7. Синие Бороды и Синие Кирпичи

— Ах, Кровавая башня Тироша. — Оберин облокотился на перила корабля. — Одна из самых высоких башен в мире. С неё открывается прекрасный вид на торговые гавани. Их сопровождал караван из четырнадцати судов, большинство которых были доверху набиты людьми без знаков, без цветов, без знамен. Их целью было найти пропавших принца и принцессу. Остальные же исполняли роли стражи, слуг и прочей обслуги, назначенной их «кастеляном». — И построена она рабами для работорговцев, — холодно заметила Рейнис, с отвращением глядя на башню. — Бесчеловечная и отвратительная практика. Последние полторы недели они провели в море, плывя от порта Солнечного Копья до Тироша. Рейнис это нравилось. Эшара тоже была довольна. А вот Эймон… Ну, Эймон, как и его северные сородичи, явно не был создан для морских путешествий. Он почти всё время проводил под палубой. — Привыкай, племянница. Здесь почти ничто не происходит без участия рабов – такова здешняя жизнь. — Эти люди называют себя вершиной цивилизации, а сами до сих пор цепляются за столь архаичные обычаи… Я бы назвала их дикарями. — Дикари или нет – это их реальность. И, что важнее, теперь и наша. Просто постарайся не злить архонта и мастеров. — Не беспокойся, я буду идеальной маленькой принцессой или кроткой незаконнорожденной паинькой. Смотря какой версии мы сегодня придерживаемся. — Думаю, ты знаешь ответ, Рейнис. Мы не можем допустить, чтобы Паук понял, кто ты. Кстати, можешь смыть краску. Серебряные волосы здесь не редкость. Или ты, может быть, хочешь покрасить их, например, в синий? Рейнис изобразила тошноту: — Это отвратительно, я смою краску, но кто вообще мог бы такое с собой сделать? Синяя краска для волос, боги... Смех Оберина разлетелся по палубе: — Ступай, племянница. Забери брата, скажи леди Эшаре, что мы будем на берегу через час. И постарайся, чтобы тебя не стошнило. Рейнис бросила последний взгляд на дядю. Башня стремительно приближалась, как и огромные доки Тироша, всё больше заслоняя горизонт. Она спустилась по ступеням в трюм, держась за верёвки и подпорки, чтобы не потерять равновесие на покачивающемся судне. Распахнув дверь в их каюту, она увидела брата – он сидел на койке, бледный, но уже не зеленый. Маленькая, но победа. — Как ты себя чувствуешь? Все еще тошнит? Он покачал головой. — Меня сегодня не рвало, пожалуйста, скажи мне, что мы близки к концу пути, а то я не уверен, что больше раздражает – беспокойство muñы или то, что меня постоянно тошнит. Рейнис цокнула языком. — Ты же знаешь, она беспокоится за тебя, братик. Он только застонал. — Знаю… Просто хотелось бы, чтобы она волновалась чуточку поменьше. — Достаточно ли ты хорошо себя чувствуешь, чтобы подняться? Мы прибудем меньше чем через час, и дядя хочет, чтобы мы были на палубе до этого. Эймон вздохнул: — Просто дай мне собрать свои вещи и собраться с силами, я встану вовремя, обещаю. Рейнис кивнула и прикрыла за собой дверь, после чего направилась прямиком к каюте Эшары и постучала. К Эймону она могла ввалиться без стука когда угодно, но иногда стоило демонстрировать хорошие манеры. Услышав тихое «входи» Рейнис вошла в каюту Эшары. Та сидела за своим небольшим столом, придвинутым к углу не менее тесной комнаты. С момента отплытия из Дорна Эшара была занята – её отцу в последнее время нездоровилось, и, хотя болезнь не представляла угрозы жизни, мягкое сердце Эшары всё равно не находило покоя. — Эш, мы почти причалили. Ты готова? Ответное мычание было настолько рассеянным, что Рейнис сразу поняла – та не услышала ни слова. Так что она подошла к столу Эшары, схватила её единственную свечу и затушила огонь, не давая ей продолжать писать письмо, над которым та корпела, в темноте. — Рейнис! Что сегодня с тобой такое?! Рейнис только усмехнулась: — Ты меня не слушала, пришлось прибегнуть к экстремальным мерам. Взгляд Эшары был абсолютно равнодушен. — Ладно-ладно. Мы скоро прибудем. Ты готова? Дядя Оберин хочет, чтобы мы покинули корабль, как только он причалит. — Понимаю. Приведёшь мне Виллу, милая? Похоже, я слегка увлеклась. — Это всего лишь