Глава 3: уже здесь.

«Ничто так не нужно молодому человеку, как общество умных женщин»

ЛЕВ ТОЛСТОЙ

«Война и мир»

      Пик.              О, Кризалис. Я скучала.

      Кризалис

      — Будь осторожнее.       И об этом мне говорит человек со странным именем, который оказался в нужном месте и в нужное время, а еще явно знает обо мне больше, чем я сама?       Я медленно опустила телефон. За окном, в темноте ночного города, на мгновение мелькнула тень — высокая фигура в чёрном, с капюшоном надвинутым на лицо. Кризалис?       Но когда я моргнула — её уже не было.

***

      Сегодняшний день начался как обычно — с визита в Правительство. Москва встретила меня бесконечными пробками: вчера перекрыли пол-центра, чтобы лидеры СНГ могли спокойно проехать из аэропорта в Кремль. Сегодня у них переговоры с нашим президентом.       А я опаздываю. Неприлично опаздываю.       Когда машина наконец подъехала к зданию, перед нами уже стояли десятки машин скорой, пожарных и ОМОНа. Сирены резали воздух, люди в спецодежде метались между трупами, накрытыми плёнкой.       И тут — звонок. Моя помощница.       — Мико, вы где?!       — Уже здесь. Что случилось?       — Теракт.       Одно слово — и мир сузился до размеров экрана телефона.       — Жертвы?       — Все, кто был внутри. Каменный. Ваши замы. Уборщицы. Все.       Я вышла из машины. Ветер донёс запах гари и чего-то едкого — пластика, крови, пороха. На стене, там, где ещё утром висели герб и флаг, теперь краснели размашистые буквы:

«ВРЕМЯ ПЕРЕМЕН»

***

      — Как вы считаете, это война?       — Это лишь развалившаяся система. Ничего более.       — А кто за этим стоит?       — Глупцы. Те, кто не верит в перезагрузку системы.       

***

      Кусочек интервью с журналистом на всех экранах страны. Скорбь. Вместо переговоров — похороны. Я еду в офис. Снова в розовом Ferrari, снова с Волковым.       — Прости за вчерашнее. Не стоило это говорить тебе это на набережной.       Дождь стучал по крыше автомобиля. В голове гудело: «Все мертвы. Каменный. Замы. Все».       — Это вы? — спросила я, не глядя на него.       — Шутишь?       Олег включил запись с камер наблюдения. На экране — зал заседаний. Чиновники сидят за столом, президент Каменный подписывает указ. И вдруг — резкий звук, как треск ломающегося стекла. Люди хватаются за шеи. Кровь из носа, рта, глаз. Через 15 секунд все лежат без движения.       — Нейротоксин. Распыление через систему вентиляции. Пожар. Это начало переворота, про которое я тебе говорил. Ты — пешка, а ныне первое лицо государства. Их цель — устранить тебя. Сегодня — не вышло, завтра — погибнешь, если останешься президентом. Можешь уйти с должности и заняться их истреблением, чтобы захватить власть.       — То есть, зайти со стороны захватчика?       — Да. Иначе ты не сможешь их убрать. Тем более, как женщина в патриахальной системе.       Дальше мы ехали молча. Тишину разбавляла лишь музыка:

Море обнимет, закопает в пески

Закинут рыболовы лески

Поймают в сети наши души

Прости меня, моя любовь

Поздно, о чём-то думать слишком поздно

Тебе, я чую, нужен воздух

Лежим в такой огромной луже

Прости меня, моя любовь

Джинсы воды набрали и прилипли

Мне кажется, мы крепко влипли

Мне кажется, потухло солнце

Прости меня, моя любовь

      — Кто такой Гром? — мои слова напугали Олега, он дёрнул пальцами правой руки, но продолжил движение как ни в чем не бывало.       — Игорь Гром. Полицейский. С него начинался «порядок» в Питере. Потом он попал в психбольницу к Рубинштейну, где был Разум раньше. Якобы в Громе присутствует перевоплощение птицы Серого. Туда ещё троих психов пригласили, чтобы сравнить, но потом они сбежали. Никто не знает, где они. Грома нужно устранить. Он может мешать.       Машин стало больше. Городской шум угнетал обстановку.       — А как ты стала министром и председателем Правительства, если 16 лет жила в Нидерландах?       — Слышал историю про изобретение лекарства от рака?       — Слышал. Сама в это веришь?       Я не верила его словам. Мне кажется, что он шутит и сам не воспринимает то, что говорит. Но факт остаётся фактом: мой отец заплатил огромную сумму для того, чтобы никто не знал о прошлом месте жительства. Тогда я легко смогла возглавить министерство здравоохранения, а после — Правительство.       — Молчишь? — голос Волкова подрывает тишину.       — Ты знаешь правду.       — Ты всегда шла против коррупции, но заняла кресло чиновника, заплатив. Смысл?       Я не знаю что ответить. Он загнал меня в тупик и не дал шанса выбраться. Потому что отцу так захотелось?       — Тебе передали, — Олег протягивает мне свиток из плотной бумаги. Её будто достали из Древнего мира. Концы обгорели и похоже, их достали из самого пепла.       Я раскрыла свиток. Это было обращение Каменного к тем, кто будет занимать должности погибших чиновников. Слова написаны едва пишущей ручкой с чёрными чернилами, в которые попала гарь:

