Глава тридцать четвёртая. Три дня...

      Его золотистые глаза, яркие и полные жизни. Кто-нибудь остановите время, я хочу смотреть и тонуть в них всю оставшуюся вечность. В них как будто живут лучи солнца, но в то же время, в самой глубине, таилась какая-то древняя мудрость, его история, рассказанная шёпотом веков. Казалось, что если присмотреться внимательнее, то можно увидеть отблески костров, пылающих в ночи, услышать эхо войн и бесконечных сражений.       Недоумение быстро переходит в благодарность, он понял, что сейчас произошло и гордится тем, что у меня получилось. Я хочу соответствовать этому солдату, не быть для него обузой, слабой девчонкой, которую надо тащить за собой. Хочу стоять подле него, уверенно и твёрдо сражаться за нашу с ним вечность.       Всё, что я хочу, — это остаться здесь, в этом золотом плену, забыть обо всём на свете и просто смотреть в его глаза, пока мир вокруг продолжает своё бесконечное вращение.       В теле что-то замыкается. Упрямо держусь, однако сопротивляться всё сложнее. Меня тянет вниз и, к сожалению, образ Джаспера расплывается. Вроде бы Белла окликнула меня. Я совсем забыла, что они тоже здесь…       Я погружалась в глубины океана. Достигнув самого дна, я ощущала себя огромным змеем, который кружит по спирали и сворачивается в клубок, немного зарываясь в песке. Покой. Блаженный и долгожданный.

***

      Не помню, чтобы когда-то я просыпалась настолько мягко, выходя из сна. Будто меня вылепили из облака и бережно опустили на перину из лепестков роз. Никакой резкой границы между реальностью и сном, только плавный переход, как рассвет над тихим озером.       Я открыла глаза и ощутила необычайную лёгкость во всём теле. Никакой скованности, никакой усталости, будто все тревоги и заботы остались где-то далеко позади, в другом измерении. В комнате витал тонкий аромат — что-то цветочное, но не приторное, а свежее и бодрящее. Я попыталась вспомнить, что мне снилось, но в голове была лишь приятная пустота. Из-за прикрытых штор не сразу могу понять сколько времени. Плавно перевожу взгляд в другую сторону. — Привет, — поджав губы, говорит Белла, откладывая книгу. — П-привет, — хриплю я, приподымаясь. — Где Джаспер?       Белла замялась на стуле. Она нервно поправила прядь волос, упавшую на лицо. А ещё старательно избегала со мной взгляда. — Он ушёл на охоту. Скоро вернётся.       Её поведение сначала меня напрягло. А потом я вспомнила произошедшее. И всё встало на свои места. — Простите меня за то, что было в доме. Я не хотела вас напугать, — разминая свою правую руку, промолвила я, узнавая комнату дома Калленов. — Ты помнишь всё что было? — видимо, её это удивило. Я неспешно кивнула ей в ответ. — Я не хотела причинять вред Джасперу, — не знаю, что она знает, но могу предположить какой вывод напрашивался, когда они увидели меня над телом Джаса. — Это… Это из-за моей слабости. Я не могла сопротивляться… — Не надо, Айлин. Джаспер всё рассказал. Это вина Люциана, — Белла положила свою холодную ладонь на мою и чуть сжала, поддерживая. — Ты, конечно, напугала нас, когда… Когда пользовалась своим даром. Но благодаря этому ты спасла Джаса, буквально вытащив с того света. Это ты помнишь? — Да, — опять киваю, вспоминая тот вакуум, который был во мне. — И ты была немым наблюдателем? — Эдвард стоял на пороге комнаты, сложив руки на груди. — Я читал твои мысли, это был сумбур из тысячи разных языков и отголосков. И тебя я там не услышал.       Мне было неловко. Его недоверие неприятно коснулось меня. Но злиться на это было бы глупым. — Ты прав. Я была наблюдателем, а моё тело всего лишь сосудом. Дар взял надо мной контроль, но я нисколько не жалею. И не могу сказать, что… Что-то, что было во мне кипело яростью. Скорее, это было раздражение и усталость. — То, что было в тебе спасло Джаспера только из-за наречения. Если бы не оно… — Эдвард, — перебила его Белла, зло кинув на него взгляд. — Всё в порядке. Я понимаю. Пока я не разберусь, как это контролировать, я не буду обращаться в вампира, — я стушевалась, мне хотелось избавиться от этого давления. Но Эдвард был прав.       Его слова, пусть и сказанные из лучших побуждений, словно вскрыли старую рану, напоминая о моей неспособности контролировать собственную силу. Ярость, усталость, раздражение — все эти чувства бурлили во мне, как ядовитый коктейль тогда. Наречение… Я помню, как внутри меня распространилось злость, злость того, что меня привязали к вампиру… Я откинула одеяло в сторону и села на кровати. Упёрлась взглядом на цепь, которая лежала на тумбочке. «Настолько меня боятся?» — пролетела мысль, как скоростной поезд. — Я не причиню никому вреда, — протянула я, подымаясь и скрываясь в ванной. Выуживая первые попавшиеся джинсы и свитер, я быстро переоделась. Хотелось сбежать от осуждения. — Как давно ушёл Джаспер? — спросила я, выглянув из ванной комнаты.       