2. Волк и Упавшая Звезда

День леди Эшары Дейн был... интересным. Когда она проснулась тем утром, то никогда бы в жизни не подумала, что принцесса Семи Королевств въедет в ворота Звездопада верхом, или что её будет сопровождать такая колоритная группа людей. Появление королевской гвардии не было полной неожиданностью, возможно, самым удивительным из всего этого было то, что все они были живы и относительно здоровы, настолько, насколько это возможно, учитывая недавние события. Нет, это их спутники заставили её задуматься. Она могла узнать северян где угодно. Это не было сложно, потому что она никогда не видела столь неуместной группы людей среди песков Дорна. И ещё, конечно, был тот факт, что все трое полностью обгорели на солнце. Это зрелище действительно показалось ей очень забавным. Среди них был... он. Она узнала бы нынешнего верховного лорда севера где угодно, с открытыми или закрытыми глазами, в темноте ночи или при свете дня. Отец прекрасной маленькой девочки, которую украли у неё ещё до того, как она сделала свой первый вдох. Она даже подумывала написать Рейгару о том, чтобы он узаконил её: если и был человек во всех Семи Королевствах, который мог бы убедить Безумного короля сделать что-либо, то это был он. Но и эту возможность у неё отняли. Ещё одна украденная и разбитая мечта среди множества других. По правде говоря, всё собрание в кабинете её отца было одним сплошным маскарадным представлением. Ей пришлось побороть все свои инстинкты, чтобы не вышвырнуть королевских гвардейцев и остальных из комнаты, чтобы она могла поговорить с Недом наедине и рассказать ему о драгоценном подарке, который у них отобрали. Даже если их ребенок никогда не смог бы как следует узнать своего отца, потому что она сомневалась, что его леди-жена потерпела бы незаконнорождённого ребенка другой женщины в своем доме, тем более, когда эта женщина была ещё жива. А потом её брат и этот проклятый человек появились словно из ниоткуда и предложили... это. Ей хотелось накричать на них, наорать на Неда за его дерзость. Рассказать, что она только что потеряла их ребенка... но это было бы несправедливо. Это была не его вина, и не важно, насколько проще было бы обвинить его. Боги были так жестоки. Он даже не знал, а она, чёрт возьми, не стала бы обсуждать их личные дела, когда рядом сидит её брат. Кроме того, она даже не была знакома с ребенком Лианны. Как она могла отказать ему, даже не взглянув на своего возможного будущего подопечного? Это было то, что она собиралась исправить сейчас. Возможно, уход за ребенком дал бы ей какое-то занятие? Отдушина и отвлечение от всего, чего она так быстро лишилась. Что угодно было бы лучше, чем изводить себя страданиями и размышлениями о том, что могло бы быть. Даже если обещанный ребёнок не был её родным. У Эшары оставалось всего несколько часов до начала небольшого пира, а ей еще предстояло искупаться. К счастью, её служанки отлично справлялись со своими обязанностями и, скорее всего, возьмут все приготовления на себя. Подойдя к двери детской, она быстро взяла себя в руки, мысленно готовясь встретиться лицом к лицу со своим возможным подопечным. Это было нелепо, неужели она действительно боялась ребёнка? Да. Всё так и было. Она боялась, что примет этого ребёнка как своего собственного – воспользуется им как неким средством, чтобы успокоить душевную боль от раны, которая была слишком свежа... а потом почувствует отвращение, потому что это был не её ребёнок. Он не заслуживал того, чтобы стать её временной опорой. На кону было его будущее, и она не должна была разрушать его. Каждый заслуживает того, чтобы его любили. Сделав глубокий вдох, она открыла дверь. В комнате было темно, все лампы были погашены, чтобы не мешать спящему малышу. Она позволила себе немного отдышаться, чтобы глаза привыкли к темноте, прежде чем, наконец, двинуться вглубь комнаты... к единственной кроватке в дальнем углу, напротив двери. Даже не видя комнату как следует, она знала, что она была роскошно обставлена и содержалась в хорошем состоянии. Поколения Дейнов, включая её саму, воспитывались в этих стенах. И теперь, возможно, впервые... принц-Таргариен, то, что мейстеры наверняка захотели бы задокументировать и обдумать. Она уже почти дошла до пеленального столика, когда её ноги на что-то наткнулись. Не в силах ничего разглядеть в темноте, Эшара вслепую пошарила вокруг в поисках чего-нибудь, за что можно было бы ухватиться, пока, наконец, не наткнулась на край маленького пеленального столика. Она быстро ухватилась за него, направляя себя в сторону от препятствия, одновременно делая всё возможное, чтобы не споткнуться об него снова. Она знала, что на столе были свечи, расставленные как раз для такой ситуации. Когда её слепо шарящая рука наконец нащупала их, она чуть не скинула маленький подсвечник со стола. Она не гордилась тем, что сорвалось с её губ после этого. Слава богам, малыш был слишком мал, чтобы запомнить её слова, иначе она была бы отмечена как худшая высокородная мать на этой стороне континента. Эшара остановилась. Являлась ли она ей сейчас? Матерью? Она даже не... Она покачала головой, попытавшись зажечь свечу. Когда ей всё же удалось это сделать, мягкий, тёплый свет наконец