Глава 3

— Мам, да, я помню. — Просто не затягивай с решением, ладно? Они ждут ответа до конца месяца. Это отличная возможность, Ники. Такие не падают с неба. Она слышала этот тон не в первый раз — как будто всё внутри него уже решено. Не агрессивный, но уверенный. В детстве это казалось надёжным. Сейчас — как будто тебя аккуратно подталкивают туда, куда ты не хочешь идти. Ники молчала секунду дольше, чем нужно. — Я подумаю, — спокойно ответила она. На том конце повисло молчание, а потом привычное: «ладно, целую» — и короткий гудок. Телефон остался на столе. Ники не двигалась. Иногда разговоры не заканчивались — они просто выдыхались. Словно кто-то погасил свет в комнате, и ты стоишь с пустыми руками в темноте. Она встала, открыла окно. Улица была прохладной, пахла чем-то солёным и весенним — может, морем, может, просто влажной плиткой. Ники подумала, что не хочет быть дома. Не потому что плохо, а потому что где-то должно быть легче. Иногда, чтобы мысль дошла до конца, нужно просто выйти за порог. Она надела куртку, убрала волосы под капюшон и вышла. ⸻ Они встретились не сразу. Сначала был город: мимо проехал велосипед с коробкой пиццы, кто-то ругался у банкомата, пожилая пара держалась за руки у светофора. Всё двигалось. Она свернула в переулок, где никогда не бывала, — просто наугад. Не по карте. Там, между двух пекарен, стояло небольшое кафе. Стеклянная дверь, деревянная табличка с расписанием, и кто-то внутри играл на пианино — едва слышно, будто пальцами по ветру. Внутри было полупусто. Бариста читала, не поднимая глаз. Кофе пах корицей. Ники выбрала столик у окна и заказала латте. И только потом, уже с кружкой в руке, заметила его. Он сидел за другим столиком, ближе к выходу. Рядом — бутылка воды, чёрный блокнот, ручка. Йост. Он что-то записывал, взгляд был сосредоточен, будто никого вокруг нет. Они встретились глазами. Совсем на секунду. Он кивнул. Не с улыбкой, не с каким-то значением. Просто — узнал. Ники ответила так же. И всё. Она не почувствовала волну. Не подумала: «Вот, снова». Просто удивительно, как иногда мир складывается из повторов. Как будто в нём всё время что-то немного подталкивает к нужному месту. Она сделала глоток кофе. Йост что-то черкнул в блокноте, посмотрел в окно. И никто никуда не спешил. Ники медленно сложила книгу и собиралась уже уйти, как вдруг почувствовала, что взгляд Йоста снова направлен на неё. Она сделала шаг назад и почти неосознанно повернулась в его сторону. — Привет, — выдохнула она, пытаясь звучать спокойнее, чем чувствовала. Он поднял глаза и улыбнулся — искренне и без всякой натянутой вежливости. —Привет, приятно видеть тебя здесь. — Я просто… не хотела уходить, не поздоровавшись. — Это хороший повод задержаться, — ответил он и жестом показал на пустой стул. Она медлила, пытаясь решить, стоит ли садиться. Внутренний диалог разбился на тысячу мелких сомнений, но в итоге она кивнула и присела. — Значит, ты — та самая девушка, которая любит сидеть с книгой и смотреть в окно? — пошутил он. Ники улыбнулась, почувствовав, что неловкость немного уходит. — Можно сказать и так. А ты? — Я тот, кто прячется за экраном ноутбука, пытаясь найти вдохновение в шуме этого места. — Сложно? — Иногда. Но иногда именно шум помогает услышать тишину внутри. Они говорили тихо, почти шёпотом, словно боялись нарушить хрупкое спокойствие, которое вдруг возникло между ними. — А у тебя есть какой-то свой способ уйти от всего? — спросила Ники, глядя на кружку в руках. — Иногда — прогулки, — Йост улыбнулся, — без плана, просто идти туда, куда ноги ведут. А ты чем занимаешься, когда