Глава 13

Драко устало шёл светлыми коридорами Хогвартса, щурясь от дневного солнца, которое после двухдневной полутьмы Мунго резало глаза почти так же сильно, как чужие взгляды. Его только отпустили после очередной мучительной проверки. Спасибо Поттеру. Спасибо за кровь, за шрамы и за лишнюю тревогу матери. Нарциссе, разумеется, доложили о случившемся. Мать сразу же примчалась в больницу, и, как истинная наседка, весь день носилась вокруг сына. Драко до раздражения бесили её охи, всхлипы и поджатые губы, но в глубине души он был рад. Рад, что она жива, рядом, что всё ещё может держать его за руку. Но при этом мама выглядела… уставшей. Слишком. Слишком худой, слишком бледной. Малфой сжал кулаки. Он знал, почему это всё с ней происходит. Мысль обожгла. Он быстрее проскочил в портрет Слизерина, надеясь, что гостиная будет пустой, но тяжело застонал, заметив надоедливую тройцу, развалившуюся за большим диваном. — Драко! — Пэнси вспорхнула на ноги и бросилась к нему, обвив шею руками. — Наконец-то! Как ты? — Всё в порядке, Пэнс, — процедил он, мягко, но решительно отстраняя её. На её лице промелькнула обида, которую она тут же попыталась скрыть. — Как ты, братик? — не удержался Теодор, расплываясь в ухмылке. — Поттер не сильно тебя раскромсал? — Даже не хочу знать, откуда вы это узнали, — закатив глаза, Малфой поплёлся в сторону спальни. — Эй, мы вообще-то волновались! — воскликнул Тео, театрально разводя руками. Драко не удостоил его ответом. В спальне его догнал Блейз, как всегда тихий, вкрадчивый, будто его присутствие само по себе было тенью. — Мы правда волновались, — сказал он негромко, усевшись в угол на постель. — Пэнси особенно. — И я вам благодарен, — холодно отрезал Малфой, стягивая чёрную водолазку и доставая свежую рубашку. Блейз поднял одну бровь. — Она тебя простила. За то, что ты ей высказал. — Не понимаю, о чём ты, — буркнул Драко, натягивая рукав. — То, что я сказал — правда. Пэнси мне не больше, чем подруга. — Серьёзно? — Блейз прищурился. — Шесть лет ты позволял ей висеть у себя на шее, а теперь вдруг играешь в холодность? Это не дружба, Драко. — Я ей ничего не обещал! — Малфой резко обернулся, и в его голосе мелькнула ярость. В комнате повисла тишина. Блейз наблюдал за ним спокойно, но взгляд был слишком внимательный, слишком цепкий. — У тебя кто-то другой, — сказал он ровно, не как вопрос, а как факт. Драко застыл. — Что? Отвали, Блейз. — У тебя вся шея в засосах, — продолжил Забини, с ленцой откинувшись на спинку кровати. — И это явно не дело рук Пэнси. Глаза Малфоя расширились. Он рывком подскочил к зеркалу — и правда. На бледной коже красовались несколько багровых отметин, слишком заметных, чтобы игнорировать. Он резко втянул воздух сквозь зубы. Перед глазами мелькнула рыжая грива, обжигающее дыхание, горячие руки. Роуз. Он ухмыльнулся, мысленно поклявшись, что в следующий раз отметит её так же. — Ну? — голос Блейза вывел его из ступора. — Кто она? — Уймись уже, — огрызнулся Драко, застёгивая верхние пуговицы так резко, что они едва не отвалились. — Не твоё дело! — Ладно, ладно. — Забини поднял руки. — Но Пэнси всё ещё надеется. — Так объясни ей, что не стоит. Блейз хмыкнул, но промолчал. — Поттер наставил тебе шрамов, — спустя паузу заметил он, кивая на тонкие полосы на лице и руках друга. — Переживу. Я не маленький, — Драко отмахнулся. Он не собирался допустить, чтобы Роуз чувствовала за это вину. — Так чего тебя так долго держали? Должны же были вчера отпустить. — Нарцисса приходила. — И как она? — Плохо, — тихо сказал Драко, и в этот момент в его голосе впервые прозвучала искренняя усталость. — И будет хуже, если я не сделаю то, что должен. Блейз перестал ухмыляться. — Как продвигается? — Я нашёл заклинание. Осталось… решиться. — Так чего ждёшь? — Оттягиваю момент, — Малфой сжал кулаки. — Когда всё разрушится. Забини кивнул, не задавая лишних вопросов. — А со стариком что? — Придётся Авадой. Попробуй ещё до него добраться. — Жуть, — скривился Блейз, а потом, после паузы, добавил: — Но ты живучая скотина. Справишься. Это было их «я тебя поддерживаю». — Иди к чёрту, — фыркнул Драко. А это значило «спасибо». Они переглянулись, и всё стало понятно без слов. Драко схватил кусок пергамента и быстро нацарапал несколько строчек. Позвал сипуху, и та, сердито ухнув, взмыла в воздух. — А это ещё что за переписки? — лениво поинтересовался Блейз. — Тебе никто не говорил, что ты слишком любопытный? — ядовито бросил Малфой. Забини ухмыльнулся. — Постоянно. Но знаешь, это и спасает мне жизнь. Драко не ответил. Он просто поправил воротник, глядя в зеркало — и впервые за долгое время ощутил, что не один.