осветил то, на что она едва не наступила… Или, вернее, на кого… Эшара весело хихикнула, увидев, как маленькая принцесса свернулась калачиком на полу, обнимая своего драгоценного игрушечного дракона и прижимаясь спиной к кроватке. Где, во имя Семерых, была её служанка? Невероятно. Когда к её тихому смеху присоединился другой, гораздо более низкий голос, она чуть не выпрыгнула из своей кожи. Эшара перевела взгляд на дверь и увидела источник всех своих недавних неприятностей... и радостей, который стоял там, прислонившись к косяку и скрестив руки на груди. В другой жизни они бы смеялись над шалостями своих собственных детей. Эта мысль не принесла ей радости. — Вам что-то нужно, милорд? — Услышав её тон, Эддард перестал смеяться. — На протяжении всего путешествия она доставляла массу хлопот. Не думаю, что я когда-либо встречал другую девочку, трёх лет от роду, которая была бы такой же упрямой, как эта. — Она дочь Элии, меньшего я и не ожидала. Эта женщина, казалось, всегда добивалась своего, и было невозможно отказать ей, когда она чего-то хотела. Эддард усмехнулся. — Да, похоже, это действительно так. Никогда в жизни я не ожидал увидеть, как ребёнок, ростом едва мне по колено, носится вокруг королевской гвардии Эйриса, словно они были простыми мальчиками на побегушках. Уголки рта Эшары после этих словах приподнялись. — Мне приятно слышать, что её железная хватка не ослабла с тех пор, как она покинула Королевскую Гавань. — Она присела на корточки рядом с Рейнис, убрала тёмную прядь с её лица, а затем медленно погладила девочку. — Честно говоря, я не понимаю, как бедная девочка до сих пор не сломалась. — Я думаю, присутствие её брата помогает. Я не был уверен, разумно ли держать их вместе, даже выступал за то, чтобы их разлучить, но, видя их сейчас... — Он нужен ей, это увидит и слепой дурак... так же, как она будет нужна ему. Я бы никогда не поступила так ужасно с ребёнком. Заставить их разлучаться было бы жестоко, и ты это знаешь. Они останутся вместе, как и положено всем братьям и сёстрам. — Значит ли это, что... — Помоги мне с ней, хорошо? Её комната прямо за этой дверью. — Нед бросил на неё взгляд, но всё равно подчинился её негромкой просьбе. Он на цыпочках прошёл через комнату, стараясь ни во что не врезаться в полумраке, прежде чем осторожно поднять с пола дремлющую принцессу. Эшара открыл перед ним дверь, позволив ему войти первым с Рейнис на руках. Или он бы так и поступил, если бы прямо по ту сторону двери не стояла служанка с испуганным видом, нервно потирающая ладони. Они оба видели, что женщина была готова разразиться неистовой тирадой о пропавшей принцессе, прежде чем увидела маленькую девочку на руках у Эддарда. Слегка пускающую слюни ему на плечо. Этого, казалось, было достаточно, чтобы успокоить её, так как она сделала глубокий вдох, прежде чем закрыть лицо обеими руками. Эшара понимала её, как и Эддард. Последние дни, должно быть, были очень беспокойными для бедной девушки... на самом деле, для них всех. Эддард положил руку на плечо служанки, позволяя ей успокоить дыхание, прежде чем, наконец, обратиться к ней: — Я полагаю, вы потеряли принцессу? Служанка, наконец, опустила руки. — Да, о боги... благодарю вас, милорд. Я уже обыскивала детскую, но её там не было и... Эддард просто сжал её костлявое плечо. — Я знаю, она своенравна, но, пожалуйста, постарайтесь держать её при себе в будущем, времена всё ещё... опасные. Служанка отчаянно закивала. — Конечно, милорд, этого больше не повторится, я клянусь. — Хорошо, дайте принцессе поспать и разбудите её к началу пира. Пусть маленький принц тоже проспит всё это время – они оба устали гораздо больше, чем кажется. Боги, через несколько лет у неё будет полно работы. Эшара молча наблюдала, как Эддард затаскивает Рейнис в постель. Она просто знала, что он будет замечательным отцом. Что только усложнит следующий разговор. Она знала, что он должен был знать. Она знала, что об этом нужно было поговорить. Дорнийская леди также знала, что примет ребёнка. Как она могла не сделать этого? Она оставила Эддарда одного в комнате принцессы решив вместо этого вернуться в детскую и, наконец, взглянуть на своего будущего подопечного. Боги, каким же красивым малышом он был... О, Лианна. Было почти забавно, что никто из мужчин не спросил, откуда она узнала, что ребёнок родился раньше срока, или как никто из них не догадался, что няня Вилла – одна из её служанок. Что же, Артур наверняка знает, что Вилла долгое время была служанкой в семье Дейнов и одной из её любимиц. Глядя на чёрные как смоль локоны мальчика, почти такого же оттенка, как у Рейнис, она почувствовала непреодолимое желание прикоснуться к нему, поэтому медленно протянула руку, чтобы погладить лоб малыша, и в тот момент, когда её рука коснулась его, глаза младенца открылись. И какие у него были красивые глаза. Серые, такие тёмные, что казались почти чёрными, с фиолетовым оттенком. Когда он вырастет, у него будут глаза его отца – она была уверена в этом. Эшара провела рукой от его лба к маленькому пучку волос, медленно расчесывая их и слушая его тихое, счастливое воркование. Может, он и не её крови, но он был крови Неда. Его будут любить, о нём будут заботиться, и он никогда ни в