«Да будет так, что мы погибнем. Жизнь рано или поздно заканчивается. Дорогие потомки, будьте смелее. Без вашей силы — стране не бывать. Не гонитесь за властью. Любите каждый момент. Следите за изменениями в мире. Они подскажут путь к правде. Н.К»

      — И что мы будем делать? — мне хотелось верить Каменному. У нас есть только слоган террористов, запись с камер и этот свиток. Возможно, ФСБ бы нашли преступников быстрее, чем мы, если бы у них была информация от Олега. Все таки в группу входят его бывшие напарники.       — Сделай официальное заявление об уходе. Весь интерес к тебе пропадет. Потом нарядимся в «ЧД» и поищем информацию в архивах Августа. Там все есть.       

***

      Через час мы были в моем офисе. Архивы находились в секретном помещении, куда вход был возможен после проверки беометрических данных. Там я ни разу не была, но каждый богатенький человек знал: там можно найти все данные про них.       — Где он хоть находится? — мы с Олегом проходим на первый этаж офиса. Много людей, лестниц, дверей.       Я включаю смарт-часы. Изображение транслируется в воздух и позволяет просматривать большое количество информации за секунду. Открываю план офиса, в поиске ищу архив. -4 этаж.       — А это что рядом?       — Лаборатория HOLT.       — У нее же отдельное здание?       — Места не хватило.       Мы проходим вниз, проводим контроль и, как надо было, система не впускает Волкова.       — Марго, найди данные о Громе.

И. К. ГРОМ.

Родился: 04.01.1990 года.

      Возраст: 39 лет

Место рождения: г. Санкт-Петербург.

Имеет звание майора полиции, в 2022г. победил культ «Чумного Доктора», в результате которого С. Разумовский был отправлен на лечение в психиатрическую лечебницу на лечение в В.С. Рубинштейну. В 2023г. И. К. Гром одержал победу над О. Волковым («Призраком»), в результате чего был осуждён по статьям: 286 УК РФ «Превышение должностных полномочий» и 167 УК РФ «Умышленное уничтожение и повреждение имущества», а

был отправлен на лечение в психиатрическую лечебницу к В. С. Рубинштейну. В ходе лечения проводились опыты над личностью И. К. Грома и тремя приглашёнными, прозванными «Поэтом», «Огнепоклонником» и «Кризалисом». В настоящее время проживает в г. Санкт-Петербург.

      Кризалис.       Игорь Гром.       Связаны?

***

      — Зачем он вам? — я выхожу из архива, сохранив информацию об Игоре на часы.       — Он жизни разрушил. Почему он живёт спокойно, а тысячи людей погибли? Справедливо?       6 лет назад я потеряла брата. 6 лет назад я приехала в разрушенный Санкт-Петербург, чтобы сделать жизнь лучше. Но что в итоге? Население становится меньше и меньше, проходит истребление чиновников, полиция бездействует. Это по-вашему справедливость?       — Олег, у тебя есть имена наёмников, с которыми ты работал?       — Скину.       Я кивнула, и мы попрощались. Нужно встретиться с Кризалисом. Узнать о нем больше. Он, вероятно, знает больше, чем говорит.       Звонок.       — Привет, мы можем сегодня встретиться?       — Разве у вас нет работы?       — У нас день скорби.       — О’кей, где?       — 55.912835, 37.729074. 23:00.       

