Глава 15: Свиток союзов

Коноха изменилась. После экзамена на чунина деревня снова стала шумной, но в этом шуме чувствовалась тревога. На улицах всё чаще мелькали маски Анбу, а в здании Хокаге послы приходили и уходили почти каждый день. Наруто, уже привыкший к одиночным миссиям, был вызван лично — не обычным посыльным, а самим Хирузэном Сарутоби. — Ты нужен мне, — сказал Хокаге, глядя на него серьёзно. — И ты нужен деревне. На столе лежал свиток с красной печатью. Старик коснулся его пальцами. — Камень, Облако и Туман ведут себя… странно. Разведка сообщает о передвижениях войск у границ. Мы не можем доказать агрессию, но игнорировать — нельзя. — Песок, — пробормотал Наруто. — Они же наши союзники? Хирузэн нахмурился. — Неофициально. После смерти Казекаге там началась нестабильность. Но у них есть те, кто готов слушать.(Оричимару убил Казыкаге ) И если мы принесём им этот свиток, — он указал на пергамент, — они могут встать на нашу сторону. Свиток был зашифрованной формой соглашения о взаимопомощи. Его нельзя было передать через птиц или гонцов. Только — лично. Только тому, кому Хокаге доверяет. — Команду поведёт Какаши, — сказал Хирузэн. — Ты пойдёшь с ним. И… только вы двое. Наруто кивнул. — Асума? — Отвлекает внимание. Его отряд идёт на границу с Туманом. Переход: в пути Пустыня начиналась сразу после пересечённой местности. Жара была изнуряющей. Ночью — холод, днём — как внутри печи. Наруто, в тени длинного плаща, шёл рядом с молчаливым Какаши. Они двигались быстро, скрытно, избегая главных дорог. — Ты чувствуешь это? — спросил Джонин, когда остановились на привал. Наруто кивнул. — За нами кто-то идёт. Слишком аккуратно для бандитов. — Возможно, отряд из Облака. Не вступай в бой, если не вынужден. Но если придётся — исчезни. Как ты умеешь. Пустыня. Глубокая ночь. Песок скрипел под ногами. Тепло дня давно ушло, сменившись пронизывающим холодом. Какаши внезапно поднял руку, сигнал остановиться. Они уже чувствовали это раньше — за ними кто-то шёл. Но теперь это было ближе. — Засада, — коротко бросил Джонин, активируя шаринган. Из-за скал, словно из ниоткуда, выскользнули три фигуры. Их форма была нейтральной, не имела знаков отличия, но манера движения, акценты и чакра говорили о другом — это были шиноби Облака. Один вёл себя как сенсор, второй — мастер меча, третий уже накапливал молниеносную чакру. — Возьми одного, — сказал Какаши, бросаясь вперёд, — я на себя беру двоих. Мечник и молниеносный шиноби сцепились с Какаши, а сенсор резко рванулся к Наруто. Тот не стал спорить — в движении сложил печать. Воздух вокруг него будто затих. Исчез звук. Исчезли вибрации. Даже чакровая аура исчезла. Его тело, сливаясь с тенью скал, стало едва различимо даже на фоне песка. Сенсор остановился. Его додзюцу — пульсирующий круговой обзор — выхватывал только хаотичные следы, будто цель двигалась рывками, без логики. Это сбивало. Он повернулся, резко — и замер. Удар был точным, бесшумным, в основание шеи. Ни крови, ни боли — просто темнота. Сенсор рухнул на песок, так и не поняв, откуда пришёл удар. Наруто бесшумно выпрямился. В его глазах было спокойствие. Он снова исчез в темноте, двигаясь к Какаши. Но тому помощь уже не требовалась — один против двоих, он сдерживал их с безупречной техникой и тайдзюцу. Через несколько минут всё было кончено. Один вражеский шиноби лежал без сознания, второй умирал от своей же отражённой техники, третий исчез в песке, не выдержав боя. Какаши вытер кровь с лба, глядя на Наруто: — Ты не просто шиноби. Ты — призрак. Он сказал это без иронии. Просто, как факт. В это же время. Где-то ближе к границе Огня и Ветра. Отряд Асумы двигался с другой стороны — их задачей было отвлечь внимание и собрать данные. С ними были Шикамару, Куренай и ещё пара надёжных чунинов. Их цель — патруль Облака, замаскированный под торговцев. — Они не торговцы, — спокойно сказал Шикамару, наблюдая за лагерем через трубу. Асума кивнул. В воздухе витал запах масла для клинков, а на «товарах» лежали тени чакрозаряжённых печатей. — Работаем тихо, — сказал он. — Но если всё пойдёт плохо — сначала Шикамару, ты обездвиживаешь, Куренай — иллюзия. Потом я. Ночью они атаковали. Быстро. Слаженно. Вся операция заняла не больше пяти минут. Двоих захватили живыми. Остальные сбежали. — У них были приказы следить за «движением из Конохи в сторону Сунагакуре», — сказал один из пленных. Асума нахмурился. — Значит, знали. Он посмотрел в небо. Где-то там, в другой стороне пустыни, был Наруто. И хотя они не шли вместе, Асума чувствовал — тот справится. Сунагакуре встретила их ветром. Не таким, как в пустыне, — этот ветер был горячим, пыльным, и, казалось, дул не из природы, а из самой души деревни. Врата открылись после недолгого ожидания, но стражники смотрели на Какаши и Наруто с явным недоверием. — Не двигайтесь быстро, не делайте резких жестов, — шепнул Какаши. Наруто молча кивнул. Их провели внутрь. Пыльные улицы, шум глиняных мастерских, дети в платках, играющие в песке. Всё выглядело обыденно, но