чем не будет нуждаться. Она поклялась себе в этом. — Ты была бы прекрасной матерью, Эшара. — Она повернула голову, Нед направлялся к ним, очевидно, уложив принцессу спать. Он остановился только тогда, когда оказался прямо рядом с ней, положив руку на край кроватки, а другую опустив вниз, чтобы ткнуть маленького принца в нос, чем вызвал визг ребенка. — И ты будешь прекрасным отцом. Кейтилин не смогла бы найти себе мужа лучше. Она никогда не была бы счастлива с Брандоном. — Плечи Эддарда опустились. — Почему ты так уверена в этом? Она усмехнулась. — Серьёзно, Нед? «Лисёнок» Брандона натворил больше ошибок, чем кто-то из нас хотел бы знать ещё до того, как твой отец объявил об их помолвке, и ты это знаешь. Я удивлена, что у него не оказалось бастардов в каждой деревне на пути от Белой Гавани до Медвежьего острова. Ты – человек честный, пусть и немного грубоватый, как все северяне, но честный и добрый. Твой брат был совсем другим. — Брандон не стал бы плохо с ней обращаться. — Эддард покачал головой. — Я никогда не утверждала, что он так поступит, но есть множество других способов разбить сердце женщины. Северный лорд, явно не желая продолжать спор, глубоко вздохнул. Просто того, что он собирался с духом перед тем, что собирался сказать дальше, было достаточно, чтобы вывести её из себя, потому что Эшара знала, что за этим последует. Она подготовилась к этому, но ничто не облегчало произнесение этих слов вслух. Она отвернулась. Смотреть на маленького счастливого малыша в колыбели было куда приятнее, чем встречаться с этими печальными серыми глазами, преследовавшими её повсюду. Эддарду было все равно, возможно, теперь, когда её взгляд больше не держал его в заложниках, ему стало легче задать вопрос. — Ребенок, Эш... он был моим? — Семеро, простите её, но это было так больно. У неё уже был готов ответ, но слышать, как он спрашивает об этом вслух... В горле у неё пересохло, и, как она ни старалась, из горла вырвался только жалобный стон. К счастью, слова были не нужны, Эддард всё понял. Он заключил её в объятия, прежде чем начать плакать вместе с ней. В безопасности, в детской, которая должна была стать убежищем для их ребенка, им обоим было позволено дать волю своим эмоциям. Они плакали, как ей показалось, несколько часов. О том, что могло бы быть, о ребёнке, который должен был стать для них самым драгоценным и радостным моментом, а теперь превратился в трагедию. Они оплакивали будущее, потерянное из-за глупой войны, развязанной безумцем и глупым принцем. Когда маленький Эймон тоже начал плакать, почувствовав мрачную атмосферу комнаты, они быстро уложили его спать, оба сомневаясь, что он действительно сможет выспаться после их ухода. Своим убежищем они выбрали покои Эшары. Она была не из тех женщин, которые склонны к излишествам, но ей казалось, что именно этой ночью она заслужила свою выпивку. И она призналась Неду в своем величайшем грехе. Она пила эль. Когда Нед увидел бочонок, спрятанный под её столом, он рассмеялся сквозь слезы. Конечно, великая Эшара Дейн не могла пить просто вино. После этого их вечер прошел спокойно. И только когда пришло время Эддарду уходить и привести себя в порядок перед их небольшим пиром, он осмелился задать вопрос: — Ты когда-нибудь задумывалась, а если бы всё сложилось по-другому... — Нет, Нед. Нет, я этого не делала, потому что если бы я это сделала… — Она прочистила горло, на сегодня слёз достаточно. — Если бы я это сделала, я никогда не смогла бы остановиться. Сейчас в этом нет смысла. Это нечестно, это несправедливо, но всё так, как есть, и мы не можем это изменить. Мы можем только двигаться дальше. — Прости, Эш, если бы я знал... — Что бы ты сделал? Разорвал помолвку с Талли, потерял важного союзника и в результате, возможно, проиграл войну? Не говори глупостей. — Он знал, что она права. — Это неправильно... — Как и тот факт, что маленький Эймон потерял своих родителей, что Рейнис потеряла своих родителей, что королева Рейлла, скорее всего, умрёт вместе со своими детьми на Драконьем Камне. В настоящее время очень многое неправильно, Нед. — И это всё? Мы только что закончили? — Боги, почему он должен был говорить как побитый щенок? — Что ты хочешь, чтобы я сказала, Эддард? Чернила высохли, мы делаем то, что делали всегда. Мы движемся дальше. Теперь ты женатый мужчина, твоя жена ждёт тебя в Винтерфелле, или Риверране, или... — Эшара покачала головой. Это был глупый разговор. Она повернулась к нему спиной, устремив взгляд на свой туалетный столик. — А теперь, если позволишь, мне нужно подготовиться к пиру. Он ушёл, не сказав ни слова. Нед никогда не был мастером слова, но все равно ей было неприятно вот так его выпроваживать. Женщина Талли заслуживала лучшего, чем муж, до конца своих дней тоскующий по утраченной любви. Даже если её мало волновали восставшие королевства. Боги, почему всё должно быть так сложно? По правде говоря, привести в порядок свою внешность, даже в слегка подвыпившем состоянии, было делом недолгим. Проблема заключалась в эмоциональном ущербе, который ей приходилось изо всех сил скрывать. Как оказалось, простым плачем о чём-то на самом деле ничего не исправишь. Но это не значит, что ей не было приятно хоть раз... высвободить