***

Роуз и Джинни сидели на полу в комнате девушек, устроившись прямо на мягком ковре у окна. В руках у них были кружки с кофе, куда Роуз щедро плеснула маггловского ликёра, украденного из запасов Сириуса. Вечер был тихим, снаружи слышался лишь слабый весенний ветер, и это располагало к болтовне. — Знаешь, Джин, вы с Гарри сегодня произвели настоящий фурор, — протянула Роуз, лениво вытянув ноги. — Все только и говорят, как вы вместе смотритесь. Джинни кокетливо улыбнулась и откинулась на руки. — Я знаю! У меня даже девчонки с Рейвенкло спрашивали… — она наклонилась ближе и шепнула заговорщицки: — Нет ли у Гарри татуировки с гиппогрифом на груди. Роуз прыснула от смеха и едва не пролила напиток. — Представляю, как он бы отреагировал! — сквозь смех выдохнула она. — Вот именно! — подхватила Джинни. — Хотя, честно, я сама не знаю. Я всего пару раз видела его без рубашки. И то на тренировках по квиддичу. — Ой, пожалуйста, прекрати, — Роуз закатила глаза и театрально закрыла лицо ладонями. — Это мой брат. Я не должна слышать такие подробности. — А что такого? — возмутилась Джинни, отпив из кружки. — Между прочим, он ко мне даже не притрагивается! — Думаешь, это плохо? — осторожно спросила Роуз, выглядывая из-за пальцев. — Ну а ты как думаешь? Я уже из кожи вон лезу, чтобы показать, что готова! А он — ни намёка. Ни шага навстречу. Будто боится. Роуз задумчиво поводила кружкой в руках. — Может, он действительно боится, — тихо произнесла она. — Боится всё испортить, боится тебя потерять. Гарри такой, Джин. Он всегда сначала думает о том, чтобы не навредить. — Но сколько можно ждать? — Джинни драматично вздохнула. — Я же уже… ну… двигатель завела. — Боже, Джинни! — Роуз покатилась по полу от смеха. — Какой кошмар! — Смеёшься, да? — надулась рыжая, но в глазах у неё тоже плясали смешинки. — А я серьёзно. — Просто поговори с ним, — предложила Роуз, наконец успокоившись. — Скажи прямо, чего хочешь. В отношениях важно быть честными. Джинни прищурилась и хитро улыбнулась. — Слушай, а ты-то откуда всё это знаешь? Ты же только пару раз целовалась. И то… — её глаза подозрительно расширились. — Подожди. Это ведь было с Эрни Макмилланом? — О, только не это, — простонала Роуз, падая на спину и прикрывая глаза рукой. — Я буду напоминать тебе об этом всю жизнь! — победоносно расхохоталась Джинни. Но их смех резко прервал громкий стук в дверь. Девушки вздрогнули, а затем дверь распахнулась без всякого приглашения. На пороге стоял Гарри. Его лицо было бледным, глаза — налитыми слезами, кулаки сжаты. — Роуз, — выдохнул он, — я узнал, кто виноват в смерти родителей. Его голос дрожал от ярости и боли. Роуз мгновенно вскочила, отставив кружку в сторону. — Что? О чём ты? Разве не Петтигрю…? — Я пойду, — тихо сказала Джинни, взглянув на Гарри. Она поняла, что сейчас брату и сестре нужно побыть наедине. Гарри прошёл внутрь и тяжело опустился на кровать. — Трелони, — начал он сбивчиво. — Она рассказывала Дамблдору пророчество. То самое. О том, кто победит Волдеморта. Обо мне. И знаешь, кто её подслушал? Роуз в ужасе покачала головой. — Снейп. — Что? — прошептала она, прикрывая рот рукой. — Он услышал пророчество. Он узнал, что родится ребенок, способный победить Темного Лорда. И побежал рассказывать ему. Из-за него наши родители… — голос брата сорвался, и он гневно сжал кулаки. — Из-за него они умерли! — О, Гарри… — слёзы выступили на глазах у Роуз. — Я ненавижу его! — крикнул Гарри, резко вскакивая и начиная метаться по комнате. — Он ублюдок! Я его ненавижу! — Как Дамблдор