обычная простуда, Эш, не стоит так волноваться. Эшара вздохнула: — Я знаю. Но после моего… ну, ты знаешь, я стала относиться к таким вещам с опаской. Приведи Виллу, пожалуйста. И заодно подними свою королевскую гвардию, уверена, они всё ещё дрыхнут. — Конечно, Эш. Виллу долго искать не пришлось – она стояла прямо у двери, и, встретившись с Рейнис взглядом, только кивнула и зашла внутрь. А вот с гвардейцами всё будет куда веселее. Все трое заметно расслабились за время морского путешествия. Всё-таки убийце было бы не так просто появиться посреди моря, так что рыцари решили, что могут себе позволить поваляться подольше… Почти каждый день путешествия. Возможно, им стоит подумать о том, чтобы найти новых братьев, которые помогли бы их «старой» гвардии. Рейнис не могла не задуматься, чем сейчас занят сир Джейме. Она предпочла бы, чтобы лев был с ними, ведь он, по крайней мере, все еще был верен ей? Джейме всегда был добр к ней, и в глубине души она знала – он оставался верен её отцу до самого конца. Она гадала, согласился бы Джейме, если бы у неё когда-нибудь появилась возможность предложить ему его прежнее место в королевской гвардии? Джейме всегда был человеком, которому мало что было нужно, кроме собственного меча; он не хотел быть лордом, наследником – тем более «наследием» Тайвина. Он был доволен тем, что Рейгар назначил его охранять его собственную семью, вместо безумного короля. Ну, по крайней мере, до тех пор, пока не началось Восстание, и безумец не приказал Джейме вернуться к нему. Нет, в этом она была уверена: Джейме принял бы предложение присоединиться к ним, если бы у неё только была возможность его об этом попросить. Сир Барристан – совсем другое дело. Он полностью провалил свою обязанность защитить принца, законного короля, позволил его убить. А затем, преклонил колени перед узурпатором. И теперь с гордостью служит в его королевской гвардии. Его называли самым доблестным и благородным рыцарем Семи Королевств. Но где же тогда была вся эта доблесть, когда узурпатор встретился с её отцом на Трезубце? Он знал, что Визерис и её тётя за Узким морем – он знал, кто был законным королём, насколько ему было известно, – и всё же он остался, чтобы охранять убийцу её отца. Она не знала, что и думать. Это была странная смесь непонимания и отвращения. Как можно доверять человеку, чьи колени так легко гнутся? Ей хотелось бы с той же легкостью осудить Джейме, но она сама испытала на себе всю тяжесть презрения Безумного короля – и слишком хорошо знала, что он за человек. Она воняет Дорном Рейнис вздрогнула. Это была их первая встреча – она тогда была ещё младенцем. Элия лишь однажды вскользь упоминала тот случай и больше никогда о нём не говорила. Нет, она совсем не скучала по безумному королю Когда она открыла дверь в каюту, где расположилась королевская гвардия, оказалось, что Эшара была права – все они всё ещё спали. Был почти полдень. Так дальше продолжаться не могло. Она почти вприпрыжку проходила мимо их спальных мест, затем подобрала один из мечей гвардейцев и деревянный щит, которым они пользовались, когда тренировались на палубе. И стукнул ими друг о друга. Сильно стукнула. Реакция последовала незамедлительно. Освелл свалился с кровати и приземлился на задницу, пытаясь в полёте удержать равновесие. Арти, всё ещё сидя на кровати, выхватил меч Рассвет и в темноте пытался определить источник шума, одновременно прогоняя сонливость из глаз. Герольд был самым медлительным из всех – он потер глаза, а затем сердито уставился в темноту. О, старый бык точно знал, кто устроил весь этот хаос, в этом она была уверена. Она рассмеялась. Боги, она давно так не смеялась. — Очень изящно, сиры. По-настоящему достойное пробуждение для легендарных рыцарей Королевской гвардии, — сдерживая хихиканье, торжественно проговорила Рейнис. — Принцесса, какого чёрт… — Артур осёкся, тоже глубоко вдохнул. — Что всё это значит, Рейнис? Она посмотрела Арти в глаза и, не сдержавшись, засмеялась. Бедный рыцарь уже выбрался из постели и принялся зажигать фонарь, всё это время сверля её раздражённым взглядом. Только