сдерживаемые эмоции. К тому времени, когда она прибыла на пир – с опозданием, но не слишком большим – маленькая Рейнис уже сидела за столом вместе со своими опекунами и северянами. Принцесса выглядела очаровательно во главе стола, сидя в кресле, слишком большом для её миниатюрной фигуры; обычно оно предназначалось для главы дома. Маленький Эймон, который должен был спать, сидел на руках у Виллы, совсем рядом с ней, хотя малыш ещё не мог ничего есть, он, казалось, наслаждался всеобщим весельем, его маленькие любопытные глазки бегали по комнате, стараясь уловить каждое движение. Хорошо, пусть они повеселятся. Пусть насладятся моментом, хотя бы сегодня вечером. Скоро им придется начать строить планы, но пусть это будет заботой завтрашнего дня. Когда Эддард понял, что она вошла, он немедленно встал и пододвинул для неё стул справа от принцессы. Они обменялись лёгкими неловкими улыбками, прежде чем занять свои места. Принцесса оживленно рассказывала северянам о своем коте Балерионе, который, по-видимому, был самым злобным котом во всех Семи Королевствах. Ну, для всех, кроме неё, конечно. Она была не совсем неправа. Эшара сталкивалась с ним раз или два за время своего пребывания в Королевской Гавани, и это мерзкое существо было довольно злобным. Балерион был уличным котом, которого спасла принцесса. Она умоляла Элию позволить ей оставить его у себя, и потребовались многие дни безжалостных уговоров, пока она, наконец, не сдалась, строго сказав Рейнис, что кот находится под её ответственностью и что она должна позаботится о нём. После этого гладить себя он позволял только Рейнис, шипя, царапаясь и кидаясь даже на служанок, которые сначала пытались его покормить – естественно, по просьбе принцессы. Но такова была Рейнис, которая, казалось бы, могла завоевать всеобщее расположение, куда бы она ни пошла, – характерная черта последних женщин Таргариенов. Рейллу тоже любили, несмотря на безумие Эйриса. Её скорее жалели, чем ненавидели. Дракон с подрезанными крыльями – так её называли. Бедная женщина. Её размышления прервалось появление слуг с первым блюдом – местной рыбой, только что выловленной и купленной на рынке. Она всегда старалась поощрять слуг брать именно местные продукты, когда это было возможно: они были не только вкуснее, но и позволяли поддержать собственный народ, а не какого-нибудь толстого пентосийского магистра или ещё кого-нибудь в том же роде. Блюдо было восхитительным, и она спокойно наслаждалась им, слушая непрерывную болтовню Рейнис. Было до боли очевидно, что Эддард был гораздо более пьян, чем она, и, скорее всего, после их злополучного разговора в её покоях он продолжил пить в одиночестве. Она действительно слышала, как этот мужчина смеялся над одним из рассказов принцессы. Или, возможно, ему действительно нравилось её общество... а кому нет? Хотя она и не могла вспомнить, когда в последний раз слышала смех этого серьёзного человека. Не то чтобы у кого-то из них было много поводов для радости, эти последние несколько месяцев были... тяжелыми для них всех. Эшара как раз собиралась откусить ещё кусочек, когда что-то тёплое и липкое прилетело ей на щёку. Её тихий вскрик заставил весь стол разразиться смехом, но она проигнорировала их, решив выяснить, что или кто так вероломно напал на неё. Хотя хлопки маленьких ладошек и веселое хихиканье выдавали очевидного виновника. На щеке у неё был маленький кусочек хорошо приготовленной и очень дорогой рыбы, которую они должны были есть. Скорее всего, он был украден с тарелки Виллы. Она очистила его от костей, прежде чем положить на свою тарелку, и строго смотрела на девочку. Она совершенно не обращала на это внимания. Боги, на что она согласилась? Она перевела взгляд на Виллу, которая бросила на неё извиняющийся взгляд, прежде чем пожать плечами. Наглость Эймона теперь передалась и его слугам. В большинстве домов было бы странно видеть слуг, обедающих за одним столом с лордами и леди, и дом Дейнов ничем не отличался от них... Но Вилла была не просто служанкой, и сегодня был особенный день, поэтому её совершенно не волновал этикет. Наблюдая за реакцией Эшары, Рейнис хихикнула. — Ты должна поесть! Она очень вкусная! Эшара закатила глаза. — Это действительно так, принцесса? Рейнис просто кивнула и хихикнула. Однажды, когда Неведомый заключит её в свои холодные объятия, после того, как её пребывание на этом свете наконец подойдет к концу... Она отомстит Элии за это, где бы она не находилась. Её дочь была слишком похожа на хрупкую принцессу. В детстве она тоже наводила на многих ужас. Эшара была добровольной сообщницей в различных шалостях... большую часть времени. Дорнийские леди действительно единственные в своем роде. Краем глаза ей удалось поймать весёлые искорки в глазах брата. Когда речь заходила о сире Артуре Дейне, это было почти равносильно громкому смеху. — Что тебя так забавляет, брат? — Я просто представляю бессонные ночи, которые тебе придется пережить, сестрёнка. О, так вот что это было. — Почему, брат? Во-первых, не думаю, что я уже согласилась взять этого малыша, во-вторых, это ты привел маленького монстра к моему порогу, так что именно ты будешь присматривать за ним по ночам. Взгляд её брата смягчился. — Я знаю