мог оставить его здесь? — прошептала Роуз, сжимая край пледа, словно пытаясь удержать себя от крика. — Как он вообще может доверять ему?! Гарри остановился, повернулся к сестре, и в его глазах плескалась ярость, перемешанная с бездонной болью. — Я выясню. Обязательно. Узнаю, почему Дамблдор его прикрывает. Узнаю, почему этот предатель всё ещё имеет право нас унижать и оскорблять. — Его голос сорвался, и он закрыл лицо руками. Роуз бросилась к брату и обняла его. Он уже не говорил — только рыдал у неё на плече, так же, как когда-то в детстве после кошмаров. — Мы вместе, Гарри. Мы всегда вместе. — прошептала она, целуя его волосы. — И мы переживём это. Их плечи дрожали синхронно, и слёзы текли без остановки.

***

Гарри наконец немного успокоился. Его дыхание выровнялось, лишь изредка он всхлипывал, уткнувшись в плечо сестры. Роуз осторожно провела рукой по его спине, словно всё ещё был тем мальчиком с разбитыми коленками, которому нужен был кто-то рядом, чтобы мир снова стал безопасным. — Спасибо, — хрипло выдохнул он, вытирая глаза рукавом. — Я… пойду к Джинни. Не хочу, чтобы она волновалась. Роуз кивнула, слегка улыбнувшись сквозь слёзы. — Конечно. Иди. Но помни — я рядом. Всегда. Гарри кивнул и тихо вышел из комнаты, оставив за собой лёгкий запах дождя и его взъерошенных волос. Дверь закрылась, и наступила тишина. Роуз опустилась на кровать, обхватила колени руками и уставилась в темноту за окном. Слёзы ещё блестели на щеках, но внутри уже теплилось чувство странного облегчения — будто она и Гарри наконец разделили свою боль пополам. Она глубоко вдохнула, пытаясь успокоиться, когда краем глаза заметила движение возле окна. Черная сипуха аккуратно залетела в раскрытое окно и села на подоконнике. К её лапке был привязан маленький клочок пергамента. Роуз подошла к ней и аккуратно погладила темные перышки. Сипуха удовлетворенно ухнула. Девушка достала сверток и ласково извинилась за отсутствие лакомства. Сухими пальцами она развернула листок. Почерк был до боли знаком: «Зелье. 18:00» Под сердцем что-то болезненно дёрнулось. Она перечитала записку снова, уже автоматически разглаживая складки на джинсах. Всё внутри протестовало — момент был неподходящий, она всё ещё чувствовала соль слёз на губах. Но вместе с тем сердце билось быстрее, будто её тянуло туда всей душой. Роуз поднялась, подошла к зеркалу и машинально поправила волосы, пригладила прядь, сбившуюся на лоб. Лёгкий румянец всё ещё держался на щеках после разговора с братом. Она глубоко вдохнула и сунула записку в карман. Выбора у неё, казалось, не было. Уже спустя полчаса, слегка приведя себя в порядок и нанеся лёгкий макияж, Роуз плелась по полупустым коридорам к кабинету на восьмом этаже. Гарри удачно отвлёкся на Джинни, а сама подруга не стала задавать вопросов, поэтому Роуз удалось спокойно выскользнуть из гостиной. Замок наполнила вечерняя прохлада, хоть весь день и стояла удушающая жара. Каменные стены отдавали сыростью, и по спине девушки пробежала дрожь — то ли от холода, то ли от недавней истерики. На восьмом этаже она остановилась, чтобы перевести дыхание. Мысль о встрече с Малфоем давила. Ей было неловко после случая в больничном крыле, но в то же время — приятно, что он сам позвал её. Роуз скользнула взглядом на аккуратные золотые часы на запястье, подаренные Гарри. Почти шесть. Вздохнув, она решительно направилась к кабинету. Внутри её встретила тишина. Вместо привычной высокой статуи комната зияла пустотой. Девушка присела на парту, задумчиво разглядывая разложенные