. Преступника клали на землю, затем ему раздвигали ноги, и вонзали в задний проход кинжал. Боги, куда я попала?       Комнаты-комнаты-комнаты. Сливающиеся в голове помещения под усыпляющую лекцию. Тела-тела-тела. Глаза, нос, уши, горло, грудь, солнечное сплетение, колени, лодыжки и пах. Все те места, куда не надо бить. Все они сейчас подвергались самым разным воздействиям, о которых я не хочу вспоминать. Всюду была только боль, казни, кара, китайские пытки, наказание, преступники, экзекуция.       Я очнулась от полусна-полузабытья от прикосновения к себе. Тело мелко дернулось, ужас опалил нервы, но то всего лишь У проходя в очередную комнату протянул мне плащ. Это насторожило. И не зря.       Как мне пояснил мой провожатый ученику-кузнецу с горы хризантем воли огня и стали были специально заказаны небольшие мечи с пятью крючками на лезвии. Для «подвешивания вышитых шариков». Входят они в плоть как по маслу, но крючки цеплялись за тело человека, и когда палач выдёргивает меч, во все стороны разлетаются куски мяса. Человеческого. Теперь понятно, не хотят запачкаться. Хотя руки по локоть в крови, но рукава должны быть чистыми.       Чем дальше в лес, тем толще партизаны, да? «Одевание плаща из пальмовых волокон» идущее следом отбило бы все фантазии и нанесло глубокую эмонациональную травму самому отбитому садисту-маньяку. Суть пытки заключается в том, что расплавленный чёрный свинец выливают вместе с кипящим маслом на спину и плечи пленнику... Кожа медленно трескалась и разрывалась, и спустя удар моего сердца во все стороны полетели брызги крови, смешанные с маслом. У пояснил, что сейчас тело этого человека по мнению китайцев напоминало большой красный плащ из пальмовых волокон.       Определённо понятно, зачем тут обычные плащи. Даже немаркую форму воинов стирать задолбаются. Сужу по своему опыту.       Дальше была пытка "качели", чреватая переломом позвоночника в случае её неаккуратного применения. она для мерзких предателей секты. Вот это - бывший главный ученик их горы, торы тысячи битв, а не тысячи предательств. У аж слюной плевался (за что потом извинился)       При виде подвешенного на верёвках в воздухе юноши в позе моркой звезды чей позвоночник вот-вот не выдержит в голове возникло слово сибари, но вспомнить что это не получалось. Хотя, может это и к лучшему. В голове уже царил полный хаос. К... крылатые качели! вот уж точно - и перекладина и раскачивание. Хотелось плакать. А как сказала одна поэтесса, чтоб не плакать я смеялась.       Я слишком от всего этого устала. Устала сочувствовать и бояться.       Азиатский менталитет раскрылся предо мною снова во всей своей ядовито-кислотной красе. И пусть мне его жаль, в голове не могу не посмеяться горько. Чтоже, в каком-то смысле этот мир Справедлив. Он относится ко всем одинаково. Жестоко.       Только вот не сам мир стал таким. Такой Поднебесную сделали жители. Снова и снова китайцы-изверги. Кажется, уже целой моей тут жизни достаточно, дабы понять, что люди тут склонны к определённому роду насилия над собой и своей жизнью. И, это применяется не только к себе самим. Первое место за самые изощрённые пытки присуждается Древнему Китаю! Мною официально. Особо жестокие и дикие даже потому, что применялись не только в отношении преступников. Они и подозреваемых, и даже свидетелей... не, Бессмертные мастера и такое переживут. Но я даже не хочу думать, что происходит в неортодоксальных и не праведных школах. Мне и так кошмары обеспечены       Чтобы эти пленённые люди не сделали, они такого не заслужили. Потому не заслуживает такого никто. Никто. — Именно с такими мыслями я передавала шибо Ли обоими руками злосчастный бамбуковый тубус.       С парой влажных красных разводов пахнущих металлом, за которые мне и У, как недоглядевшему, вынесли мягкий выговор посоветовав быть осторожнее и не пачкаться об пленных. После он добавил, что по духовной связи уведомит о получении письма отпустил меня.       Испачкаться? Об пленных? Нет. Пальцы в просторных рукавах раздёрли кожу на ладонях до крови. А я и не заметила. Я думала, пока шла туда, пока шла обратно. (почему учитель Ли и глава горы шести в одном лице не воспользовался местной духовной сотовой связью? Не понимаю)       Те пытки, что видела, проводились и "моими собратьями" и учениками с пика воинов. Проводились дабы выбить признание. (в том числе той четвёркой) Я как Мирослава, попаданка, в их глазах узнай те правду - злой дух, захвативший тело. Дух с опасными идеями и телом. А душа настоящей шимэй мертва. Мне никто не придёт на помощь, так что постараемся выкарабкаться сами.       Кара бамбуковыми палками по пяткам вдруг перестала пугать. Многое перестало пугать. Но не всё. Две? Все это длилось всего две палочки гуевых благовоний!?       Старший ученик кивает, я справилась. Выходя дошла до ближайшей поверхности где никого не было и сползла по стеночке. Выучка небесного поместья выучкой небесного поместья, но это уже за гранью человечности. Из горла вырвался нервный смешок. Учитель послал да? Ну-ну. Браво, мистер Фан. Кажется я поняла, почему вы мистер Фан послали меня, а не смс. Это тоже урок. Жизненный урок. Спасибо.