оба чувствовали — за ними наблюдают. Временный советник Казекаге, старый шиноби по имени Сори, встретил их в здании администрации. В комнате, где даже окна были закрыты, он сидел, словно хищник в песчаной норе. — Мы не ожидали Коноху в это время, — его голос был вежлив, но холоден. — И тем более — с таким посланием. Какаши молча положил свиток на стол. Его красная печать мерцала. Сори глянул на неё, и что-то в его лице дрогнуло. — Нам нужно подумать. И поговорить… с теми, кто остался верен союзу, — он встал. — Вы останетесь под наблюдением. Просто меры предосторожности. Их отвели в дом для гостей — простой, но защищённый. Там была только одна дверь, одно окно и, очевидно, несколько скрытых наблюдателей. Какаши лёг, будто всё в порядке. Наруто же сел у стены, активируя слабую чакру — ровно настолько, чтобы почувствовать, кто находится в радиусе пятидесяти метров. Он чувствовал движения. Даже за стеной. — Думаешь, они нас сдадут? — тихо спросил он. Какаши ответил не сразу. — Думаю, у них нет Казекаге. Нет лидера. И нет уверенности. Но они помнят старые битвы. И помнят, как Облако и Камень их предавали. Это может сыграть на нашей стороне. Прошла ночь. Потом ещё день. На второй вечер их снова вызвали. Советники Сунагакуре были напряжены. Но среди них появилась новая фигура — юноша, высокий, с холодным взглядом, перевязанной урной за спиной и песком, шевелившимся при каждом его движении. — Гаара из Песка, — прошептал Какаши. — Один из детей прежнего Казекаге. Опасен. Сори кивнул: — Гаара выразил интерес к вашему посланию. А мы решили… что можем обсудить условия. — Это ещё не союз? — уточнил Наруто. — Пока — нет, — спокойно ответил Сори. — Но и не отказ. Вы уйдёте с ответом. Его надо расшифровать. Только Хирузэн поймёт его смысл. Гаара бросил взгляд на Наруто. Долго. Почти изучающе. Потом сказал(Гара тут нормальный): — Ты скрываешься от глаз. Даже от моего песка. Мне это интересно. Наруто ответил так же холодно: — Не всё в этом мире можно найти глазами. Иногда — только сердцем. Гаара усмехнулся. Первая искра знакомства. Сложная, странная — но не враждебная. Позже, на границе Песка, перед тем как покинуть деревню, Какаши сказал: — Мы не зря пришли. Они боятся. И именно потому — могут стать союзниками. Наруто, глядя на горизонт, ответил: — Если придёт война… я не позволю ей пройти сквозь Коноху. — «Послание принесено» Коноха встретила их туманным утром. Возле ворот — ни шума, ни лишних взглядов, только бдительные Анбу на крышах. Наруто первым шагнул на землю родной деревни. Тишина показалась непривычной после пустыни и напряжённого визита в Суну. Он чувствовал, как на нём висит свиток — надёжно спрятанный, зашифрованный ответ, который можно расшифровать только в Конохе. Хирузэн ждал их в своём кабинете. Он стоял у окна, глядя на деревню. — Вы вернулись, — сказал он спокойно. Но в голосе сквозила тревога. Какаши молча передал свиток. Хирузэн провёл пальцами по печати, проверяя подлинность, затем кивнул: — Они не отвергли нас. Это уже много. Мы будем готовиться. Он взглянул на Наруто: — Ты держался. Я слышал от Асумы, как ты с ним работал. Теперь — и Какаши подтвердил. Ты превзошёл ожидания. Наруто слегка поклонился. Это признание значило для него больше, чем похвалы в бою. — Ты отдохни. Но не надолго. Скоро придётся принять другие решения. Большие. Когда они вышли, Какаши сказал: — Ты растёшь. Но расти нужно вглубь, не только в силу. Ты ведь понимаешь… что с тобой что-то происходит? Наруто кивнул. — Я чувствую… печать. Она становится другой. Будто просыпается. После возвращения с миссии Наруто не направился домой. Впервые за долгое время он не чувствовал привычного удовлетворения от выполненной задачи. Всё происходящее — передвижения чужих шиноби, тревожная тишина в докладах разведки, маски АНБУ в каждой подворотне — подсказывало, что грядёт нечто большее. Он шел по улицам Конохи, где дети всё ещё бегали по площадям, торговцы звали покупателей, а на фоне — мирно шумела жизнь. Но Наруто чувствовал: это — затишье перед бурей. У открытого кафе на тихой улице его уже ждали. Какаши в своём стандартном обличии — книга в руках, глаза прищурены. Рядом — Асума, задумчиво куривший и поглядывавший на Наруто поверх очков. — Опаздываешь, — пробормотал Какаши без упрёка. Наруто сел, откинувшись на скамью. — Я чувствую, что скоро всё изменится. Асума кивнул, медленно затушив сигарету. — Мы тоже это чувствуем. Ненадолго повисла тишина, прерываемая только звуками посуды и смехом прохожих. — Ты стал другим, Наруто, — проговорил Какаши. — И теперь твоя тень длиннее, чем ты сам думаешь. — Готовься, — добавил Асума. — Это было не последнее испытание. Скоро понадобятся не только силы, но и разум. Ты больше не просто шиноби. — Я понял, — спокойно ответил Наруто, сжимая чашку с тёплым чаем. — Я — часть чего-то большего. И в этот момент, пусть никто не говорил этого вслух, все трое уже знали: новая глава вот-вот откроется. Глава, в которой Конохе придётся сражаться не за миссии — а за выживание.