когда Рейнис удалось наконец совладать с собой, она заговорила: — Мы прибудем с минуты на минуту. Я просто хотела убедиться, что наши доблестные защитники бодры и готовы к сегодняшнему приключению. Артур лишь закатил глаза и не удостоил её ответом. — Мы безмерно благодарны вам за столь любезное пробуждение, принцесса, и безмерно польщены, что вы соизволили о нас вспомнить, — голос Осси просто сочился сарказмом, настолько густым, что его можно было резать ножом. — Разумеется, в любое время, мои доблестные сиры. Вам надлежит быть на верхней палубе в течение часа. — С этими словами она вышла, оставив за спиной ворчащих и стонущих рыцарей. Как же это весело – сбивать их с толку. Они всегда такие серьёзные. И никогда не жалуются. Тиена, Обара и Нимерия уже были на верхней палубе, когда Рейнис поднялась наверх – как и её младший брат. Он выглядел гораздо лучше, чем прежде, и с нетерпением всматривался в очертания приближающегося города. Зрелище и впрямь было величественным. Массивные стены Тироша, выложенные из чёрного камня, возвышались над морем. Эти стены – наследие древних времён. Немой памятник былому могуществу Валирийской Империи. И подумать только, когда-то Тирош был всего лишь военным форпостом. — Он огромен! Один порт больше Солнечного Копья. — Ее брат был прав. По сравнению с огромным городом замок Мартеллов казался маленьким. Когда они миновали огромную каменную арку, ведущую к внутренним докам города, Рейнис мысленно готовилась. Она слышала истории о рабстве, но никогда не видела его собственными глазами, и за это была благодарна судьбе. Теперь же ее беззаботное неведение подходило к концу. Она уже могла видеть большие группы людей, тянущих тележки, даже несмотря на то, что они даже не причалили. Как отвратительно. — Наш особняк находится во внутреннем городе, он построен на склоне утёса, позволяющем воде свободно проходить через большие открытые бассейны. Их почти не нужно чистить или иным образом ухаживать за ними. — Оберин тоже смотрел на рабов, но не стал ничего говорить. Для Красного Змея это был не первый визит в Вольные Города. — Он большой? — спросил молодой принц. Оберин ответил, переведя взгляд на Эймона: — Не такой большой, как Водные сады, юный принц, но нам хватит. Из четырнадцати кораблей что отчалили вместе с ними, осталось всего четыре; остальные отправились в другие части Эссоса, так что места на причале хватит всем. К тому же, похоже, Мартеллы и архонт были очень хорошими друзьями. Когда команда начала швартовать корабль, и члены Королевской гвардии, и Эшара поднялись на палубу, присоединившись к остальным в созерцании огромного города. — Несмотря на то, что я дочь достаточно богатого дома, я никогда по-настоящему не путешествовала и не видела мир – это впечатляет, — Рейнис повернула взгляд к Эшаре, которая казалась завороженной видом. — Знаешь, я горжусь своим происхождением, но если есть что-то хорошее, что мои предки оставили после себя, так это точно не рабство. Великолепный город, испорченный такой гнусной практикой... это просто неправильно. — Ой, не будь такой мрачной, Рей, — Тиена похлопала её по спине, из-за чего та слегка покачнулась. — Говорят, бассейны там огромные, а еда ещё более экзотичная, чем в Дорне, представляешь? Что же они там такое едят? — Ты же понимаешь, что это могут быть тараканы, откуда нам знать? — сказала Рейнис. — А если это вкусные тараканы? — Тиена подняла бровь. Рейнис снова передёрнуло. — Сначала синие волосы, теперь тараканы… в этом городе вообще есть хоть что-то не отвратительное? — О, синие волосы – это не так уж плохо. Может, мне покрасить… — Даже не думай. Осмелишься – будешь спать на улице с крысами. Тиена усмехнулась: — Ты же знаешь, что папа ни за что не допустит этого. Он не оставит своих драгоценных девиц мёрзнуть на улице. — Если ты девица, то я – королева Семи Королевств. Тут Тиена ухмыльнулась по-настоящему. — Ну… Ты вполне можешь ею стать. Рейнис поперхнулась собственной слюной: — Что… Что ты сейчас сказала? Тиена наклонилась ближе, лукавая ухмылка ни на миг не сходила с её лица: — Ну же, дорогая кузина, ты