Глава 7 : Первые Шаги в Лабиринте

Глава 7 : Первые Шаги в Лабиринте Утро: Тень за Завтраком На столе в углу гостиной Когтеврана, куда никто не сел добровольно, Эрида обнаружила аккуратный стопок книг в идеальном состоянии: «Тысяча магических трав и грибов», «Книга зелий для продвинутых», «Темные Силы: руководство по самозащите», «Числа и Судьбы: введение в нумерологию», «Превращения: теория и практика». Рядом лежали сложенные мантии с вышитым гербом Когтеврана и пергамент с расписанием. Надпись на верхней книге была узнаваема – тонкий, элегантный почерк Дамблдора: «Для вашего обучения, мисс Грин-де-Вальд. Надеюсь, найдете их полезными. А.Д.» Ирония была горькой. Он давал ей инструменты, но строго отмеренные, подконтрольные. Она взяла верхнюю книгу. Страницы пахли новизной и чужим, навязанным знанием. Расписание подтверждало её предположения: жесткий график из пяти уроков ежедневно. Первая половина недели – со Слизерином: Зельеварение, Защита от Темных Искусств, Трансфигурация, Древние Руны, Астрономия. Вторая – с Гриффиндором: Травология, Заклинания, История Магии, Уход за Магическими Существами, Прорицания. Альбус явно старался сбалансировать её контакты, развести по разным «лагерям». И поместить под наблюдение двух самых влиятельных домов. День Первый: Ледяная Точность и Шепот Змей (Со Слизерином) Зельеварение (Подземелья Слизерина): Профессор Снейп парил между столами, как огромная летучая мышь, его черные глаза постоянно скользили в её сторону. Задание – сложное зелье Правдивости. Эрида работала молча, движения точные, экономичные. Она знала этот рецепт наизусть еще с десяти лет – отец считал его «базовым для допросов». Когда Снейп остановился у её котла, понюхал почти невидимый пар и пробормотал: «…Адекватно», это было высшей похвалой. За соседним столом Драко Малфой, Блейз Забини и Пэнси Паркинсон не сводили с нее глаз, перешептываясь. «Отец говорил, её держали взаперти в Нурменгарде с пяти лет. Учили… особенным вещам», – голос Драко был смесь зависти и страха. «Смотри, как она режет корень мандрагоры… Будто знает, где его сердце», – прошипела Пэнси. «Говорят, в Дурмстранге она того… Освальда…»* – Забини не договорил, но жест рукой был красноречив. Эрида не реагировала. Их страх был фоном, как шипение котлов. Защита от Темных Искусств (Класс 3C): Новый профессор, нервный выпускник, пытался объяснить теорию противодействия Империусу. Эрида слушала полминуты, затем открыла «Темные Силы» Дамблдора и стала читать главу о нейролингвистических паттернах в имперских заклятиях – гораздо глубже и опаснее. Знания профессора казались ей детским лепетом. Она чувствовала, как Снейп (он вел пару уроков в неделю как заместитель) наблюдает за ней из дальнего угла, его взгляд – как буравчик. Трансфигурация (Большой Зал): Макгонагалл была строга и непреклонна. Задание – превратить сову в очки. Эрида выполнила его на первой же минуте – плавно, бесшумно, без лишних жестов. Сова стала изящными, тонкими очками в серебряной оправе. Макгонагалл взглянула на них, потом на Эриду, и лишь сухо кивнула: «Принято, мисс Грин-де-Вальд». В её глазах не было одобрения, лишь бдительность. Рядом слизеринцы кряхтели, получая кривые роговые оправы или вообще перья. * Древние Руны (Кабинет Флитвика): Единственный урок, где Эрида проявила легкий интерес. Руны были ключом ко многим артефактам отца. Флитвик, маленький и восторженный, засыпал её вопросами о редких диалектах норвежских футарков. Она отвечала точно, лаконично, ссылаясь на «семейные архивы». Флитвик сиял: «Блестяще, дорогая! Просто блестяще!» Но даже его энтузиазм не мог растопить лед вокруг её парты. * Астрономия (Башня): Холодный ветер, звездные карты. Эрида быстро нанесла требуемые созвездия, её перо скользило уверенно. Она знала, что Гриндевальд использовал астрономию для предсказания магических импульсов Земли. Знания здесь были практичны. Она заметила, как Драко украдкой смотрит на её карту, явно отставая. Их взгляды встретились на мгновение. В его глазах – не привычное презрение, а любопытство, смешанное с опаской. Половина недели прошла. Первобытный страх в глазах учеников сменился настороженным любопытством. Она не бросалась на людей, не произносила темных заклинаний. Она была… идеальной ученицей. Слишком идеальной. Учителя хвалили её знания, но их похвалы звучали как предупреждения: «Отлично разбираетесь в свойствах ядов, мисс Грин-де-Вальд» (Снейп); «Ваше понимание деструктивных трансфигураций… впечатляет» (Макгонагалл); «Глубокие познания в запретных рунических связях!» (Флитвик). За каждой фразой читалось: «Мы видим. Мы помним. Кто ты». Последний совместный день со Слизерином: Игра в Кошки-Мышки На большой перемене Эрида стояла у высокого окна в пустом коридоре, наблюдая, как внизу гриффиндорцы гоняют снежки. Тень упала рядом. Драко Малфой. Он