Глава двенадцатая. Не идеально, но вместе...

      Оцепенение сковало меня, но это был необычный страх. Обычно в такие моменты хочется закрыть глаза и бежать, но сейчас я была словно парализована, заворожена и, конечно, напугана до смерти. Кусок жизни просто выпал из памяти. Я стала вампиром против своей воли, очнувшись на морском дне, прикованной к якорю нашей яхты. Но самое странное — Джаспер, снова ставший человеком, теперь прижимал меня к стене, вновь обратившись в вампира. Его черные глаза, казалось, поглощали мое сознание, которое вдруг съежилось до размеров горошины. Неизвестность, растерянность и внезапно проснувшаяся тяга — три чувства разрывали меня на части. Но опаснее всего была искра огня внутри, готовая вспыхнуть в пламя. — Отпустить говоришь?! — Джаспер встряхнул меня за плечи, пытаясь вывести из ступора.       Я попыталась отстраниться, но его хватка стала только крепче. Сталь мышц, невероятная сила, крайняя степень жажды… Я чувствовала её, исходящую от него вибрирующими волнами, словно от раскаленной технической печи. Эта не жажда крови, не жажда овладеть телом, как раньше, что-то совсем другое, более глобальное… — Я ничего не понимаю, — прошептала я одними губами и часто заморгала, впервые в жизни ощущая провал в памяти. — Правда.       Его взгляд стал острее, в этой черноте глаз можно потерять душу, если бы она была. Он медленно ослабил хватку, но отпускать совсем не спешил. Его пальцы скользнули по моим плечам, оставляя слабый, незримый след, почти неощутимый, но отчего-то болезненный.       Его лицо приблизилось. Я почувствовала его дыхание на своей коже — горячее, обжигающее. Жар его наречения, которое, казалось, грозилось уничтожить меня, смешавшись с моим. В его глазах мелькнула тень страдания, но она тут же исчезла, поглощенная мраком. Он наклонился, и я закрыла глаза, ожидая и предвкушая одновременно неизвестно чего. Хотела оттолкнуть его, но не могла пошевелиться. Хватило сил только закрыть глаза.       Но ничего не происходило. Лишь его тяжелое дыхание обжигало мою шею. Неуверенно я открыла глаза. Джаспер отстранился, словно боялся прикоснуться ко мне снова. Он резко дернул головой, как вчера, словно только так можно было прийти в себя, избавиться от напряжения. Он боролся с чем-то, и эта борьба была такой яростной, что по его лицу пробегали судороги.       Я сползла по стене, решив, что теперь можно и моргнуть. «С каких пор наречение стало таким? Или оно всегда было таким?» Джаспер отвернулся, и только по напряженной спине я понимала, что опасность еще не миновала. Застыв на месте, я пыталась его понять… Мое тело начало гореть, но я не чувствовала слепой похоти, как раньше. Было что-то еще, что-то, что пока ускользало от моего понимания.       Джаспер застыл вполоборота, плечи его тяжело вздымались и опускались. Я заметила, как он то сжимает, то разжимает кулаки, словно пытаясь удержать что-то рвущееся на свободу. — Джаспер, — мой голос прозвучал чужим, тихим, испуганным и потерянным. Он вздрогнул, но не повернулся. — Что случилось? Я уловила запах Элис и задалась вопросом, почему она не появилась раньше. Сейчас уже было слишком поздно. Я боялась любого дуновения ветерка, способного разрушить хрупкое равновесие. — Элис, не подходи, — прошептала я, надеясь, что Джаспер не станет заострять на этом внимания.       Наверное, мне следовало уйти самой. Но жар обжигал и плавил даже взгляд. Ноги стали ватными и не слушались меня. Время замерло. Я решила закрыть глаза, успокоиться и попытаться принять человеческий облик. Знала, что Джаспер бы это одобрил. Но после трех неудачных попыток оставила эту затею.       «Я не буду прикасаться к твоему сердцу, Джаспер. Мне легче встретиться с твоим зверем, чем потерять тебя снова», — вспомнились слова, сказанные всего пару часов назад. «Надо было его послушать, надо было сделать так, как он хотел… А не трусить сейчас, сидя на заднице», — мысленно корила я себя. — Джаспер, — позвала ещё раз, и изо рта повалил пар.       Он медленно повернулся. Глаза потемнели, стали цвета горького шоколада. Я едва заметно улыбнулась. Он справился с собой, теперь моя очередь. Осторожно поднявшись, я оперлась о стену. Каждый мускул протестовал, но я упорно заставляла тело двигаться. Но шагнуть не смогла — вампирские ноги подвели! Я споткнулась и едва не упала обратно, удержавшись лишь благодаря стене. Просто прижалась к ней. — Прости, — неожиданно сказал Джаспер, развернувшись ко мне. — Не бойся. Я подойду к тебе, ладно?       Я подняла на него взгляд, отмечая про себя: «кажется, он окончательно пришел в себя, это хорошо». Я просто кивнула. Тишина как будто сохраняла самообладание. Джаспер двигался медленно, каждое движение было выверено, как будто он шел по минному полю. Когда он подошел достаточно близко, я первая протянула к нему руку. Он не отшатнулся, не замер, позволяя мне коснуться его. — Ты уже горишь, — сжав мою ладонь сильнее, он очнулся полностью.       Он коснулся моих рук, лба, шеи. Подошел вплотную, и я обняла его, ища защиты. Холод его тела был невероятно приятным. — Просто поцелуй меня, — попросила я, мечтая избавиться от обжигающего жара.       Его тело заметно напряглось. Он снова боролся, но времени на это как будто не было. — Да твою ж, — отстранившись, я схватила его за плечи и притянула к себе, впиваясь в его губы.       Холодные… божественный лед. Я обхватила его шею, желая окунуться в прохладу. Но он не отвечал. Джаспер отстранился, мои руки продолжали цепляться за его мокрую футболку, как будто отпущу — и всё, жар меня прикончит. Его взгляд был серьезным и изучающим. Он смотрел на меня так, словно решал что-то важное. — Обратись, Айлин, — он старался скрыть свое волнение, но у него это плохо получалось. — Я не могу, не знаю почему. Не получается, — рой мыслей, подобно беспорядочным частицам, сталкивался в голове, и любая попытка зацепиться за хоть одну из них заканчивалась взрывом. — Тебе трудно меня поцеловать?       Джас на мгновение сомкнул веки и слабо улыбнулся. В этой улыбке не было ни злости, ни радости. Скорее, безнадежность. — Не в этом дело, — спокойно отозвался он, склонив голову вниз, а затем резко поднял, словно приняв окончательное решение. — Не позволяй мне сломить тебя, поняла? Твоё упрямство как никогда тебе понадобиться.       Джаспер нежно обнял меня за талию и, склонившись, подарил долгожданный ответ. От прикосновения по телу пробежала трепетная дрожь, заставившая меня вздрогнуть и отстраниться. Но Джас плотно прижался ко мне, пригвоздив к стене. Он вновь коснулся моих губ, настойчиво и крепко, но бережно. Поцелуй был полон вопросов, только задать бы их не получилось. Волна за волной захлестывала меня, дрожь прекращалась лишь под его силой. Не разрывая объятий, его руки начали изучать меня. В сознании вспыхнуло знакомое пламя желания, с готовностью идущее навстречу. Это было более привычно, безопасно и желанно, чем неизвестность. Это было то, чего я жаждала всем сердцем, но не позволяла себе раньше.       