Белла стояла напротив Эдварда и, кажется, испепеляла его взглядом. — Ему надо хорошенько поохотиться после всего, — буркнул Каллен.       Не могу не задаться вопросом. Я помню, что у него были ярко-золотистые глаза, когда он очнулся. Значит, он был не голоден, тогда зачем уходить? — А где остальные? — Розали и Эсми внизу, хотя, — не успел он договорить, как блондинка уже была в дверях. — Как себя чувствуешь, Айлин? — она осторожно подошла ко мне, осматривая меня как будто впервые. — Всё отлично, никого убивать не хочется, — ответила я.       Розали резко повернулась к Эдварду, показывая ему своё недовольство. Я взяла свой телефон. Он был полностью разряжен. Пока искала зарядку в комнате осталась только блондинка. — Слушай, не обращай внимание на Эдварда, — начала она. — Он иногда бывает просто невыносимым. — Он единственный, кто говорит о своих мыслях прямо, — буркнула я, выудив провод. Случайно зацепив рукой цепь на тумбе, она шумно упала на пол у моих ног. — Но цепь — перебор. — Согласна полностью. Это Джаспер оставил на случай, если ты будешь рваться на охоту за ним.       Я в удивлении оглянулась. Конечно, я безумно хотела его увидеть и внутри меня действительно всё рвало и метало. Но чтобы прям так… Я подняла увесистую цепь. Человека сдержит, вампира нет. Ничего не понимая, я посмотрела на Розали. — На охоте говоришь, — промямлила я. — Меня бы этого не сдержало. — Он сказал, что ты не рискнёшь обращаться. Он был не прав? — Розали усмехнулась, смотря на меня с какой-то смесью жалости и понимания. — Джас уверен, что ты сдержишь себя ради него. Он просто перестраховался.       Она забрала из моих рук цепь и раскрошила её в своих руках. — Давно он ушёл? — Пару часов назад. Они с Эмметом решили зайти дальше обычного, хотят словить что-то покрупнее. Так что думаю, это надолго. — Он не выглядел голодным, — что-то внутри меня начало меня грызть. — Не был, но, по сути, ты его обратила заново. Кто его знает, может быть, эффект был краткосрочный и его бы накрыла жажда. Никто не знает. — Ладно, — начиная раздражаться, бросила я, накидывая на свои плечи тёплый пуховик. — А цепь зря ты сломала, я бы нашла ей отличное применение. — Куда ты собралась? — недовольно сведя брови, спросила Розали. — В наш дом. Поможешь добраться? — Мы останемся тут, Айлин. Одну тебя не оставим… — Люциан больше не рискнёт залезть мне в голову, а если попробует я сожгу его мозги, к чертям собачьим, — сказав это с такой уверенностью, я осеклась. Слова сами собой вырвались. — Ты… Ты сможешь это сделать? — Кажется, да, — протянула я неуверенно. — Так что? Поможешь? — Давай останемся тут и подождём Джаспера, м? — она натянуто улыбнулась и, приобняв меня за плечи, повела вниз к остальным вампирам.       Меня мало устраивал этот факт. Никак не могла избавиться от мысли, что меня бояться. И всё их окружение лишь из вежливости или чего хуже — страха. Мы спустились в гостиную, где царила напряжённая тишина. Белла и Эдвард переговаривались вполголоса, а Эсми сидела в кресле, капаясь в своём сотовом. Розали усадила меня на диван, словно я была хрупкой вазой, которую вот-вот разобьют. — Милая, как ты? Тебе надо поесть, я подогрею ужин, — Эсми встала с кресла, но я поспешила её остановить. — Я не хочу есть, — сказав это, мой желудок обозначил обратное. — Не ври себе, ты не ела уже очень давно, — она улыбнулась мне и скрылась на кухне.       Действительно, когда я нормально ела? Пытаясь это вспомнить, заболела голова. — А Карлайл? — На ночном дежурстве, — сразу ответила Розали, усаживаясь напротив. — А Элис? Она же не ушла? — Ушла, но куда не сказала, — пожав плечами добавила блондинка. — И что? Так и будем сидеть? — раздражаясь от витающей в комнате тяжести, спросила я.       Розали вздохнула, откинувшись на спинку дивана. Её золотистые волосы блеснули в тусклом свете настольной лампы, а в глазах читалась непривычная тревога. Она не часто проявляла эмоции, но сейчас даже её каменное лицо не могло скрыть беспокойство. — Можем поиграть? — кивнув на приставку Эмметта, я убедилась точно, что они все что-то скрывают. — С каких пор тебя тянет на видео игры?       Эсми вернулась с тарелкой горячей пасты. Аромат заполнил комнату, но аппетита не прибавилось, хоть и желудок заныл посильнее обычного. Я взяла вилку и машинально начала наматывать спагетти, чувствуя, как ком подступает к горлу. — Поешь, милая, — прошептала Эсми, присаживаясь рядом.       Запах еды казался приторным, даже отталкивающим. «Что-то здесь не так,» — пронеслось в голове. Все они вели себя странно, избегали моего взгляда, словно я была одна, кто что-то не знает или не понимает. — Что происходит? — прямо спросила я, откладывая вилку. Эсми погладила меня по руке, но ее взгляд был рассеянным. — Все хорошо, Айлин, просто немного устали.       