ведь Таргариен. — Ч-что? Ты про… Ты про Эймона?! Тиена, ему шесть! Почти семь! Даже если бы… Он слишком мал для таких вещей… Я слишком мала для таких вещей! — А знаешь, мне было десять, когда я впервые поцеловала мальчика. — Произнесла Тиена нараспев. Рейнис фыркнула: — Ты потаскушка, Ти. — Как ты смеешь! — Тиена скрестила руки на груди. — Взяла и так просто сдала меня. Рейнис хмыкнула: — И это была девочка. Ты говорила только о ней несколько дней, никак не могла заткнуться, насколько я слышала. — Опять мои сестры болтают больше, чем следует? Рейнис подняла бровь: — У тебя вообще нет секретов, Ти. — Есть. — Нет. — Есть. — Хватит! Боги, вы препираетесь как пятилетние. — Обе тут же покраснели: Рейнис и не заметила, что Эшара слышала их разговор. Хотя… удивительно, что та никак не прокомментировала намёк Тиены. Она никогда по-настоящему не думала о своем брате вот так. И, признаться, совсем не хотела. Да и вообще – ей всего девять. Но если бы пришлось выбирать… Ну, в их семье это было не таким уж и редким явлением… Рейнис тряхнула головой – глупости, таким мыслям сейчас не время и не место. Они сошли на берег сразу же, как только опустили трап. В сопровождении копейщиков Мартеллов и собственных королевских гвардейцев, их свита выглядела весьма внушительно, пока Оберин вёл их к месту назначения. Улицы кипели жизнью: ярко одетые мужчины и женщины сновали мимо, торговцы наперебой зазывали прохожих, стремясь как можно скорее распродать свои товары. День был в самом разгаре, и шум стоял соответствующий. Оберин разговаривал с каждым торговцем, который набирался смелости подойти к ним, несмотря на охрану. Он ничего не покупал, но он с ними разговаривал, и по какой-то причине торговцы всегда казались очень довольными, несмотря на то, что на самом деле ничего не продали. Странно... об этом нужно будет спросить позже, решила она. Их дом был прекрасен. Мрамор куда ярче, чем тот, что использовался в стенах самого города – явный признак дорогой и искусной работы. Всё было чрезмерно вычурно – как и большинство владений дома Мартеллов. Кастелян, или просто смотритель особняка, оказался… крупным мужчиной, явно не чурающимся мирских удовольствий. Рабов он, впрочем, не держал – Мартеллы строго запрещали содержать рабов на территории особняка. Здание было двухэтажным, и семейные покои располагались наверху. Кастелян, как оказалось, самовольно обосновался в самой большой спальне – что Оберин незамедлительно исправил, вышвырнув его оттуда без лишних церемоний. Покои Рейнис и Эймона оказались рядом – что, надо признать, её вполне устраивало. Ей придется пройти меньшее расстояние, когда кошмары неизбежно снова явятся. Они всегда возвращались. Прошло две недели, прежде чем новый особняк ей наскучил, и Рейнис снова начала тосковать. Она провела большую часть жизни в уединении – и с неё было довольно. Сейчас она была в Эссосе, далеко от узурпатора и его псов. Далеко от Тайвина Ланнистера. Ей хотелось исследовать, увидеть мир – она ведь даже не успела толком осмотреть город и его чудеса. Так и будет – только теперь вместе с королевской гвардией. Никто не скажет, что она не училась на своих ошибках, в конце концов. А значит, отправятся исследовать – она, Эймс, Эшара и её дядя. Говорят, Оберин когда-то часто бывал в этом городе и отлично его знал, так что сегодня он станет их проводником. Главный рынок: зрелище грандиозное, по крайней мере, так он утверждал. Песчаные змейки, кажется, с самого приезда прилипли к бассейну, появляясь лишь, чтобы поесть или потренироваться. — Их шляпы странные, — заметил Джон. Рейнис фыркнула. Брат был отчасти прав. — Они действительно странные, Джон, — ответила она, — но не говори так громко, слышала, они очень гордятся ими. — Их валирийский тоже звучит странно, — добавил он. И в этом он тоже не ошибался. — Это искажённая форма валирийского, сильно далёкая от изначального Высокого Валирийского. Не удивляйся, если не поймёшь всего, что они говорят, малыш. Они шли прямо за Оберином, впереди их маленькой группы, оба хотели увидеть как можно больше, пока есть возможность. — Что