Прикосновения Джаспера быстро теряли свою первоначальную легкость и робкость. Он сжимал мое тело сильнее, прижимался плотнее. Но, казалось, и этого было недостаточно. Жар немного стих, словно Джаспер нарочно сдерживал себя, не переступая черту, необходимую для полного освобождения. Его губы не давали моим губам покоя. Ласкали, мучили, выпивали. Дышать было необязательно, но я всхлипывала, и это, казалось, доставляло Джасу удовольствие. «Почему он так со мной? Почему не покончит со всем разом?» — эти мысли возникали и тут же исчезали.       От губ он перешел к шее, а его руки мяли кожу под рубашкой. Когда его зубы слегка коснулись моей ключицы, я вздрогнула всем телом. Этот укус был не просто физическим ощущением, это был символ его власти, его принадлежности. В этот момент я принадлежала ему целиком и полностью. И мне это нравилось. Боже, как же мне это нравилось! Мои пальцы впились в его плечи, ища опору, чтобы не потерять себя. «Не дай мне себя сломить», — а ведь в таком состоянии я полностью завишу от него… — Джас, — прошептала я, мой голос дрожал от нахлынувшего возбуждения и жара.       Его имя вырвалось как мольба, больше похожее на призыв отдаться нахлынувшим чувствам, раствориться в этом водовороте, чем на просьбу остановиться. Это как капитуляция, полная и добровольная потеря контроля. Ответом был лишь утробный рык, вырвавшийся из его груди, и его прикосновения стали еще более настойчивыми. Казалось, он предвидел каждое мое желание, угадывая их прежде, чем я успевала их осознать.       Пелена перед глазами не проходила, но я заметила, как порозовела моя кожа. Меня охватило внутренним пламенем. Я действительно начинала гореть. Джаспер отстранился, и это вызвало почти физическую боль. Он окинул меня взглядом с головы до ног и обратно, задержавшись на моем лице. — Скажи, что не хочешь, чтобы я останавливался. Скажи, что хочешь продолжения, — его ладонь опустилась с моей шеи ниже.       Моя рубашка была распахнута. Его палец зацепился за бретельку лифа купальника. Одним движением он разорвал ткань, словно бумагу. Поставив колено между моих ног, Джаспер наклонился к моей груди, лаская соски прохладным языком. Я застонала, громко и нескромно. — Джас, — моё тело отзывалось на каждое его прикосновение сладким взрывом.       Я бесчисленное количество раз представляла нас вместе за последние годы. Но ни одна моя фантазия не могла сравниться с этой реальностью! — Джаспер, пожалуйста, — чуть ли не хныча. — Очень горячо.       Его губы снова завладели моими, на этот раз с еще большей страстью и неутолимой жадностью. Он целовал меня, словно желая поглотить всю, до последней капли. Но жар оставался прежним. Я сжала ноги, но его колено надавило на самое чувствительное место. — Терпи, — прозвучал его горячий, дразнящий шепот.       Я тихо завыла. Каждое его прикосновение, каждый поцелуй разжигал пламя сильнее до критической отметки. А потом он дразнил меня, не давая ему вырваться. Я чувствовала себя измученной этой пыткой.       Его пальцы скользнули ниже, к застежке шорт. Не церемонясь, он расстегнул пуговицу и опустил молнию, освобождая меня от ткани. Жар пульсировал между ног, требуя немедленного освобождения. Я подалась вперед, стремясь к его губам, но он отстранился, дразня меня еще больше. — Скажи, — прошептал он, глядя мне прямо в глаза. — Скажи, что ты хочешь.       Слова застряли в горле. Желание достигло пика, и я почти не могла вспомнить, как говорить. Но я чувствовала, что он ждет. Он хотел услышать это от меня и не собирался продолжать пока не получит ответ. — Я… я хочу тебя, — прошептала я, чувствуя, как стыд мешается с отчаянным рвением зайти дальше.       