Устали? Вампиры не устают. Это была нелепая ложь. Раздражение начало подниматься во мне, смешиваясь со страхом и отчаянием. Я чувствовала себя куклой, дергающейся на ниточках чужой игры. — Так. Хватит, — взорвалась я. — Я имею право знать, что происходит! Вы же что-то скрываете!       Тишина, повисшая в комнате, стала почти осязаемой. Розали тяжело вздохнула, Эсми отвела взгляд. В этот момент я поняла: что-то случилось. Что-то ужасное. И они пытаются меня от этого оградить. Но я не позволю! — Ну? — понимая, что со мной откровенничать не собираются, я ставлю тарелку на журнальный стол и срываюсь на вверх в комнату.       Мой телефон ожил. Ищу в вызовах контакт Джаспера и терпеливо ожидаю гудков. Сердце начало биться быстрее. «Абонент недоступен», — страх сковал горло. Конечно, если он на охоте, и они ушли далеко, связи могло и не быть. Тогда я решилась набрать Карлайла, а после Элис. Результат аналогичный. Паника нарастала, как снежный ком. Я металась по комнате, пытаясь зацепиться за хоть какую-то ниточку, объясняющую происходящее. Снова спускаясь вниз, уже на лестнице начала требовать объяснений. — Отвечайте! Где все? Что случилось? — в голосе зазвенела злоба, тогда я перевела дыхание и добавила: — Пожалуйста, скажите мне что происходит? С… с Джаспером что-то не так?       После этих слов меня затрясло. Что если с ним действительно что-то не так? Эсми подошла ко мне, обняла, но объятия ее были какими-то отстраненными, осторожными. Розали продолжала сверлить взглядом пол, словно там был написан ответ на все мои вопросы. — Айлин, успокойся, — тихо проговорила Эсми, отводя меня к дивану обратно. — Все не так плохо, как ты думаешь. — Тогда скажите мне правду! — взмолилась я. — Он же не на охоте, так? Что-то пошло не так? Он в опасности?       Тишина в доме давила сильнее любого крика. Я чувствовала, как мои ногти впиваются в ладони, оставляя красные следы. Страх, словно ледяная волна, окатил меня с головы до ног. Я знала этих людей, этих вампиров, как себя. Их уловки, их осторожность. И это молчание было самым громким сигналом тревоги, который я когда-либо слышала. — Они ушли за Люцианом, — сказал Эдвард и на него тут же устремили злобные взгляды.       Я застыла точно, как вампир. Я осмотрела каждого, надеясь, что он пошутил неудачно. Но все говорило мне о правде сказанного. — Он… что? — подрываясь на ноги, воскликнула я. — Когда? Давно? Без Беллы?! Он же их убьёт без её щита! — Айлин, успокойся, — попросила Розали, но я отмахнулась. — Куда они пошли?! Вы с ума сошли? Мы должны отправиться к ним! — я сжала глаза до боли, желая перевоплотиться сию же секунду, но в мои плечи вцепилась Розали. — Остановись! — закричала она. — С ними всё в порядке! — Откуда тебе знать?! Откуда вам знать?! Вы даже не представляете на что способен этот вампир! — А ты, видимо, не представляешь на что способен Джаспер, — взорвалась блондинка. — Он сделал это ради тебя!       Её слова словно пощёчина вернули меня в реальность. Джаспер… Он действительно пошёл на это ради меня. Он пожертвовал собой, своей безопасностью, ради того, чтобы я осталась здесь, в безопасности. Но разве я этого хотела? Я собственными руками этим же утром убивала его! Разве я хотела, чтобы он снова рисковал своей жизнью?       Я вырвалась из хватки Розали и отступила на шаг. Страх сменился отчаянием, беспомощностью. Они решают за меня, они жертвуют собой ради меня. Но разве это жизнь? Разве это то, чего я хочу? Все они в опасности! Им не со мной носиться надо, а думать о Вольтури! Я должна что-то сделать!       Собрав всю свою волю в кулак, я подняла взгляд на Розали. В её глазах читалось беспокойство, но я видела и решимость. Она знает, что я собираюсь сделать. — Я ухожу, — тихо сказала я, но в тишине дома мои слова прозвучали как гром. — Айлин, — позвала Эсми, но застыв на секунды две она, и все остальные посмотрели на входную дверь.       Почти сразу раздался стук. Один, второй и третий. Я дёрнулась и пошла к двери, но Эдвард меня опередил. На пороге стояла Ванесса. — Могу войти? — спокойно спросила она, осмотрев каждого и остановилась на мне. — Есть разговор, времени мало. — Разве ты не должна быть с ними? — спрашивает Розали, и я, кажется, теряю равновесие. Эсми подхватывает меня. — Я пришла за Айлин, — не дождавшись дозволения, она вошла в гостиную. — Где остальные? — Белла подошла ко мне ближе. — Полагаю разбираются с Люцианом, — она склонила голову набок и обратилась ко мне. — Не стоит переживать за своего вампира. — Что тебе нужно, Ванесса? И почему ты здесь одна? — Розали, как всегда, была прямолинейна. Её защитный инстинкт проснулся мгновенно. Ванесса выдержала её взгляд, не дрогнув. — Я пришла помочь, Айлин. И вам, — слова были лишены искренности. — Люциан заигрался и допустил ошибку. Скоро сюда придут стражи Вольтури. Кажется, Элис предупредила о таком раскладе. По крайней мере, должна была. Их будет трое, возглавляет Джейн Вольтури.       