тебя, Эш, ты бы никогда не оставил ребёнка без крова, и если тебе нужна такая мелочь, чтобы взять Эймона под свою опеку, то я с радостью это сделаю. Кто бы мог подумать, что у её брата, постоянно размахивающего мечом, всё-таки есть сердце. — Эймон будет жить со мной, как и Рейнис, если мы примем такое решение. — Для тебя, Элия. Она быстро расправилась со своей порцией и попросила слуг подать следующее блюдо. На этот раз это была баранина, что была подана в гораздо меньших порциях, чем рыба, поэтому блюдо должно было быть более лёгким. Не то чтобы Рейнис это волновало, девушка поглощала еду с таким аппетитом, словно сама была настоящим драконом. Капельки мясного сока стекали с её щек прямо на платье. — Принцесса, я знаю, что ты ужасно свирепая маленькая драконица, но это не значит, что ты должна есть так неряшливо. Эшара видела, что она собирается ответить... с набитым ртом. Она подняла руку, останавливая её протест еще до того, как она начала говорить. — И никаких разговоров с набитым ртом. Я знаю, что твоя воспитательница не была такой уж бездарной Рейнис, пожалуйста, покажи немного манер. К её чести, девочка выглядела пристыженной и даже замедлила скорость, с которой она поедала пищу. Посчитав это успехом, Эшара вернулась к своей тарелке. Вечер продолжался почти так же, как и раньше. На столе было всего четыре блюда, что было чрезвычайно скромно по меркам высшего общества, но никто не жаловался. Северяне, привычные к простоте, скорее всего, пожаловались бы только на избыток еды. Здесь не было ни оркестров, ни бардов, это был скорее ужин между маловероятными союзниками, призванный насытить желудки усталых путешественников, чем настоящий пир. Небольшой перерыв, прежде чем они неизбежно столкнутся с необходимостью составления плана дальнейших действий.

***

Солнце начало клониться к закату, уступая своё яркое величие мягкому свету восходящей луны. Последние несколько часов дались ей нелегко, и чем больше времени проходило, тем труднее было притворяться трезвой и бороться с желанием уснуть. Было легко винить эль, и поздний час, в том, что брату удалось загнать Эшару в угол у двери её покоев. Она совершенно его не замечала, пока тяжелая рука не легла ей на плечо, заставив её подпрыгнуть и чуть не упасть. Если она и испытывала какое-то смущение из-за того, что нуждалась в помощи, чтобы удержаться на ногах, то рыцарю этого никак не показала. Тем не менее, Эшара крепко ухватилась за ручку своей двери... на всякий случай. — Тебе следует знать, что не стоит так пугать женщину, Арти. — Она была слишком не в себе, чтобы как следует скрывать свою усталость. Артур фыркнул. — Я прошёл за тобой практически через весь замок, Эш... И у меня есть вопросы, на которые, боюсь, нужно ответить как можно скорее. Она прислонилась головой к твердому дереву своей двери. — Нам обязательно делать это сейчас? — Мы должны, сестра. Мне нужно знать, уверена ли ты, Эш. Я знаю, что на тебя оказывается большое давление, и никто не будет думать о тебе хуже, если ты не захочешь взять на себя это бремя после... — Он заколебался. Её спина напряглась. — После того как я потеряла своего ребёнка? Можешь сказать это вслух – я не сломаюсь. Что до твоего вопроса, да, я уверена. Я не оставлю маленького принца без крыши над головой и не позволю ему расти без матери. Ни один ребёнок не заслуживает такого. У Рейнис будет дом в Солнечном Копье, но у Эймона нет таких гарантий. Кто-то должен о нём позаботиться, и этим кем-то, похоже, буду я. — Я уверен, что маленькая принцесса будет сражаться за Эймона до последнего. — Обычно невозмутимый Артур не выдержал и расплылся в улыбке. — Ты бы видела их по дороге, Эш. Она едва отпускала Эймона на время, достаточное для того, чтобы Вилла могла его покормить. Я не думаю, что Рейнис была так близка даже с малышом Эйгоном. Эшара улыбнулась, прислонившись к двери. — Тогда мы должны убедиться, что они останутся вместе. — Она толкнула дверь, но не торопилась заходить. — Ты не хуже меня знаешь, что мы должны отправиться в Солнечное Копьё. Семья Рейнис заслуживает знать, что она жива, и Мартеллы захотят узнать, каким будет их будущее. Это вызвало глубокий вздох у её брата, который был небезоснователен. — Я понимаю, мне просто не очень-то хочется рассказывать им о существовании принца Эймона. — Нравится им это или нет, но им придётся смириться. Я боюсь реакции Рейнис больше, чем Мартеллов. Мы можем только надеяться, что они будут вести себя цивилизованно, иначе всё станет намного сложнее. — Надеюсь, Эймону всегда будут рады в Звездопаде? Эшара обернулась через плечо и слегка кивнула. — Во всяком случае, его будущее здесь гарантировано. Я просто надеюсь, что нам не придётся разлучать их из-за уязвлённого самолюбия Дорана. — Согласен, сестра. Но хватит об этом, я и так слишком долго не давал тебе спать. Отдохни немного, отоспись, такое количество алкоголя не пошло тебе на пользу. Мы снова поговорим об этом завтра. Глаза Эшары расширились. — Это не так уж очевидно, правда? Её брат покачал головой. — Никто из них не заметил, тебе не о чем беспокоиться... и они северяне, как будто им есть до этого дело. Это вызвало у неё улыбку. — Так и есть. Тогда спокойной ночи. — И тебе спокойной ночи, сестра.