***

      На координатах — старый промышленный квартал Москвы. Заброшенные цеха, ржавые гаражи, разбитые фонари. Ветер гнал по асфальту пластиковые пакеты и обрывки газет с моим лицом на первых полосах.       Я припарковалась за углом, натянула капюшон и проверила оружие в кобуре. Пистолет и уникальное оружие HOLT, оставшееся после смерти Августа. Оно создано по типу меча с лазером, но с электронами, которые могут прожечь любую поверхность.       Тени удлинялись. Где-то вдалеке лаяла собака.       — Опоздала на семь минут.       Голос раздался прямо за спиной. Я резко обернулась — Кризалис стоял в двух шагах, руки в карманах, чёрные глаза без эмоций. Шрамы-звёзды казались глубже, почти синими в свете уличного фонаря.       — Пойдем, — мы зашли в один из заброшенных заводов, где расположена тайная база HOLT. Дверь скрипела, внутри пахло машинным маслом и чем-то сладковато-гнилым. На стенах висят мониторы, где изображение передавалось с камер наблюдения. Квартира Разумовского и Волкова, мой офис, вид на здание Правительства, сводки новостей, уличные камеры, полицейские частоты, — Здесь безопасно.       Я включила запись с камер у здания Правительства за 10 минут до терракта.       — Ты знаешь их.       Он снял худи. Вокруг живота тянулся шрам.       — Я один из них. Нейротоксин не может вызвать огонь. Но тот, кто разжигает ооонь одним прикосновением, — мог. Слышала об Огнепоклоннике?       Я замерла.       — Нас троё: я, Поэт и Огнепоклонник. Мы втроём были подопытными у Рубинштейна. Пять лет назад в психлечебнице мы устроили бунт и сбежали. Я в порыве гнева распорол живот и несколько дней находился только в лежачем положении с открытыми органами. Потом нашёл людей, которые были готовы мне помочь. Так появилась команда «Гром», где находятся вымученные жизнью люди. Но я бросил их, когда они стали строить планы захвата власти. Теперь меня ищут.       Я не могла дышать. Правда ли это?       — Меня зовут Владимир. Я работал тренером по футболу для ребятишек, пока у меня не нашли диссоциативное расстройство…       Его голос дрогнул.       — Теперь я здесь. Если нас найдут — мы оба умрём.       Тьма за окном сгущалась. Где-то вдали завыл ветер.       — Значит, война уже началась.       Тишина повисла между нами, густая, как дым после взрыва. Глаза Кризалиса — чёрные, бездонные — изучали моё лицо, будто пытаясь прочесть решение, которое я ещё сама не приняла.        — Ты понимаешь, что если они убили Каменного, то тебя даже не станут брать в заложники, — наконец сказал он. — Ты — гвоздь, который нужно забить.       Я сжала кулаки.       — Почему ты пришёл именно ко мне?       — Потому что ты единственная, кто ещё может это остановить. Как?       — У тебя есть доступ к HOLT. К архивам. К оружию. А главное — ты уже в игре.       Я провела пальцем по пистолету, оставшегося от Августа. Холод оружия напомнил мне, что я не просто чиновник.       — И?       Кризалис подошёл к монитору, вывел на экран карту города. Три красные точки пульсировали в разных районах.       — Это они. Огнепоклонник, Поэт и мы с тобой.       Ветер завыл в разбитых окнах, и на мгновение мне показалось, что в темноте мелькнуло пламя.       — Они готовят новый удар, — прошептал Кризалис. — Скоро.       — Где?       — Там, где соберутся все, кого они хотят уничтожить.       Моя рука задрожала.       — Саммит СНГ. Завтра.       Он кивнул.       — Если они добьются своего, страна останется без руководства. Погибнут и лидеры стран СНГ, и замы президента по федеральным округам. Начнётся хаос.       Я резко развернулась к выходу.       — Куда ты? — Кризалис схватил меня за руку.       — Предупредить своих.       — Твои «свои» уже среди них.       Я замерла.       — Кто?       — Не знаю. Но утечка идёт сверху.       Я закрыла глаза.       — Тогда что ты предлагаешь?       Кризалис достал из кармана маленькую бумажку.       — Там есть имена важных нам лиц. Пробей в архиве HOLT. Все данные про них давно забиты. Включая тех, кто стоит за этим переворотом.       — И?       — Мы находим их первыми.       Я медленно взяла бумажку.       — Почему я должна тебе верить?       Он усмехнулся.       — Потому что у тебя нет выбора.       За окном раздался гул двигателей. Чёрные внедорожники резко остановились у входа.       — Они нашли нас, — прошептал Кризалис.       Двери распахнулись.       Темнота взорвалась вспышками фонарей.       — Время перемен, — сказал он и исчез в тени.       Я осталась одна.       С чипом в руке.       С мечом за спиной.       С войной, которая уже здесь.