Уголок его губ приподнялся в усмешке. Я вцепилась в его волосы и притянула его губы к своим, показывая свою жадность. Не могу же я одна сгорать от страсти! Мне нужно было доказать, что мы оба в этом безумии. Мои руки скользнули под его футболку, сжимая твердую кожу. — Ты моя, — прошептал он, прерывая поцелуй, в его голосе звучала властная сила, лишающая рассудка. — Полностью, Айлин. Вся.       Его слова ударили в самое сердце, словно клеймо, выжигая принадлежность. И я не возражала. Наоборот, в этом был какой-то дикий, первобытный восторг. Что-то взорвалось внутри, утягивая тяжесть к низу живота. Что-то звериное проснулось во мне. Внутри меня что-то взорвалось. Зверь пробудился внутри меня. Мне хотелось кричать, кусать, забраться ему под кожу. — Как и ты, — голос звенел. — Мой, ты мой Джаспер.       Его глаза опасливо сверкнули. Я встала на носочки, оперевшись на его плечи. А он неожиданно спустился вниз к моим ногам. Помог выпутаться из шорт и откинул назад не глядя. — Да. Этих слов я и ждал, дорогая, — прошептал он, целуя меня в живот.       Его губы обжигали кожу, спускаясь все ниже, к самому центру желания. Я взвизгнула от неожиданности, когда он закинул к себе на плечо мою ногу, чтобы продолжить терзать меня языком по нежным складкам.       Все во мне кричало о нем, требуя большего. Нежности было мало, хотелось грубой, необузданной страсти, которая снесет все преграды напрочь. Я крепко прижала его голову к себе, испытывая жгучий стыд, возбуждение и внезапно — ощущение власти над ним. Глухо зарычав, он проник в меня сразу двумя пальцами, одновременно лаская языком мой клитор. Тело вспыхнуло, каждая клеточка затрепетала, и нога, на которую я опиралась, задрожала. — О боже, Джаспер! — простонала я, захлебываясь волнами наслаждения.       Пальцы судорожно вцепились в его волосы, удерживая его рядом, лишь бы он не прекращал. Снова ощущаю жар. Но ловлю себя на мысли, что готова сгореть дотла, лишь бы он не останавливался. В ушах стоял сплошной гул. Зрение потеряло четкость. Я прикусила палец, чтобы не закричать на весь остров, когда он довел меня до оргазма. Не успела прийти в себя, как он резко поднялся и жадно впился в мои губы, заводя руку за спину. Теперь он полностью поглощал сконцентрированный жар, до покалывания во рту. Вот для чего он мучил и изводил меня. Чтобы вытянуть все и сразу. — Вы стали крайне ненасытны, мэм, — прошептал он, уткнувшись в мой лоб своим.       В предвкушении, мои пальцы быстро расстегнули его джинсы. Джаспер удовлетворенно зарычал, запрокинув голову. Я тут же начала целовать его шею. Если жар утих, то желание полностью поглотить его никуда не делось. — Ещё не всё. Я всё ещё голодна, — без тени смущения в голосе.       Мои зубы слегка прихватили мочку его уха, и он вздрогнул. Власть над ним опьяняла. Я, словно хищница, учуявшая добычу, не могла остановиться. Мои руки скользили по его телу, изучая рельеф его мускулов. Он был идеален, словно выточен скульптором. Каждый мускул напряжен, каждая линия совершенна. Джаспер перехватил мои руки, прижав их к своей груди, чтобы что? Чтобы остановить меня? Это только раззадорило. Я толкнула его и в мгновение ока прижала к лежаку, оседлав сверху. В его глазах сквозило удивление и беспрекословное подчинение. Опьяняет. Как же это опьяняет! Хотелось уничтожить всех, кого он касался, кто посмел прикоснуться к моему! — Мой, — прорычала я, прижимаясь к нему.       Теперь моя очередь впитывать его. Вцепившись двумя пальцами в его челюсть, я вытягивала его наречение, смакуя его вкус на своих губах, словно какой-то обжигающий нектар. Чувствую себя ненасытной. Это во сто крат сильнее любой ревности, это скорее безумное желание обладать! Прогибаюсь в спине, удерживая свои руки на его груди. Опускаю голову и вижу почти янтарные глаза Джаспера. Замираю, наслаждаясь моментом. — Твои глаза, — прошептала я, не веря. — Они почти такие же как и раньше. — Как и твои, милая, — приподымается, придерживая меня. — Продолжим или на этом твои звериные инстинкты закончились?       