***

Утро, по мнению Эшары, наступило слишком быстро. Её веки были тяжелыми, и от одной мысли о том, чтобы встретить утреннее солнце, она еще глубже зарылась в одеяло. У неё не было никакого желания делать это сегодня. Вообще делать что-либо сегодня. Когда она услышала, как с грохотом распахнулась дверь, за которой последовали громкие шаги, она поняла, что убьет Артура, как только встанет с постели. Эшара едва успела открыть глаза, когда серебристо-чёрный шар активности врезался в край кровати, знакомая игрушка-дракон дико виляла в воздухе, то появляясь, то исчезая из её поля зрения. — Вставай! Она тут же вздрогнула. Как такой маленький человек может быть таким громким, было для неё загадкой, которую она не была способна разгадать в своем нынешнем состоянии. О чём, чёрт возьми, она думала? Напиваться перед таким важным днём. Чёртов Нед Старк. Никогда ещё она не страдала от такой сильной, ноющей головной боли. Когда она почувствовала, как пальцы Рейнис ткнулись ей в бок, она наконец решила, что пришло время повернуться, хотя бы ради себя самой. Она сомневалась, что сможет долго выносить громкие звуки, издаваемые молодой леди. Ей и в голову не приходило, что её внешность может быть не слишком достойной леди, поскольку она легла спать, ни разу не взглянув в зеркало и не прибегнув к помощи слуг... Эшара решила, что её догадка о своем состоянии была правильной, когда маленькая Рейнис разразилась смехом, прикрыв рот одной ручонкой, а другой размахивая мягкой игрушкой. Рычание вырвалось из её горла прежде, чем она успела его подавить. — Принцесса, пожалуйста, будьте добры, потише, у меня в ушах звенит. Девочка не обратила на неё внимания. — Но Арти сказал, что ты плохо себя чувствуешь и тебе нужно по-настоящему бодрое пробуждение! О, она убьёт его. — Ты случайно не знаешь, где он сейчас находится? Рейнис покачала головой. — Он сказал, что это секрет и что я получу угощение, если буду хорошо себя вести! Я хорошо себя вела? Невероятно, но брат вынуждает её вознаградить девушку за своё пробуждение. Слава богам, что целью его жизни была королевская гвардия. Он был бы намного ужаснее, если бы не тратил почти всё свое время на службу. — Ты отлично справилась, принцесса. Я уверена, Артур будет гордиться тобой. Рейнис вытянула вперед свободную руку с раскрытой ладонью. — Награда! Что она должна была ей дать? И тут её осенило: это должен был быть подарок для её ребенка, когда она станет достаточно взрослой, чтобы позаботиться о нём должным образом, но... Эшара медленно поднялась с кровати, всё время потирая голову. Она не собиралась делать этого ещё очень-очень долго, но её вынудили. Подойдя к туалетному столику, она открыла самый верхний левый ящик и достала маленький сверток, ожидавший её внутри. Она повернулась и опустилась на колени перед Рейнис, оказавшись лицом к лицу с юной принцессой. — Это должен был быть подарок для кого-то другого... но этого человека сейчас нет, поэтому я дарю его тебе. Всё, о чем я прошу, – это чтобы ты хорошенько позаботилась об этом в её отсутствие. — Ей никогда даже в голову не приходило, что её ребенок может не быть девочкой... матери просто разбирались в таких вещах. Рейнис быстро открыла маленький контейнер и обнаружила внутри маленькое ожерелье, сделанное из самого блестящего материала, который она когда-либо видела. Когда она взяла его в руки, оно засияло чисто-белым светом на ярком дорнийском солнце. Он был выкован в форме падающей звезды. О, если бы принцесса могла понять как много это ожерелье значит для неё. Возможно, в каком-то смысле она и поняла, потому что её следующие слова были произнесены необычайно тихо, почти шёпотом: — Поможешь мне? Эшара молча кивнула, прежде чем взять ожерелье из рук девушки. Рейнис, без лишних вопросов, повернулась и откинула волосы в сторону, открывая Эшаре вид на свою шею. Она быстро надела ожерелье на голову принцессы, затем застегнула маленький замочек и позволила ему упасть ей на шею. Рейнис поправила прическу, прежде чем повернуться. У неё снова перехватило дыхание. Это была тяжелая битва, но Эшара не позволила слезам снова пролиться, яростно тряся головой в попытке прогнать их. Всё это произошло так быстро. Так быстро мир стал странным и неузнаваемым. Как она должна была справиться со всем этим? Рейнис видела всё это, хотя она и сомневалась, что девушка действительно понимает её смятение. Она сократила расстояние между ними, прежде чем крепко обнять её. Её маленькие ручки молча сжимали Эшару, пока она справлялась со своими эмоциями. Она отпустила её только тогда, когда старшая женщина