Я почувствовала, как холод сковывает мои конечности. Я одна была не в курсе того, что происходит?! — Вы знали? — отстранённо спросила я, ещё дальше отходя от семьи. — Айлин, всё не так, как выглядит, — начала Эсми. — О, всё же вы решили держать это дитя в неведении, — как бы между прочим, помолвилась Ванесса. — Вольтури прибудут через часа два, может, и раньше. Два варианта: первый, вы встретите их вместе, Джейн узнает Айлин, и тогда ваша схватка произойдёт раньше, чем вы предполагали; второй, ты поступишь так, как тебе наказал Джаспер.       Последнее она сказала, обращаясь к Розали. Блондинка нахмурилась, не отрывая взгляда от Ванессы. Казалось, в комнате повисла невидимая нить напряжения, готовая лопнуть от малейшего движения. Я чувствовала себя пешкой в чужой игре, фигуры которой двигали без моего ведома! — Что мне «наказал» Джаспер? — процедила Розали сквозь зубы, стараясь сохранять спокойствие, хотя я видела, как ярость клокочет в её глазах. Ванесса усмехнулась, словно знала что-то, чего не знала я. — Будем продолжать тратить на это время? Ваша видящая предвидела этот момент, Айлин. Она видела Вольтури в вашем доме. Но не знала времени и даты. Думаю, рассчитывать только её видения сейчас опасно, и полагаю, у Вольтури появился вампир с даром, который скрывает их намерения. — С чего мне верить тебе? — спросила я. — Я покажу, — сделав ко мне шаг, Эдвард заслонил меня собой. — У меня нет причин нападать на вас и демонстрировать свои таланты боя, — лениво оценив его поступок, отозвалась она. — Я покажу тебе прошлое.       Ванесса протянула руку. Я сделала глубокий вдох, отстраняясь от помощи Эдварда. Инстинктивно я напряглась, прикасаясь к протянутой ладони. В тот же миг мир вокруг поплыл, звуки приглушились, и я почувствовала, как меня затягивает в водоворот образов и ощущений. Я увидела всю нашу семью. Я, то есть не я, а Элис говорила о своём видении, о приближении Вольтури к нашему дому. Они ищут Деметрия. В одном из видений Джейн узнаёт меня, стоящую поодаль Эсми. И потом начинается схватка. А в другом видении меня уводит Розали. А в доме Калленов проходит простая, но щепетильная беседа, где Джейн намекает о скорой встрече. Потом картинка сменилась. Я говорила от лица Джаспера. Он просил Розали увести меня, если опасения Элис подтвердятся. Она должна была позвонить. Снова меняется картинка. Я вижу Карлайла, Эммета и я теперь Ванесса. Мы в машине. Ванесса злится и предполагает, что они в иллюзии. Всё шло так, как видела Элис во втором видении. Карлайл отпустил Ванессу к нам, говоря об исполнении какого-то условия.       Внезапно всё закончилось. Я очнулась, шатаясь, и Белла подхватила меня, не давая упасть. Голова гудела от нахлынувших образов, сердце колотилось, словно бежала километров сто. Ванесса наблюдала за мной с невозмутимым видом. — Теперь ты понимаешь, почему тебе стоит мне верить, — произнесла она тихо. — Хорошо, — прошептала Розали. — Айлин, собирайся. Меня поразило, как все резко закопошились. У Эсми в руках появилась хлорка, Эдвард раскидал вещи по гостиной, Белла вручила мне в руки вещи Элис, попросив переодеться. Розали, кажется, пыталась дозвониться до Эмметта. — Не волнуйся за них, — тихо промолвила Ванесса. — Они просто не хотят, чтобы твой запах учуяли.       Я машинально приняла протянутую одежду, не в силах до конца осознать происходящее. Голова всё ещё кружилась от увиденных картин, а сердце требовало покоя. Белла, словно чувствуя моё состояние, мягко подтолкнула меня к ванной комнате. Там я, дрожащими руками, переоделась в вещи Элис. Выйдя из ванной, я увидела, что гостиная превратилась в хаос. Эдвард, казалось, с удвоенной скоростью раскидывал вещи, создавая видимость беспорядка. Эсми, с сосредоточенным видом, обрабатывала хлоркой каждый уголок. Розали, с телефоном в руке, нервно ходила по комнате, пытаясь дозвониться. Их слаженные действия говорили о том, что они были к этому готовы! Ванесса, наблюдая за мной, подошла ближе. — Если ты готова, то нам пора идти. — Стой, — остановила её Розали. — Я иду вместе с вами. — Тебе стоит быть здесь, — вкрадчиво начала Ванесса. — Вас будет четверо, не так подозрительно. Тем более Джейн будет уверена, что их встретит вся семья. — Даже не думай, что я оставлю тебя с Айлин одну, — процедила блондинка, и тогда уже вмешалась я. — Всё в порядке, Розали. Карлайл позволил Ванессе прийти сюда. Значит… Ей можно доверять, — с этими словами я посмотрела в кроваво-красные глаза вампирши. — Верно?

