Глава 32: Это будет наша тайна?

      Тьма. Тишина. Пустота. И вдруг – тепло. И тихий голос:       «Дурак… Какой же ты дурак…»       Голос был знакомым. Нежным. Полным беспокойства и ласки.       Он почувствовал, что его голова лежит на чем-то мягком. Чьи-то легкие, нежные руки ласково гладили его по волосам, перебирая спутанные пряди. Это было приятно. Успокаивающе.       Он медленно, с усилием, открыл глаза. Мир был расплывчатым, зрение не фокусировалось после долгого пребывания во тьме беспамятства. Размытые пятна света и тени. Но ему и не нужно было зрение, чтобы понять. Запах – легкий, цветочный, знакомый. Ощущение – мягкие колени под головой, нежное прикосновение к волосам. И тепло… тепло, исходящее от руки, лежащей на его груди. Той самой груди, где была рана.       Селина. Он лежал у нее на коленях. Здесь, в этой проклятой пещере, посреди останков убитых им монстров. Одна ее рука гладила его волосы, а другая излучала знакомый мягкий зеленоватый свет. Она лечила его своей магией исцеления.       — С-селина… — прохрипел он, горло пересохло. — Как… как ты здесь… оказалась?..       Она вздрогнула, услышав его голос, и наклонилась ниже, всматриваясь в его лицо. Ее рубиновые глаза были полны слез и тревоги. Она ничего не ответила, лишь крепче прижалась своей исцеляющей ладонью к его груди, словно боясь, что он снова исчезнет.       У Аирита не было сил настаивать на ответе. Он просто лежал, чувствуя ее тепло, ее заботу, ее тихое присутствие. Это было так хорошо… так правильно. После всей этой крови, боли и ярости – просто лежать вот так, в безопасности, под ее исцеляющими руками. Он снова закрыл глаза, отдаваясь этому ощущению покоя.       Магия Селины творила чудеса. Боль в груди утихала, дыхание становилось ровнее. Яд, который все еще отравлял его кровь, медленно нейтрализовался ее светом. Она не могла полностью исцелить такие тяжелые раны и сильное отравление, но она дала ему главное – время и силы.       Наконец, когда он почувствовал, что может двигаться, он открыл глаза. Зрение немного прояснилось. Он осторожно приподнялся, опираясь на руку.       — Спасибо, Селина, — прошептал он, глядя на нее с благодарностью.       Она лишь молча кивнула, вытирая слезы.       Он посмотрел на камень с рунами. Всё ещё на месте. Аирит должен был завершить начатое. Превозмогая слабость, он подполз к камню и протянул к нему руку – ту самую, что была изуродована ядом.       И на этот раз камень отозвался! Вторая руна вспыхнула таким же голубым светом, как и первая наверху. И снова появились они – светлячки! Искры чистого света закружились вокруг него, влетая в его тело, впитываясь в кожу.       Он почувствовал, как последние раны затягиваются, как исчезают следы яда, как рука полностью восстанавливается, становясь еще крепче прежнего. И главное – он снова почувствовал этот прилив силы! Еще более мощный, чем в прошлый раз. Его мышцы налились сталью, энергия бурлила в венах.       Он определенно стал еще сильнее. Второй уровень пройден. Исцеление получено. Сила возросла.       Он поднялся на ноги, чувствуя себя обновленным и полным сил. Он посмотрел на Селину, которая с удивлением и легким страхом наблюдала за его трансформацией. Потом – на светящуюся вторую руну. Осталось восемь. Восемь шагов к невероятной силе. И он был готов их сделать.       Он стоял перед светящимся камнем, чувствуя новую, бьющую через край силу. Взгляд его невольно устремился в темный проход, ведущий дальше, вглубь пещерной системы. Там, он был уверен, его ждало следующее, третье испытание. Искушение было велико – ринуться туда прямо сейчас, пока он полон сил, пока азарт боя не остыл.       Но он заставил себя остановиться. «Нет. Не сейчас». Битва с пауками была жестокой, он был на волосок от смерти. И хотя тело его исцелилось и стало сильнее, разум… разум был измотан. Видения смерти, отчаяние, ярость, потом – облегчение и снова жажда силы… Это было слишком много даже для него. Ему нужно было время. Отдохнуть, переварить. Не столько физически, сколько морально.       — Идем отсюда, Селина, — сказал он, поворачиваясь к девочке, которая все еще с тревогой смотрела на него. — Хватит на сегодня приключений.       Они нашли выход – туннель, ведущий наверх, который открылся после того, как барьер спал. Он вывел их обратно на поляну с кругом руин, где Аирит прошел первое испытание. Солнце уже стояло довольно высоко, день был в самом разгаре.       Они шли обратно к дому по лесной тропинке. Аирит молчал, погруженный в свои мысли о руинах и обретенной силе. Селина шла рядом, тоже молча, но было видно, что ее переполняют эмоции после всего увиденного – его бой, его ранение, ее собственное бессилие за барьером. Наконец, она не выдержала.       — Ты… ты чуть не умер там! — выпалила она, ее голос дрожал от пережитого страха и, кажется, гнева. — Я видела! Я стояла там, за этим куполом! Я видела, как эта тварь тебя ранила! Как ты упал! Я так испугалась!       Она резко остановилась и посмотрела на него с упреком.       — Зачем ты туда полез?! Один?! Это же так опасно! Ты мог погибнуть! А я… я ничего не могла сделать! Просто стояла и смотрела!       Ее щеки залились румянцем, глаза блестели от сдерживаемых слез и возмущения. Она отвернулась, надув губы.       — И вообще! Если ты собираешься снова туда ходить, в эти твои руины… То я пойду с тобой! — заявила она решительно, не глядя на него, но в ее голосе не было и тени сомнения. — Я не позволю тебе умереть там в одиночку! Я… я буду рядом. Буду лечить тебя, если понадобится! И не смей мне отказывать!       Аирит смотрел на нее с изумлением. Эта тихая, застенчивая девочка сейчас стояла перед ним, пылая праведным гневом и решимостью. И она собиралась идти с ним туда, в эти смертельно опасные подземелья? «Вряд ли я смогу ее остановить,» — подумал он. — «Раз она все равно умудрилась выследить меня и найти это место… она и дальше будет за мной шпионить, если я откажу. А это еще опаснее.» К тому же… мысль о том, что рядом будет ее целительная магия, была весьма заманчивой.       — Хорошо, Селина, — сказал он спокойно, встречая ее решительный взгляд. — Будь по-твоему. Пойдешь со мной. Но только если будешь слушаться меня беспрекословно и не лезть на рожон. Договорились?       Она быстро кивнула, ее гнев тут же сменился облегчением и радостью.       — Договорились!       Они продолжили путь к дому уже в другом настроении. Аирит чувствовал себя немного странно от того, что теперь у него будет спутница в его опасных походах за силой. Но где-то в глубине души он был рад этому.       Когда он открыл входную дверь, первое, что он увидел – это маленькую Норн, сидящую на полу в прихожей и играющую с какой-то деревянной погремушкой. Увидев вошедшего Аирита – грязного, в порванной и все еще испачканной засохшей зеленой жижей одежде, – малышка сморщила свой крошечный носик и отвернулась, зажав его ручкой.       — Фу-у… — пролепетала она.       Аирит усмехнулся.       — Да уж, пахну я, наверное, не розами. Похоже, мне срочно нужна ванна.       Он оставил Селину в прихожей и прямиком отправился в ванную комнату, чтобы смыть с себя грязь, кровь и вонь подземных монстров.       Аирит сидел в большой деревянной бадье, наполненной горячей, парящей водой. После грязи и вони подземелья это было настоящим блаженством. Он усердно тер кожу жесткой мочалкой, смывая остатки зеленой жижи и засохшей крови, стараясь избавиться от самого воспоминания об этих тварях.       Внезапно дверь в ванную комнату приоткрылась. Аирит резко обернулся, готовый возмутиться вторжению.       На пороге стояла Селина. Она была завернута в большое белое полотенце, которое едва прикрывало ее маленькое тело. Щеки ее пылали ярким румянцем, а рубиновые глаза смотрели куда-то в пол. Она выглядела невероятно смущенной, но в то же время решительной.       — Э-ээй! Ты чего удумала?! Выйди! — воскликнул Аирит, инстинктивно прикрываясь мочалкой, насколько это было возможно. Его уши тоже запылали.       Селина фыркнула, словно отгоняя собственное смущение, шагнула внутрь и быстро закрыла за собой дверь на засов.       — Просто молчи, — сказала она тихо, но твердо, не глядя на него.       Она быстрым шагом подошла к бадье. Аирит вжался в противоположный край, все еще прикрываясь мочалкой и стараясь смотреть прямо перед собой, на деревянную стену. Селина взяла другую мочалку, лежавшую на краю бадьи, намочила ее в горячей воде и начала тереть ему спину. Ее движения были немного неуклюжими, но она явно старалась, терла усердно, смывая грязь с его лопаток и плеч.       Аирит сидел не двигаясь, чувствуя ее прикосновения. Это было… странно. Очень странно и неловко. Он чувствовал тепло ее рук сквозь мокрую мочалку, слышал ее тихое дыхание за спиной.       — А-аирит… — вдруг прошептала она почти у него над ухом, ее голос дрожал от смущения. — Не мог бы ты… теперь… ты?       Он не сразу понял. А когда понял, замер. Она просит… чтобы он потер ей спину? Он медленно, очень медленно повернул голову. Селина уже отвернулась и сидела к нему спиной, слегка спустив полотенце так, что ее худенькая спина до самого копчика была обнажена. Она сидела неподвижно, лишь нервно накручивала на палец прядь своих золотисто-серебряных волос.       Аирит сглотнул. Его сердце забилось чуть быстрее. Он посмотрел на ее беззащитную спину, на тонкую шею… Он взял мочалку, которую она оставила. И кивнул, скорее самому себе, чем ей.       Он осторожно коснулся мочалкой ее гладкой, теплой кожи чуть ниже шеи. Она тихо пискнула и ее плечи инстинктивно поднялись, все тело напряглось. Аирит замер, боясь ее напугать.       — Все… все в порядке? — прошептал он.       Она не ответила, лишь еле заметно кивнула. Через несколько секунд он почувствовал, как ее плечи медленно опускаются, тело расслабляется. Она доверяла ему.       Аирит продолжил. Он тер ее спину очень аккуратно, стараясь быть нежным, но при этом смывая остатки той же подземной грязи, которая, видимо, попала и на нее, пока она ждала его или помогала ему после боя. Он чувствовал под мочалкой ее тонкие лопатки, изгиб позвоночника. Ее кожа была гладкой и теплой. Он старался не думать ни о чем лишнем, сосредоточившись на задаче, но сама ситуация была такой, что его мысли путались. Он молча тер ее спину, плечи, шею, стараясь не задевать края полотенца. Селина сидела неподвижно, опустив голову, ее дыхание было ровным. Тишина в ванной комнате нарушалась лишь плеском воды и шуршанием мочалки.       Наконец, он закончил.       — Всё, — тихо сказал он, откладывая мочалку.       Селина медленно подтянула полотенце повыше, снова прикрывая плечи. Она повернулась к нему. Ее лицо все еще было красным, но в глазах больше не было прежнего смущения, скорее – какая-то тихая благодарность и что-то еще, чего Аирит не мог понять.       Она встала и, не говоря ни слова, отошла в другую часть ванной комнаты, где стояла еще одна пустая бадья. Она начала набирать в нее чистую воду из большого бака, видимо, собираясь принять ванну сама.       Аирит понял, что это знак для него уходить. Он быстро поднялся из своей бадьи, стараясь не смотреть в ее сторону, схватил свое полотенце, висевшее на крючке, и, обернувшись им, поспешил к двери.       Он выскользнул из ванной комнаты, чувствуя, как до сих пор горят его щеки. Он прислонился спиной к двери в коридоре, пытаясь отдышаться и прийти в себя.       «Что. Это. Сейчас. Было?!»       Сердце колотилось как бешеное. Образ ее обнаженной спины, ощущение ее теплой кожи под его рукой… Это было слишком. Он совершенно запутался в своих чувствах к этой странной, тихой девочке, которая только что разделила с ним такой неловкий момент.