не учишься? — Ну, читаю, гуляю, иногда рисую. Вот как сегодня. — Рисуешь? Не ожидал. — Не так чтобы профессионально, но помогает расслабиться. —Звучит здорово. Как насчёт того, чтобы как-нибудь показать мне свои рисунки? — Если попросишь, — сказала она с лёгкой усмешкой. — Учти, я умею быть настойчивым. Они обменялись взглядами и на мгновение между ними повисла лёгкая тишина, наполненная взаимным интересом. — Если ты не будешь смеяться, — тихо сказала она. — Ни за что. Обещаю, я плохой критик, но хороший слушатель. — Ну хорошо. — Ты часто ходишь в такие места? — спросила Ники, глядя на него. — Не особо, — ответил он, не отрываясь от кофе. — Скорее редкий гость. — Тогда ты здесь случайно? — Может быть, — улыбнулся он. — Обычно мне по душе что-то более шумное, где много людей и движуха. — Правда? А почему тогда в тихое кафе заглянул? — Иногда хочется сбежать от всего этого шума, переключиться. — Понятно, — кивнула Ники. — Интересно, чем же ты занимаешься, если обычно выбираешь такие места? Он на мгновение задумался, потом слегка улыбнулся. — Работа связана с музыкой, можно сказать. Много шума, много света. Ники приподняла бровь. — Значит, ты музыкант? — В каком-то смысле, — ответил он загадочно. Она улыбнулась, понимая, что ещё не всё раскрыто. — Иногда просто хочется уйти от всего этого, — ответил он. — Немного тишины и обычной жизни. — Понимаю, — сказала Ники. — Значит, ты не совсем из тихого мира? — Можно и так сказать, — пожал плечами он. — Но не жалуюсь, в этом тоже есть своя прелесть. Ники задумалась на мгновение, потом спросила: — А как ты вообще начал этим заниматься? — Случайно, — усмехнулся он. — Вроде как в детстве, просто музыка была рядом. А потом понеслось. — И как сейчас? Всё устраивает? — Не всегда. Бывает тяжело, иногда хочется сбежать. Но в целом я люблю то, что делаю. Она улыбнулась, чувствуя, что за его словами есть что-то настоящее, не приукрашенное. — Тогда, может, стоит больше отдыхать? — предложила она. — Вот с этим сложнее, — вздохнул он. — Но я стараюсь. Йост ненадолго замолчал, крутя в пальцах ручку от сахарницы. Потом вдруг посмотрел на неё чуть внимательнее, почти прищурившись: — А ты чем живёшь, кроме учёбы? Что тебя держит на плаву, когда всё достаёт? Ники слегка удивилась вопросу — он прозвучал просто, без наигранной глубины, но в точку. — Сложно сказать… — она задумалась. — Иногда просто желание не потеряться в этом всём. А иногда — музыка. Или книги. Или люди, которые случайно оказываются рядом в нужный момент. Йост кивнул. — Понимаю. У меня так с музыкой. И с некоторыми людьми. Но реже. — Ты выглядишь, как человек, который больше даёт, чем берёт, — заметила она. Он усмехнулся, откинувшись на спинку стула: — Или как человек, который просто не умеет просить. — Это немного знакомо, — Ники слегка наклонила голову. Йост вдруг посмотрел на неё с лёгкой усмешкой. — Знаешь, не думал, что разговор в кафе закончится почти философией. — А ты сам начал, — поддела его Ники. — Ну ладно, — рассмеялся он. — Тогда, чтобы разбавить: если бы тебе дали выбрать только одно — пиццу или суши до конца жизни? Она рассмеялась: — Пиццу. Однозначно. А ты? — Суши. Пицца — это слишком серьёзно. — Серьёзно? — усмехнулась Ники, делая последний глоток кофе. — Пицца — это надёжно. Тесто, сыр, всё по-честному — А суши? — Йост чуть склонил голову. — Суши — это настроение. Их нужно заказывать, когда ты в хорошем духе и готов к экспериментам. — А ты часто готова к экспериментам? Ники усмехнулась и кивнула в сторону своей чашки: — Ну, видишь, сегодня выбрала кофе без сахара. Это почти