Лукавая улыбка на его губах была соблазнительной. Но он по-прежнему чувствует свое превосходство. И в этот момент я потерялась — подчиниться или подчинить, что было соблазнительней я не могла определить. — А ты не боишься моих звериных инстинктов? — Я был бы рад однажды это почувствовать…       Разговор из далекого прошлого стал мне ответом на мою неожиданную жадность. Я толкнула его обратно на лежак и скопировала его ухмылку. Теперь мне стало все ясно. «Он спровоцировал меня, чтобы самому не сорваться? Значит, это и есть признаки овладевания? Этого он боялся?» — его безрассудство злило, но вместе с тем, я, наконец-то, начала его понимать. — Как бессовестно, — промолвила я. — А если я тобой овладею? Джаспер встал, удерживая меня на своих бедрах. Пару шагов, и мы оказались внутри яхты. Он посадил меня на стол, расположившись между моих ног. — Через пару лет ты вполне сможешь это сделать, а пока, — аккуратно убрав мои волосы назад, он продолжил: — сдерживай меня, не дай сломить твоей воли. Потому что сам я не справляюсь. Ты вечно поступаешь по-своему, не даешь мне и возможности вмешаться. Поэтому желание овладеть тобой крепчает с каждым днем. — Вот как, — промолвила я, понурив голову. — Так теперь будет всегда?              Нежное прикосновение его губ к моим волосам. — Милая, моя милая, Айлин, как только освобожу нас, мы уедем далеко отсюда от всех подальше и как нибудь уж решим вопрос кто кем завладеет. Оставим прошлое позади и все у нас будет в порядке.       Его слова звучали как обещание, как надежда на светлое будущее, где не будет места тайнам и недомолвкам. И я поверила, заулыбавшись. — Ты действительно уверен в этом? — прозвучал мой почти детский голос, когда я заметила ироничный блеск в его золотистых глазах. — Более чем, — прошептал Джаспер, нежно касаясь моей щеки кончиком пальца. — Я сделаю все возможное, чтобы ты чувствовала себя счастливой.       Я ответила поцелуем. Отдалась порыву, не в силах больше сдерживаться. И, честно говоря, не хотела. Поцелуй начался нежно, но вскоре Джаспер углубил его. Я ощущала, как напрягается каждая мышца его тела, и волна желания захлестывала меня. И самое приятное — это исходило больше не из-за предназначенности, а от моих собственных чувств, от естественной потребности быть рядом с любимым человеком.       Он отстранился, тяжело дыша. В его глазах пылал огонь, и я видела в них лишь одно — страстное желание. Желание, которое я полностью разделяла. — Я всё ещё голоден, — Джаспер притянул меня к себе и я почувствовала этот голод внутренней частью своих бедер. — Могу ли я утолить его?       Ответ был излишен. Он и так знал его. Скорее, это была дань вежливости. Его взгляд был полон обожания, и это лишало меня разума. «Как я могла прожить без этого целых пять лет?» — промелькнула мысль, когда я вновь встретила его губы. Джаспер был нежен в каждом своем движении, как будто боялся сделать что-то не то по неосторожности. А я горела от нетерпения, но не решалась торопить события. Вероятно, зря, потому что он вдруг резко отстранился и мгновенно накинул мне на плечи серый плед. — Мы не одни. Что-то случилось, — пояснил он.       