***

      Поздно осознала, что забыла свой сотовый в доме Калленов. Мялась на сидении и кусала свои губы от нервов. Ванесса была за рулём машины Джаспера. Мы создали все условия для того, чтобы всё выглядело обычным и будничным.       Ванесса уверенно вела машину, а я пыталась делать вид, что любуюсь пейзажем за окном, хотя все мои мысли были прикованы к забытому телефону. К единственному средству, которое могло бы мне сообщить в том, что всё в порядке. Я чувствовала, как пот проступает на ладонях. Мы едем уже чуть больше часа. Что если Вольтури уже там? Как прошла встреча? Как Джаспер, остальные? Вопросы высасывали из меня все силы. — Куда мы едем? — спросила я, понимая, что мы проехали дорогу, ведущую в город. — В аэропорт, — ответила сразу. — Зачем нам в аэропорт? — я всё похолодела.       Ванесса посмотрела на меня и очень медленно выдохнула. Я смотрела на нее, требую ответов. — Твоё недоверие оскорбляет меня, — вернув взгляд на дорогу, ответила она. — Как только твой вампир наиграется с Люцианом, он найдёт нас, не переживай. А пока тебе лучше быть как можно дальше отсюда, чтобы Вольтури не учуяли неладное. — Наиграется? — Ванесса кивнула, что мало меня устраивало. — Ты совсем не знаешь своего наречённого, Айлин. Джаспер весьма интересный экземпляр вампирского мира. И быть его врагом неприятное обстоятельство. Конечно, он прожил достаточно долго в семье Калленов, которые смогли притупить его инстинкты убийцы. Но это не искоренить полностью. — Не называй его так, — попросила я. — Ты говоришь так, словно он какой-то монстр, Ванесса. Он же не такой.       Я знала о прошлом Джаспера, но я не могла назвать его убийцей. Ну, или не хотела таким назвать. Мне стало душно. Мой голос дрогнул, и я попыталась взять себя в руки. Страх сковал меня, словно ледяной панцирь. Не хотела видеть Джаспера таким. Ванесса вздохнула, смягчившись. — Я не хочу тебя пугать, Айлин. Просто хочу, чтобы ты понимала, с кем связало тебя наречение. Джаспер — сильный и опасный вампир. Ты можешь на него полагаться и не тратить попросту нервы на переживания. Он никогда не был простым солдатом. Он стратег и опасный игрок. И сейчас он играет в очередную игру, где ты — главная ставка. — Мне просто не нравится, как ты об этом говоришь, — откинувшись на сиденье, произнесла я. — Я хочу лишь убедиться, что все они в порядке. Дай мне свой телефон, я им позвоню. — Думаю, встреча с Вольтури уже прошла. Родители полувампира находятся в страхе от предстоящей встречи, но они быстро придут в себя. Что касается твоего вампира и остальных… Тут и гадать не нужно. Люциан уже мёртв. — Ты уверена? — я искоса посмотрела на Ванессу, которая почти незаметно улыбнулась. — Всё ещё сомневаешься, — утвердительно промолвила она, заворачивая к обочине.       Ванесса остановила машину и заглушила мотор. Она повернулась ко мне и уставилась на меня, прожигая блестящим кровавым взглядом. Вот в ней я видела убийцу. — Я могу тебе показать кто такой Джаспер Уитлок, — она протянула мне руку. — Может, так ты перестанешь волноваться за него.       Я сглотнула, чувствуя, как пересохло во рту. Её предложение прозвучало как сделка с дьяволом. Понятие не имела, что она собирается мне показать, но соблазн был велик. Я отчаянно хотела убедиться, успокоить своё сердце и знать, что он справится с Люциаоном.       Медленно, с нерешительностью, я протянула руку в ответ. Ванесса крепко сжала мою ладонь, и в тот же миг меня окатило волной чужих воспоминаний. Это было похоже на падение в бездну, где образы мелькали с головокружительной скоростью. Я видела Джаспера в разные эпохи, в разных сражениях. Его тёмно-красные глаза, всегда немного печальные, немного заторможенные, моментально становились стальными и не проницаемыми, когда он вёл за собой армию новообращенных. Я видела, как он хладнокровно уничтожает врагов, не проявляя ни капли сожаления.       Воспоминания были жестокими, кровавыми и пугающими. Я увидела Джаспера, которого никогда не знала, Джаспера, который был способен на ужасные вещи. Он убивал не задумываясь — вампиров, людей, женщин и детей. Я слышала их крики о помощи, которые он попросту игнорировал. Чувствовала, как он порой упивается смертями, словно получает дозу невероятного удовольствия. Он убивал, пытал, наслаждался чужой смертью. Его движения были резкими, стремительными и всегда смертельными. Он двигался, как вихрь смерти, оставляя за собой лишь горы трупов и реки нескончаемой боли.       И всё же, среди этого хаоса и насилия, я заметила и проблески человечности. Моменты, когда он проявлял сострадание к своим солдатам и жертвам, когда пытался сохранить остатки своей души в этом бесконечном кошмаре. Ужасные терзания и страшные муки, которые он запирал внутри себя, пропитываясь безразличием для окружающих. Тогда в меня потоком вливались его собственные чувства и эмоции. ВСЁ, что он чувствовал, но скрывал ото всех! Сердце закололо так, словно меня месили по нему ножом! Я отшатнулась, словно от удара. — Ты видела, — тихо произнесла Ванесса. — Теперь ты знаешь, что он настоящий воин.       