ингредиенты. За время, пока она избегала Малфоя, он успел закончить Огнезащитное зелье и уже приготовил всё для нового. Его педантичность заставила Роуз усмехнуться. Дверь внезапно распахнулась, и в кабинет лениво вплыл Малфой. — Опоздал, — заметила Роуз в их привычной манере. — На две минуты. — Привет, — закатив глаза, отмахнулся Драко. — Привет, — Роуз попыталась улыбнуться. — Как ты? — Жив, — коротко бросил он. — Шрамы остались? — она тут же подошла ближе, потянувшись к тонким полоскам на его лице. Но Малфой мягко отодвинул её руки, отступая назад. — Подожди, — пробормотал он и, обернувшись к двери, наложил Запирающее заклинание. — Зачем это? — нахмурилась Роуз. — За мной кто-то следит, — голос его прозвучал чуть грубее обычного. — Следит? Как это? — Я буквально чувствую, но увидеть не могу, — хмуро ответил Драко. Роуз вдруг вспомнила и охнула, прикрыв рот рукой. — Что? — Не злись. Кажется, я знаю кто, — протянула она. — Ну? — Кикимер? — тихо и неуверенно произнесла Роуз в пустоту. Хлопок — и перед ней возникло маленькое уродливое создание в лохмотьях. — Это ещё что за… — протянул Малфой, сдвинув брови. — Хозяйка звала Кикимера? — низко поклонился эльф. — Мне нужно, чтобы ты перестал следить за мистером Малфоем, — кивнула Роуз на Драко, недоумённо стоящего сбоку. — У Хозяйки секреты от Хозяина. Хозяйка водится с врагами Хозяина, — мерзко захихикал Кикимер. — Но Кикимер не может ослушаться прошлого приказа. — Хозяин — это Поттер? Ублюдок приказал следить за мной? — зло бросил Малфой. — Помолчи, — закатила глаза Роуз. — Хозяин сказал тебе следить за Малфоем, но не говорил рассказывать правду, так ведь? — Кикимер не совсем понимает вас, Хозяйка, — подло протянул эльф. — Ты будешь делать то, что сказал Гарри. Но рассказывать будешь только то, что приказываю я. И Добби помешай. — Кикимер всё понял. — И только попробуй обмолвиться обо мне! — Как вам угодно, — услужливо поклонился он и с хлопком исчез. — Поттер что, совсем поехал? Я ему вмажу, — рявкнул Драко. — Прости за это, — спокойно ответила Роуз. — Откуда у вас эльф? — всё ещё нахмурившись, спросил Малфой. — Сириус Блэк был нашим крестным. После его смерти нам достался родовой дом Блэков. Вместе с ним — и эльф. Он нас ненавидит, но слушается. А за тобой, кстати, сначала не хотел следить. Сказал, что ты родственник его любимой Хозяюшки. — А второй? — Добби. Ты его не помнишь? Он же был вашим эльфом. Гарри освободил его, вот он и помогает. Меня он не станет слушать, но Кикимер ему помешает. — Ещё раз скажу, Поттер псих. — Перестань, — Роуз закатила глаза. — У него просто паранойя. Мы не можем его винить. — Всё равно. Придурок. — Всё, хватит! — Роуз рассмеялась. — Лучше давай варить зелье. Она подошла к столу, раскрыла большую книгу с рецептами и принялась искать нужный. — Ты уже закончил Огнезащитное, — тихо заметила она. — Спасибо. Драко лишь пожал плечами. — Так… Кристаллы Купидона… — пробормотала Роуз. — Слизнорт совсем поехал. Кому вообще может понадобиться такое зелье? Сначала щепотка пыльцы розы… — она выглянула из-под ресниц и заметила, что Малфой неотрывно смотрит на неё. — Что? Он протянул руку, аккуратно поднял её лицо за подбородок. — Ты плакала? — спросил он неожиданно мягко. — А… да так, — Роуз отвела взгляд. — Расскажи. — Это неважно. Семейное. — Мне важно. — Ладно. Только если ты расскажешь что-то в ответ. — Хитрая, — прищурился Малфой. — Хорошо. — Гарри узнал кое-что о смерти наших родителей, — Роуз тяжело вздохнула. — Много лет назад Трелони изрекла пророчество. О мальчике, который