***

      Через пару минут, приведя себя в порядок, я увидела, что все уже собрались на палубе. Вид у Элис был болезненный. Джини держалась поодаль, словно пряталась. — Что случилось? — спросила я, невольно оказавшись рядом с Джаспером, державшем мои шорты. Я попыталась забрать их незаметно, но Элис заметила мой жест и слабо улыбнулась. — Айлин? — с сомнением уточнила Элис, пристально глядя на меня. — Эм, да, — я коротко взглянула на Джаспера, а потом на нее. — Почему ты это спрашиваешь? — Вместо тебя очнулась другая ты. И разговор у нас не заладился, — сухо пояснил он. — Позже расскажу.       Я хотела возразить, но Элис меня опередила. — Афинадора мертва, как и её ребенок, — выпалила она торопливо, и тут же рядом возникла Джини. — Ванесса тебя ищет, Айлин. — Черт, так и знала, что теряю тут с вами время! — зло процедила Джини. — Это еще не всё, — взгляд Элис на мгновение стал рассеянным. — Калеб был рядом, когда погибла Афинадора. Кайус жесток… — Он в порядке?! — в голове словно что-то перемкнуло. — Пока да, — Элис вздохнула. — Но Кайус… он убьет его. — Да к черту какого-то Калеба?! — вмешалась Джини. — Айлин, Ванесса тебя ищет и ты знаешь для чего. Время пришло!       Я понимала ее нетерпение. Согласно плану Ванессы, разработанному еще пять лет назад, сейчас я должна была вступить в игру. «Уничтожить всех гибридов, ослабить Вольтури, а затем напасть», — пронеслось у меня в голове. — Я знаю, Джини. Но сначала мы поможем Калебу, — произнесла я твердо, чтобы избежать дальнейших вопросов. Элис благодарно кивнула. — Я чего-то не знаю? — отозвался Джаспер. — Могу понять её, но не тебя Элис. Откуда такое рвение помочь вампиру, которого ты даже не знаешь?       Элис стушевалась, отвела взгляд в сторону как будто стеснялась в этой обстановке выдавать будущее, которое видела рядом с ним. — Он ее пара, — коротко ответила я за нее. — Знаю, что по воде было бы быстрее. Но мне не хочется быть дельфином. Джаспер, заводи мотор. Отправляемся немедленно.       Его изумило услышанное. Он проследил за мной взглядом, затем уставился на Элис, которая лишь сжала губы. Я чувствовала, как нарастает беспокойство. За пару часов нужно было продумать как заполнить слепое пятно, которое мы создали, а так же подумать над тем, как вытащить Калеба. И, наконец, принять тот факт, что я по сути стану детоубийцей. Не все гибриды были плохими, не все несли угрозу и, безусловно, никто не заслуживал смерти. Но выбора у меня, как обычно, не было…       Я вернулась в свою каюту и по привычке взяла пару пакетов с кровью. Жажды особой не было, но глаза… В душевой золотистый отблеск выдавал мою печаль. В дверях появилась Элис. — Спасибо, — промолвила она. — Не глупи. Калеб мне не чужой, — ответила я, открывая пакет и делая глоток. — Что случилось, пока я была без сознания? — Мы не могли тебя разбудить. Ты словно впала в кому, — сказала она, морщась от запаха крови. — Потом ты встала, но это была уже не ты. Это было… ужасно. Я почувствовала себя беспомощной. Мой дар не работал, все во мне заставляло подчиниться. Джаспер нас выгнал, и что было дальше, я не знаю.       Я вздохнула. Хуже всего — потерять контроль над собой, особенно когда внутри пробуждается что-то древнее. — Сделай одолжение, будь рядом с Джини, — попросила я, взяв еще два пакета для Джаспера. — Хорошо. И Айлин, я рада, что вы, наконец-то, поговорили с Джаспером, — вдруг произнесла она напоследок, а я вся загорелась — «поговорили», как раз слов между нами было меньше всего. — У нас… не всё идеально, но мы вместе, да, — я сказала это достаточно чётко, зная, что он тоже это услышит. — А ещё быть вампиром тебе очень идёт! Теперь весь гардероб тебе отлично подойдёт, — привычная и весёлая Элис, наконец-то показалась.       