это за отвратительный запах, Оберин? — спросила она. Воздух был пропитан тяжёлым зловонием, особенно возле доков, но ощущалось оно и в самом городе. — Улитки, дорогая Рейна. Известный товар Тироша. — Улитки? Похоже, в этом городе всё противно. — Ты в курсе, что маленький дьявол рядом с тобой пытался починить разбитую вазу слизью ядовитой улитки? Глаза Рейнис расширились, и она устремила взгляд на брата, который внезапно сильно покраснел. — Ты пытался что?! — Это… долгая история, Рейн… Рейна. — Вот почему они так редко путешествовали по Вестеросу. — Просто постарайся правильно произносить имя, Джон. Ей казалось неправильным называть его так. Фальшиво, неестественно. Как будто это что-то, чего не должно было быть. Его имя – валирийское, имя для королей и принцев, а Джон – просто… Джон. — А вот и мы, великий рынок Тироша! Пойдем, посмотрим, узнаю ли я ещё каких-нибудь торговцев здесь, или они наконец перебрались в Волантис. Огромное разноцветье вокруг было почти подавляющим. Казалось, каждый одет в что-то своё, а одежда – это ещё не всё: также и волосы у всех были крашеные. Дядя Оберин не лгал – они действительно красят волосы в синий. Отвратительно. Воздух был наполнен десятками запахов, которые никто из них не мог опознать, также здесь продавалось все, от одежды до еды, а между прилавками часто выступали музыканты, что ещё сильнее сбивала с толку. Не раз разные торговцы пытались заманить их в свои маленькие лавки, но королевская гвардия отгоняла их прочь. Только когда сам Оберин остановился, они наконец смогли толком рассмотреть, что именно тут продается. Конкретно здесь продавали одежду, и если судить по всему – дорогую. Очевидно, Оберин был заинтересован. И, по-видимому, мать Эймона тоже. Она жадно разглядывала вешалки и витрины. Только когда рука Эшары коснулась её плеча, она поняла – это будет долгий день. — Пойдем, Рейна, — сказала Эшара. — Даже на рынке в Солнечном Копье нет такого выбора, а наш портной и вовсе не знает, как повторить некоторые из этих фасонов! Мы должны тебе кое-что прикупить. Она остановилась и повернулась к Эймону. Её бедный брат выглядел так, будто его только что кто-то пронзил ножом, когда Эшара протянула ему другую руку: — И тебе тоже, милый. Мы давно ничего тебе не покупали. Они провели в этом проклятом магазине почти три часа. Эшара была непреклонна в своём желании приобрести для них как можно больше одежды. Она должна была знать – женщина, что известна всему королевству своей неотразимой красотой, должна вкладывать огромное количество сил не только в тело, но и в одежду. Это было для Эшары так естественно: она всегда была потрясающе красивой, предметом зависти каждой женщины в Дорне и, если верить слухам, во всем королевстве. Ее красота была настолько велика, что даже тихий волк из Винтерфелла собрался с духом и пригласил ее на танец. Но когда они вышли из магазина, руки бедного сира Освелла были забиты платьями, штанами, рубашками, жакетами и ещё десятком вещей. Глядя на него, она почти ощущала боль в собственных плечах. — Пойдем, Джон. Если я увижу еще один магазин одежды в этой жизни, я сойду с ума. Давай найдем что-то поинтереснее, например кузнецу или лавку алхимика. Брови брата приподнялись. — Зачем нам идти к алхимику? Рейнис ухмыльнулась, обернувшись, посмотрев на брата через плечо: — Конечно, за ядами, глупый! Она уже повернулась обратно, так что не увидела, как Эймон закатил глаза. Несмотря на свой энтузиазм, она держала умеренный темп – ради брата и чтобы королевская гвардия могла не отставать. Ей не хотелось натыкаться на ещё одно логово контрабандистов. Или рабовладельцев, как это часто бывало в вольных городах. Они оставили Оберина и остальных позади и медленно шли между прилавками. Снова только самые смелые торговцы осмеливались подойти к ним, ведь за спинами шли три огромных рыцаря. Несмотря на всё пережитое, Арти и остальные всё равно заставляли ее чувствовать себя в безопасности. Они её пока не подвели, и она сомневалась, что когда-нибудь подведут. — Смотри! Рейнис посмотрела туда, куда указывал пальцем Эймон и увидела большой