Секреты

На рассвете перед вторым испытанием озеро покрылось странным туманом, который не рассеивался даже под лучами солнца. Лизбет стояла на деревянном мостике, сжимая в руках теплый шарф — тот самый, что когда-то одолжила Фреду.   — Ils sont fous, — прошептала она, глядя, как организаторы устанавливают подводные фонари. — Они сумасшедшие, если думают, что это безопасно.   За ее спиной раздался знакомый смех.   — А вот и наша француженка-пессимистка! — Фред появился словно из ниоткуда, балансируя на перилах моста. Его рыжие волосы казались ярче на фоне серого утра.   — Descends de là, idiot! — Лизбет схватила его за рукав. — Ты упадешь и утонешь еще до начала испытания.   Фред спрыгнул, но не отпустил ее руку.   — Волнуешься за меня?   — Non. Je m'inquiète pour les poissons. Нет. Я волнуюсь за рыб — твоя голова их напугает.   Они засмеялись, но смех быстро стих. Вода под ними вдруг забурлила, показав на мгновение что-то большое и темное.   ——— Когда началось испытание, Лизбет сидела между Джорджем и Ли, сжимая в кулаке тот самый шарф.   — Держу пари, Крам выйдет первым, — сказал Ли.   — Флёр, — тут же ответила Лизбет. — Она выросла у моря.   Фред, сидевший ступенькой ниже, обернулся:   — А я ставлю на Гарри.   — Ты ставишь на Гарри во всем, — фыркнул Джордж.   Вода в озере вдруг вздыбилась — первым появился Виктор Крам, таща за собой Гермиону. Через минуту вынырнула Флёр... одна.   — Où est Gabrielle? — вскочила Лизбет. — Где она!!  Трибуны загудели. Прошло еще десять мучительных минут, прежде чем из воды вырвался Гарри — с Роном и маленькой Габриэль на буксире. Все Француженки с облегчением вздохнули и зааплодировали.  Когда судьи объявляли результаты, Лизбет заметила, как Флёр дрожит, несмотря на теплый плед.   — Viens, — она подошла к землячке. — Tu as besoin de thé. Флёр удивилась, но позволила отвести себя в замок. Прижавшись к девушке, она громко чихнула. Фред хотел последовать за ними, но Джордж удержал его:   — Дай им поговорить.   В пустом классе зелий Лизбет налила чаю в дрожащие руки Флёр.   — Merci, — прошептала блондинка. — За... все. Передай Гарри.  Лизбет не ответила. Она смотрела в окно, где над озером снова сгущался туман. Что-то в этом турнире было не так, и она чувствовала это кожей.   ——— Позже, когда Лизбет возвращалась в свою гостиную, она услышала голоса за поворотом. Притаилась.  — ...не должно было быть так опасно! — это говорил Фред, и его голос звучал непривычно сердито. Она сразу узнала.  — Ты думаешь, я не знаю? — ответил ему... Миша?   Лизбет замерла, прижавшись к стене.   — Если ваш директор что-то скрывает... — голос Фреда понизился до угрожающего шепота.   Шаги. Затем тишина.   Когда Лизбет рискнула выглянуть, коридор был пуст. Только луна освещала каменный пол, где лежала одна белая лилия — помятая, будто кто-то наступил на нее в спешке.   ——— Туманное утро перед третьим испытанием висело над Хогвартсом, словно влажная марля. Лизбет проснулась с ощущением, что что-то не так — её шкатулка с украшениями стояла открытой, а голубой шарф, тот самый, что она носила на Святочном балу, исчез. На полу у кровати лежала одинокая белая лилия с обожжёнными краями, будто кто-то специально опалил её кончики. Она взяла цветок в руки, чувствуя, как лёгкое дрожание в пальцах переходит в настоящую дрожь.  — Миша... — прошептала она, сжимая цветок так, что лепестки рассыпались у неё в ладони.   За завтраком в Большом зале царило непривычное оживление — все говорили о завтрашнем испытании, о лабиринте, который уже начали выращивать на стадионе. Лизбет заметила, как Флёр нервно теребит салфетку, почти ничего не ест.  — Ты видела Мишу сегодня утром? — спросила Лизбет по-французски, наклоняясь к подруге.  Флёр покачала головой:  — Нет, но вчера вечером я видела, как он разговаривал с профессором Грюмом. Они стояли у края Запретного леса, и у Миши в руках было что-то блестящее... Лизбет не успела ответить — в зал ворвался Фред, запыхавшийся, с растрёпанными волосами и странным блеском в глазах. Он схватил её за руку, не обращая внимания на удивлённые взгляды окружающих:  — Тебе нужно кое-что увидеть. Сейчас же Они выбежали в коридор, где их уже ждал Джордж с двумя мётлами в руках.  — Объяснения потом, — бросил он, протягивая одну из них Лизбет.  Через минуту они уже летели над замком, направляясь к опушке Запретного леса. Холодный ветер бил в лицо, заставляя Лизбет прищуриваться, но она всё равно видела, как Фред время от времени оглядывается на неё, будто проверяя, всё ли в порядке.   У старого дуба с выгнутыми корнями, похожими на скрюченные пальцы, они приземлились. Фред провёл её к странной насыпи у основания дерева — там, под слоем прошлогодних листьев, лежал её голубой шарф. Но не это заставило Лизбет вскрикнуть — рядом с шарфом стоял маленький чёрный треножник, покрытый рунами, которые светились тусклым зелёным светом.  — Магический маяк, — прошептал Джордж, осторожно приседая рядом. - Такие используют, чтобы отмечать места для телепортации... Внезапно Фред резко выпрямился, схватив Лизбет за руку.  — Кто-то идёт, — прошептал он. Кусты в двадцати шагах от них зашевелились, и на мгновение Лизбет увидела мелькнувший в листве блеск — то ли стекло, то ли чей-то глаз.  — Бежим! — крикнул Джордж, и они бросились прочь, даже не успев забрать шарф.   Погоня была короткой, но жуткой — их преследователь не кричал, не звал, просто неотступно следовал за ними, ломая ветки и тяжело дыша.  — Разделяемся! — крикнул Джордж, резко сворачивая вправо. Фред потянул Лизбет за собой в заросли папоротников, и они рухнули на землю, сплетясь в странном объятии — он прикрыл её собой, одна рука защитно обхватила её голову, другая сжала палочку.   Лизбет чувствовала, как бьётся его сердце — быстро-быстро, как у загнанного зайца. Его дыхание обжигало её щёку, пахло мятной жвачкой и чем-то тёплым, домашним. Шаги приблизились... остановились в паре метров от них... — Tais-toi, — его горячее дыхание обожгло её ухо. Он сам не знал, что сказал на столько грубую фразу, но девушка обратила лишь внимание на то, что она была сказана на Французском. …… затем шаги удалились.   Когда опасность миновала, они обнаружили, что лежат, сплетясь в объятиях.   — Ой... — Фред покраснел, но не отстранился.   Лизбет вдруг осмелела и коснулась его синяка — того самого, от драки с Мишей.   — Maintenant tu me dois un nouveau foulard. Теперь ты мне должен новый шарф.   Когда опасность миновала, они обнаружили, что всё ещё лежат, сплетясь в этом неловком-прекрасном объятии. Лизбет рассмеялась — нервно, с лёгкой истеричкой, но это был смех, а не плач.  И в этот момент где-то в глубине леса раздался оглушительный рёв — слишком громкий для любого известного им существа. Фред и Лизбет замерли, глядя друг на друга, и без слов поняли — что-то идёт не так. Что-то страшное. И это "что-то" уже здесь.