Яхту тряхнуло. Мы отплывали от острова, на котором я так и не побывала. Было горько, что у меня не получилось даже дня отдохнуть нормально… Я нашла Джаспера в кокпите. Он был полностью сосредоточен на маршруте, постепенно увеличивая скорость движения. Молча протянула ему два пакета с кровью. — Спасибо, — поблагодарил он, открывая первый.       После случившегося тишина казалась неловкой. В голове все еще всплывали обрывки последних часов, как сцены из странного фильма для взрослых. Джаспер выпил кровь и откинулся на спинку сиденья, закрыв глаза. На его лице читалась усталость, хотя он и пытался скрыть это. Я понимала, что ему сейчас не легче, чем мне. — Расскажешь почему не поладил с моей половиной?       Джаспер поморщился, словно от зубной боли. — Она не хочет вмешиваться. И пробуждаться не планировала. Но ты была настолько слаба, что вытеснила её. Я так думаю. Её это, мягко говоря, разозлило. Плюс ей не по нраву наше с тобой наречение и то, что мы не можем с ним справиться. — А как я оказалась на дне моря? И почему она обратила тебя в человека? — Думаю, чтобы у меня не осталось выбора, — он повернул голову в мою сторону. — Ей легче допустить овладевание, чем ждать, когда у нас с тобой всё наладится. Обратила меня в человека, чтобы не смог помешать. А ты, видимо, обратилась, чтобы не испытывать боли. — Я не могу обратно обратиться в человека, — призналась я. — Возможно, это тоже временно и было сделано ею намеренно.       Не выдержав его взгляда, я опустила голову на приборную панель. Тишина снова стала гнетущей и неловкой. Овладевание, подчинение воли другого вампира… Если смотреть на нашу пару со стороны, это желание вполне рационально. Эта мысль была настолько пугающей, что хотелось закричать. Я попала в эту историю, как муха в паутину. — Не волнуйся, мы справимся, — Джаспер мягко улыбнулся. — Просто не нужно друг друга провоцировать. И постепенно вернём нашу связь к былой тяге. По понятным причинам мы оба хотим защитить друг друга, но оба весьма упрямы и поступаем по-своему. Чтобы этого не было, нам надо научиться доверять. И тогда не будет соблазна подавлять воли. — Я… — озвучить свою мысль было сложно и стыдно, но желания понять до конца оказалось сильнее. — Я сейчас не чувствую влияние наречения. Раньше рядом с тобой даже стоять было сложно.       Джаспер улыбнулся шире, наверняка утопая в моём смущении. — Я вобрал весь твой скопившийся жар разом, а ты испробовала мой. Поэтому наш разум чист, полагаю, — простой ответ, а сколько эмоций внутри.        — И что теперь будем делать? — прошептала я, не поднимая головы. — Теперь? Быть вместе, Айлин, — Джаспер вздохнул. — Я не могу контролировать действий второй твоей половины. И не могу обещать, что она не попытается сделать что-то еще. Я в ловушке, как и ты. Но пока между нами гармония, всё будет хорошо.       Подняв голову, я встретилась с его взглядом. В нем была неприкрытая тоска и бессилие, однако и присущая ему уверенность. Он действительно был в ловушке. Предсказать следующий выпад моей половины было невозможно даже ему. — А если я… если я уступлю ей? — вопрос сорвался с губ непроизвольно. — Я действительно исчезну?       После разговора в доках, который я помню как сон, я стала бояться. «А что если использовав свою силу для убийства гибридов, я невольно сломаю стену между нами». Джаспер покачал головой. — Уверен исчезнешь, её сущность сильнее. Но я не позволю этому случиться. И радует, что она сама не горит желанием быть в нашем обществе. — А о каком плане вы говорили? — опять же вспоминая в разговоре призрачные намёки, спросила я.       