Ванесса отпустила мою руку, и я почувствовала облегчение от того, что это закончилось. Всё моё лицо было мокрым от слёз. Я не видела вампиршу, не видела ничего! Нащупав позади дверь, я резко её открыла, и меня стошнило прямо на дорогу.       Реки крови, люди, вампиры, дети… Их крики, хрипы… И его эмоции. Кажется, я закричала, хватаясь за сердце, как старуха при сердечном приступе. Хотелось, чтобы меня вырубили, потому что терпеть эти эмоции до невозможного больно! Я свалилась на асфальт и глубоко дышала, спрятав голову в коленях. Внутри меня завыло… Наша связь наречения даёт понять мне, что нужно остановиться. — Держи, — Ванесса протянула мне бутылку с водой, оказавшись напротив меня. — Теперь ты понимаешь, что твой наречённый будет посильнее трусливого Люциана, прячущегося в иллюзиях?       Я взяла бутылку дрожащими руками, сделала несколько глотков. Вода показалась мне отвратительной, с привкусом металла и крови, но я продолжала пить, пытаясь унять тошноту и успокоить бешено колотящееся сердце. — Я знала, но… Но не предполагала… — прохрипела я.       Я подняла взгляд на Ванессу. В её глазах плескалось сочувствие, но и какая-то твёрдость, решимость, словно она знала, что так будет лучше для меня. Лучше? Что может быть хорошего в том, чтобы видеть чужую боль, чужую жестокость, чужое безумие, как свою собственную — Почему ты мне это показала? — спросила я, чувствуя, как слова царапают горло. — Ты могла бы просто показать… — Что? Чтобы тебя убедило, как не это?       Я снова закрыла глаза, пытаясь унять дрожь. Старательно вспоминала его тёплые золотистые глаза, мягкую улыбку и очаровательный голос, убаюкивающий меня, когда я болела. Тот Джаспер остался в прошлом, то, что я увидела не должно влиять на наше будущее. Судьба связала меня с ним, и что делать с этой связью — решать только мне.       Я встала, опираясь на Ванессу. Ноги подкашивались, но я чувствовала, что должна идти. — Ты очень чёрствая, Ванесса, — вымолвила я, замечая её лёгкое удивление. — Это не чёрствость, а реальность, — ответила Ванесса, не отводя взгляда. — Ты должна смотреть правде в глаза, а не прятаться за фантазии. Джаспер, которого ты знаешь, лишь оболочка, которой он хочет быть. А то, что ты увидела… Это его истинное лицо. Вот и зафиксируйся.       Меня невероятно бесил тот факт, что она не видит в нём человека! Меня цепляло её отношение к нему. С самого начала ещё на той выставке она не питала к нему радужных чувств. И сейчас я стала понимать почему. — Ты же видела тоже, что и я, верно? — я отряхнула руки от невидимой грязи, стараясь вернуть себе самообладание. — Ты показала мне монстра, а я увидела человека, которому до сих пор больно от тех ошибок, которых он совершал по незнанию. Не говори мне, что он убийца и чудовище! — Ошибки по незнанию? — Ванесса усмехнулась. — Когда река крови льётся, а в глазах восторг — это не ошибка, это суть. Ты слишком его любишь, чтобы видеть правду. — А какое тебе до этого дело вообще? — Я знаю, что это сложно, — продолжила Ванесса, смягчив тон. — Но я не хочу, чтобы ты жила в розовых очках. Я видела, как наречённые сходили с ума, пытаясь оправдать своих избранников. И сама была в их числе. Не становись одной из них. Мысли трезво, не теряй головы. — Так вот что ты хотела, отрезвить меня? — проскрипела я, сжимая полупустую бутылку воды в своей руке. — Господи, было ошибкой полагаться на тебя. Ты с самого начала планировала это? Зачем, Ванесса? — Ты ошибаешься, — Ванесса покачала головой, в её глазах отразилось искреннее сожаление. — Я не скрываю, что хотела поговорить с тобой наедине. Я хотела помочь тебе увидеть ситуацию такой, какая она есть. Ты напоминаешь влюблённую меня, я… Я не хочу, чтобы ты совершила мои ошибки.       Я отвернулась, чувствуя, как внутри разгорается пламя гнева и разочарования. Неужели она действительно думает, что я настолько слепа? Неужели она считает, что моя любовь к Джасперу затмила мой разум, как когда-то её? — Ты можешь потеряться в своих чувствах и поступить неправильно. Считай, что я обезопасила тебя от ошибок в будущем. Теперь ты знаешь на что способен твой вампир и не помчишься к нему спасая от воздуха, который ему не навредит, а тебя убьёт.       Я сделала глубокий вдох, стараясь унять дрожь. Кажется, что-то подобное я уже слышала от самого Джаспера. — Нам ещё многое предстоит впереди. И ты нужна им сильной, а не слабым человеческим дитём. Тебе нужно повзрослеть, Айлин, как можно скорее.       «Сильной? Повзрослеть?» — эхом отдавались её слова в моей голове. Смешно, правда. Она, Ванесса, говорит мне о силе, когда сама сбежала от своих проблем, спрятавшись в стенах своей боли и отчаяния. Это она потеряла своего наречённого, это она не выдержала и погубила его овладеванием. Она учит меня трезвости, когда её собственная жизнь — сплошное разочарование в собственном прошлом.       