сможет уничтожить Волдеморта. Она рассказывала это Дамблдору. И Снейп подслушал. Он сразу донёс. В итоге… именно из-за него наши родители погибли. Знаю, ты можешь не верить. Вы вроде близки с ним. Но всё это из-за него. Малфой нахмурился, но кивнул. — Я верю. Снейп ещё тот ублюдок. — Я просто не понимаю, как Дамблдор позволил ему преподавать? Как он вообще смеет унижать нас с Гарри после всего что уже сделал нашей семье? — в голосе Роуз дрогнули слёзы. Она поспешно отвернулась, прикрывая глаза ладонями. — Прости, я не хотела… — Не извиняйся, — тихо сказал Малфой. Его дыхание коснулось её щеки. Роуз немного помолчала, собираясь с мыслями, а потом в голове резко появился интересовавший её вопрос.  — Малфой? — М? — Расскажи, что ты делаешь в Выручай-комнате. Драко замолчал. В его взгляде мелькнула боль. Роуз даже подумала, что он сейчас уйдет. Что она перегнула палку.  — Я могу тебе доверять? — в конце концов спросил он. — Если ты это спрашиваешь, значит, уже сомневаешься, — тихо заметила Роуз. — И всё же? — Да. Можешь, — её голос дрогнул. — Тогда пойдём. Он взял её за руку и повёл к пустой стене. Трижды обошёл её, и на каменной поверхности проступила массивная дверь. Внутри развернулась громадная свалка хлама: высокие потолки, темные стены, груды старинных вещей. Среди этого хаоса Малфой уверенно вёл Роуз к самому центру, пока не остановился перед массивным деревянным шкафом. — Знаешь, что это? — голос Драко прозвучал глухо, будто отдавался эхом от каменных стен. — Нет, — прошептала Роуз, чувствуя, как сердце неприятно сжалось. — Исчезательный шкаф, — он скользнул ладонью по старой, потрескавшейся поверхности дерева. — Они работают парами. Между ними есть проход.  — И где второй? — Один в Хогвартсе, второй — в «Боргин и Бёркс». Это единственный способ провести кого-то в школу. — Так чем конкретно ты занимаешься? Что-то передаешь? — она едва дышала, но в её голосе звучало больше ужаса, чем вопроса. — Нет. Помнишь, на прошлом курсе Уизли засунули туда Монтегю? — Роуз задумалась, но спустя миг кивнула. — Он застрял там на несколько дней. Шкаф неисправен. И я пытаюсь его починить. — Но зачем? — Роуз шагнула ближе, пытаясь поймать его взгляд. — Это моё задание, — ровным голосом сказал он. — Задание для чего? — Впустить в школу Пожирателей смерти. Роуз будто ударили. Она резко отшатнулась, дыхание перехватило. — Господи... но как же…?  — Если хочешь, можешь уйти, — заранее сказал Драко, но Роуз покачала головой. — А что если не справишься? — её голос сорвался, слёзы мгновенно защипали глаза. Малфой не ответ взгляда. — Думаю, убьют и меня и маму, — произнес ровно, но пальцы, сжимающие край шкафа, побелели от напряжения. Слёзы подступили к глазам Роуз. — Мне жаль, Драко… — Мне тоже, — тихо ответил он. — Сколько у тебя времени? — Немного. Я нашёл заклинание, но оно сложное. — Какое? — Гармония Нектере Пасос. Роуз осторожно коснулась рукой деревянной поверхности шкафа. Она была холодной и шероховатой. — Хочешь, попробуем вместе? — предложила она. Драко покачал головой. — Не надо. Это не твое дело. Она шагнула ближе, заставив его отступить на полшага. Её голос дрогнул, но она произнесла твёрдо: — Малфой, мне до жути не нравится то, что ты делаешь. Я хочу кричать при мысли, что эту школу захватят убийцы. Но если это единственный шанс, чтобы ты остался жив… я согласна. Слова сорвались с её губ почти шёпотом, будто ей приходилось силой выдавливать каждую букву. Грудь тяжело вздымалась, сердце билось где-то в горле. Роуз сама не понимала, откуда в ней