Джаспер потянулся ко мне и нагло украл мой поцелуй. — О моём, — облокотившись на спинку кресла, произнёс он. — Ты должна пообещать кое-что. — Твои эти игры… — протянула я, смутившись его хитрой улыбки. — Какие игры? — притворно удивился Джаспер, продолжая сверлить меня взглядом. — Это не игра, это необходимость. Ты должна пообещать, что доверишься мне. Полностью. Без колебаний. Даже если тебе покажется, что я веду себя странно или делаю что-то, что тебе не нравится. Ты должна верить, что я знаю, что делаю.       Я сглотнула на рефлексах, чувствуя, как нарастает напряжение. Доверие — это самое хрупкое, что сейчас у нас есть. — А просто рассказать, что задумал? Ну, чтобы я хотя бы была готова. Говорить о доверии между нами, но при этом скрывать план действий... Не считаешь, что ты сам себе противоречишь?       Джаспер вздохнул, его взгляд смягчился, но твердость в нем никуда не делась. Он взял мою руку в свою, переплетая наши пальцы. — Если бы все было так просто, поверь, я бы не стал играть в эти загадки. Чем больше ты знаешь, тем уязвимее становишься. Большое количество информации, знаешь ли, плохо на тебя влияет. Мой план… он рискованный, даже безумный, да. И чтобы он сработал, мне нужна твоя безоговорочная вера. Сомнения и страх могут все разрушить. А ещё Ванесса.       Мне не нравилось то, что он предлагал. В груди разлилось неприятное предчувствие. Слова Джаспера звенели набатом, предупреждая о надвигающейся буре. Я чувствовала, как внутри меня поднимается волна паники, желание бежать, спрятаться, избежать грядущего. Но на кону уже была не только моя семья. — Хорошо, — выдохнула я, стараясь говорить как можно увереннее. — Я обещаю. Но только скажи мне одно. Этот план… он включает в себя риск для тебя?       Джаспер замялся, избегая моего взгляда. Этого было достаточно. Внутри всё болезненно сжалось. Всё что я делала было лишь для того чтобы защитить и огородить его от опасности. — Обещай мне, что ты будешь осторожен, — прошептала я, сильнее сжимая его руку. — Что бы ты ни задумал, обещай, что вернешься ко мне целым и невредимым.       Он наконец посмотрел мне в глаза. Я ощутила его любовь и решимость каждой клеточкой своего тела. — Обещаю, — прошептал он в ответ, притягивая меня к себе для еще одного, теперь уже более нежного поцелуя. — Я всегда возвращаюсь. Я никогда больше не оставлю тебя одну. — И все равно, я хочу знать, что ты задумал. Не хочу повторять прошлых ошибок. Только представь, а если что-то пойдет не так? — Возможно, ты права. Не знаю. Я расскажу, но не дай бог, ты что-нибудь выкинешь, — его глаза моментально потемнели на пару тонов.       Я обрадовалась, не испугавшись смены его настроения, так как теперь понимала, как его вернуть. Одну руку положила на сердце и высказала: — Майор, мной не обязательно овладевать, чтобы получить беспрекословное подчинение вашим указам, — протараторила я.       Джаспер рассмеялся и усадил меня на свои колени, опять вынуждая меня чувствовать себя маленькой и беззащитной. Но как оказалось усадил он меня не для нежности, а для крепкого, глубокого поцелуя. — Напоминаю, я всё ещё чертовски голоден, — прошептал он в губы.       Я прижалась к нему еще сильнее, мечтая о покое с ним, где мы смогли бы утолять все свои желания. В нашем доме, окруженный лесом и природной тишиной. — Но для начала расскажи-ка мне как твой бывший муженёк оказался парой для Элис, — в словах «бывший муженёк» сквозило неприязнью, кажется он будет ещё очень долго припоминать это.       Я рассмеялась, тихонько хлопнув его по груди. Но Джаспер взял мою ладонь и нежно поцеловал мои пальцы. — Справедливость вселенной, слышал о таком?