Я развернулась к ней лицом, стараясь говорить ровно, без крика, хотя внутри все клокотало. — Ты знаешь, Ванесса, я ценю твою заботу. Правда. Но, наверное, тебе стоит перестать проецировать свой опыт на меня. Джаспер — это не твой бывший, а я — не ты, когда была влюблена. И, знаешь, возможно, именно твоя запоздалая «трезвость» и привела тебя туда, где ты сейчас находишься. Я не потеряю, Джаспера. Я не потеряю никого из своей семьи! Чтобы ты не показала, чтобы ты не говорила, мы сильнее, когда вместе!       Я не стала дожидаться её ответа. Больше не было смысла. Ванесса застряла в прошлом, и никакие мои слова не смогли бы её вытащить оттуда. А у меня было настоящее и будущее, в котором Джаспер был важной, неотъемлемой частью. Я потянула дверь машины на себя, но, к удивлению, дверца висела в моей руке. Три секунды мне понадобилось, чтобы прислушаться к себе, я кипела… — Поразительно, — промолвила Ванесса. — Ты даже не заметила своего обращения. Я развернулась на пятках, подняв правую руку, но тут же сжала свою ладонь в кулак. Ванесса блестела от восторга, а я разрывалась от гнева, пытаясь подобрать подходящие слова. Из салона послышалась вибрация её сотового. В моменте она оказалась передо мной, передавая в мои руки мобильник. «Элис». — Это Айлин, — отвечая на звонок, сказала я, удерживая баланс спокойствия в голосе. — Улетай в Форкс, мы полетим следом, — сказала эльфийка. — Наша встреча с Вольтури будет там, на том же поле. Они придут за Ренесми. Слова Элис прозвучали как приговор. Моя злость была моментально погашена толщей ледяной воды. — Когда? — Через три дня, — по тону её голоса я уже знала, что её видения не изменились, и всё по-прежнему очень плохо для нас. — Ты умеешь водить машину? — Ч-что? Почему ты спрашиваешь? — не понимала я. — Ванессе лучше уйти сейчас. Джаспер уже рядом, и он не будет к ней снисходителен. До встречи, Айлин, — Элис отключилась, а я посмотрела на Ванессу, которая всё слышала.       Слова Элис полностью вытеснили собой остатки недавней ярости. Ванесса смотрела на меня с вопросительным ужасом в глазах, её восторг испарился, как утренний туман под лучами солнца. Моё сердце снова забилось… — Ты слышала, уходи. Монстр, которого ты видишь в Джаспере, идёт за тобой, — я горько ухмыльнулась, добавив. — Видимо, не всё было согласовано.       Ванесса, казалось, застыла. Её глаза расширились, отражая в себе противоречивые чувства. — Чего ждёшь? Хочешь спровоцировать очередной эксперимент со мной? — с подступающей истерикой, выплюнула я, ухватившись за ноющее сердце. — Запомни, что скажу тебе. За два часа до начала битвы будь на границе резервации. Никому об этом не говори. И приходи одна. Я дам тебе шанс не умереть и спасти свой клан. Но имей в виду, тебе придётся предать своё наречение для этого. А чтобы ты приняла верное решение, — Ванесса резко схватила меня за руку и ударила меня в видения прошлого.       Она показывала мне битву, которая уже была на том поле. То, что видела Элис… Моя семья — Каллены, несколько незнакомых мне вампиров, клан Денали и стая оборотней, против клана Вольтури, которых было в два раза больше! Боль охватила меня, каждую клеточку моего организма. Меня прошибло от увиденного, как никогда… Первым погиб Карлайл от рук Аро, вызывая сумасшедшую бурю боли у остальных. Следом был Джаспер из-за подлой силы Джейн. Волки падали один за другим, их вой стихал под натиском врага. Все боролись не на жить, а уже на смерть! Погибая один за другим!       «Мы бы уничтожили Вольтури, но эту победу было бы уже не с кем разделить. Аро это тоже увидел, я показала ему. Мне пришлось это сделать. Он увидел, насколько мы сильны и на что способны, а также и свою смерть. Ко второй встрече он однозначно будет готов. И тут нас уже будет ждать непоправимое…»       Видение оборвалось, оставив меня дрожать от ужаса. Я посмотрела в глаза Ванессе, в которых читалась лишь холодная решимость. Она не предлагала мне дружбу, не пыталась убедить в своей правоте. Она просто давала шанс, которым я обязана теперь воспользоваться. Ванесса сорвалась с места, скрываясь в тени лесной полосы. — Я буду там, — прошептала я. — Чего бы мне этого не стоило.       Не видя перед собой ничего, кроме картин видений, я машинально, на каком-то автомате закинула оторванную дверцу в багажник и села за руль. Не стараясь вспомнить, или проговорить предварительно, как водить машину, я просто завела мотор. И выехала на трассу. Глаза видели плохо, слишком много слёз стояло в них. Но я сдерживала их, дрожала, но не смела плакать. Терпела, пересматривая увиденное из раза в раз. В голове пульсировали обрывки видения: лицо Карлайла, искажённое болью, безжизненные глаза Джаспера, падающие один за другим волки. Эти образы преследовали меня, заставляя сжимать руль до побелевших костяшек. Я не знала, куда ехать, я не знала дороги. Я вдавила педаль газа, как будто это бы смогло привести меня в чувства. — Айлин.       