деревянный знак с изображением котла. Она была уверена – это та лавка, которую они искали. Она взяла брата за руку и повела внутрь магазина. При открытии двери прозвенел мягкий звонок, впуская их внутрь. Первое, что она ощутила – запах сотен смешанных ингредиентов, получался довольно… сильный аромат. Но потом она увидела, сколько всего владелец собрал. Рейнис мысленно отметила, что нужно поговорить с дядей об этом магазине – она знала, что Оберин будет заинтересован. Кроме того, ей нужно было закончить проект, завершение которого грубо прервала группа контрабандистов больше года назад. Она прошлась вдоль длинных рядов полок, все время держа брата за руку. К счастью, она была достаточно высокой, чтобы видеть верх полок и не пропустить нужное. Изуродованная голова с ледяными голубыми глазами заставила ее остановиться, но она решила проигнорировала это и пошла дальше. И вот он, скорпион в клетке, очень даже живой. Наверняка он стоил целое состояние так далеко от дома, но особо выбора у неё не было. Да и Оберин будет очень доволен её находкой. — Ты нашла то, что искала, девочка? — Рейнис вздрогнула и резко обернулась, чтобы увидеть высокого, худощавого мужчину, смотрящего на неё. — А-а, скорпион, красный, с чёрным брюхом, маленькими клешнями, почти прозрачными лапками, обитает на равнинах к северу от Дощатого города, дорнийская порода, очень ядовитый, отличный выбор. Мужчина наклонился вперед. — И зачем девочке такой мощный яд? Он долго смотрел на неё, потом покачал головой и улыбнулся. — Не знаю, и мне всё равно. Хочешь его купить? Это будет дорого стоить – они очень редки в Эссосе. Она покачала головой. — Цена не важна. А что это за мёртвая голова? Мужчина обернулся, поискал на полках и увидел то, о чём говорит Рейна. — Ах, да. Новое приобретение. С севера, из Вестероса, если вам интересно. Заплатил за неё большую сумму. Видите его глаза? Неестественная, очень мощная магия, интересно, не правда ли? Я получу за неё чертовски хорошую цену от какого-нибудь сумасшедшего алхимика. Рейнис приподняла бровь, но не стала это комментировать. Вместо этого передала клетку со скорпионом во всё более перегруженные руки сира Освелла. — Арти, оплати, пожалуйста, — сказала она. — Мы подождём снаружи. Даже не дожидаясь гвардейцев, она вывела брата на свежий воздух улицы. — Боги, этот магазин ужасно пах. Рейнис захихикала: — Но в нём спрятаны такие сокровища, милый. Ты не представляешь, сколько всего интересного там можно найти. — Только мама может называть меня так, и ты имеешь в виду отрубленную голову мертвого северянина? Она кивнула. — Например. — Это было жутко. — Да... — начала Рейна, глаза её расширились, мгновенно зафиксировав два силуэта с серебристыми волосами, которые медленно шли по улице впереди. Вряд ли это… Не может быть так просто, не так ли? Она рванула, потянув за собой Эймона. Он что-то сказал ей, но она не слушала. В голове были только эти два серебристых силуэта. Она должна догнать их. Повернув за угол, они увидели ещё один длинный квартал улиц. Эти силуэты время от времени появлялись среди толпы, и Рейнис мчалась за ними, толкая и уворачиваясь от всех, кто вставал на пути. Она даже не заметила, что снова оставила королевскую гвардию далеко позади, так она была сосредоточена на двух людях перед собой. Наконец прорвавшись сквозь толпу, они увидели двоих молодых людей у центрального фонтана площади – они стояли спиной. Рейнис без колебаний подошла, положила руку на плечо высокого и повернула его… Но встретила не фиолетовые, а зелёные глаза. Затем повернулась меньшая фигура – девушка с голубыми, а не фиолетовыми глазами. Они даже не выглядели как она и Эймон, они не были Таргариенами – скорее Лисенийцами. Ей хотелось закричать. Дети что-то сказали на валирийском и побежали прочь, явно испугавшись поведения Рейнис. Она не ответила. На мгновение… всего на мгновение ей показалось, что… — Рейнис? Ты в порядке? — Ах, её милый брат. — Рейна, Джон, помни, где мы находимся, пожалуйста, — мягко упрекнула она, но не перестала крепко обнимать брата, отчаянно сжимая его. Он был в этом