сама позволила своим рукам опуститься. — Чьё оно? — Она указала на ожерелье. Ответная улыбка Эшары была грустной. — Того, кого больше нет с нами... но она всё ещё очень важна для меня, поэтому, пожалуйста, позаботься о нём. — Ты уверена? О, милая девочка. Она прижалась губами ко лбу Рейнис, снова прижимая к себе её маленькое тельце, прежде чем ответить. — Просто помни, маленький дракончик, если ты когда-нибудь почувствуешь себя потерянной или не сможешь найти дорогу домой... просто следуй за самой яркой звездой на небе, и она приведет тебя обратно. Она выпустила Рейнис из своих объятий и сказала: — А теперь пойдем, посмотрим, не проснулись ли ещё остальные. Они спустились вниз, покои Эшары располагались в одной из башен, окружающих центральную крепость. Она наслаждалась как уединением, так и открывающимся с неё видом. Служанка уже ждала их, очевидно, урок из прошлого исчезновения Рейнис был усвоен, и усвоен хорошо. Она тепло улыбнулась молодой девушке, прежде чем попросить её отвести их к остальным, если они проснулись. Служанка повела их в уютную маленькую столовую, примыкавшую к гостевому крылу замка, где уже собралась большая часть группы, что вчера прибыла в замок. Было ясно, что королевские гвардейцы тоже наслаждались той небольшой свободой, которая у них была, поскольку это, скорее всего, был последний раз за долгое время, когда они могли быть разлучены со своими подопечными на столь длинный отрезок времени. Хорошо, Артуру должно быть позволено увидеть свой дом, даже если прошедшие годы почти не изменили его вида. — Доброе утро, милорд. — Взгляд Эддарда мгновенно метнулся к ней, прежде чем он улыбнулся своей неловкой, мягкой улыбкой, которая выглядела почти неуместной на его задумчивом лице. Она весело покачала головой. — Доброго вам утра, леди Дейн. Значит, вы задержались? — А, так значит собраться Артура из королевские гвардейцы пребывали в блаженном неведении о его озорных наклонностях... что же, у этого человека была репутация, которую нужно было поддерживать. Она одарила сира Герольда снисходительной улыбкой. — Случай был особым, добрый сир. Его улыбка подсказала ей, что этот человек не был таким уж неосведомлённым, как ей показалось вначале, и что шалость Рейнис, возможно... было спланировано группой? Она села на один из пустующих стульев, присоединившись к остальным за столом. — Что же, теперь, когда мы все собрались, возможно, стоит обсудить дальнейшие шаги. Вчера поздно вечером я уже разговаривала со своим братом, и мы придерживаемся одного и того же мнения. Мартеллы заслуживают знать, что их семья выжила и... что у принцессы есть младший брат. Лорд-командующий вздохнул и кивнул. — Миледи, вы обдумали наше предложение о... — Да, у него будет место в Звездопаде, независимо от того, что скажет семья принцессы. Я заберу мальчика и буду растить его как собственного, — более спокойным тоном добавила она. — Ни один ребёнок не заслуживает того, чтобы жить без крыши над головой – будь он законнорождённым, незаконнорождённым, крестьянином или принцем. Облегчение на лицах королевских гвардейцев было заметно всем: очевидно, все, кроме Артура, безмерно волновались, что она может отказать. Её сердце согревало то, что кто-то заботился о мальчике, даже если они делали это из чувства долга. Герольд кивнул. — Тогда мы последуем вашему плану, леди Эшара. — Хорошо. Сегодня я отправлю слуг за припасами, Артур подготовит для нас корабль, и, надеюсь, завтра мы отплывём в Солнечное Копьё. Я думаю, что принцесса совсем скоро воссоединится со своей семьёй. — Мы очень благодарны вам за помощь, миледи. — Я ценю вашу благодарность, но в ней нет необходимости. Маленький Эймон теперь мой подопечный, и я позабочусь о нём. — Эшара лениво постукивала пальцем по поверхности стола. — А теперь, сир Освелл, не могли бы вы сопроводить принцессу в город? Я пошлю весточку своим швеям, чтобы они сшили ей новый плащ и дорожную одежду. Маленькому Эймону тоже понадобятся обновки – одежда и ткани, чтобы укрыть его. К тому же вы трое слишком узнаваемы в своих доспехах; их следует снять или прикрыть чем-нибудь. Что же до северян... Я подозреваю, ты хочешь присоединиться к нам, пока будущее Эймона не станет яснее? Эддард кивнул. — Да, я хотел бы знать, где будет жить мой племянник, прежде чем отвезу тело Лианны обратно на север. — Очень хорошо, я подготовлю соответствующее количество запасов. А теперь, если вы меня извините, я думаю, у нас много дел и мало времени. Остальные люди за столом поднялись вместе с ней, она чувствовала их взгляды на своей спине, когда выходила из комнаты.