Крики, вой волков, разрывающиеся тела вампиров их скрежет... — Айлин! — этот крик прозвучал словно гром среди ясного неба, заставив меня вздрогнуть и на мгновение оторваться от липких объятий видения.       Голос был болезненно знакомым, но настолько далеким, словно доносился из другого мира. Я попыталась сфокусировать зрение, расплывающееся от слёз, но видела лишь мелькающие мимо деревья и размытую серую полосу асфальта и поток редких машин.       Я почувствовала, как дрожь усиливается, охватывая всё тело. Руки скользили по рулю, а ноги отказывались подчиняться, то и дело вдавливая педаль газа до упора. Скорость росла, словно я пыталась убежать от преследующих меня кошмаров, но они, казалось, прилипли ко мне, как вторая кожа.       Резкий порыв ветра на соседнем сидении принёс с собой запах хвои и сырой земли. Этот запах напомнил мне лес, Джаспера… Я снова закрыла глаза, пытаясь унять поднимающуюся волну отчаяния.       Внезапно, прямо передо мной, возникли яркие огни. Я резко дёрнула руль, пытаясь избежать столкновения, но было слишком поздно. Машину занесло, она взлетела в воздух и с грохотом рухнула на обочину. Мир перевернулся, и сознание медленно стало угасать, оставляя меня наедине с криками, воем и разрывающимися телами, которые теперь навсегда поселились в моей голове.       Боль в теле была глухой. Я вцепилась в ткань чей-то куртки, думая, что это снег на том самом поле. Холод быстро проникал в каждую клетку, словно ледяные иглы вонзались в плоть. Я попыталась пошевелиться, но тело отзывалось лишь острой болью в груди и ноге. Открыв глаза, я не поняла, где нахожусь и кто подо мной. Ещё мгновение и меня подняли и прижали к себе унося в лес на безопасное расстояние. Я скукожилась, начиная всё-таки рыдать.       Воспоминания нахлынули с новой силой, смешиваясь с реальностью. Крики, вой, запах смерти и костра— всё это сплелось в единый, невыносимый коктейль. Джаспер… Его лицо, искажённое болью и острое осознание своей смерти.       Ничего не вижу из-за чёртовых слёз. Меня аккуратно усаживают у дерева. Очень темно, холодно и больно в сердце. — Эй-эй-эй, — холодные пальцы пытаются протереть мои мокрые щёки. — Айлин, посмотри на меня. Волны спокойствия вскружили голову. Голос… Джаспер? Я точно, как дитя, вцепилась в его куртку и вскинула голову к его лицу. Я протянула дрожащую руку, коснулась щеки. Кожа была холодной, но живой. Реальной. — Джаспер? — прошептала я, не веря своим глазам. — Да, это я, Айлин. Я здесь.       Он обнял меня, крепко прижал к себе. А я вцепилась в него, не желая отпускать. Я обещала себе, что ни за что его больше не потеряю. Никогда. Однако от увиденного, от слов Ванессы… Я опять стала реветь, громко и отчаянно. — Почему? Почему?! — повторяла я, глотая слёзы. — Айлин, всё хорошо. Я с тобой. Успокойся, всё позади, — перехватывая меня поудобнее, шептал Джаспер, поглаживая по спине.       Его слова звучали как мантра. Но как он мог говорить, что всё хорошо, когда в моей голове всё ещё звучал голос Ванессы, когда перед глазами стояли картины их смерти? Я чувствовала себя сломленной, раздавленной грузом видений и невыносимой утраты.       Я отстранилась от Джаспера, пытаясь сфокусировать взгляд на его лице. В темноте леса было сложно разглядеть детали, но я видела в его глазах беспокойство. Он был жив, он был рядом, и это было единственным, что имело значение в тот момент. Но как долго это продлится? Что ждет нас впереди?       Я глубоко вдохнула, пытаясь унять дрожь. У меня есть три дня. Всего. Три. Дня. Чуть отстранившись от Джаспера, я зажмурилась. — Айлин… Айлин, что ты…       Мои пальцы похолодели, сердце снова застыло. Теперь я видела его в этой темноте. Моё наречение внутри заискрилось, как бенгальский огонь. Джаспер смотрел на меня не понимающим взглядом. Нашла силы улыбнуться ему и притянуть его к своим губам. Поцелуй получился отчаянным, полным моей боли и страха. Я вкладывала в него всю свою любовь, всю свою надежду, все те чувства, что бурлили во мне, смешиваясь во что-то ядовитое. Я хотела запомнить этот момент, каждую секунду, каждое прикосновение. Потому что знала, что время неумолимо бежит вперёд…       Разорвав поцелуй, я вновь прижалась к нему, вдыхая его запах, чувствуя жар его тела, наше наречение перекатывающиеся искрой под кожей. Мне нужно было напитаться им, впитать его в себя, чтобы хватило надолго. На остаток своей вечности без него. Ведь я знала, что ждет меня впереди. «…Но имей в виду, тебе придётся предать своё наречение…» — Джаспер, — прошептала я. — Пожалуйста, пообещай мне кое-что.       Он слегка отстранился, вопросительно вскинув бровь. Наверняка мой эмоциональный спектр сбивал его с толку. — Что бы ни случилось, что бы ты ни узнал, помни, что я люблю тебя. Очень сильно люблю. Несмотря на твоё прошлое, несмотря ни на что. Пожалуйста, поверь мне.