мастером. Рейнис вздохнула. — Ну и ну. Когда менее двух недель назад этот человек обратился ко мне за помощью, я был уверен, что впал в маразм и у меня пропал слух. За тобой охотится множество людей, моя милая принцесса. Эймон напрягся в её объятиях. Рейнис подняла взгляд и увидела высокого, с синими волосами и таким же уродливым бородатым лицом, человека из Тироша, который держал в руках аракх. — Я понятия не имею, о чем ты говоришь, наёмник. Он цокнул языком. — Ну же, неужели ложь – это то, чего стоит ждать от уважаемой особы королевской крови? Она приподняла бровь, пряча Эймса за спину. — Уважаемой? Бастарды, будь их отец благородной крови или нет, не считаются знатью в Вестеросе, о, великий наёмник. Сарказм в её голосе был почти удушающим. Мужчина этого не оценил. — Слушай меня внимательно, — начал он, — я заплатил кучу денег только за детали этого контракта и собираюсь получить свою награду. Вестеросский лорд, охотящийся за тобой, не делится такой информацией с кем попало. — Ого, — усмехнулась Рейнис, — этот вестеросский лорд, должно быть, большой скряга, раз заставляет наёмников платить залог за информацию о контракте. А кто ты вообще такой, синяя борода? Никогда тебя не видела. — Она заметила как из-за угла, к ним приближались её дядя и королевская гвардия. Собственное эго погубило этого дурака. Глупец сделал чрезмерно вычурный поклон, представляясь: — Даарио Нахарис, к вашим услугам, принцесса Рейнис, — закончил он поклон и крепче сжал аракх. — Волчьего бастарда можешь отослать, он мне не нужен, а вот тебя я сопровожу к своему работодателю. Рейнис закатила глаза. — Боюсь, мой график сегодня полностью расписан, Нахарис, так? — Это не было просьбой, принцесса. Даарио начал сокращать дистанцию, Рейнис не сдвинулась с места, уставившись ему в глаза. Даарио выглядел удивлённым, но не остановился. Он был настолько отвлечён неожиданно храброй принцессой, что не заметил летящего в него копья. Он осознал, что произошло, лишь когда стальной наконечник копья повредил его ведущую руку. Только когда копьё упало на каменную мостовую, он наконец поднял руку и увидел рану. И завыл. Мгновенно он левой рукой потянулся к своему поясу, выхватил мирийский стилет и повернулся, пытаясь застать врасплох того, кто стоял за ним. Его стилет пронзает рукав ее дяди, но не касается плоти. Оберин быстро перехватывает руку со стилетом, прежде чем в последовавшей короткой схватке подставить наёмнику подножку. Падение выбило из лёгких Даарио весь воздух. Оберин ещё раз пнул его в бок и ногой оттолкнул от него оружие. — Это лучшее, что может предложить Тирош? Синебородый дурак, пытающийся похитить мою дочь прямо на улице? — В притворном изумлении проговорил Оберин. — Не трать время, дядя. Он безрассудный и жадный, но явно не дурак. Он знает, кто я. Хотя и назвал Джона «волчьим бастардом». Оберин приподнял бровь, потом снова посмотрел на лежащего. — Вот как? Хорошо, хорошо, — он присел рядом с лежащим наёмником. — Но проблема в том, что ты знаешь, кто моя дорогая племянница. Мы не можем так оставить эту ситуацию, верно я говорю, племянница? — Нет, не можем, дядя. Представь, что будет, если каждый идиот-наёмник, который принимает контракт Ланнистеров, будет выкрикивать моё имя на людях? Мы бы больше не смогли выйти из дома Нахарис попытался что-то прохрипеть, но пустые лёгкие сделали попытку жалкой. Рейнис фыркнула. — Похоже, наёмник хочет что-то сказать. — Ему придётся попытаться лучше, — сказал Оберин, пока Рейнис наблюдала, как королевская гвардия собирает клинки Нахариса и передаёт их ей. Она поморщилась. — Даже оружие у него отвратительное, дядя. Оберин поднял взгляд на клинки и рассмеялся. — Кажется, наш друг что-то компенсирует. — Я могу дать тебе Воронов-Буревестников! — Нахарис всё ещё тяжело дышал, но теперь его слова были понятны. Он привлёк внимание её дяди, который вдруг стал серьёзным. — Воронов-Буревестников? И как ты собираешься это сделать? Нахарис глубоко вздохнул. — Дайте мне год – и вы получите эту компанию. Разве принцессе не нужны люди? Она же жаждет трона своей семьи, каждый человек будет