бунт. Он рассмеялся — коротко, но искренне. — Ладно, это впечатляет. Значит, в тебе живёт скрытая рок-звезда? — Нет. Скорее, бухгалтер с кризисом идентичности. Он потянулся к своей чашке, задумчиво глядя в окно: — Иногда я захожу в такие места, просто чтобы наблюдать. Люди, разговоры, шум кофемашины. В этом что-то есть… спокойное. — Но ты же с музыкой связан, — заметила она, — тебе ведь шум — привычное дело? Он чуть улыбнулся, не сразу отвечая: — Музыка — это не всегда шум. Иногда именно паузы звучат громче всего. Она осторожно посмотрела на него. — Ты выступаешь где-то? Йост приподнял брови, но не удивлённо — скорее, оценивающе: — Бывает. Иногда в клубах, иногда на фестивалях. Всё зависит от того, как сильно хочу выбросить всё, что копится в голове. — Интересно. А я вот максимум могу покричать в подушку. — Тоже способ, — он кивнул. — Главное — чтобы сработало. Она чуть усмехнулась, опустив глаза. Ей почему-то казалось, что этот разговор мог закончиться в любой момент… но она не хотела, чтобы он заканчивался. — У тебя есть любимое место? Не для выступлений, а просто — где хорошо. Йост задумался. Потом медленно произнёс: — Да. Но если расскажу, оно перестанет быть моим. — Тогда не рассказывай, — мягко ответила Ники. — Просто хорошо, что оно есть. Он улыбнулся — не широко, а чуть-чуть, но искренне. А потом вдруг спросил.— А ты? — Что — у меня есть? — Место. Или хотя бы мысль о нём. Ники задумалась, но не ответила сразу. Вместо этого она скользнула пальцем по ободку своей чашки, будто пытаясь вытащить из неё правильные слова. — Иногда мне кажется, что моё место ещё не нашлось. Но, может быть, я к нему иду. Йост не ответил. Просто смотрел на неё — чуть дольше, чем обычно принято. И в этот момент она подумала, что, может быть, иногда чужие глаза — это тоже временное место. Безопасное. Он чуть повернулся, чтобы допить остатки своего напитка, как в кармане зазвонил телефон. Глухой виброзвонок слегка пробрался сквозь шум кафе, и он, извинившись взглядом, достал смартфон. Увидев имя, он чуть прищурился.— Прости, — сказал он, не вставая. — Нужно ответить. — Конечно, — кивнула Ники, отодвигаясь чуть в сторону, чтобы дать ему пространство. Он ответил и заговорил, не слишком громко, но быстро. В голосе появились другие интонации — деловые, чёткие. Ники наблюдала за ним краем глаза, чувствуя, как между ними снова появляется пауза — уже настоящая. Через минуту он закончил разговор, отключился и убрал телефон в карман. — Извини, — повторил он, на этот раз уже устало. — Мне нужно бежать. Репетиция. — Репетиция? — переспросила она с лёгкой полуулыбкой, будто собирая в голове пазл. — Значит, всё-таки артист? Он не стал отрицать. Только чуть наклонил голову, будто признавая очевидное. — Что-то вроде, — мягко сказал он. Он встал, накинул куртку, и на секунду замешкался. Потом вдруг достал телефон и, чуть прищурившись, спросил. — Может, обменяемся номерами? Вдруг когда-нибудь опять выберем одно и то же кафе. Но уже не случайно. Ники протянула ему телефон — неуверенно, но без лишнего напряжения. Он взял его двумя пальцами, словно опасался уронить, и быстро что-то набрал. — Вот, — сказал, передавая обратно. — Добавил себя. И… поставил смайл. Чтобы не забыть, кто тут самый обаятельный. — Скромность — твоя суперсила, да? — Это и любовь к хорошему кофе, — усмехнулся он. Она не стала отвечать — просто открыла сообщения, быстро набрала: «Теперь и у тебя есть мой номер :)» Через секунду его телефон завибрировал в кармане. Йост достал его, мельком взглянул на экран — и улыбнулся. Не слишком широко, не нарочито. Просто тепло.