эта готовность принять — возможно, от усталости, возможно, от отчаяния. Драко смотрел на неё долго, пристально, так, будто пытался запомнить каждую черту. Его серые глаза казались тусклее обычного, но в их глубине дрожало что-то новое — страх, уязвимость, благодарность. Он шагнул ближе, и Роуз почувствовала, как между ними словно исчез воздух. Каменные стены Выручай-комнаты, груды старинных вещей вокруг — всё расплылось. Мир сузился до одного взгляда, до лёгкого тепла его руки, которая едва коснулась её пальцев. Он хотел что-то сказать, но сжал губы, не позволяя словам вырваться. В этот миг она ясно ощутила: ему тяжелее, чем она может себе представить. Не просто задание, не просто страх — вся его жизнь висела на тонкой нити. Роуз потянулась к нему чуть ближе, так, что их дыхание смешалось. Он резко втянул воздух, будто борясь сам с собой. Но не отстранился. В воздухе пахло старым деревом, пылью и магией, а между ними дрожала тишина, напряжённая до предела. Ещё миг — и казалось, что граница между ними исчезнет. Но Роуз резко отшагнула назад. Либо сейчас, либо никогда. Она осторожно провела ладонью по шероховатой древесине шкафа. Тяжёлое, старое дерево будто впитывало в себя все шёпоты, тайны и проклятия, что жили в этой комнате. Внутри у неё всё сжалось: она видела перед собой не просто древний предмет мебели, а дверь в хаос, кровь и смерть. — Я хочу помочь, — повторила она. — Покажи, как делать заклинание. — Гармония Нектере Пасос, — тихо произнёс Малфой, глядя на шкаф, будто на врага, с которым был вынужден вступить в союз. В его голосе слышалось усталое упрямство и безнадёжность одновременно. — Хорошо, — Роуз подошла ближе, чувствуя, как напряжённость исходит от него, почти давит на плечи. — Давай вместе. Он посмотрел на неё так, словно видел перед собой совершенно другого человека. Не знал, стоит ли доверять ему. Но потом коротко кивнул. Они подняли палочки синхронно. — На счёт три, — сказала Роуз, сдерживая дрожь в голосе. — Раз. Два. Три. — Гармония Нектере Пасос! Сияние заклинания скользнуло по поверхности шкафа, окутало его тусклым золотистым светом. Внутри что-то загрохотало, будто старые петли и механизмы вспомнили, что значит быть живыми. Дерево издало протяжный, жалобный скрип, словно оживало после долгого забвения. Роуз едва удержала палочку. Заклинание вытягивало из неё силы, будто проверяло её решимость. Она чувствовала, как тепло её магии переплетается с силой Малфоя, и этот поток пульсировал, бился в унисон с её собственным сердцем. — Не отпускай, — прошипел он сквозь зубы, и Роуз послушалась, не отрывая взгляда от шкафа. Вдруг резкая вспышка света прорезала темноту комнаты. Шкаф задрожал, а потом стих. Тишина. Они оба тяжело дышали. Роуз медленно опустила палочку, ладони дрожали. — Получилось, — выдохнула она. — Ты видел? Малфой опустился на ближайший ящик, закрывая лицо руками. Его глаза блестели, но не от радости. Скорее — от тяжести понимания. — Да, — глухо сказал он. — Мы его починили. Роуз села рядом. Некоторое время они молчали, слушая, как в коридоре за стенами замка бродит вечерний сквозняк. — Ты ведь понимаешь, — тихо сказала она, — что теперь будет. — Понимаю, — он горько усмехнулся. — И это худшее, что могло со мной случиться. Она коснулась его руки. Он не отстранился. — Малфой… у тебя всё равно есть выбор. Он повернул голову, и их взгляды встретились. Серые глаза были полны усталости, злости и чего-то ещё, чего Роуз пока не могла назвать. — Нет, Поттер, — сказал он так тихо, что едва слышно. — У меня нет выбора.