на счету! Оберин усмехнулся. — И ты считаешь, что двадцати пяти тысяч дорнийских копий – недостаточно? Наёмник покачал головой. — Не против всего Вестероса. Да и ей нужны люди, которые сделают самую грязную, мерзкую работу, которую хорошие и честные дорнийские солдаты не сделают. — Мы ведь не будем сражаться против всего Вестероса. И как ты собираешься получить контроль над компанией? Ты хоть капитан? Мужчина покачал головой. — Лейтенант? Опять покачал. — Чёрт возьми, ты вообще состоишь в этом отряде? Ответа не последовало. Рейнис шагнула вперёд. — Нам стоит перенести этот разговор в другое место, дядя. Люди начинают проявлять любопытство. Ей дядя согласился. Королевские гвардейцы, не церемонясь, потащили наёмника в более тихий переулок и прижали его к деревянной стене дома, скрытой за поворотом. Рейнис подошла ближе. — Ну что, мой потенциальный похититель и соучастник моего будущего убийства, рассказывай, как ты собираешься подарить мне отряд наёмников, членом которого даже не являешься. Нахарис потер затылок – он явно получил неприятный удар, когда падал на мостовую. — У меня есть друзья в отряде, которые могут гарантировать быстрое продвижение по службе. Дай мне год, максимум два – и я дам тебе одну из лучших наёмных компаний в Эссосе! Рейнис и Оберин фыркнули, Эймон просто растерянно смотрел на них. Первым заговорил сир Артур, впервые за тот вечер: — Вороны-Буревестники – настолько надёжны и полезны, насколько вы можете их использовать, принцесса. При столкновении с настоящим противником – они сбегут все, без исключения. Нахарис, казалось, возмутился – или пытался выглядеть возмущенным. — Как вы смеете! Знайте, пока вы держите этих ребят близко к себе, они не ослушаются приказа. Рейнис покачала головой. — Что мы потеряем, если отпустим этого синебородого идиота? Оберин ответил, не отводя взгляда от наёмника: — Он может побежать прямиком к своему нанимателю, попытавшись продать ему информацию о нашей встрече. Мы рискуем обменять маловероятный шанс получить отряд в пятьсот ненадежных наёмников на огромную угрозу твоей жизни. — Не простых наёмников, Ваше Высочество. Вольноотпущенников, бывших рабов. Докажите им, что вы достойный лидер – и сможете сделать из ненадежных – верных. Эти слова привлекли внимание Рейнис. Вольноотпущенников можно купить не только деньгами, но и поступками, а поступки оставляют более глубокий след, чем золото… Но они не могли доверять Нахарису. — Возможно, ты прав, их лояльность можно заслужить, но это не отменяет того факта, что я никак не могу быть уверена в твоей преданности. Тем более что совсем недавно ты пытался меня похитить. Нахарис поморщился – очевидно, он не задумывал так далеко вперёд. Затем его лицо посветлело. Он посмотрел Рейнис прямо в глаза и сказал: — Я могу выдать тебе Ланнистера, который раздаёт заказы на твою голову, принцесса. Слышал, это какой-то дальний кузен из второстепенной ветви. Глаза Оберина расширились от интереса. — Кузен из второстепенной линии? Значит, один из родственников Кивана. Это многое меняет, племянница. Мы можем избавиться от угрозы для тебя в Тироше, по крайней мере на время, и этот наёмник не сможет тебя предать, если скажет правду. Рейнис кивнула. — Согласна, расскажи нам об этом Ланнистере, и если твои слова подтвердятся – будем вести переговоры о Воронах-Буревестниках. Боги, жадная ухмылка на лице Нахариса была почти такой же отвратительной, как у того приспешника Ланнистеров, что напал на неё в Водных Садах. Все эти наёмники одинаковы. Наёмник собирался что-то ответить, когда доносящийся с дальнего конца переулка ритмичный топот шагов прервал его. Дюжина человек в шипованных шлемах и кожаной броне. Безупречные. Их лидером был полный мужчина с длинными волосами. — Принц Оберин! Представьте себе моё удивление, когда я услышал, что вы решили осчастливить город моего архонта своим присутствием и даже не сообщили ему об этом! Настоящим я сердечно приглашаю вас отобедать с архонтом – немедленно. Приглашение распространяется на всю вашу семью и ваше окружение. Что ж, сегодняшний день становится ещё интереснее.