***

Им потребовалось два дня, чтобы, наконец, должным образом подготовиться и отправиться в путь, шитьё одежды затянулось из-за того, что в одной маленькой принцессе было слишком много энергии, поэтому она ёрзала и постоянно двигалась, когда с неё снимали мерки. Эшара позаботилась о том, чтобы принцесса точно знала, насколько она недовольна её поведением. О, Элия, всё это я делаю для тебя. Первые два дня на корабле были... интересными. И она, и её брат получили огромное удовольствие, наблюдая, как северяне опорожняют свои кишечники за борт корабля. «Eсли бы люди были созданы для путешествий по воде, боги дали бы им плавники». По крайней мере, так утверждал их лорд. Она сомневалась, что после этого ещё увидит Эддарда Старка на корабле. На третий день плавания, когда она обнаружила, что её, возможно, временная подопечная от скуки вредит судовому повару, она решила усадить маленькую Рейнис и научить её основам вязания. Сначала принцесса испытывала такое сильное отвращение, что она чуть не рассмеялась, увидев выражение её лица. Тем не менее, немного наставлений и поддержки, и она действительно старалась и училась, даже если была слишком мала, чтобы по-настоящему понимать, что делает. Этого было достаточно, чтобы спасти остальную часть корабля от её проказ, что, по мнению Эшары, было победой. Было удивительно, как легко маленькая девочка смогла незаметно исчезнуть на таком маленьком корабле. Это принесло членам королевской гвардии раннюю седину. Несмотря на то, что она была относительно частым гостем в столице Дорна, она всегда была взволнована перед прибытием туда. Солнечное Копьё было великолепно. Потрясающий город на побережье, окруженный небольшими деревнями и фермами, над которым возвышался массивный дворец дома Мартеллов, бьющегося сердца огромного королевства. Перебитая Рука всегда был самой процветающей из земель Дорна. Остатки великого переселения первых людей, место, не похожее ни на какое другое. Эшара стояла на носу корабля, наблюдая за приближающимся портом. Оказалось, что их судно уже подняло флаг, так как у них уже была группа людей, готовая встретить их. Она не была удивлена, ведь дом Дейнов считался давним и ценным союзником дома Мартеллов. Она могла только надеяться, что так оно и останется после того, как она представит маленького принца. Им потребовался ещё час, чтобы наконец пришвартоваться к причалу. Солнце поднялось уже высоко над ними, практически испепелив бедных северян, вынужденных прятаться под палубой, пока это затянувшееся дело не было окончательно улажено. Дело, которое сопровождалось чрезмерно громкими криками и обилием ругательств со стороны капитана. Очевидно, мужчина не был поклонником оживлённого движения в порту в середине дня. Она привыкла к этому, ведь морские путешествия всегда были её любимым видом передвижения. Даже если воды Дорна и кишели пиратами, они в значительной степени полагались на наёмные команды, которые поддерживали чистоту у берегов, не допуская сильного разгула пиратства. Она убедилась, что принцесса хорошо укрыта, а принц спрятан в объятиях своих защитников, прежде чем они покинули корабль и спустились по деревянному трапу, чтобы, наконец, отчётливо увидеть встречающих. К её удивлению, это был не кто иной, как Арео Хотах, заклятый щит принца Дорана, вместе с несколькими стражниками из дома Мартеллов, которые пришли поприветствовать их. Странно, но не совсем неслыханно. — Леди Дейн. — он поклонился. — Принц Доран недавно вернулся из Водных Садов и хотел бы пригласить вас отобедать с ним во дворце. Она ответила на любезность, прежде чем выпрямить спину и высоко поднять подбородок: — Я была бы очень рада, аудиенция у принца – это, по сути, та причина, по которой я прибыла сюда. Я должна поговорить с принцем Дораном – это дело не терпит отлагательств. Собеседник нахмурил брови. — Насколько ваше дело срочно? — Настолько срочно, что я хотела бы поговорить с ним сейчас, если это возможно. На карту поставлено будущее королевства. Казалось, он колебался. — Я... я поговорю с принцем, если вы и ваша свита последуете за мной. — Мы постараемся, и, пожалуйста, постарайтесь убедиться, что принц осознает всю значимость новостей, которые я принесла. — Она взяла Рейнис за руку и повела девочку во дворец. Это будет долгий день.