выглядел натянуто-расслабленным, но пальцы теребили дорогой перстень на руке. — Грин-де-Вальд, – начал он, стараясь, чтобы голос звучал небрежно. – Не скучно? Слизеринцы – народ веселый, но после Нурменгарда… . Он сделал паузу, ловя её реакцию. Ничего. Лишь темные глаза скользнули к нему, ожидая продолжения. – Отец… Люциус Малфой… он много рассказывал о твоём отце. Великом человеке. До… определенного момента. Эрида едва заметно наклонила голову. — Люциус Малфой. Да. Он служил. Пока это было выгодно. Голос её был ровным, как лед озера. Драко покраснел. – Он восхищался его видением! Сила, порядок… — Порядок, – повторила Эрида, и в углу её губ дрогнуло что-то, отдаленно напоминающее усмешку. – Сила создает порядок, Малфой. Не наоборот. Ваш отец это понял слишком поздно. Она посмотрела прямо на него. «Он сбежал, когда сила Гриндевальда пошатнулась. Как крыса с тонущего корабля.» Драко сглотнул. Его бравада таяла под её холодным, всевидящим взглядом. Он понял главное: играть с ней в светские беседы бесполезно. Она видела его насквозь. И ему, и его отцу. — Да… Ну… Ладно, – он отступил на шаг. – Просто хотел сказать… Добро пожаловать, и всё такое. Он быстро ретировался, оставив после себя запах дорогого одеколона и страха. Эрида снова посмотрела в окно. Слабый. Как и его отец. Полезный инструмент, если напугать достаточно. Но не союзник. Вторая половина недели: Поле Боя с Гриффиндором С Гриффиндором всё было иначе. Шумно, эмоционально, хаотично. И главная цель – трио. * Травология (Теплицы): Спраут, добродушная, но чуткая к растениям (и настроениям), поручила им собирать пузырчатые бобы – капризные, шипящие стручки. Эрида работала быстро, безошибочно, её пальцы никогда не попадали под ядовитые брызги. Гермиона, обычно первая, пыхтела рядом, стараясь не отстать. Когда Эрида мимоходом поправила её хватку секатора, чтобы не повредить чувствительный стебель «Давление должно быть на 30 градусов ниже, Грейнджер, иначе он выпустит споры страха», Гермиона вспыхнула. «Я читала! Я знаю!» – но в её глазах горела досада. Эрида знала больше. Не по учебникам. * Заклинания (Класс Флитвика): Флитвик, все ещё под впечатлением от её рун, попросил продемонстрировать сложное невербальное щитовое заклинание. Эрида вызвала купол чистой, почти невидимой энергии одним плавным движением. Гарри и Рон с трудом выдавали слабые искрящиеся барьеры. Гермиона справилась, но её щит дрожал от усилия. «Великолепно, мисс Грин-де-Вальд! Просто великолепно! Откуда вы знаете такую продвинутую технику?» – пищал Флитвик. «Семейные практики, профессор», – сухо ответила Эрида, видя, как Гермиона стискивает зубы. «Семейные практики» звучало как «пытки и боевая магия». * История Магии (С призраком Бинсом): Бинс монотонно бубнил про Гоблинские Восстания. Эрида слушала с закрытыми глазами, мысленно сравнивая с куда более кровавыми и циничными рассказами отца о реальных причинах тех конфликтов – о магической гегемонии, подкупе и предательстве. Когда Рон громко зевнул, а Гарри клевал носом, она поймала на себе взгляд Гермионы. Взгляд был аналитическим, но и враждебным. Гермиона видела в ней вызов. Интеллектуальный и моральный. Стратегия: Эрида не лезла к ним. Она ждала. Участвовала в обсуждениях ровно настолько, чтобы показать компетентность, но не доминировать. Отвечала, только если спрашивали напрямую. Она заметила, что Дамблдор, появляясь иногда в конце уроков как тень, наблюдал именно за её взаимодействием с гриффиндорцами, особенно с Гермионой. «Хорошо, старик. Ты хочешь видеть, могу ли я «интегрироваться»? Я покажу тебе игру. Я подружусь с твоими золотыми детьми. Стану им… полезной.» План был рискованным. Гермиона была умна и подозрительна. Гарри – интуитивен, как зверь, чувствующий ловушку. Рон – верный страж друзей. Но они были ключом к доверию Дамблдора. К его слепоте. Вызов: Когда последний урок в пятницу (скучнейшее Прорицание с Трелони) закончился, и Эрида собирала сумку, к ней подошла младшекурсница-когтевранка, вся алая от волнения. — М-мисс Грин-де-Вальд? Профессор Дамблдор просит вас зайти в его кабинет. Сейчас. Тишина в классе стала гулкой. Все замерли, наблюдая. Даже Трелони прервала свои бредни о «туманностях смерти». Гермиона пристально смотрела на Эриду, Гарри нахмурился, Рон что-то шепнул ему на ухо. Эрида лишь кивнула, её лицо осталось непроницаемой маской. «Спасибо. Я знаю дорогу.» Она вышла из класса, чувствуя на спине тяжесть десятков взглядов. Первая неделя закончилась. Тест на «идеальную ученицу» был пройден. Теперь начиналась настоящая игра. Альбус Дамблдор не зря звал её. Он что-то заметил. Или почуял. Она шла по коридорам, шаги её были бесшумны, но внутри всё сжалось в ледяной, готовый к бою комок. Встреча с директором была не концом испытания. Это был первый ход в их личной дуэли. И Эрида намеревалась выиграть.